Зинаида туснолобова

«Я не замечал ее увечья». Как женщина без рук и ног стала счастливой, а ее имя легендарным

Зинаиду Туснолобову-Марченко называют женщиной-легендой, дочерью Родины, сверхчеловеком. В 22 года она потеряла на войне руки и ноги. Другой бы умер от отчаяния. Или попал бы в интернат для «самоваров», как кощунственно называли таких инвалидов. А она заставила судьбу работать на себя.

70 лет назад, 2 мая 1945 года, на крыше Рейхстага в Берлине установили красный флаг. А через неделю советский народ праздновал Великую Победу.
Война навсегда изменила ее участников и сделала удивительные истории реальными. Снайпер Ткачев пожалел врага и встретил его спустя несколько лет после Победы. Немецкий солдат верил в Гитлера, но попал в плен и восстанавливал Минск. Четыре брата не планировали воевать, но спасли 1230 человек. Женщина хотела быть актрисой, а ушла добровольцем на фронт…
Об этом и другом — в нашем проекте «Война и судьбы».

Фото: архив музея-квартиры Зинаиды Туснолобовой-Марченко

Зина осталась в строю — вдохновляла на подвиги других. Вышла замуж — за красавца. Родила детей. Хлопотала за земляков: к ней, инвалиду, обращались за помощью здоровые и сильные.

Но для своей семьи она была не Героем Советского Союза, не подвижницей, не сверхчеловеком. А просто женой и мамой. Накануне Дня Победы мы пообщались с сыном Зинаиды Михайловны — Владимиром Марченко.

Справка TUT.BY
Зинаида Туснолобова родилась 23 ноября 1920 года на хуторе Шевцово Евфросиньевской волости Полоцкого уезда (сейчас Россонский район). Затем вместе с родителями оказалась в Сибири, в городе Ленинск-Кузнецкий Кемеровский области. Здесь окончила школу, работала лаборантом.

Зинаида в госпитале

Когда началась война, пошла на курсы медсестер. В 1942-м попала на фронт. За 8 месяцев вынесла на себе 123 раненых бойца. В одном из боев в феврале 1943-го ее помощь потребовалась командиру. Тут ранило и ее, перебило обе ноги. К ней подошел немец. Ударил ногой в живот, бил прикладом — по лицу, голове. Но, к счастью, почему-то не выстрелил. Поэтому девушка осталась жива.

Нашли Зину через сутки разведчики. Снег вокруг был красным от крови и замерзшим. Медсестру из него вырезали ножом. В руках и ногах началась гангрена, и врачи их ампутировали. Девушка пережила множество операций. Заново училась писать, ходить, жить.
И продолжала воевать: словом. Писала письма в газеты, выступала перед заводскими рабочими — призывала бить врага и делать все возможное для победы. В бой шли танки и самолеты с надписью «За Зину Туснолобову!».
После войны вышла замуж, носила двойную фамилию — Туснолобова-Марченко. Жила в Полоцке. В 1957 году ей присвоили звание Героя Советского Союза. Через восемь лет Международный комитет Красного Креста наградил ее медалью Флоренс Найтингейл, учрежденной в честь английской сестры милосердия.
Умерла Зинаида Туснолобова-Марченко в 59 лет — 20 мая 1980 года. Похоронена на Лютеранском кладбище в Полоцке. Она почетный гражданин этого города.

Владимир Иосифович Марченко живет в Новополоцке. Но мы договорились встретиться в Полоцке, на улице 23-х Гвардейцев — в музее-квартире в честь его матери.

Владимир Марченко

С порога становится понятно: семья жила скромно. В доме — коридор и две небольшие комнаты. Тесновато даже для нескольких человек.

— Здесь примерно с 1975 года жили мама, отец и сестра Нина. А я ушел в армию из нашего старого дома — на улице Ленина, 34 (теперь Нижне-Покровская). После службы отсоединился от родителей. Мама умерла в 1980-м. Отец пережил ее ненамного. В 1987 году здесь открыли музей, — рассказывает Владимир Марченко.

Памятник санинструктору Зинаиде Туснолобовой возле музея


Такая же мама, как и у всех

— Я не замечал, что мама инвалид. Не обращал внимания ни на ее увечье, ни на шрамы, которые остались после того, как немец избил ее прикладом. Вот как вы к своей маме относитесь? Так и я. Маму же любят не за красоту. Кстати, она могла нас с сестрой и нянчить, взять на руки, как любая женщина, — делится сын героини.

Многое она могла. Правая рука была ампутирована выше локтя. Но на остаток руки она зубами надевала резиновую манжетку с авторучкой. Так и вела свою обширную переписку.

Телефонный справочник, которым пользовалась Зинаида Михайловна. Пометки выполнены ее рукой. Этой палочкой она набирала номера.

— На левой руке московский хирург Николай Соколов разделил лучевые кости и обшил их кожей. Вышло два пальца. Мама могла брать ими вещи, причесываться, умываться и так далее.

Протезы для ног Соколов сделал эксклюзивные. Долго их изобретал. Правда, их хватало на 4−5 лет, потом надо было ездить в Москву — менять. По дому мама могла передвигаться на попе. А если куда-то нужно было ехать или идти, отец надевал ей протезы.

Мама и отец были заядлыми грибниками. Грибов собирали столько, что сушили их картофельными мешками. Потом отправляли родственникам и друзьям в разные города посылки с дарами леса. В том числе гостинцы получал и хирург Соколов.

Хирург Николай Соколов. Фото: архив Владимира Марченко

— Даже нитку вдевать в иголку мама научилась. Шила, штопала. Могла на протезах нагнуться и помыть пол. Топила печку. Мы с сестрой по дому помогали — картошку почистить, постирать. Приходили на выручку и соседи — мы с ними жили одной семьей. Вести хозяйство помогала и бабушка Татьяна Николаевна — мамина мама. Многое, само собой, лежало на отце.

Были и домработницы. Молодые девушки из деревень. Они приезжали на работу в город, чтобы получить паспорт. Помощницы эти время от времени менялись, они жили и питались с нами.

Но в основном мама справлялась по дому сама. Рано вставала, приводила себя в порядок и принималась за работу.

Мифы вокруг легенды

О Зинаиде Михайловне писали статьи, стихи, книги. Сотни пересказов ее судьбы в итоге обросли мифами. Один корреспондент что-то не так понял или придумал, и небылица перекочевывала в другое издание.

— Сколько у нас журналистов и писателей перебывало! Отец в такие моменты обычно уходил из дома — на работу или рыбалку. Он был скромняга, не любил публичности. А мама всех принимала, но уже не в силах была одну и ту же историю повторять без конца. Поэтому иногда говорила гостям: «Располагайтесь, читайте газеты на столе. Там про меня все написано».

И журналист садился переписывать чужую версию ее судьбы. Так ошибка, допущенная его коллегой, снова тиражировалась…

С помощью сына Зинаиды Туснолобовой-Марченко мы прояснили некоторые нестыковки в ее биографии.

Зина и Иосиф не были женаты до войны

«Зина встретила хорошего парня — Иосифа Марченко. Свидания в парке, поцелуи в кино. В конце весны сорок первого сыграли шумную комсомольскую свадьбу…»

Примерно так газетчики описывали начало отношений молодых людей.

