Замуж за алкоголика

Выйти замуж за алкоголика – это судьба!

Выйти замуж за алкоголика или за того парня, который потом заболеет алкоголизмом. Что это? Ошибка выбора, знак судьбы? Можете со мной не соглашаться, даже побить меня камнями, но это судьба. Или скажем иначе: закономерность. Научными исследованиями установлено, что дочери алкоголиков склонны выходить замуж за алкоголиков. Механизм выбора брачного партнера непонятен, но факт установлен.

В моей почте немало писем от невест алкоголиков. Очень поучительные истории. Страдания жены алкоголика некоторые понимают как реакцию на несчастье в доме. Особую психологию жены как будто формирует многолетний опыт трудной жизни рядом с алкоголизмом близкого человека. А у невесты еще такого опыта нет. Психологически же некоторые девушки готовы на все трудности жизни в проблемном браке.

«Меня как магнитом притягивают только трудные мужчины. Почему?» – спрашивала меня одна невеста алкоголика. Я не знаю почему. Но вижу и в других письмах сходную тенденцию.

Вот фрагмент из письма.

«Я дружу с парнем, который болен алкоголизмом. Ему 25 лет, мне 20 лет, встречаемся 8 месяцев. Бросать я его не хочу и не буду, потому что я его очень люблю и хочу, чтобы он стал человеком. Научите меня, как вести себя, когда он пьян, и что говорить ему трезвому, как мне добиться, чтобы он бросил пить. К моим родителям обращаться бесполезно, они вообще мало знают мою личную жизнь. Если я спрошу их, как вести себя с парнем-алкоголиком, скажут, чтобы я бросила его. Его родители могут только кричать и ругаться. Отец его пил раньше, теперь не пьет, вот уже 15 лет, ему 50 лет. Дедушка моего друга тоже пьет, но сейчас реже. Когда мы с моим женихом приезжаем к его родным, дедушка его обязательно угощает.

Мой жених был женат, есть ребенок. Причина развода до меня в общих чертах дошла: муж пил, жена изменяла, скандалы, он ее бил. Соседи, его дружки, все алкоголики, ему с ними интересно. Других друзей, непьющих, он не хочет иметь».

Мне представляется это письмо типичным для невесты алкоголика.

Обратим внимание на то, что она ничего не пишет о себе. Есть в письме только один штрих – она вышла из семьи, где не принято было доверять и обсуждать тайны личной жизни. Значит, отношения невесты с родителями были не очень доверительными, а возможно, и плохими. Скорее всего, ее родительская семья – это многопроблемная семья.

Невеста сейчас сфокусирована на проблемах жениха. Проблем у него много. Семья, из которой он происходит, типично алкогольная – больны алкоголизмом отец, дед. В прошлом у жениха был опыт неудачной семейной жизни, он бил жену. Алкоголизм и насилие часто ходят рядом и передаются от одного поколения к другому. Недавно прочитала научную статью, в которой изучали этот вопрос на 20 португальских семьях, состоящих из 3 поколений. Наличие алкоголизма и насилия в нескольких поколениях одной семьи установили в 18 из 20 изученных семей.

Невеста, автор письма, по-видимому, думает, что ей удастся избежать участи первой жены своего жениха. Боюсь, что и вторую жену он будет бить.

Невеста не чувствует опасности для себя, она упорно верит, что все это (и алкоголизм, и жестокое обращение с женой) в ее семье не повторится. Как сильна вера невесты в силу любви, как твердо она об этом высказывается! У нее как будто выключен тот аппарат, который должен улавливать сигналы опасности. Жених недвусмысленно подает сигналы, а невеста их не различает. Это мифологическое мышление, вера в иллюзии.

Но почему она любит не ныне живущего человека, а того, будущего, как будто он еще и не стал человеком, как она выразилась «…хочу, чтобы он стал человеком»? Она непоколебимо убеждена, что может «сделать» его человеком. Как будто кого-то можно сделать, особенно того, кто сам сопротивляется всякому влиянию. Какой там у него может быть духовный рост, если он выбирает себе друзей только среди пьющих? Человек стремится в ту среду, где он может реализовать свои наклонности.

Может быть, это главная черта невест алкоголиков – безграничная вера в свою способность переделывать, перевоспитывать своих женихов, вершить их судьбы. Да может ли один человек, даже если это мать, отец или учитель, вершить судьбу другого, создавать людей по своему замыслу, держать их жизнь под контролем? Нет, конечно. Себя самого по добровольному желанию изменить трудно, а другого не трудно, это просто невозможно. Ставить себе такую цель бессмысленно. Люди не поддаются переделке по чьему-то замыслу. Люди обладают таким свойством, как «сопротивление материала».

Уверенность невест и жен алкоголиков в успехе своего замысла по отучению его от пития видна в каждом письме. Они даже не спрашивают, возможно ли отучить. Они требуют – научите, как вести себя.

«Конечно же, я знала, что выхожу замуж за пьющего. Но тешила себя мыслью, что смогу исправить его», – пишет жена алкоголика.

Далее в этом письме она сообщает, что «исправить» его не удалось. Слово-то какое употребила. Брак – не исправительное учреждение, это скорее добровольное сотрудничество двух партнеров.

Одна женщина выразилась еще яснее на этот счет: «Когда выходила замуж, видела, что он алкаш. Что же я за женщина, если не смогу перевоспитать своего любимого!» Любимый-то он любимый, да не очень уважаемый, иначе не называла бы его «алкашом». Финал этой истории тот же – перевоспитать не удалось.

Итак, невесты алкоголиков сосредоточены на проблемах своих женихов, а не на своих собственных. Проблемные люди их притягивают, вызывают повышенный интерес. Есть объект для приложения своих недюжинных сил. Еще ни одна женщина в мире не «перевоспитала» алкоголика, не получила желанную его трезвость в обмен на свою любовь. Но не прекращается полет бабочек на губительный огонь. Сила саморазрушающего поведения.

