Владимир новицкий

Священник Владимир Новицкий: Не зная Бога, нельзя знать душу. Путь от врача-психиатра к священнику

И медперсонал, и пациенты психиатрической больницы хорошо знают и всегда ждут у себя отца Владимира Новицкого. «Говорят: «Владимир Владимирович, (они меня так по привычке называют) вы приезжайте еще молебны служить», – рассказывает батюшка. По профессии он психиатр, долгое время проработал врачом, был заведующим отделением. А теперь – священник храма бессребреников Косьмы и Дамиана в селе Космодемьянском (Москва). Но не простым и не быстрым оказался его путь от врача-психиатра к священнику.

Отец Владимир, известно, что психиатрия очень сложная сфера деятельности, требующая от врача полной отдачи сил не только физических, но, что самое главное, духовных. Чем был обусловлен Ваш профессиональный выбор? Вы понимали, на что идете?

Для меня было естественным стать психиатром. Я вырос в семье врачей-психиатров – это наша семейная традиция. Мои родители – врачи-психиатры. Брат – психиатр. Дедушка мой – врач, бабушка – медсестра, племянник – психиатр, сейчас главврач. Поэтому, когда стал вопрос выбора профессии, сомнений не было. С одной стороны, психиатрия была образом жизни нашей семьи. Дома часто обсуждали вопросы психиатрии, и мне с детства это было близко и интересно. Параллельно у меня рос интерес к душевной, психической жизни человека. Но понять психику без изучения ее расстройств крайне сложно, практически невозможно. Вот это и предопределило мой выбор.

Этот интерес к психике человека был связан с церковной жизнью?

Нет. Я рос совершенно не в православной традиции: у нас в семье, как и во многих семьях, церковных, обрядовых традиций просто не существовало, и вопросы такие в принципе не обсуждались. Родители не были противниками, отец интересовался некоторыми духовными проблемами, но мне мало об этом известно, поэтому для меня это был совершенно новый мир, который я еще не знал.

С чего же все началось?

По милости Божией, когда я после окончания института только начинал работать врачом, у меня появился интерес к классической литературе. Я зачитывался произведениями русских классиков, в особенности Федора Достоевского. Его творчество основано на духовном опыте, там много говорится о православной традиции. У меня видимо был душевный голод, и хотелось, его как-то насытить. Естественно возникали и более серьезные вопросы. Самый главный – в чем смысл жизни. И отчасти художественная литература, конечно, не в полной мере, на эти вопросы давала свои косвенные ответы. Это было время поисков, ошибок, безусловно, отступлений, скорбей, которые постепенно и привели к Богу.

На пути к вере есть определенные ступеньки, которые заставляют пересматривать себя и свою жизнь. Какие моменты в Вашей жизни были такими вехами, что вспоминается?

Конечно, крещение. Я крестился, уже в зрелом возрасте, в 28 лет. Это было не очень сознательно: я находился еще в поисках. Поэтому после крещения сразу не смог жить православной жизнью – у меня еще не было такой веры. Духовная жизнь любого человека это тайна отношений человека и Бога. Человека ведет к вере и к духовной жизни Благодать. Вера всегда требует с одной стороны чуда, потому что тут вмешательство Божие в нашу жизнь. А с другой стороны – внутренней борьбы, когда нужно самоопределяться, принимать решение, делать выбор с кем ты, с Богом, или сам по себе. И как ты веришь в Бога. Во Христа ли веришь, или у тебя свое понимание Бога. Это очень мучительно. И тут, если у человека доброе расположение, всегда помогает Господь.

Но привела меня к Богу еще и Оптина пустынь. В начале 90-х, когда все только возрождалось, совершенно случайно увидел в газете статью о монастыре. Я заинтересовался, что это такая за пустынь, за Оптина, за монастырь такой? Почему туда люди едут, как и чем там живут? У меня не было ни православных друзей, ни священников, с которыми мог посоветоваться, никого, и книг не так много прочитал, но была очень сильная внутренняя жажда, какая-то невыразимая потребность. И я сам на свой страх и риск купил билет и поехал в монастырь. Первое впечатление по приезде в Оптину было очень сложное. Я вдруг понял, что здесь есть нечто, на чем необходимо сфокусироваться. Нужно отбросить все лишнее, все ненужные и даже в чем-то вредные искания и идти одним путем. Здесь я почувствовал отголоски того, что восполнило пустоту, которая была в душе. Так я стал время от времени приезжать сюда. Потом возникла потребность бывать в Оптине каждый месяц. И каждый раз во мне происходила борьба: все привычки, особенности моего образа жизни тянули назад, а то новое что открывалось в Оптине, все больше привлекало. Православие мне представлялось прекрасным драгоценным камнем, невероятным алмазом, который поворачивается разными гранями. Я начинал постигать для себя новые удивительные вещи: оказывается, есть прекрасные верующие люди и другие отношения между людьми, совершенно чистые чувства, доверительность, любовь, то, что мне было совсем неизвестно в таком мире.