Зинаида Туснолобова, 1940 год.
Фото: архив Владимира Марченко

— На самом деле родители поженились после войны, в 1946 году, — уточняет Владимир Марченко. — Отец тоже был инвалидом. В 1944-м получил тяжелое ранение в ногу. Лечился в госпитале в Крыму. Поправился, демобилизовался и сразу поехал к матери. Их встреча произошла не в Полоцке, как об этом нередко можно прочитать, а в Ленинске-Кузнецком. Именно сюда, в город детства и юности, мама вернулась после всех операций и протезирования.

В госпиталях — в Свердловске и Москве — она провела 15 месяцев. Потом за ней приехала мать. Добраться до дома было непросто: сколько тогда в стране было инвалидов! Но деньги на дорогу до Ленинска-Кузнецкого собрала «Комсомольская правда». Газета шефствовала над мамой.

Иосиф не был на фронте в 1943 году

Вот еще выдержки из публикаций:

«В первые дни войны Иосиф ушел на фронт…»
«Зина «однажды обратилась к дежурной сестре с просьбой написать под диктовку небольшое письмо на фронт, мужу».

Письмо Зинаиды Иосифу, в котором она сообщает, что стала инвалидом

«Командир роты Иосиф Марченко очень беспокоился о своей жене, Зине. Уже полгода он не получал от нее никаких вестей. Последнее письмо пришло зимой с Воронежского фронта. Писала, что здорова, воюет, скучает о нем. С тех пор много раз писал ей, но ответа пока не дождался. В часы затишья между боями его мучили вопросы: „Где она? Что с ней? Жива ли?..“ Наконец, в конце июля 1943 года он получил долгожданный треугольник, с нетерпением развернул его… Стоявшие рядом с Марченко его боевые товарищи увидели, как он вдруг сильно побледнел. Иосиф протянул им маленький, но очень страшный листок — письмо от Зины, написанное рукой медсестры свердловского госпиталя».

Иосиф Марченко, 1940 год. Фото: архив Владимира Марченко

— В июле 1943-го отец не был на фронте. Он попал туда только в 1944-м, а до этого служил в военной части на Дальнем Востоке. Отец — украинец. Был кадровым военным, его перебрасывали из одной части в другую. Перед войной оказался в Ленинске-Кузнецком. Познакомился с мамой.

Про начало их любви я ничего не могу рассказать. Об этом в семье особо не рассказывали. А вот как они относились друг к другу в зрелом возрасте, хорошо видел. Отец трогательно о маме заботился: увидит первый цветок или ягоду — ей несет. Помогал по дому, занимался огородом, садом, держал хозяйство — поросенка, кур, кроликов. Думаю, мама всегда чувствовала себя любимой.

Знаменитых писем в семье нет

Газеты писали:
«На следующий день Иосиф Марченко отправил жене письмо, которое и поныне бережно хранится в их семье».

Далее шло признание мужчины, что он никогда не бросит любимую.

— Оригиналы этого и других писем, так же как многие фото, записные книжки хранятся в музеях Москвы, Санкт-Петербурга, Минска. В семье этого ничего нет. Я сам теперь собираю родословную и беру у музеев копии снимков, документов.

А в 1947 году родители перебрались из Сибири в Беларусь. И кто тогда, при таком далеком переезде, думал про эти письма, что их нужно хранить? Что-то, возможно, потерялось уже тогда…

Зинаида не была радиодиктором

Туснолобова-Марченко работала диктором на радио — этот факт фигурирует в официальной биографии героини и практически в каждой статье про нее.

— Мать не работала на радио. К ней часто приезжали журналисты с радио. Она общалась с ними, ее голос потом звучал в эфире. Так, наверное, и пошло это сообщение — про диктора.

Она была членом горкома партии и депутатом горсовета. Народ к ней шел и шел. Мать помогала найти жилье, устроить ребенка в детсад, достать лекарства, привезти дров… Постоянно выступала в военных частях, школах, на предприятиях. И меня с собой маленького брала. Приезжал грузовик, она посадит меня рядом и едем.

— Общественная нагрузка на ней была неимоверная. Начиналось лето — и в доме сменяли друг друга делегации. Из Сибири, Украины, из самых разных уголков Союза… За день могли побывать три группы.

А письма приходили пачками! На них не смогли бы ответить и 5 человек. Их можно было отправлять без адреса. Просто: Беларусь, Зинаиде Туснолобовой-Марченко.

Зинаиде Михайловне дарили подарки из самых разных городов. Эту шкатулку ей преподнесли жители Болгарии. Ею в семье пользовались, хранили разные мелкие вещи

Количество спасенных

Сама Зинаида в письмах сообщает, что вынесла с поля боя 123 раненых солдата и офицера. В пересказах ее жизни часто встречается цифра 128.

Реальные факты

В биографии Зинаиды Михайловны есть и не очень известные факты. На них советские писатели и журналисты не заостряли внимание.

Отец героини был «врагом народа»

Отец Зинаиды пришел с Первой мировой войны полным Георгиевским кавалером. В гражданскую учился на курсах красных командиров под руководством Яна Фабрициуса. В 1932-м его арестовали и отправили на строительство Беломорканала. За мужем подались жена и дети. Вот почему белорусская семья оказалась в сибирском Ленинске-Кузнецком. Второй раз отца арестовали в 1938-м и вскоре расстреляли.

Могла бы быть матерью-героиней

— До меня у мамы было двое сыновей — Славик и Толя. Родились друг за другом. И умерли маленькими — где-то до года-полутора. Родители жили тогда в коммуналке, у соседки была открытая форма туберкулеза. Возможно, заразились от нее. А может, повлиял сибирский климат. Мама всю свою жизнь переживала из-за этого, — вспоминает Владимир.

Иосиф и Зинаида с детьми Владимиром и Ниной

Сам он родился уже в Полоцке, в 1951-м. Потом у супругов Марченко появилась дочь Нина. Ее Зинаида Михайловна родила в 39 лет.

Владимир Иосифович сейчас на пенсии. Много лет проработал в «Полоцкгазе» на руководящих должностях. Кандидат в мастера спорта по водным лыжам. Его дочь Юлия — инженер-строитель. Сестра Нина Есипенок — швея. У нее двое сыновей — Алексей и Тимофей.

В Полоцке семья сменила три дома

Первый дом супруги Марченко построили возле Софийского собора, во 2-м переулке Фрунзе. Взяли для этого ссуду. Но место было не самое удачное: весной Двина разливалась, и дом затапливало.

Фото из архива Владимира Марченко

— Помню, вода стоит у порога, отец берет меня на руки и выносит из дома. Потом возвращается за матерью, а воды уже по колено, — рассказывает собеседник. — Поэтому мама написала заявление в горисполком с просьбой предоставить другое жилье. И нам выделили полдома на Ленина, 34. Его строили пленные немцы. Переехали туда в марте 1955-го.

Второй дом, где жила семья Марченко. Он и сегодня жилой.

— В 1957-м маме дали звание Героя Советского Союза. Добавили чуть пенсию. Но и второй дом пришел в негодность. Тогда власти предложили новый, кирпичный дом на улице 23-х Гвардейцев.

В Полоцке есть улица Туснолобовой-Марченко. Она идет вдоль берега Двины. Вид на музей-квартиру героини Вид на Полоцк с берега Двины, на котором находится музей-квартира

— Но несмотря на то, что мама была известным на всю страну человеком, а отец — директором артели «Пищевик», жили мы всегда скромно. Телевизор я впервые увидел в 8-м классе.