Ее детство

Возможно, она была старшей или единственной дочерью в семье. Детство ее было довольно трудным, иногда из-за того, что отец был болен алкоголизмом (либо дедушка), иногда из-за того, что мама была очень требовательной, властной, постоянно критикующей.

Будущая невеста алкоголика была очень хорошей девочкой. Она так хорошо училась в школе, она так чисто прибирала в доме, она так старалась в других делах, что все время надеялась на похвалу родителей. Но тщетно.

Мама дочкиных достижений не замечала, будучи занятой борьбой с мужем-алкоголиком. Мама практиковала ту ядовитую педагогику, которая не позволяет хватить дочку, а то испортишь. И вообще «они тогда на голову сядут».

Что бы девочка ни сделала хорошего, сколько бы пятерок ни принесла, им, родителям, всего этого мало, чтобы вознаградить ее теплом, лаской, выражением любви, теплым прикосновением, чтобы воскликнуть: «Мы гордимся тобой, доченька! Ты у нас такая замечательная».

Родители оставались для дочери либо физически, либо эмоционально недоступны, а часто и так и так. Папа мог оставить семью, мама могла быть занятой на двух работах. Папа мог и жить в семье, но если он нетрезв или занят своими делами, то с ним душевно не пообщаешься. Так выглядит эмоциональная недоступность. Результат у дочери – неутоленный эмоциональный голод. Голод на любовь.

Как часто ее критиковали дома? О, весьма часто.

Отсутствие похвал и резкая частая критика со стороны самых значимых людей – родителей – приводят к еще одному важному для выбора будущего супруга результату. У дочери сформирована отчаянно низкая самооценка.

Где-то в глубине души эта девочка, затем девушка убеждена, что недостойна носить шелка. Она всю жизнь чувствует себя лучше в чем-нибудь грубо холщовом. Она не чувствует себя достойной личностью, много значащей в этой жизни. Как она в своих глазах может что-то значить, если для родителей она ничего не значила?

Ей очень хочется доказать, что у нее все будет хорошо, что она умеет добиваться поставленной цели. Иногда эти девушки клянутся, что в ими созданных семьях все будет по-другому, совсем не так, как у папы с мамой. Чем сильнее желание создать иную семью, тем больше вероятность повторить мамину судьбу.

Отрицать тот уклад жизни, который сопровождал детство, значит, оставаться привязанным, но не позитивным, а негативным образом к своей родительской семье. Быть привязанным – быть несвободным. Это мешает свободному выбору. Чтобы образовать новые эмоциональные привязанности, например, к супругу, необходимо вырасти и освободиться от детских привязанностей. В письмах невест высказано много отрицательных чувств к родителям.

Невестам алкоголиков редко приходит в голову такая простая мысль, как «Я – ценная и достойная женщина». Часто же приходит в голову желание спасать кого-нибудь, удерживать от падения в пропасть, жертвовать собой. Ей нужен героизм. Через героизм иногда люди обретают чувство значимости своей личности.

Ресурс самоценности у невест алкоголиков такой слабый, что нужна подпитка извне. Им неведомо, что самоуважение, самоценность, адекватная самооценка – это глубоко внутреннее качество. Это просто убежденность, не зависящая от фактических наших достижений. Это качество сильно зависит от того, кем тебя считали в детстве самые значимые для тебя люди – мама и папа. Считали тебя хорошим человеком, любили без всяких условий, а не за послушание или примерное поведение, значит, самооценка высокая, значит, в жизни будет меньше проблем.

Дети как миротворческие силы

Родители девочки, будущей невесты алкоголика, могли ссориться. Дочь видела свою роль в том, чтобы примирить их или не допустить ужасных последствий ссоры. Когда дух войны проносится по дому, ребенок как-то быстро понимает, что нужно сделать, чтобы не дошло дело до вызова милиции, чтобы папа не побил маму, чтобы соседи не слышали криков. Ребенок быстро спрячет лежащий на столе нож, может выключить телефон, задернуть занавески на окнах. Да мало ли что еще. Ситуация сама подскажет, что делать.

Так девочка вырастает сверхбдительной. Она все детство простояла на вахте, всегда была начеку. Эта же ситуация способствовала тому, что она росла очень смышленой, решительной, серьезной и ответственной. В будущей жизни с мужем-алкоголиком эти качества будут востребованы ежедневно.

Естественно ли ребенку быть прокладкой в сэндвиче, т.е. занимать позицию между конфликтующими родителями? Естественно ли кому бы то ни было жить, не зная расслабления и доверия окружающему миру? Ожидать все время подвоха, как будто в каждую минуту может случиться нечто трагическое? Дети из алкогольных семей могут думать, что это естественно. Они же не знали иного внутрисемейного устройства жизни.

Потребность управлять

Кто вырос в трудной, проблемной семье, тому постоянно хочется усилием воли переделать все плохое в хорошее. Такие люди стремятся изо всех сил не допустить, чтобы жизнь протекала свободно и естественно, без нажима и вмешательства с их стороны. Они не позволяют жизни состояться. Они стремятся управлять жизнью. Они верят, что могут контролировать течение неблагоприятных событий. «Я отучу его от водки», «Любовь и преданность делают чудеса, и у меня он пить не будет», «У хороших жен мужья не пьют», – вот их кредо.

Не имеет значения, что в детстве будущей жене алкоголика не удалось добиться, чтобы папа не пил. Тем сильнее в зрелом возрасте стремление повторить этот семейный сценарий и на этот раз обязательно со счастливым концом.

Корень потребности управлять лежит в бессилии, в страстном желании быть сильнее, чем ты есть на самом деле. Однажды девочка, невеста алкоголика, была уже бессильной. Этого достаточно.