Потом был 1993 год – убиение оптинских новомучеников. Это произошло практически на моих глазах: на Пасху я был в Оптине. Как врач пытался оказывать первую медицинскую помощь. Вместе с другими врачами доставлял в реанимацию Козельска иеромонаха Василия. У Тертуллиана сказано «кровь мучеников это семя Церкви», так и для меня кровь этих монахов оказалась той силой, которая подвигла к окончательному выбору. С этого момента я стал православным.

И еще на меня очень сильно повлияло знакомство с протоиереем Михаилом Трухановым. По милости Божией я с ним встречался, очень часто: почти каждое воскресение собирались у него вместе с другими чадами. Батюшка учил нас православной жизни, очень много внимания уделял Священному Писанию, рассказывал, объяснял Евангелие. Это были годы удивительной учебы, которые не сравнятся с учебой в богословском институте. Батюшка передавал нам свой духовный опыт, который мне очень помог и которым я до сих пор пользуюсь.

Как ваше воцерковление приняли коллеги по работе и друзья?

У большинства моих знакомых было удивление и недоумение. Если вспомнить что все это происходило в начале 90-х, то многое объясняется. Тогда и Церковь, и православие были чем-то новым, они не вошли еще в нашу привычную жизнь. Мои же коллеги мне ставили диагнозы. Особенно их потрясало, что я молюсь вместе с больными. К нам в больницу приходили священники и служили молебны. Я как верующий человек помогал, организовывал больных, молился вместе с ними, и это вызывало недоумение. Это было просто невообразимо, как это врач-психиатр молится с психически больными людьми. Это звучало как диагноз. Потом ситуация изменилась и ко мне привыкли. Постепенно все эти кривотолки прекратились, и сейчас даже просят приезжать. Да, теперь отношения более лояльные, хотя не скажу, что слишком горячие. Конечно, много проблем, и не только в психиатрии, но и в обществе – оно по большому счету не церковное.

Но по милости Божией у меня были и остаются близкие духовные отношения с заведующей отделением, где я работал много лет, она церковный человек и, кстати, моя крестная мать. И еще с одной заведующей отделением у нас близкие духовные, почти родственные отношения.

А сейчас, отче, вы продолжаете поддерживать отношения с психиатрической больницей, в которой работали?

Да, стараюсь и молебны служить, и продолжаю немного практиковать как врач. Молебны служу вместе с сестрами милосердия, они мне помогают: больным приносим вещи, угощения к чаю, иконочки, духовные книги, крестики. Примечательно, что когда проходит молебен с водосвятием, то персонал говорит, что больные как бы притихают. В отделении возникает такая благодатная, мирная атмосфера. И острые больные не беспокоят как прежде. И персонал становится спокойнее. Все как-то умиротворяется на определенное время. Врачи сами просят, чтобы эти молебны продолжались: с их помощью можно реально воздействовать на больных. Благодать Божья, конечно, не может не воздействовать!

Больные это тоже чувствуют? Как они сами относятся к молебнам?

Очень хорошо! Могу сказать по своему опыту, что приводят тяжелых больных, порой дефектных, с которыми, казалось бы, и разговаривать не о чем: они живут полурастительной жизнью. И когда совершается молебен, то такое впечатление, что это уже и не больные – они преображаются, начинают молиться, деятельно участвуют. У некоторых, с сильными признаками слабоумия, проясняется взгляд, появляется какая-то радость, они подходят под благословение. Ни разу на молебне не было случая, чтобы больные богохульствовали. Даже острые больные, от которых теоретически такое возможно ожидать. Может быть шум: кто-то пройдет, какой-нибудь разговор не по теме, но главное – агрессии нет! Умиротворяются и включаются в молитву насколько для них это возможно. И все с большим удовольствием берут иконочки и духовную литературу, всегда ждут молебна – для них это большая радость.