От отца и матери я учился трудолюбию, жизнелюбию, честности. Кстати, мог не пойти в армию: оба родителя инвалиды. Но мать настояла — дисциплины ради, в сердцах собиралась даже отправить в морфлот. Но потом пожалела, все же там служили три года. Повестка мне пришла в ракетные войска. После армии я стал более ответственным человеком.

Она была мудрой матерью. И я ей за это очень благодарен.

Премия матерям

В 1987 году Витебский облисполком утвердил премию имени Зинаиды Туснолобовой-Марченко. Ею награждают лучших многодетных матерей региона. Лауреатами премии за эти годы стали 372 жительницы Придвинья. Торжественная церемония награждения с участием властей проходит ежегодно накануне Дня матери, 14 октября.

Лауреат премии имени Зинаиды Туснолобовой-Марченко, жительница городского поселка Бегомль Докшицкого района Татьяна Лапшина с детьми. Фото: газета «Родныя вытокі»

Персона

Война лишила известную полочанку, участницу Великой Отечественной войны, Героя Советского Союза Зинаиду Туснолобову-Марченко рук и ног, но не смогла отнять радость жизни. Искалеченная, но не сломленная духом, хрупкая 23-летняя девушка сумела выстоять под жестокими ударами судьбы, победить отчаяние и стать счастливой. Вышла замуж, родила детей, заново научилась ходить и писать, вела активную общественную работу.

Уроки преданной любви, великого мужества и удивительной красоты человеческих поступков каждый из нас может почерпнуть в истории жизни семьи Зинаиды Туснолобовой-Марченко. За мужество и героизм, проявленные в борьбе против немецко-фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны, прославленная полочанка удостоена звания Героя Советского Союза.

В Полоцке свято хранят память о знаменитой землячке. Ей присвоено звание почетного гражданина города. Ее имя носят улица и медицинский колледж.

В доме, где жила семья, с 1987 года работает единственный в Беларуси мемориальный музей-квартира Зинаиды Туснолобовой-Марченко, входящий в состав Национального Полоцкого историко-культурного музея-заповедника

Здесь представлены личные вещи, награды, фотографии, архивные материалы, рассказывающие о жизненном пути героини, которую еще при жизни назвали женщиной-легендой.

– Кто бы у нас ни бывал, – говорит старший научный сотрудник музея-заповедника Ирина Сыревич, – все воспринимают материалы экскурсии очень близко к сердцу. Выходят из музея задумчивыми, взволнованными, потрясенными. Восхищаются беспримерной стойкостью Зинаиды Михайловны, которая нашла в себе силы так достойно держаться, перенеся столько боли и страданий.

За Родину жизнь отдам

Родилась Зинаида Михайловна 23 ноября 1920 года на хуторе Шевцово Полоцкого уезда (ныне Россонский район). Когда девочке было 10 лет, отца сослали в Сибирь (в 1959-м он был реабилитирован). Мать с детьми была вынуждена переехать в Ленинск-Кузнецкий район Кемеровской области.

Там Зина окончила школу и устроилась ученицей в «Угольтрест», затем отучилась на курсах, работала лаборантом по определению качества угля на шахте Емельяновская.

Когда вступала в комсомол, ей задали вопрос: «Что будете делать, если придется Родину защищать?». Ответила без промедления: «За Родину жизнь отдам». Тогда еще никто не предполагал, что подвигом станет вся ее жизнь.

Уже на третий день войны Зина пошла в военкомат и попросилась на фронт. Получила отказ, поскольку не имела военной специальности. Все равно добилась своего: после курсов медсестер была направлена в 849-й стрелковый полк 303-й стрелковой дивизии.

Свой первый бой она приняла 11 июля 1942 года под Воронежем, затем воевала в Курской области.

Всего за 8 месяцев пребывания на фронте медсестра вынесла с поля боя 123 раненых бойца и командира. Звание Героя давали тому, кто вынес 80

В феврале 1943-го во время боя за деревню Горшечное Зина Туснолобова бросилась на помощь раненому командиру, но сама получила тяжелое ранение. К ней подошел один из немцев, бил ногами и прикладом автомата, пока девушка не потеряла сознание.

Только через сутки ее нашли разведчики. Ножом вырезали из окровавленного снега, принесли в медсанбат.

Как победить судьбу?

Борьба за жизнь отважной медсестры продолжалась долгие 15 месяцев. Из-за обморожения развилась гангрена, и ей по локоть ампутировали правую руку. Затем – левую руку и обе ноги. Невозможно представить, что чувствовала молодая девушка, оказавшись в таком состоянии. Болели не только раны – душа. То и дело подкрадывались черные мысли: «Выжила, а зачем? Что делать дальше?».

Переломным моментом стало прочтение книги Николая Островского «Как закалялась сталь»

Зина решила бороться, а в письме домой продиктовала такие строки: «Не пугайтесь, что пишу не сама, это временно. Подумаешь, ранило в руку или ногу. Главное – сердце целое и голова на плечах».

Увы, в письме любимому человеку девушка не была столь оптимистична. С красавцем Иосифом Марченко, кадровым военным, они познакомились весной 1941-го. Пожениться не успели, но фотографию сердечного друга Зинаида пронесла через всю войну. Теперь приняла решение с ним попрощаться, написав такие строки:

Из письма Зинаиды Иосифу Марченко: «Мой дорогой Иосиф! Обманывать, ты же знаешь, я никогда не умела. Со мной приключилась беда. Устраивай жизнь, как считаешь нужным»

«Мой дорогой Иосиф! Обманывать, ты же знаешь, я никогда не умела. Со мной приключилась беда. Я потеряла руки и ноги. Горько и обидно оставаться в 23 года инвалидом, получать пенсию и просить подать стакан воды. Моя песенка спета. Не могу, не имею права быть преградой на твоем пути. Устраивай жизнь, как считаешь нужным».

Ответ придал ей новых жизненных сил:

«Милая моя малышка, родная моя мученица! Нет такой беды, которая разлучит нас. Вот окончится война, одержать бы победу, и я вернусь к тебе, и заживем мы с тобой счастливо. Ни о чем плохом не думай. Я прежний твой Иосиф».

Копии этих писем сегодня хранятся под стеклом в музее. Зачитывая их, экскурсовод порой спрашивает молодых людей, как бы они поступили в подобной ситуации. От нахлынуших чувств на глазах у ребят появляются слезы.

За Зину Туснолобову!

После семи сложнейших операций врач Свердловского военного госпиталя Николай Соколов предложил Зинаиде Туснолобовой сделать еще и восьмую – для расщепления локтевой кости, чтобы впоследствии девушка могла получить два искусственных пальца. И действительно, спустя месяц упорных тренировок больная смогла брать кружку и ложку, а позже научилась писать. Первое слово – «мама».

«Можете не верить, но это письмо пишу я сама, – сообщала она родным. – Это моя победа. На войне за каждую высотку ведется бой. А сколько таких высоток мне придется преодолеть в жизни? Но знайте, я готова к вечному бою».

И она продолжала вести этот бой. Изувеченная, все равно нашла способ бороться с фашизмом.

Надписи «За Зину Туснолобову!» появились на танках, самолетах, боевых орудиях. Развернулось целое движение

В мае 1944-го в газете «Вперед на врага» было опубликовано обращение к бойцам I Прибалтийского фронта, приближавшегося к Полоцку, с призывом бить врага еще сильнее, быть богатырями в бою. На призыв откликнулись тысячи воинов. И развернулось целое движение «За Зину Туснолобову!». Такие надписи появились на танках, самолетах, боевых орудиях.