Они не выходят замуж, а выскакивают

Детство у невесты было таким, из которого хотелось поскорее убежать и переделать свою жизнь на иной лад. О невесте алкоголика можно было бы сказать словами классика: «В детстве у нее не было детства». Не детское это занятие – мирить родителей, утешать обиженную мать, ребенок не должен и не может быть психотерапевтом в семье. Можно надорваться и на таком благородном направлении, как сильное желание обрадовать родителей. Ребенок старается сверх своих сил, а родителям все мало его достижений.

Жизнь в родительском доме нелегка. И как только девушка достигает совершеннолетия, ей очень хочется поскорее покинуть этот дом. Поэтому они могут выходить замуж стремительно быстро. Выскочить за первого попавшегося, правда, почему-то попадаются женихи с алкогольными наклонностями. Наверное, и алкогольные браки совершаются на небесах.

В.П. Нужный (2000) с юмором, но по содержанию совершенно серьезно пишет о будущей жене алкоголика: «Она всей душой ждет, надеется побыстрее встретить своего принца и уйти из опостылевшего дома. Поэтому она чутка и отзывчива к любому мужчине, который первый ее приласкает и обогреет… Такая девушка если полюбит, то до конца – на всю жизнь. Она готова пойти за своим милым сквозь огонь и воду. Она готова стоять за него насмерть и горло перегрызть любому его обидчику. Она способна жертвовать всем – своим удобством, временем, престижем, красотой, женственностью, лишь бы ее рыцарю было хорошо» (с. 332).

Ее юность

Многие женщины выбирают себе в мужья тех мужчин, кто внешностью или манерами напоминает отца. Равно как и мужчины склонны жениться на тех, кто напоминает мать.

Отбор совершается неосознанно, на подсознательном уровне. Опасная ловушка. Для стабильной семьи необходим брачный партнер, равный по достоинству, с которым можно делить ответственность за общий дом. Маменькины сынки и папенькины дочки – люди инфантильные, к ответственности неготовые. В браке они реализуют детскую фантазию «Когда я вырасту, я женюсь на тебе, мама». Пока еще никто на своей матери не женился. И хорошо. Такой брак был бы обречен на плохие взаимоотношения.

Помните, что в детстве у будущей невесты алкоголика образовался неутоленный голод на любовь? Можно даже сказать больше – неутоленный эмоциональный голод. В семье не удовлетворялись такие мощные эмоциональные потребности, как потребность в прикосновении, в одобрении, в ободрении, в приятии. Голодный человек плохо делает покупки. Голодный съест и объедки на пиру жизни. Может быть, поэтому девушки не выходят замуж, а выскакивают за своих алкоголиков. Любое сближение, прикосновение принимают за любовь, о которой долго мечтали. «Он только взял меня за руку, и я стала преданной ему».

Хочется верить, что все будет хорошо. И верят, и идут навстречу своим страданиям с выключенными огнями, предупреждающими об опасности. Даже такой знак, как «он бил свою жену», не предостерегает. Новый брак – это не жизнь с чистого листа. В повторный брак человек привносит все свои старые проблемы и добавляет новые, поскольку он привносит свою личность. А личность – величина постоянная. Не верите? Оглянитесь вокруг. Вы вспомните не одну женщину, которая развелась с одним мужем-алкоголиком, вышла замуж за другого – и тот оказался алкоголиком. Я знаю семьи, где 3-4 раза люди были женаты, и каждый раз супруг или супруга оказывались алкоголиками.

Низкая самооценка, с которой невесты вступают во взрослую жизнь, требует обязательной подпитки извне. Жених с проблемами – это поле деятельности, на котором можно проявить свои до сих пор недооцененные действительно лучшие качества. «Уж я-то постараюсь быть ему и верной, и преданной, и хорошей хозяйкой». Если у жениха есть дети от первого брака и можно заменить им мать, то это просто шанс стать героиней. Вопреки мифу о злой мачехе стать любящей приемной матерью. Вот тогда он меня оценит.

Девиз невесты: «Я тебе нужна? Возьми меня». Почему-то ей в голову не приходит: «А зачем он мне нужен? Чтобы я ему доказывала, что я – хорошая? Я и так в этом не сомневаюсь». Но так может думать девушка с нормальной самооценкой, ей не надо доказывать, она себя ощущает хорошей. Другой законный вопрос невесты с адекватной, хорошей самооценкой мог бы быть таким: «А какие мои потребности он удовлетворяет? Никакие. Значит, он мне не нужен».

Женщина может стремиться ублажать все желания и прихоти жениха только потому, что ей необходимо зарабатывать подпитку извне для своей критически низкой самооценки. Самоотверженная любовь… Зачем же отвергать себя? И если ты сама себя отвергаешь, то почему же он тебя не отвергнет?

Страх быть брошенной, быть отвергнутой, страх быть ничьей так и гонит замуж. Кажется, в детстве ей тоже не удавалось испытать чувство полной принадлежности отцу и матери, родители держали дистанцию. Принадлежать кому-то – человеку, группе, коллективу, семье, нации – комфортно. Не надо только при этом терять себя, не принадлежать самой себе. Когда ты с кем-то, возникает иллюзия, что ты сильнее, что так безопаснее. Только все это иллюзия. Эти женщины так настрадались в родительском доме, что готовы отказаться от реальности, готовы верить в иллюзии. В иллюзорном мире, может быть, и легче жить. Однако выход из иллюзий и столкновение с реальностью неизбежны. Чем дольше в иллюзиях пребываешь, тем больнее выход из них.

«Если я не отучу своего Васю от водки, то я ничего не значу в этой жизни», – вот до такой нулевой значимости своей личности дошла Галя, зоотехник совхоза, 25 лет. Галя считает себя ноликом, а Васю палочкой, которая будучи приставленной к нулю, даст значимую величину, придаст вес и смысл жизни этой молодой и, я не сомневаюсь, талантливой, работящей и достойной женщине. Неужели отдельная от Васи и от кого бы то ни было жизнь Гали так-таки ничего и не значит? Не могу поверить. А она верит. Может быть, ей с детства давали понять, что она – пустое место, что она – недотепа. Она поверила в свою никчемность. Это опасно.