Молебны, разговоры о духовном, проповеди, духовная литература – для этих людей, действительно, луч света в темном царстве их болезни. Они за это цепляются и в этом черпают силы жить. Поэтому нуждаются в особом сострадании.

Наверняка в Вашей медицинской и священнической практике были случаи, которые служили к укреплению Вашей веры? Какой из них Вас больше всего потряс?

Конечно, таких случаев было немало. Особенно мне запомнилась одна история. Я уже был священником. Пришел ко мне человек очень неординарный, сложный, противоречивый. По образованию юрист, учился в аспирантуре, при этом участвовал в боях без правил и страдал жестокой зависимостью от героина. Настолько эта зависимость его мучила, что он жил с мыслью о самоубийстве и даже предпринимал попытки покончить с собой. Сделал себе передозировку, но выжил. Попробовал повеситься – оборвалась веревка. А это был парашютный строп, представляете, такого просто быть не может! Вот пришел ко мне, сидит и рассказывает, что хочет покончить с собой и сейчас выйдет и обязательно это сделает. Я как психиатр понимаю: человек опасен для самого себя – надо вызывать скорую помощь. Но как священник знаю, что обмануть его не могу, без его согласия вызывать не буду. Единственное что мне оставалось, как священнику, предложить ему исповедаться, хотя этот человек был совсем не церковный, ничего не знающий о покаянии, и, по сути, не готовый в тот момент к покаянию. К моему удивлению он сразу согласился. Мы начали исповедь прямо в кабинете, где я принимаю посетителей. И к еще большему моему удивлению исповедовался он горячо, сердечно, так, словно много читал о покаянии и о том, как надо каяться. Очень точно называл грехи, не преувеличивая и не преуменьшая их. После исповеди ему стало легче, и он ушел. На следующий день молодой человек снова пришел, но я едва узнал его. Здоровый цвет лица, сияющие от счастья глаза, порозовевшие щеки. Он пришел и говорит: «Батюшка, я еще хотел в чем-то покаяться, но у меня такая радость на душе, она так меня переполняет, что я пока шел, забыл!» Разве это не самое настоящее проявление благодати Божьей!

Так бывает, когда удается вступить в доверительный душевный контакт с человеком. В этот момент возникает близкое общение между душами врача и больного. Безусловно, там, где есть любовь, доверительность, в какой-то степени смирение друг перед другом, там есть и Христос.

Отец Владимир Вы и психиатр, и священник и можете объективно оценить нужна ли психиатрия и психиатры? Может ли со всеми душевными и духовными вопросами человека справиться один священник?

Если бы мы были ангелы, то не имели бы нужды в лекарствах и врачах. Но у нас есть плоть, которая подвержена болезням. Психические болезни тоже находят отражение в болезнях плоти. У человека возникает депрессия, в результате чего нарушается обмен веществ. Мы даем ему психотропные препараты чтобы, восстанавливая обмен веществ, лекарство косвенно помогало преодолеть депрессию. Конечно, лекарства не решают главную проблему, не делают человека более смиренным или любящим Бога, но, тем не менее, успокаивают, снимают тревогу. Человек уже способен к духовной жизни и к психологической помощи, лечению. Помните евангельский эпизод о слепорожденном? Кто виноват? Он согрешил или его родители? Господь говорит, что ни он, и не его родители, а это для того, чтобы явилась Слава Божия. Так и болезни бывают не только следствием какого-то конкретного греха, но в любом случае попускаются Богом для смирения и для спасения души. Поэтому все хорошо на своем месте и врачи-психиатры, невропатологи и обязательно духовное лечение. В Библии сказано не пренебрегайте врачами, ибо их сотворил Господь.

Если человек находится в психически расстроенном состоянии, исходя из Вашего опыта, что надо делать в первую очередь чтобы ему помочь? Куда ему идти: к психиатру или к священнику?