Из письма к бойцам I Прибалтийского фронта: Пишу обрубком правой руки, которая отрезана выше локтя. Мне сделали протезы, и, может быть, я научусь ходить…

Из письма Зинаиды Туснолобовой-Марченко к бойцам I Прибалтийского фронта:

«Пусть это письмо дойдет до сердца каждого из вас. Это пишет человек, которого фашисты лишили всего — счастья, здоровья, молодости. Мне 23 года. Уже 15 месяцев я лежу, прикованная к госпитальной койке. У меня теперь нет ни рук, ни ног. Это письмо я пишу обрубком правой руки, которая отрезана выше локтя. Мне сделали протезы, и, может быть, я научусь ходить. Если бы я хотя бы еще один раз могла взять в руки автомат, чтобы расквитаться с фашистами за кровь. За муки, за мою исковерканную жизнь! Я была вашим товарищем, шла с вами в одном ряду. Теперь я не могу больше сражаться. И я прошу вас: отомстите!».

4 июля 1944 года, в день освобождения Полоцка от фашистских захватчиков, Зине пришла телеграмма от воинов: «В эту победу вложена и частичка твоего сердца. Ты незримо присутствовала среди нас и звала нас на ратные подвиги. Мы искренне поздравляем тебя с этой победой!».

13 мая 1944 года в частях 1-го Прибалтийского фронта читали письмо, напечатанное во фронтовой газете «Вперёд на врага»:

«Отомстите за меня! Отомстите за мой Родной Полоцк!

Пусть это письмо дойдет до сердца каждого из вас. Это пишет человек, которого фашисты лишили всего — счастья, здоровья, молодости. Мне 23 года. Уже 15 месяцев я лежу, прикованная к госпитальной койке. У меня теперь нет ни рук, ни ног. Это сделали фашисты.

Я была лаборанткой-химиком. Когда грянула война, вместе с другими комсомольцами добровольно ушла на фронт. Здесь я участвовала в боях, выносила раненных. За вынос 40 воинов вместе с их оружием правительство наградило меня орденом Красной Звезды. Всего я вынесла с поля боя 123 раненых бойца и командира.

В последнем бою, когда я бросилась на помощь раненому командиру взвода, ранило и меня, перебило обе ноги. Фашисты шли в контратаку. Меня некому было подобрать. Я притворилась мёртвой. Ко мне подошёл фашист. Он ударил меня ногой в живот, затем стал бить прикладом по голове, по лицу…»

До…

…и после.

«И вот я инвалид. Недавно я научилась писать. Это письмо я пишу обрубком правой руки, которая отрезана выше локтя. Мне сделали протезы, и, может быть, я научусь ходить. Если бы я хотя бы еще один раз могла взять в руки автомат, чтобы расквитаться с фашистами за кровь. За муки, за мою исковерканную жизнь!

Русские люди! Солдаты! Я была вашим товарищем, шла с вами в одном ряду. Теперь я не могу больше сражаться. И я прошу вас: отомстите! Вспомните и не щадите проклятых фашистов. Истребляйте их как бешеных псов. Отомстите им за меня, за сотни тысяч русских невольниц, угнанных в немецкое рабство. И пусть каждая девичья горючая слеза, как капля расплавленного свинца, испепелит ещё одного немца.

Друзья мои! Когда я лежала в госпитале в Свердловске, комсомольцы одного уральского завода, принявшие шефство надо мной, построили в неурочное время пять танков и назвали их моим именем. Сознание того, что эти танки сейчас бьют фашистов, даёт огромное облегчение моим мукам…

Мне очень тяжело. В двадцать три года оказаться в таком положении, в каком оказалась я… Эх! Не сделано и десятой доли того, о чем мечтала, к чему стремилась… Но я не падаю духом. Я верю в себя, верю в свои силы, верю в вас, мои дорогие! Я верю, в то, что Родина не оставит меня. Я живу надеждой, что горе мое не останется неотомщённым, что немцы дорого заплатят за мои муки, за страдания моих близких.

И я прошу вас, родные: когда пойдете на штурм, вспомните обо мне!

Вспомните — и пусть каждый из вас убьёт хотя бы по одному фашисту!

Санитарка 849-го с.п. 303-й с.д. 60-й армии Воронежского фронта Зина Туснолобова служила на фронте с 1942 года. Февраль 1943 разделил её жизнь на две неравные части — до и после.

Умерший от ран лейтенант так и не стал её 124-м спасённым. Пока она ползла к умирающему командиру, ей перебило ноги. Немцы пошли в контратаку. Она пыталась притвориться мёртвой, но, видимо, не очень удачно. Немецкий солдат пожалел на неё пулю, но в суматохе боя не убедился, что удары сапогами и прикладом добили русскую санитарку.

Возвращавшаяся ночью разведгруппа обнаружила подающую признаки жизни санитарку, вырезала её финками из наста и вытащила её в своё расположение. Доставить её в полевой госпиталь удалось только на третий день; от сильного обморожения всех конечностей развилась гангрена — будто тяжелейшего ранения ног было мало.

Месяцы лечения, восемь сложнейших операций спасли жизнь 23-летней симпатичной молодой женщины — но она осталась без обеих рук и обеих ног.

Поддавшись тоске и отчаянию, Зина (точнее, санитарка по её просьбе) пишет мужу, с которым до войны толком-то и пожить не довелось — лейтенанту Иосифу Марченко:

«Милый мой, дорогой Иосиф! Прости меня за такое письмо, но я не могу больше молчать. Я должна сообщить тебе только правду… Я пострадала на фронте. У меня нет рук и ног. Я не хочу быть для тебя обузой. Забудь меня. Прощай.

Твоя Зина»

Иосиф не предал Зину.

«Вчера твоим письмом поинтересовался один из моих сослуживцев и предупредил меня, что, по моему характеру, я должен с тобой жить и в дальнейшем хорошо. Я думаю, что он прав, — если я останусь жив.

Ну всё. С нетерпением жду ответа. Твой — искренне тебя любящий — Иосиф.

Желаю быстрейшего выздоровления. Будь здравой физически и морально. Еще раз прошу: ничего плохого не думай. Может быть, скоро (в июле) буду ехать через Свердловск — обязательно заеду к тебе.

Много, много раз целую.

Иосиф.

1 / VII 43 г.»

Зина воспряла. Главный хирург Свердловского госпиталя Николай Васильевич Соколов сделал Зине сложную операцию на предплечье: разделил кости левой руки и обшил их мышцами так, чтобы получились два сжимающихся «пальца». Она училась умываться, причёсываться, брать предметы. На остаток правой руки ей сделали резиновую манжетку, в которую вставлялся карандаш — и Зина заново научилась писать.

К ней приходили пионеры, рабочие с Уралмаша. Она упросила их организовать митинг на заводе. Зина выступала с положенных на недоделанный танк носилок.

«Я очень сожалею, что так мало успела сделать для своего народа, Родины… Сейчас я не могу работать. У меня нет теперь ни рук, ни ног. Я вас очень, очень прошу: если можно, то сделайте за меня хотя бы по одной заклепке для танка.»

К концу месяца военпреды приняли пять Т-34, изготовленных сверх плана из сэкономленного металла. На их башнях было написано: «За Зину Туснолобову!»