Невесты алкоголиков – люди, эмоционально незрелые. По паспорту ей может быть 20 лет, а чувства как у 12-летней. Очень большое место в душе занимает страх остаться одной, страх перед будущим, невозможность самостоятельно стоять на ногах. Подобно ребенку она должна обязательно за кого-то держаться, к кому-то склоняться, ей крайне нужна опора. Всем нам нужна психологическая поддержка, но не до такой же степени, чтобы серьезно заявлять: «Без него я не могу жить».

У меня есть книга американского автора о том, как избежать одиночества, о роли мужчины в жизни женщины. Мне нравится название этой книги «Мужчины – это только десерт». Главная идея книги состоит в том, что женщина – сама личность, ее жизнь может быть полной в любых условиях – в браке, без брака. Если в ее жизни есть еще и любимый мужчина, это прекрасно. Но мужчина – это только десерт, а главное блюдо – она сама (Friedman S., 1983).

Невесты, а затем и жены алкоголиков считают сами себя придатком к чьей-то жизни. Как будто они гарнир, а не главное блюдо. Иногда это выглядит мило: «Позвольте вам представить мою половину». Да? Вы действительно думаете, что вы только половина личности? Брак – это не сумма двух половинок. Брак – это взаимодействие двух цельных личностей. Если помножить половинку на половинку, то в результате будет одна четвертая. И только если помножить единицу на единицу, то будет единица, нечто целое, полновесное. Невесты еще не знают, что представляют собой целостную личность, полновесную единицу.

Невесты, будьте бдительны!

Вы играете в опасную игру под названием «Вначале я выйду замуж за мужчину, а потом сделаю из него человека». В этой игре невесты остаются в проигрыше. Ваш жених пьет и не думает обращаться за помощью в лечении алкоголизма. Это знак того, что никто, в том числе и любящая невеста или жена, его не изменит. Многие женщины в подобной ситуации ставили вопрос ребром: или я, или водка. Побеждала водка.

Я понимаю, что той девушке, письмо которой я цитировала в начале главы, трудно самой себе поставить вопрос: «Мой жених пьет, не имеет никаких интересов, не связанных с выпивкой, не чувствует ответственности за свою жизнь, за жизнь своего ребенка. И это все, чего я достойна? Может быть, я себя ценю слишком низко? Это ведь нормально – уважать, ценить и даже любить себя». Один писатель сказал, что мерою достоинства женщины может быть мужчина, которого она любит. Невестам можно подумать об этом. Правда, я с писателем не согласна. Мера достоинства человека не вне человека, а в нем самом.

Возможно, внутренний монолог невесты пойдет таким путем. «Отсутствие чувства собственного достоинства во мне – вот причина, по которой меня тянет, как магнитом, к проблемным мужчинам. Жених-алкоголик – личность, уже руинированная. На его фоне я буду выглядеть очень выигрышно. Каждый день я буду иметь право сказать (или только думать), что я лучше его, я выше его. Я буду иметь моральное право управлять им.

Но неужели я не найду другого применения своим силам? Все бросить к его ногам, а он еще не захочет воспользоваться бесценным даром? А может, я очень боюсь, что мой будущий муж меня бросит? Этот никчемный точно не бросит. Куда он без меня? Ведь пропадет. Я же ему поддержка и опора.

Я ему даю так много – все внимание ему, только его проблемы для меня и важны, о своих я ему не рассказываю, зачем беспокоить любимого мужчину? Он не любит моих жалоб. Я соглашаюсь на секс по первому его требованию, не считаясь с тем, хочу я этого или нет. Разве он все это не оценит?» Не обольщайся, дорогая, не оценит.

Ее будущее

С ним, женихом-алкоголиком потом мужем-алкоголиком, ты хлебнешь горя. Ты будешь мишенью его агрессии. Агрессия будет и словесной, и физической. Помнишь, он жену бил. Может быть, он и не жестокий человек. Но он не умеет решать конфликтные ситуации иным путем. Не будет конфликтов? Заблуждаешься. Конфликты часты даже в счастливом браке, и это нормально.

С мужем-алкоголиком, даже если ты не разведешься, ты будешь матерью-одиночкой. Он будет говорить, что у него нет времени воспитывать ваших детей. На самом деле у него нет ответственности перед ребенком, как нет ответственности и перед собственной жизнью. Ты будешь весь дом обустраивать сама, все сто процентов ответственности за семью возложишь на себя. При нормальных же взаимоотношениях каждый из супругов берет на себя 50 процентов ответственности за семью, за дом, за детей.

Пока не поздно

Дорогая невеста! Начни познавать науку о том, как заботиться о самой себе. Научись отстаивать свои интересы. Довольно быть созависимой. Дочитай книгу до конца. Сценарий жизни можно изменить.

А пока для начала задай себе всего 2 вопроса:

1. Куда я иду?

2. Кто со мной в компании?

Отвечай на вопросы себе честно, лучше запиши ответы. И не дай Бог, ты переставишь местами эти вопросы. Тогда ты попадешь в ад.

Первый вопрос – это вопрос о цели и смысле жизни, о твоих стремлениях, о том, чего ты хочешь достичь.

Второй вопрос заставит тебя осмотреться, подумать, кем ты себя окружаешь, в какой ты компании оказалась, кто твой главный компаньон – жених.

Если ты поставишь себя в положение страдалицы, терпеливицы, если ты принесешь себя в жертву, то ни ты, ни твой избранник нынешний не выиграет. И тебе, и ему будет плохо. Выбор есть. Он за тобой.опубликовано econet.ru

Валентина Москаленко

«Люблю алкоголика, чтобы он стал человеком»

«Муж умер, а я отмучилась»

Как врач-психиатр, защитившийся по теме «шизофрения», пришла к теме созависимости?