У святителя Филарета Московского есть такие полезные слова, он говорит: если человек имеет закрытое сердце, то бесполезно ломится туда, и тогда надо стучаться молитвой в это сердце, а если сердце открыто, то можно входить с советом. Поэтому, если человек закрыт для общения, и ему невозможно оказать духовную помощь, он находится во власти болезни, тогда надо начинать с лечения, порой с экстренной госпитализации, или даже насильственных мер, если человек опасен для себя и окружающих. Хотя это не значит, что не надо говорить – все равно надо говорить. Надо сеять, а там уже как получится: примет человек слово или не примет, удастся ли зацепиться за что-то, будет ли доверительность в разговоре – это неизвестно, но говорить надо.

У меня есть одна страждущая прихожанка. Я ее знаю два года, и за это время она постепенно приходит в определенное упорядоченное состояние. Делит свои переживания на два мира. Один – реальный, человеческий, Божий мир, где благодать Божья, где радость, нормальные отношения с родными и близкими. Другой – мир бесовский, который воздействует на нее и пытается вызвать у нее подозрительность, страх, ощущение постороннего воздействия. И она в таком состоянии более-менее скомпенсировано и успокоено пребывает, ходит в храм.

В большинстве случаев все-таки можно найти точки соприкосновения и подвести человека к покаянию. Первый очень полезный шаг при разных душевных недугах – это шаг к покаянию, когда человек просыпается для духовной жизни, когда видит, в чем он находится, хотя бы частично, когда хочет стать другим искренне, и хотя бы немного доверяет Богу, а потом это доверие постепенно усиливается. Чем больше веры, тем больше помощь Божья. Покаяние всегда хорошо положить в основу лечения, как и в основу любого дела. Хорошо когда мы все будем строить на твердом камне – Церкви. А потом, в идеале конечно, постепенное воцерковление, которое проявляется и проверяется по тому, как человек относится к таинству Причащения. Это самое главное – потому что в нем сам Христос соединяется с нами. Без Причастия невозможно радикально, по-настоящему, глобально лечить душу.

Использует ли Вы опыт и знания из области психиатрии, какие-то специальные методики в своей священнической деятельности?

Я пользуюсь тем опытом общения с психическими больными, который приобрел во время своей деятельности врачом. По сути это жизненный опыт. И в силу этого опыта, насколько я понимаю, насколько я видел раньше больных, общался с ними и лечил их, могу приблизительно оценивать психическое состояние человека, прогнозировать его возможное дальнейшее поведение. Это мне помогает психологически скорректировать и духовно помочь человеку. А какие-то специальные психологические или психиатрические методики я не применяю принципиально и не хочу применять. Прежде всего, надо приобретать опыт терпения и любви к этим людям. Тем не менее, если такие методики в священнической деятельности приносят пользу ради помощи человеку, то на своем месте все хорошо.

Как Вы считаете, отче, сегодняшний образ жизни, современный уклад, как-то провоцирует возникновение психических заболеваний, способствует их росту?

Конечно, провоцирует. Современный образ жизни – это жизнь во все нарастающем темпе, это такая гонка, когда люди пытаются внешне много преуспеть и поэтому не имеют возможности обратиться внутрь себя. Тенденция к внешнему успеху, безусловно, подпитывает внутреннюю гордыню, которая, в свою очередь, является одной из основ греховной жизни. С другой стороны, современная жизнь это нездоровое количество всякой ненужной информации, которая вызывает у человека перенапряжение, разные страхи, неуверенность в себе и может провоцировать и алкоголизм, и наркоманию, и психические болезни. С третьей стороны, можно говорить о тенденции к тотальному гедонизму, стремлению к удовольствиям. Отец Анатолий Берестов говорит, что такое потребительское отношение к жизни формирует наркоманический тип характера, когда человек настроен только на то, чтобы наслаждаться. Получи кайф от всего: от человека, от вещества, от привычки, от острых ощущений, от искусства, еды, алкоголя, лекарств. Это, безусловно, тоже способствует психическим срывам и греховности. Тут прямая зависимость. Грех и психическая болезнь – это очень близко.