В башне танка «За Зину Туснолобову!» — его командир ст. л-т Михаил Носов. Фото Б. Вдовенко

В башне танка «За Зину Туснолобову!» — его командир ст. л-т Михаил Носов. Фото Б. Вдовенко

Уже в 1944 году, находясь в московском Институте протезирования, Зина написала процитированное в начале письмо бойцам 1-го Прибалтийского фронта, который приближался к её родному Полоцку. Ей пришло больше 3000 ответов (с тех пор она получала очень много писем, до самой смерти). Её письмо читали солдатам перед штурмом Полоцка. Её имя писали на самолётах, пушках, танках, бомбах.

Ил-2 «За Зину Туснолобову!»; лётчик ст. л-т Пётр Андреев (впоследствии п/п-к, Герой Советского Союза), стрелок Николай Мощенских (погиб в воздушном бою под Ригой)

Когда после тяжёлого ранения был демобилизован муж Зины, она встретила его дома, стоя на ногах. И шла по жизни, никогда не сгибаясь. Даже когда болезнь убила двух первых детей Зины и Иосифа — они пережили это горе, и в семье Марченко-Туснолобовых появились ещё двое, мальчик и девочка.

Семья Иосифа Марченко и Зинаиды Туснолобовой

Семья Иосифа Марченко и Зинаиды Туснолобовой

Инвалид Великой Отечественной войны первой группы Зинаида Туснолобова всё время работала — для людей. Диктором полоцкого радио, членом горкома партии. Звание Героя Советского Союза ей было присвоено Указом Президиума Верховного Совета СССР 6 декабря 1957 года — об этом ходатайствовали Военно-медицинский музей МО СССР, полоцкие горком партии и горсовет.

Биографическая справка: Зинаида Михайловна Туснолобова-Марченко (23 ноября 1920 — 20 мая 1980), гв. старшина медицинской службы. Родилась на хуторе Шевцово Витебской обл. в крестьянской семье, русская. Образование неполное среднее, работала в Ленинске-Кузнецком Кемеровской обл. лаборантом-химиком треста «Ленинскуголь». В РККА с 1942 г., окончила курсы медсестёр; в действующей армии с апреля того же года. За 8 месяцев вынесла 123 раненых. В бою за ст. Горшечное Курской обл. тяжело ранена, обморожена; ампутированы руки и ноги. Член ВКП(б) с 1942 г. Автор известного письма-призыва к воинам 1-го Прибалтийского фронта (май 1944). Жила в Полоцке, работала диктором местного радио, была членом горкома КПСС, вела большую общественную работу.

Герой Советского Союза (медаль №10842), награждена орденами Ленина, Красного Знамени, Красной Звезды, медалями. В 1965 г. стала лауреатом медали МККК им. Флоренс Найтингейл.

POST SCRIPTUM

По просьбам камрадов внучка героини записала рассказ отца — Владимира Иосифовича Марченко, сына Зинаиды и Иосифа.

В послевоенное время Зинаида Михайловна вела большую информационно-патриотическую работу со всеми кто к ней обращался (школы, воинские части, предприятия). Принимала дома делегации со всего СССР, а также иностранные. Во время летних каникул со всех уголков страны на встречу с ней приезжали группы школьников и студентов. Всех кто с ней общался, в первую очередь поражала ее энергия и оптимизм. Каждый день был расписан. Что сделать по дому, кому позвонить, с кем встреча. Не она просила помощи, а к ней за помощью в решении различных проблем и со своими бедами обращались люди.

Выезжала на встречи с однополчанами в Ленинск-Кузнецкий, Воронеж, воинские части.

Любила готовить. До 70-х годов сама собирала грибы. Сама отвечала на письма.

По приезду в г. Полоцк Иосиф Петрович работал в артели «Пищевик» — нач. цеха, главный инженер, директор.

Всегда старался делать Зинаиде Михайловне хоть мелкие, но подарки к разным датам. Памятные — по случаю рождения детей.

Охотник, рыбак, грибник. Любил покопаться в огороде около дома.

Живя в частном доме — 72 кв.м, — все работы по дому выполнял сам, пока не подросли дети.

Сын Владимир родился в 1951 году. Работал слесарем-монтажником, служил 1970-1972 год в ракетных войсках. (По закону, учитывая здоровье матери и отца, мог не служить.) После армии вернулся на прежнее место работы.

Закончил институт в 1980 году. К.М.С. по водным лыжам. 32 года работает в газовом хозяйстве. В настоящее время зам. директора горгаза.

Внучка Юля 1976 года рождения. Окончила школу с серебряной медалью. Инженер-строитель. Живет и работает в Минске.

«Победившие судьбу». Жизнь и любовь Зины Туснолобовой

Часто при встречах с молодежью я рассказывал про ваш подвиг, подвиг простого советского человека, патриота своей Родины, который в тяжелый час, когда руки не могли держать оружия, разил врага горячим словом, призывом.

Пусть в это время вы были прикованы к госпитальной койке, но можно твердо сказать, что вы были в передовой цепи идущих в бой бойцов, танкистов, летчиков, артиллеристов, так как ваше имя было написано на боевых грозных машинах, несущих смерть фашистским захватчикам.

Герой Советского Союза, летчик П. К. Андреев

Начало ее судьбы не предвещало ничего необыкновенного…

Родилась 23 ноября 1920 года на хуторе Шевцово, близ города Полоцка, в крестьянской семье. Русская. Окончила неполную среднюю школу. Жила и работала в городе Ленинск-Кузнецкий Кемеровской области лаборантом-химиком треста «Ленинскуголь».

Встретила хорошего парня – Иосифа Марченко. Свидания в парке, поцелуи в кино. В конце весны сорок первого сыграли шумную комсомольскую свадьбу…

Иосиф ушел на фронт в первые дни войны. В сорок втором Зина закончила школу медсестер и в апреле была зачислена в действующую армию. С июля 1942 года санитарка 849-го стрелкового полка (303-я стрелковая дивизия, 60-я армия, Воронежский фронт) рядовой Зинаида Туснолобова – на фронте. Разгромив фашистов на Волге Красная Армия перешла в мощное конрнаступление. Уже в первых двух боях Зина вынесла из-под огня 40 раненых солдат и офицеров с их личным оружием. Ее наградили орденом Красной Звезды. Всего за 8 месяцев пребывания на фронте она вынесла с поля сражений 123 раненых.

Наступил февраль 1943 года. Командование начало предварительную подготовку к грандиозному сражению – битве на Курской дуге.

Рота старшего лейтенанта Михаила Тимошенко, в которой была Зина, уже больше двух суток сдерживала яростные атаки гитлеровцев, пытавшихся вырваться из окружения в районе станции Горшечная. Третьи сутки в полях, среди холода, снега и непрерывно рвущихся снарядов. И вдруг – крик: «Санитарка, командир ранен!»

Зина выскочила из траншеи и прижимаясь к земле поползла по снегу. Вокруг рвались вражеские снаряды, свистели пули. Зина ощутила сильный удар в бедро, но продолжала ползти к раненому командиру по перепаханному взрывами снежному полю. Вот он, уже совсем рядом… Михаил Тимошенко был уже мертв. Только в тот момент Зина почувствовала, что сама – ранена. На девушку обрушилсь страшная слабость, она потеряла сознание, и осталась лежать на почерневшем снегу, зажав в застывающей руке полевую сумку убитого командира.

В какой-то момент Зина пришла в себя и, приоткрыв глаза, увидела над собой склонившегося гитлеровского солдата. Он заметил, что раненая девушка жива, его лицо исказилось злобой, он ударил ее сапогом в живот, потом – еще… Зина снова потеряла сознание.