Вся профессиональная работа подвела меня к этому. Однажды, будучи молодым, 25-летним врачом в Московской областной психиатрической больнице, я пришла в отделение и докладываю заведующей: «Вы знаете, Лариса Николаевна, Рябов у нас умер». Это был больной с алкогольным психозом (в народе – «белочка»), поступивший накануне.

«Да, одним алкоголиком меньше», – ответила она. Я подумала: «Надо же, давно работает, очерствела, что ли? Мне жалко человека». И стала думать: надо жене телеграмму посылать, она приедет, и как ей сказать, что ее муж умер?

Это была моя первая врачебная смерть. Я думала: может, я чего-то не довела, надо было больше глюкозы ему вводить, физраствор надо было вводить… Приезжает жена, я – одна. Каково же было мое удивление, когда она, узнав о смерти мужа, перекрестилась и с облегчением сказала: «Слава Тебе, Господи, отмучилась!»

Я тогда не представляла себе всех мучений женщин, чьи мужья страдают алкоголизмом, но поняла, что ее жест правдивый, он не театральный. Стал возникать интерес: что чувствует женщина, чей муж пьет? Возник интерес к взаимоотношениям в такой семье, хотя в профессиональные обязанности врача-психиатра это не входило.

Была бы жена умная, развелась бы с алкоголиком, разве нет?

Раньше я думала: «Женщина, конечно, страдает. Но была бы умная, не страдала – развелась бы! На самом деле развод ничего не решает! Созависимость остается, и велика вероятность, что и следующий брак у такой женщины будет «алкогольный».

Встречала я таких людей и в Америке, где проходила обучение в 1990-е годы. Один бизнесмен пришел на групповое занятие для созависимых и рассказал, что у него уже 4-я жена и, как и три предыдущие, снова алкоголичка. А он – даже не пьет. И пришел разобраться, что же с ним происходит.

Очень мало разводов по причине алкоголизма – они есть, но происходят не лавинообразно. Хотя иногда даже до заключения брака видно, что будущий муж – алкоголик. Но все равно женщину к нему тянет, как магнитом!

Валентина Москаленко

«Люблю и хочу, чтобы он стал человеком»

Отрывок из книги В. Москаленко «Возвращение к жизни»

«Я дружу с парнем, который болен алкоголизмом. Ему 25 лет, мне 20, мы встречаемся 8 месяцев. Бросать я его не хочу и не буду, потому что я его очень люблю и хочу, чтобы он стал человеком. Научите меня, как вести себя, когда он пьян, и что говорить ему трезвому, как мне добиться, чтобы он бросил пить.

К моим родителям обращаться бесполезно, они вообще мало знают про мою личную жизнь. Если я спрошу их, как вести себя с парнем-алкоголиком, скажут, чтобы я его бросила. Его родители могут только кричать и ругаться. Отец пил раньше, теперь не пьет, вот уже 15 лет, сейчас ему 50. Дедушка моего друга тоже пьет, но уже реже. Когда мы с моим женихом приезжаем к его родным, дедушка обязательно угощает спиртным. Мой жених был женат, есть ребенок. Причина развода мне известна в общих чертах: муж пил, были скандалы. Соседи, его дружки, все алкоголики, ему с ними интересно. Других друзей, непьющих, он заводить не хочет».

Это письмо представляется мне типичным письмом невесты алкоголика. Обратим внимание на то, что она ничего не пишет о себе. Есть в письме только один штрих – она вышла из семьи, где было не принято доверительно обсуждать тайны личной жизни. Значит, отношения невесты с родителями не назовешь близкими. Скорее всего, ее родительская семья – проблемная.

Девушка сейчас сфокусирована на проблемах жениха, их у него много. Семья, из которой он происходит, типично алкогольная – в ней больны отец, дед. В прошлом у жениха был неудачный опыт семейной жизни, он поднимал на жену руку. Алкоголизм и насилие часто соседствуют друг с другом и передаются из поколения в поколение. Невеста, автор письма, по-видимому, думает, что ей удастся избежать участи первой жены своего жениха. Боюсь, что и вторую жену он будет обижать точно так же.

Девушка не чувствует опасности для себя, она упорно верит, что все это (и алкоголизм, и жестокое обращение с женой) в ее семье не повторится. Как сильна вера невесты в силу любви, как твердо она об этом высказывается! У нее как будто отключен аппарат, который должен улавливать сигналы опасности. Жених недвусмысленно подает сигналы, а невеста их не различает. Это мифологическое мышление, вера в иллюзии.

Но почему она любит не ныне живущего парня, а того, будущего, как будто он еще и не человек – как она пишет, «хочу, чтобы он стал человеком»? Она непоколебимо убеждена, что сможет «сделать» его таким. Как будто можно «сделать», особенно мужчину, который сам сопротивляется всякому влиянию (…)

Что же такое созависимость?

Это разновидность зависимости, она не химическая, как алкоголизм или наркомания, это зависимость от людей. Когда ко мне приходили жены, они выражались так: «Он зависим от алкоголя. А я стала зависима от него!» Оказывается, созависимость возникает не в браке, а гораздо раньше: зачастую даже на несколько поколений раньше. Опыт предыдущих поколений накапливается и передается.

Я думаю, при созависимости, как и при алкоголизме, есть разные степени тяжести этого состояния. Кого-то она чуть-чуть затронет, а для других это страдание, которое определяет их судьбу и коверкает жизнь…

Чем отличается семейная система, в которой никто не пьет, но созависимость – есть?

Во-первых, там существует запрет на чувства. Раньше я думала, что только на отдельные чувства – гнев, например. Допустим, всем нам известен такой запрет: если родители могут кричать на ребенка, то ребенок кричать на родителя или при родителях, топать ножками – не имеет права…

Но есть и запрет радоваться! «Что ты распрыгалась-то! Как бы к вечеру плакать не стала». Потом я поняла, что есть запрет на все чувства. Допустим, ребенок говорит: «Мне каша невкусная!» – «Вкусная. Ешь кашу!» Как будто ему внушается, что никаких чувств у него нет и не может быть. И человек начинает отказываться от своих чувств, он даже их не улавливает.