Как-то пришел ко мне раб Божий 35 лет, наркоман с большим стажем, неоднократно бывший на излечении. Раньше он занимался бизнесом, был человеком состоятельным и мог позволить себе дорогостоящее лечение. Рассказывал, сколько раз повторялась ситуация: возвращаются они с приятелем из очередной больницы, смотрят друг на друга: «Ну что поехали? Поехали…» – и опять на точку. И очередной срыв. «Потом, – говорит, – думаем: «И зачем мы это все делали, зачем лечились, и что дальше?». Так, в конце концов, весь свой бизнес проколол и остался практически ни с чем. Он пытался обращаться в храм, бывал на службах, но делал это от случая к случаю. Конечно, некоторая помощь и поддержка были, но радикальных изменений не происходило. Когда он обратился ко мне, у него в голосе чувствовалась ирония, мол, я уже все испробовал, что вы еще можете… Я сказал ему, что человек ничего не может, и я ничего не могу, но нам поможет Господь. «Веришь ли, что Господь поможет тебе? Веришь ли, что Христос тебя спасет?» Он говорит: «Да хочу верить, я верю в это!». И мы решили с ним, что он будет еженедельно исповедоваться и готовиться ко Причастию Христовых Таин. Он начал это исправно делать. Я думал, что долго не выдержит, что его хватит на одно, два Причастия, а он приходил и приходил. Потом появился с женой, очень хорошим, интеллигентным человеком, которая ему всячески помогала, и оба были сияющие. Оба были радостные! Как выяснилось, на второй или третьей неделе стало ясно, что он уже не зависит от наркотиков. «У меня пропало влечение к ним, – говорил он. – У меня возникло отвращение, я уже не могу вести прежнюю жизнь». И с этого момента все изменилось. Он продолжает часто причащаться, почти каждую неделю бывает в нашем храме. Стал заниматься работой, наладилась семейная жизнь. Произошедшее, конечно, нельзя отнести к разумению человеческому или какой-то психотерапевтической помощи, и мое участие здесь минимально. Здесь, очевидно, действует Благодать Господа Нашего Иисуса Христа, и человек преображается под действием Святых Христовых Таин.

Я думаю, что главное – это внутреннее устроение. В зависимости от того, на что ориентирован человек: тянется ли он к благочестию, добру, вере, совести или относится к жизни потребительски, гонится за мнимым счастьем, кайфом, легкостью – такое у него и душевное устроение. От этого меняется и психика: она, соответственно, либо укрепляется, либо расстраивается. Потому что психика человека устроена так, чтобы он служил Богу и людям на своем месте: мы же в себе имеем образ и подобие Божие. А если человек отгораживается, пытается присвоить себе жизнь, что, мол, она принадлежит только ему, и все видит с точки зрения потребительства, то тогда психика приходит к сбою, к слому. Человек не может по-другому: ему грустно, плохо. Радости нет. Он бежит за радостью, как ослик за морковкой привязанной перед ним, и вот-вот укусит, но никак не может догнать. Так и здесь, тоже погоня за счастьем. А счастье только у Бога, только когда с Богом, со Христом. Когда не в себя бежит человек, а из себя выбегает – к Богу, к людям.

Сегодня часто приходиться сталкиваться с тем, что православные люди пугаются и пугают психологами. Но ведь есть православные психологи. Кто они такие и нужны ли они?

Они, безусловно, нужны! Есть такой термин – святоотеческая психология. И действительно, святые отцы самые лучшие психологи, они прекрасно знают душу человека. А нельзя знать душу, не зная Бога. Поэтому, безусловно, они были Боговедами и душеведами. Православный психолог, в первую очередь, оперирует знаниями святоотеческой психологии, учением святых отцов, но и багаж современной психологической науки активно использует. Особенно это касается знаний о поведении человека и особенностях его внушаемости: как лечить словом, как помогать, какие слабые места, как их усилить и так далее.

Сейчас очень модны различные тренинги и психологические практикумы с использованием аутотренинга или гипноза. Представляет ли это какую-то опасность для человека? И что более опасно аутотренинг, гипноз или медикаменты?

Лекарства в любом случае никак не повредят душе, они только могут повлиять на физическое здоровье человека. Гипноз очень разрушительно действует на волю, у человека возникает зависимость от гипнотизера, он становится гипнабельным, расслабленным, слабовольным, причем, как правило, в принятии самостоятельных решений. Аутотренинг, конечно же, провоцирует тщеславие и гордость, человек опирается на себя и на свое «я». В целом, в отношении гипноза и аутотренинга можно сказать слова Христа: «Без меня не можете творить ничего». И то и другое без Христа, поэтому толку никакого, один вред.