Ее подобрали разведчики, возвращавшиеся с задания. Она лежала лицом вниз на розовом снегу. Кожа на лице висела рваными клочьями. В кармане гимнастерки были документы на имя гвардии старшего сержанта медицинской службы Зинаиды Михайловны Туснолобовой. Девушка еще дышала, но руки и ноги ее уже почернели – началась гангрена.

Медсанбат, потом – фронтовой госпиталь. Борясь за жизнь девушки врачи сделали ей восемь сложнейших операций. Зина осталась жива, однако обе ноги и обе руки ей пришлось ампутировать. Для дальнейшего лечения Зину эвакуировали в глубокий тыл, в город Свердловск.

Сейчас нам трудно даже предположить, как страдала и о чем думала Зина, лежа на госпитальной койке. Потерять в 23 года руки и ноги, чувствовать себя изуродованной и совершенно беспомощной… Наверное плакала по ночам… Наверное думала: «Как дальше жить? Зачем, зачем я осталась жива?..»

Соседи по палате удивлялись ее выдержке и спокойствию. Никто в госпитале даже не предполагал, что у этой худенькой, коротко остриженной девушки есть муж, что она постоянно думает о нем. И еще о том – как сообщить ему, любимому, сильному, молодому, – как сообщить ему о том страшном, что с ней произошло… Несколько месяцев Зина ни с кем не делилась своими мыслями. Но однажды обратилась к дежурной сестре с просьбой написать под диктовку небольшое письмо на фронт, мужу:

«Милый мой, дорогой Иосиф! Прости меня за такое письмо, но я не могу больше молчать. Я должна сообщить тебе только правду… Я пострадала на фронте. У меня нет рук и ног. Я не хочу быть для тебя обузой. Забудь меня. Прощай.

Твоя Зина».

Больших трудов стоило Зине уговорить сестру отослать это письмо Иосифу Петровичу Марченко. Потянулись тревожные дни ожидания…

Страна продолжала воевать… Шли кровопролитные сражения на Курской дуге. Зину мучило вынужденное бездействие. Ее товарищи сражались, погибали на фронте, а она не могла быть рядом с ними. Там, на фронте, бьется с фашистами ее любимый, ее Иосиф… Над госпиталем «шефствовали» комсомольцы завода Уралмаш – навещали раненых, писали письма, устраивали шефские концерты, рассказывали о том, какие боевые машины они выпускают для фронта – для Победы. Однажды Зина сказала: «Я хочу побывать в цеху, поговорить с рабочими.»

И вот однажды, в обеденный перерыв, в огромный, холодный цех завода осторожно внесли носилки. Пройдя на середину сборной площадки, где стояли полностью готовые к отправке боевые машины, молодые рабочие бережно поставили носилки на танк. Сотни людей, собравшихся в обеденный перерыв в цехе, замерли. Приподнявшись на носилках, Зина взволнованно, но громко и ясно, обратилась к рабочим:

— Дорогие друзья! Мне двадцать три года. Я очень сожалею, что так мало успела сделать для своего народа, для Родины, для Победы. За восемь месяцев пребывания на фронте мне удалось вынести с поля боя сто двадцать три раненых солдат и офицеров. Сейчас я не могу воевать и не могу работать. У меня нет теперь ни рук, ни ног. Мне очень трудно, очень больно, оставатся в стороне… Товарищи! Я вас очень, очень прошу: если можно – сделайте за меня хотя бы по одной заклепке для танка!

В цеху наступила необычайная тишина… Потом множество людей очень горячо заговорили одновременно. На этом собрании работники завода решили выпустить сверх плана к концу месяца пять боевых машин.

В назначенный срок из заводских ворот вышли, поблескивая свежей краской, пять танков «Т-34», выпущенных сверх плана из сэкономленного металла. На бортах грозных машин кто-то старательно вывел белой краской: «За Зину Туснолобову!»

* * *

Командир роты Иосиф Марченко очень беспокоился о своей жене, Зине. Уже полгода он не получал от нее никаких вестей. Последнее письмо пришло зимой с Воронежского фронта. Писала, что здорова, воюет, скучает о нем. С тех пор много раз писал ей, но ответа пока не дождался. В часы затишья между боями его мучили вопросы: «Где она? Что с ней? Жива ли?..»

Наконец, в конце июля сорок третьего он получил долгожданный треугольник, с нетерпением развернул его… Стоявшие рядом с Марченко его боевые товарищи увидели, как он вдруг сильно побледнел. Иосиф протянул им маленький, но очень страшный листок – письмо от Зины, написанное рукой медсестры свердловского госпиталя.

На следующий день Иосиф Марченко отправил жене письмо, которое и поныне бережно хранится в их семье:

«Милая моя малышка! Родная моя страдалица! Никакие несчастья и беды не смогут нас разлучить. Нет такого горя, нет таких мук, какие бы вынудили забыть тебя, моя любимая. И у радости, и у горя – мы всегда будем вместе. Я твой прежний, твой Иосиф. Вот только бы дождаться победы, только бы вернуться домой, до тебя, моя любимая, и заживем мы счастливо. Вчера твоим письмом поинтересовался один из моих друзей. Он сказал, что судя по моему характеру, я должен с тобой отлично жить и в дальнейшем. Я думаю, он правильно определил. Вот и все. Писать больше некогда. Скоро пойдем в атаку. Желаю быстрейшего выздоровления. Ничего плохого не думай. С нетерпением жду ответ. Целую бесконечно.

Крепко люблю тебя, твой Иосиф».

* * *

Осень 1943 года. Зина держится мужественно, утешает других раненых и для этого просит переносить себя из палаты в палату. Да и сама она начинает постепенно добиваться кое-каких успехов. Например, она учится писать самостоятельно. Ее правая рука ампутирована выше локтя, но на остаток руки надевается резиновая манжетка с прикрепленной к ней авторучкой. Теперь Зина по многу часов тренируется, тщательно выводя буквы на листе бумаги… Однако, Николаю Васильевичу Соколову, ведущему хирургу госпиталя № 3861, никак не удается уговорить ее еще на несколько нужных, но сложных и болезненных операций. Зину итак мучают нестерпимые боли. Бывают дни, когда она буквально «живет» на обезболивающих…

В середине осени пришел неожиданный конверт с фронта – письмо от мужа! Как ждала и как боялась она этого письма. В этом конверте находилась ее судьба. О чем думает Иосиф? Зина зубами открыла конверт и начала читать…

Потом было еще много писем, которые они написали друг другу. Но именно это письмо стало главным, решающим в Зининой жизни. Зина стала ждать встречи с любимым, готовиться к их общей, семейной жизни.

Николай Васильевич сделал девушке несколько искусных операций – разделил кости ее левой руки и обшил мышцами. Зина переесла операции мужественно, без единого стона. Образовавшимися двумя «пальцами» она стала учиться брать вещи, причесываться, умываться, перелистывать книжные страницы, самостоятельно держать ложку и стакан. В начале 1944 года Николай Васильевич отвез Зину в Москву, в протезный институт. Зине изготовили протезы, и она начала второй раз в жизни учиться ходить.

* * *

В Москве Зина продолжала внимательно следить за событиями на фронте. Советская Армия перешла в мощное наступление, освобождая от оккупантов сотни населенных пунктов и городов Родины. Войска 1-го Прибалтийского фронта вышли на подступы к Полоцку, родному городу Зины. 13 мая 1944 года Зина написала воинам фронта письмо, которое было напечатано во фронтовой газете «Вперед на врага»:

«Отомстите за меня! Отомстите за мой Родной Полоцк!