Самое трудное в работе с созависимыми – учить клиента называть свои чувства, учить распознавать, что он чувствует. Это и называется эмоциональными репрессиями: нет свободы выражения чувств, нет свободы выражения своего мнения.

Семьи такие часто управляются не демократическим путем, где у каждого есть право голоса и свое мнение, а авторитарным: «Я сказала! А ты еще мал, тебя не спрашивают!»

Происходит обесценивание мнения и т.д. И не надо алкоголизма! Так глава семьи – часто это женщина – определяет все и всем указывает, как жить. И это не ее свободный выбор, это ее потребность, сформированная в очень раннем детстве, когда запрещалось чувствовать, выражать свое мнение, быть значимым.

Я однажды так удивилась за границей, когда увидела, что ребенок в магазине сам выбирает себе обувь. А тут – свободы выбора нет! Жену – и ту не всегда сын может свободно выбрать!

В каждой семье есть роли, иногда перевернутые, например, когда дети становятся взрослыми, а взрослые – детьми. Например, когда при повторном браке мама спрашивает ребенка: «Скажи, мне за этого дядю можно выйти замуж, как ты считаешь?» Где это видано, чтобы родитель спрашивал разрешения и возлагал на хрупкие детские плечи ответственность за выбор своего супруга?! Это значит, что мама – ребенок. Нельзя спрашивать такое у ребенка, хоть в 9 лет, хоть в 20! Можно только ставить в известность.

Так что нарушение в семейной системе может произойти без всякого алкоголизма. Просто, когда есть алкоголь, это все более явно, выпукло.

Спрашиваю у мальчика на приеме:

– Когда мама пьет, ты что делаешь?

– Покрикиваю на нее. Ну, и суп варю. Укладываю ее спать.

– А если рвота случится, что делаешь?

– Ну, вытираю, конечно.

Чьи это роли? Родительские. Вот опять – перевернутые роли…

«Если что-то идет не так, это моя вина»

Любовная зависимость – это же романтично, что в этом-то плохого?

Я убедилась, что и любовная зависимость – глубокая, причиняющая много страданий, это серьезная вещь. Когда я писала первое издание книги «Когда любви слишком “много”», я видела перед собой 20-летнюю собеседницу, мне эта книга казалась несколько поверхностной, что ли, простой. А во втором издании я постаралась добавить, углубить материал, сделать ее более весомой, показать закономерности любовной зависимости. Какие? Склонность жить в иллюзиях, в мифах, а не в реальности, низкая самооценка. Часто к этому приводит дефицит родительской любви. Здесь есть и влияние рода.

Отрывки из книги В. Москаленко «Когда любви слишком “много”»

12 мифов о любви

От влюбленных часто приходится слышать утверждения вроде тех, что приводятся ниже. А вы как думаете, какие из них верны, а какие – нет?

1. Если ты узнаешь мои недостатки, то оставишь меня.

2. Мы – одно целое.

3. Быть уязвимым и ранимым человеком всегда плохо.

4. Мы никогда не будем ссориться или критиковать друг друга.

5. Если что-то идет не так, это – моя вина. Я – плохой человек.

6. Чтобы быть любимой(ым), я всегда должен/должна выглядеть счастливой(ым), веселой(ым), беззаботной(ым).

7. Мы будем полностью доверять друг другу – раз и навсегда.

8. Мы будем делать все вместе.

9. Ты будешь инстинктивно улавливать все мои пожелания и потребности.

10. Если я не буду контролировать себя полностью, жизнь превратится в хаос и счастье развалится.

11. Если мы действительно любим друг друга, мы будем неразлучны.

12. Да, я тебя понимаю…

***

У одной моей знакомой муж был научным сотрудником. Она так любила его, что отказалась от всех своих интересов, делала его работу в лаборатории, самозабвенно ухаживала за ним, оберегая от всего, а фактически – от любой ответственности за семью. Я помню, как она патетически восклицала: «Я почитаю за высшее счастье жарить котлеты для Игоря!» Тогда мне это казалось самопожертвованием. Какая красивая любовь! Позже они разошлись, несмотря на то, что у них было трое детей. Теперь я понимаю, что эта любящая и страдающая женщина, боясь потерять Игоря, потеряла себя…

***

«Как ты можешь быть таким жестоким?» – восклицала часто одна моя знакомая, обращаясь к мужу, но даже мысли о разводе с «таким жестоким» человеком не допускала. В действительности она заморозила свои нежные чувства, сделалась малочувствительной к оскорблениям, перекрыла каналы, по которым входила в нее душевная боль. Это помогало ей выжить. Природа наградила ее встроенным в подсознание механизмом обезболивания: не чувствовать совсем, раз чувства сопряжены с болью. Психологическая анестезия.

Это «обезболивание» способствовало сохранению ее брака, давало видимость преданности. Но оно же сделало ее эмоциональным инвалидом. У нее в ходу были лишь такие эмоции, как гнев, ненависть, злоба, досада, горечь разочарования. В ее эмоциональной палитре не осталось места нежности, ласке, очарованию, удивлению, юмору, застенчивости и, в конечном итоге, любви.

Любовь ушла, а преданность осталась? Так бывает? Да, бывает, когда ко всем отрицательным чувствам примешивается еще одно – страх испытать боль от разрыва отношений. Помнишь, раньше мы говорили о том, что страх быть брошенной, оказаться одинокой может иметь особую власть над теми, кто в детстве был лишен надежного причала, кто не чувствовал себя в безопасности в родительском доме?..

Дочери алкоголиков склонны выходить замуж за алкоголика

Алкоголизм и созависимость – это типично русская проблема?

Я поняла, что созависимость распространена крайне широко. Больше, чем алкоголизм! Это уже не медицинская, не узко психологическая проблема, это культурная проблема. Например, контролирующее поведение мам и бабушек – национальное бедствие русского народа. Оно очень вредно сказывается потом на семейных отношениях.