Пусть это письмо дойдет до сердца каждого из вас. Это пишет человек, которого фашисты лишили всего – счастья, здоровья, молодости.
Мне 23 года. Уже 15 месяцев я лежу, прикованная к госпитальной койке.
У меня теперь нет ни рук, ни ног. Это сделали фашисты.

Я была лаборанткой-химиком. Когда грянула война, вместе с другими комсомольцами добровольно ушла на фронт. Здесь я участвовала в боях, выносила раненных. За вынос 40 воинов вместе с их оружием правительство наградило меня орденом Красной Звезды. Всего я вынесла с поля боя 123 раненых бойца и командира.

В последнем бою, когда я бросилась на помощь раненому командиру взвода, ранило и меня, перебило обе ноги. Фашисты шли в контратаку. Меня некому было подобрать. Я притворилась мертвой. Ко мне подошел фашист. Он ударил меня ногой в живот, затем стал бить прикладом по голове, по лицу… И вот я инвалид. Недавно я научилась писать. Это письмо я пишу обрубком правой руки, которая отрезана выше локтя. Мне сделали протезы, и, может быть, я научусь ходить. Если бы я хотя бы еще один раз могла взять в руки автомат, чтобы расквитаться с фашистами за кровь. За муки, за мою исковерканную жизнь!

Русские люди! Солдаты! Я была вашим товарищем, шла с вами в одном ряду. Теперь я не могу больше сражаться. И я прошу вас: отомстите! Вспомните и не щадите проклятых фашистов. Истребляйте их как бешеных псов. Отомстите им за меня, за сотни тысяч русских невольниц, угнанных в немецкое рабство. И пусть каждая девичья горючая слеза, как капля расплавленного свинца, испепелит еще одного немца.

Друзья мои! Когда я лежала в госпитале в Свердловске, комсомольцы одного уральского завода, принявшие шефство надо мной, построили в неурочное время пять танков и назвали их моим именем. Сознание того, что эти танки сейчас бьют фашистов, дает огромное облегчение моим мукам…

Мне очень тяжело. В двадцать три года оказаться в таком положении, в каком оказалась я… Эх! Не сделано и десятой доли того, о чем мечтала, к чему стремилась… Но я не падаю духом. Я верю в себя, верю в свои силы, верю в вас, мои дорогие! Я верю, в то, что Родина не оставит меня. Я живу надеждой, что горе мое не останется неотомщенным, что немцы дорого заплатят за мои муки, за страдания моих близких.

И я прошу вас, родные: когда пойдете на штурм, вспомните обо мне!

Вспомните — и пусть каждый из вас убьет хотя бы по одному фашисту!

Это письмо-обращение взволновало солдат и офицеров Прибалтийского фронта. На стволах орудий, минометов, на броне танков, на фюзеляжах самолетов появились надписи: «За Зину Туснолобову!»

Так человек непоколебимой стойкости и огромного мужества, Зинаида Туснолобова, снова встала в строй на переднем крае борьбы с немецко-фашистскими захватчиками.

В адрес Зины в институт протезирования пришло более трех тысяч писем с фронта. Вот одно из них – фронтовая новогодняя открытка от рядового Александра Ульянова со смешным нарисованным зайцем:

«Дорогая Зина! Может, этот глупый зайчонок вызовет улыбку на вашем лице и, может быть, смягчит вашу неизмеримую боль и горечь.

Я не знаю вас, но, прочитав в газете «Вперед на врага» ваше обращение, счел своим долгом хоть чем-нибудь выразить вам свое участие. Ваше горе велико. Сколько нужно стойкости и выдержанности, чтобы сохранить в вашем положении волю к борьбе, к жизни.

Ваши друзья, те, которых вы спасали, и те, к чьим ранам не успели прикоснуться ваши заботливые руки,— на коленях перед вами, принесшей такую жертву ради нас, ради нашего общего дела.

Я приветствую вас с Новым годом! Я знаю и верю, что вы найдете в себе силы участвовать в нашей борьбе. Ведь жил же, творил, боролся рядом с нами Николай Островский! От всей души желаю вам светлых дней. Знайте, Зина, ваш призыв услышан, фашисты заплатят за ваши страдания, и среди тех, кого мы покараем смертью, наверняка будет и тот негодяй, что поднял на вас руку.

Не теряйте мужества, пусть Новый год принесет вам успешное окончание лечения и заслуженное возвращение к жизни. Верьте в это! Будете верить? Да?»

Зина старалась ответить всем своим боевым товарищам. Она рассылала фронтовые треугольники, отвечала бойцам через газеты, выступала по радио.

Но самыми главными и желанными – придающими силы и волю к жизни – были конечно, письма любимого. В своих письмах с фронта Иосиф утешал и подбадривал жену, хвалил за успехи, строил планы на будущее, рассказывал о своей мечте посадить огромный яблоневый сад…

* * *

Отгремела война. Вернулись домой фронтовики. Демобилизовался и гвардии старший лейтенант Иосиф Петрович Марченко. Они с Зиной поселились в Зинином родном городе Полоцке. Зинаида Михайловна научилась самостоятельно вести домашнее хозяйство, стала работать диктором на радио, вела большую общественную работу. Всю жизнь муж был ее надежной опорой, другом и помощником.

Строки из письма журналистки Таисии Алексеевны Максимовой свердловскому хирургу Николаю Васильевичу Соколову:

«Перед Новым годом я была в Полоцке и в который раз восхищалась Зиной и всем укладом их, без всяких скидок, настоящей счастливой семьи. Дети у нее замечательные – трудолюбивые, дисциплинированные, здоровые и жизнерадостные. А девочка – просто красотка…»

А вот Николаю Васильевичу пишет сама Зинаида Михайловна Туснолобова-Марченко:

«…Мы с Иосифом вернулись в Полоцк, посадили сад. Может быть, это и есть счастье? Чтобы вот так раздольно цвел сад и росли дети. Подумать только, Вовочка уже в восьмом классе, а Нинка-егоза последний год ходит в детский садик. Сейчас поздний вечер, моя шумная семья угомонилась, все спят, а я пишу вам письмо…

Вся моя семья желает вам, дорогой мой доктор, здоровья, счастья, больших успехов. Приезжайте к нам летом на яблоки, Николай Васильевич! Забирайте всю семью с собой! Будем ездить в лес по грибы, на рыбалку! А главное – вы увидите, как я научилась самостоятельно стряпать, топить печь и даже штопать ребятам чулки.

Горячо любящая вас Зинаида».

* * *

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 декабря 1957 года за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные мужество и героизм в боях с немецко-фашистскими захватчиками в годы Великой Отечественной войны Туснолобовой-Марченко Зинаиде Михайловне присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»

Осенью 1965 года Международный Комитет Красного Креста наградил Зинаиду Михайловну медалью Флоренс Найтингейл. Она стала третьей советской медсестрой, удостоенной этой почётной награды. Флоренс Найтингейл – первая английская сестра милосердия, национальный герой своей страны, совершившая подвиг в прошлом веке. Медаль в память этой патриотки присуждается каждые два года сестрам милосердия разных государств.

Через десять лет после Победы Зинида Михайловна, среди множества других писем, получила письмо от Героя Советского Союза Петра Кузьмича Андреева:

«Здравствуйте, Зинаида Михайловна и вся ваша семья!