Только ли в России есть эти проблемы? Казалось бы, войны, потрясения, нищета, через которую мы прошли, – хорошая почва для алкоголизма и созависимости. Но оказалось, что и в других странах такого – достаточно! Я читаю иностранные научные публикации, бываю на международных конференциях. Это общемировая проблема… Может быть, у нас она резче немножко, пока не распространена психологическая грамотность.

Однажды в Обнинске меня чуть не побили, когда я сказала на лекции, что дочери алкоголиков склонны выходить замуж за алкоголика (не обязательно выходят, но склонны – 60% дают такую вероятность). Послышалась брань из зала… Это было много лет назад. Сейчас, конечно, уже иначе реагируют.

Сколько в России людей, страдающих алкоголизмом?

Никто не считал! Невозможно подсчитать. Зарегистрированные случаи алкоголизма – это капля в море. Но у меня есть свои прикидки. Мы проводили пилотное исследование, в ходе которого заподозрили алкоголизм у 40% рабочих завода. То есть эта болезнь – самая частая из душевных и психических заболеваний.

Я поняла, что взрослые дети алкоголиков – это тоже проблема. У них есть свои специфические особенности, психологические проблемы, есть проблемы со здоровьем. Согласно литературе, их 38-53%. У нас таких исследований нет, проводить их неэтично. Нельзя подойти и спросить: «А твои родители больны?»

Есть ли шанс у ребенка больного алкоголизмом родителя вырасти здоровым, не созависимым?

Бывает, что ребенок вырастает, неглубоко пораженный созависимостью. Если родители лечатся от зависимости и созависимости и налаживают гармоничные отношения, дети идут по здоровой тропинке. Но если родители не лечатся и в семье много напряжения, тревоги, секретов друг от друга, не очень здорового общения, то ребенку никак не избежать созависимых отношений.

Однако есть же и самолечение: он может, когда вырастет, ходить на семинары, читать книги, дружить с людьми с более здоровой психикой, и это все скорректирует, даже без психотерапевта.

Жизнь – сама очень хороший психотерапевт. Но, как добавляют мои коллеги, берет очень дорого…

Правда, для излечения от созависимости нужно, чтобы произошла здоровая сепарация от родителей, она еще называется «второе психологическое рождение». Разобщение с мамой и папой – это худший вариант! Когда на приеме говорят: «У меня не было отца, нет и не надо!», я не могу выстроить коррекцию созависимости – без того, чтобы добиться принятия родителей, рода.

Вы когда-нибудь сидели на стуле, у которого только две ножки, а не четыре? Если «отрезать» отца, то есть половину рода, получится стул не с четырьмя ножками, а с двумя. Такой человек, может, и сумеет преодолеть созависимость, но он имеет меньше устойчивости, меньше энергетических ресурсов. А корни, род – это родственники, в том числе умершие. И они очень важны.

Отрывок из книги В. Москаленко «Возвращение к жизни»

Семейная система – это предначертанное устройство семьи. Если рассматривать ее как систему, нам откроются глубинные причины и следствия ее несчастий и болезней. Мы сможем понять, почему в ней возникает так много повторяющихся событий, почему принятые правила воспитания так живучи и почти не изменились за 100 лет. Каждая семейная система в чем-то уникальна.

Рассматривая семью как систему, мы уже не спрашиваем: «Почему муж (сын) болен алкоголизмом?» Наша мысль идет по другому руслу: «Что происходит в семье, в которой муж (сын) болен алкоголизмом (наркоманией)?» Такой взгляд помогает нам понять, что болезнь человека не является его внутренним феноменом, это не только его проблема, она может быть симптомом нарушения работы всей системы.

Этот подход дает нам надежду. Если зависимость – семейная болезнь, и зависимый человек по какой-то причине не готов лечиться, можно лечить семью. Зависимый обязательно почувствует благотворные перемены, если они произойдут.

Генетика не освобождает от ответственности

Алкоголик не хочет или не может бросить пить. Есть ли шанс у его супруги излечиться от созависимости?

Больной не является причиной созависимости! Шанс вылечиться появляется тогда, когда появляется мотивация. Для этого надо понять, что со мной происходит. Любая зависимость имеет свойство – отрицание (анозогнозия – неузнавание своей болезни): «Я же не валяюсь под забором. Значит, у меня все нормально!» Отрицание присутствует как у алкоголика, так и у созависимого человека: «Вся проблема в нем! Я его к вам положила в стационар, пусть лечится. Мне-то зачем ходить на ваши курсы-лекции?» Нет понимания, что люди в семье неизбежно образуют систему отношений, а система может быть исправлена путем воздействия на отдельные части, но лучше, когда взрослые понимают каждый свою роль в системе, свои особенности.

Если проблема в генетике, значит, ничего не поделать?

Генетика не освобождает от ответственности. Генетика – это явление природы. Когда плохая погода, мы что делаем? Берем зонтик и одеваемся по погоде – приспосабливаемся к явлению природы. К явлению природы под названием «алкоголизм» можно приспособиться тем, что не отрицать генетическую природу, предрасположение (хотя предрасположенность – это не то же самое, что генетика, она может проявиться, а может и не проявиться).

Многие же люди мне говорят: «Не верю!» Но это не вопрос веры, это научный факт. Никто в мире из ученых уже не сомневается в генетической природе алкоголизма. Так что надо принять эту реальность. Или «я болен», или – если алкоголизм есть у меня в семье, а я кровный родственник или даже не кровный, а супруг или супруга, – «я человек высокого риска заболеть аналогичной болезнью».

Вокруг алкоголизма до того много мифов! Люди культурные, образованные никак не могут понять простых вещей и говорят на консультации такое!.. А нужно понять простую вещь: не надо отрицать влияние генетики, влияние рода. Осознание реальности – это уже половина решения проблемы. А дальше вопрос: что с этим делать? Предрасположенные необязательно должны заболеть, дети больных – необязательно должны выйти замуж за алкоголика. В том-то и есть ответственность – в правильном понимании и в принятии решения.