Пишет вам Петр Андреев, боевая работа которого в период войны тесно связана с вашим именем: на фюзеляже моего самолета ИЛ-2 в 1944 году было написано ваше имя и мне было поручено мстить за ваши муки.

Просматривая газеты после отпуска, встретил заметку о вас и адрес и решил написать вам письмо. Часто при встречах с молодежью я рассказывал про ваш подвиг, подвиг простого советского человека, патриота своей Родины, который в тяжелый час, когда руки не могли держать оружия, разил врага горячим словом, призывом.

Пусть в это время вы были прикованы к госпитальной койке, но можно твердо сказать, что вы были в передовой цепи идущих в бой бойцов, танкистов, летчиков, артиллеристов, так как ваше имя было написано на боевых грозных машинах, несущих смерть фашистским захватчикам.

Не все дождались дня победы. Мой воздушный стрелок старшина Николай Мощенских погиб под Ригой в воздушном бою. Многое, что было во время войны, начинает стираться из памяти, но имена погибших товарищей в бою трудно забыть, потеря их ничем не может быть восполнена.

Я продолжаю служить в авиации, только свой ИЛ сменил на более совершенный самолет. Учусь сам, учу других, зная, что, чем сильнее будет наша армия, тем надежнее будет мир!

У вас может возникнуть вопрос: а где самолет, на котором было написано ваше имя? Отвечу: он честно отслужил свой срок и по окончании войны был списан под Кенигсбергом.

Вот и все, что хотел вам написать в этом письме. Большой привет вашей семье.

У вас есть фотография моего боевого экипажа в период войны, а сейчас высылаю фото «экипажа» мирного времени — жена Нина, сын Сергей и я.

С приветом Петр Андреев».

* * *

Зинаида Михайловна Туснолобова-Марченко скончалась 20 мая 1980 года.

Она – Почётный гражданин города Полоцка, одна из улиц которого названа её именем. В Полоцке открыт музей-квартира Героини. В музее-квартире Н. А. Островского «Преодоление» (Москва, ул. Тверская, д. 14) размещен стенд, посвящённый мужеству Героя Советского Союза, З. М. Туснолобовой-Марченко.

* * *

В очерке использованы материалы:

Туснолобова-Марченко Зинаида Михайловна
23.11.1920 — 20.05.1980
Герой Советского Союза

Даты указов

06.12.1957 Медаль № 10842

Памятники

Бюст

Надгробный памятник

Мемориальный музей-квартира

Памятник в Полоцке

Аннотационная доска

Полоцкий государственный медицинский колледж

Бюст (2)

Предыдущая

Туснолобова-Марченко Зинаида Михайловна — бывшая санитарка 849-го стрелкового полка 303-й стрелковой дивизии 60-й армии Воронежского фронта, старшина медицинской службы в отставке; инвалид Великой Отечественной войны 1-й группы.
Родилась 23 ноября 1920 года на хуторе Шевцово, ныне Россонского района Витебской области Белоруссии, в крестьянской семье. Русская. Член ВКП(б)/КПСС с 1942 года.
Окончила неполную среднюю школу. Жила и работала в городе Ленинск-Кузнецкий Кемеровской области лаборантом-химиком треста «Ленинскуголь».
В Красной Армии с 1942 года, окончила курсы медицинских сестёр. В действующей армии с апреля 1942 года.
Санитарка 849-го стрелкового полка (303-я стрелковая дивизия, 60-я армия, Воронежский фронт) рядовой Зинаида Туснолобова за 8 месяцев пребывания на фронте вынесла с поля боя 128 раненых. В феврале 1943 года в бою за станцию Горшечное Курской области была тяжело ранена, обморожена. Врачи спасли ей жизнь, но она лишилась рук и ног.
С 1943 года старшина медицинской службы Туснолобова З.М. — в отставке. Выступала перед рабочими уральских заводов, по радио. В мае 1944 года, когда линия фронта приблизилась к её малой родине, обратилась к воинам 1-го Прибалтийского фронта. Её письмо зачитывали повсеместно. На орудиях, танках, самолётах появились надписи «За Зину Туснолобову».
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 декабря 1957 года за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные мужество и героизм в боях с немецко-фашистскими захватчиками в годы Великой Отечественной войны Туснолобовой-Марченко Зинаиде Михайловне присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
Осенью 1965 года Международный Комитет Красного Креста наградил З.М. Туснолобову-Марченко медалью Флоренс Найтингейл. Она стала третьей советской медсестрой, удостоенной этой почётной награды.
Вместе с мужем-фронтовиком жила в городе Полоцке Витебской области Белоруссии, вырастила двоих детей, вела большую партийную и общественную работу.
Скончалась 20 мая 1980 года. Похоронена в Полоцке, на Красном кладбище.
Награждена орденом Ленина (06.12.1957), орденами Красного Знамени, Красной Звезды, медалями.
Почётный гражданин города Полоцка, где улица носит её имя и открыт музей-квартира Героини. Стенд, посвящённый исключительному мужеству З.М. Туснолобовой-Марченко, размещён в музее-квартире Н.А. Островского «Преодоление» в доме № 14 по улице Тверской в городе-герое Москве.

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ЗИНАИДЫ ТУСНОЛОБОВОЙ — ВОИНАМ 1-ГО ПРИБАЛТИЙСКОГО ФРОНТА (май, 1944-го года):
«Отомстите за меня! Отомстите за мой Родной Полоцк! Пусть это письмо дойдет до сердца каждого из вас. Это пишет человек, которого фашисты лишили всего — счастья, здоровья, молодости. Мне 23 года. Уже 15 месяцев я лежу, прикованная к госпитальной койке. У меня теперь нет ни рук, ни ног. Это сделали фашисты.
Я была лаборанткой-химиком. Когда грянула война, вместе с другими комсомольцами добровольно ушла на фронт. Здесь я участвовала в боях, выносила раненных. За вынос 40 воинов вместе с их оружием правительство наградило меня орденом Красной Звезды. Всего я вынесла с поля боя 123 раненых бойца и командира.
В последнем бою, когда я бросилась на помощь раненому командиру взвода, ранило и меня, перебило обе ноги. Фашисты шли в контратаку. Меня некому было подобрать. Я притворилась мертвой. Ко мне подошел фашист. Он ударил меня ногой в живот, затем стал бить прикладом по голове, по лицу… И вот я инвалид. Недавно я научилась писать. Это письмо я пишу обрубком правой руки, которая отрезана выше локтя. Мне сделали протезы, и, может быть, я научусь ходить. Если бы я хотя бы еще один раз могла взять в руки автомат, чтобы расквитаться с фашистами за кровь. За муки, за мою исковерканную жизнь!
У меня есть брат. Он не может больше мстить за меня: он теперь тоже остался без руки. Это сделали фашисты. У меня был муж, лейтенант. Его убили. Это сделали фашисты. Я была молода и счастлива. Теперь я калека. Это сделали фашисты.
Русские люди! Солдаты! Я была вашим товарищем, шла с вами в одном ряду. Теперь я не могу больше сражаться. И я прошу вас: отомстите! Вспомните и не щадите проклятых фашистов. Истребляйте их как бешеных псов. Отомстите им за меня, за сотни тысяч русских невольниц, угнанных в немецкое рабство. И пусть каждая девичья горючая слеза, как капля расплавленного свинца, испепелит еще одного немца…»