Жена и дочь перестали быть жертвами, и больной бросил пить!

Можно полностью излечиться от созависимости?

Созависимость излечима! Если лечиться. В Америке мы каждое занятие заканчивали такой шуткой: «Это работает, если мы работаем!» Созависимость требует длительной терапии, по многу лет, непрерывно.

А алкоголизм?

Алкоголизм – болезнь пожизненная, но лечимая. Болезнь можно лечить, достигать ремиссии, достичь уровня трезвости, которого человек может придерживаться пожизненно. Но он остается больным человеком в биохимическом смысле: взаимоотношение даже с каплей алкоголя у него сразу пойдет по патологическому пути. Чуть-чуть выпьет – и уйдет в рецидив! Не надо делать из этого трагедии, это надо понимать.

Есть действительно оптимистические случаи. Была у меня на групповой терапии женщина. У нее 19-летняя дочь и муж, который пьет водку ежедневно на протяжении 20 лет. Эта женщина с таким упорством ходила на занятия! Однажды она говорит: «Я беспокоюсь за Оксаночку. У нее уже возраст невесты. Она знакомит меня со своими друзьями, парнями. Не такие они, какие нужны Оксанке! То хроменького приведет, то горбатенького».

Понятно, что не в прямом смысле хроменького, а – с какими-то недостатками. И вот пришла Оксанка ко мне на однократную консультацию, получила тогда рукопись книги «Когда любви слишком “много”». Приносит обратно и говорит: «Эта книга должна у меня быть настольной!» Дальше курс с ее мамой мы закончили, но поддерживали связь. Иногда потом перезванивались. А однажды мама сообщила:

– Оксанка вышла замуж!

– И как муж?

– Ой, хороший!

– Не хроменький?

– Нет! Все замечательно, девочка у них родилась.

Потом они меня пригласили на одно мероприятие, приехали туда на автомобиле всей семьей. А за рулем – отец. Впервые я видела за рулем алкоголика. Он был трезвый. Оказывается, уже 5 лет не пьет.

– Как это вам удалось?

– Не знаю!

А это – влияние семейной системы. Жена перестала быть жертвой, она стала иной, дочка перестала быть жертвой, приносить себя жениху, который похуже (на всякий случай, ведь кажется, что такой точно не бросит!). И больной без лечения бросил пить.

Бывает так, что муж лежит в стационаре, лечится от алкоголизма, а жена ходит на курсы, лечится от созависимости. И сейчас, к моей радости, во многих больницах (например, в Московском научно-практическом центре наркологии) есть такие курсы – с родственниками работают в систематическом порядке. Так что система помощи созависимым – уже развивается!

Подготовила Валерия Михайлова

как любят алкоголики ( навеяно спикерским Тоники)

Обычно у алкоголиков много жизненного багажа, так что они в начале отношений поверяют себя тебе, а потом ты ощущаешь себя так, как будто тебе доверили ценную информацию, что этот человек доверился тебе, рассказал тебе о своих проблемах, а это же означает, что вы двое подходите друг другу и что ты – особенная ( нет…. это означает, что они нагрузили тебя своими проблемами и выбрали тебя, как того, кто прекрасно их выслушивает, а потом они вовлекут тебя и сделают тебя частью причины их драмы). Потом они уходят и получают удовольствие, веселятся, а когда запои заканчиваются, они говорят тебе наиболее романтические слова, которые снова заставляют тебя чувствовать себя особенной. Но то, что они говорят:» Я люблю тебя!» и «Ты мне нужна!»и «Я никогда не встречал такую, как ты!» — на самом деле пустые слова, которые выходят из уст одурманенного сломанного человека, и это то, что они говорят, потому что они «думают», что они так чувствуют, а на самом деле они испытывают сильное отвращение к себе самим, не могут справляться с действительностью, и они только что встретили кого-то, кто гладит их эго, и думает, что они хорошие даже со всех их багажом и со всеми их авантюрами и выходками. Затем, через какое-то время, им становится хуже. Ты перестаешь быть приятным развлечением от их попыток справляться со своими недостатками, неполноценностью, а ты начинаешь ожидать от них чего-то.
Они обвиняют тебя в своих проблемах, а ты больше не влюблена в них до безумия, не слепа от любви, в твоей жизни существует только алкоголик и его багаж, и ты перестаешь требовать всего того внимания и любви, которую они ведрами лили на тебя вначале, когда ты была новой игрушкой. Они начинают относиться к тебе с враждебностью, но они зависимы от тебя, потому что им нужно, чтобы ты создавала им условия для пьянства, но они одновременно и ненавидят тебя, потому что не могут существовать независимо. Ты плохая, если делаешь это. Ты плохая, если не делаешь это. Безумие и обиды все возрастают. Ты думаешь, что потеряла «свою половинку, своего душевного друга», а на самом деле, душевного друга у тебя не было с самого начала.
В программах ( и нашей и АА) много говорится о любви. Делая Шаги, я поняла, что то, что я считала любовью, и близко рядом с любовью не лежало.Это одержимость, отношение к этому человеку, как к собственности, зависимость, все, что угодно, только не любовь. То есть алкоголик не может любить нас той любовью, на которую мы надеемся, которой ожидаем. Мы также не можем любить благодаря этим ожиданиям. Мы могли бы любить алкоголика, только принимая его таким, как он есть. Активный алкоголик не может любить, потому что не видит ни себя, ни нас такими, какие мы есть на самом деле, не говоря уже о любви. Теперь, в программе, это осознание не заставляет меня ни грустить, ни радоваться. Это просто реальность зависимости. Я могу принимать чувства за реальность, если я выберу так сделать, но Ал-Анон научил меня принимать реальность такой, какая она есть и не давать ей контролировать меня.