Но есть и более серьезные «увлечения» современного человека – это занятие различными духовными практиками: восточными, оккультными, сектантскими… В каком состоянии находится психика таких людей?

В психиатрии выделена целая область психических заболеваний, так называемые оккультные болезни, которые к тому же не совсем типично проходят. Они протекают на более тонком, более духовном уровне. Человек может внешне быть адаптирован, занимать какую-то свою социальную нишу, иметь семью и так далее, и при этом страдать таким психическим расстройством. Подобного рода болезнь протекает на уровне его духа. Человек теряет свободу, потому что существует некая посторонняя, негативная, духовная сила, пытающаяся им руководить и заявляющая на него свои права. В результате разных псевдодуховных, оккультных практик бесовская сила пытается найти доступ к человеку.

В моей священнической практике был такой случай. Человек, имевший посвящение в магистра магии пришел на исповедь на Крутицкое подворье, где я тоже служу и занимаюсь душепопечением. Я помню свои физические ощущения – я вдруг стал мерзнуть. Он исповедуется, говорит совершенно реальные вещи, говорит о своих грехах, а мне становиться почему-то так холодно, что я не могу ему ничего ответить. Пришлось даже одеть на себя верхнюю одежду, чтобы немного согреться. После исповеди он вскоре прошел Чин присоединения, совершаемый на Крутицком подворье и все изменилось. Разговаривать с ним стало легко: прошло ощущение дискомфорта, исходящее от этого человека. Помню, когда он только начинал воцерковляться, то не выносил чтение в храме акафиста Киприану и Иустинии. Он ходил по храму кругами и не мог никак остановиться: настолько сильное испытывал беспокойство. По-видимому, вражий дух его вот так гонял, мешал, лишал покоя. После присоединению к Православию все это исчезло, он стал другим человеком.

Вы сказали о бесовской силе, а действительно ли существует беснование? Есть у него строго научное определение? Вы как священник с этим сталкивались – это реальность, не выдумка?

Это, безусловно, реальность. Научного определения нет. Как бес явление духовное, а не научное, так и определения научного быть не может. Я не обладаю достаточным духовным опытом, чтобы определять факт беснования, но были случаи, когда приходит человек, а ты чувствуешь – дух не тот. Живет он церковной жизнью и попадает в какой-нибудь смертный грех, и в нем происходят такие изменения, что становится трудно покаяться. Начинается саможаление, самооправдание, осуждение других и тому подобное. И ты чувствуешь, что тот дух кротости, мирности, радости, который человек носил в себе вдруг ушел.

Многие психические расстройства, которые бывают у психиатрических больных, несут в себе элемент беснования – целью является конкретное разрушение. Это не хаос, не какофония мыслей и чувств, а конкретное, целенаправленное действие: либо человек слышит голоса, которые им управляют, и приказывают ему себя или кого-то убить, или нецензурно ругают, или сначала его хвалят, а потом начинают доводить до уныния и отчаяния. В любом случае идет поиск слабых мест человека и попытка игры на этих слабостях, чтобы завладеть им все больше и больше. Бредовые расстройства, чистый бред, воздействие, когда человек чувствует, что на него давит некая сила и заставляет его совершать плохие дела. Последнее особенно часто встречается в случаях детской шизофрении. Ребенок может жаловаться, что он слышит голос какого-то дяденьки, который учит его вести себя плохо, например, заставляет воровать.

У меня было несколько случаев, когда больные, слышащие голоса, имеющие какие-то бредовые расстройства, после исповеди вдруг, как бы теряют силу, падают перед аналоем, лежат какое-то время. Не знаю. можно ли здесь говорить о бесновании, но, тем не менее, вот такая своеобразная реакция на Благодать Божью.

Другое явление, которое всегда воспринималось неоднозначно – юродство. Вы как священник и психиатр как определите что это такое? Психическое расстройство или действие Благодати Божьей?

Юродство – это жизнь во Христе. Это смирение, может быть такое высокое, что человек поступает не по принятым социальным нормам, а ради Христа, намеренно показывает себя странным, неадекватным. Юродство это ради Христа и не надо путать с душевным заболеванием. Одно дело скрывать какие-то духовные дарования: дар прозорливости, молитвенность, благочестие, чистоту сердца, боясь похвалы, превозношения, боясь человеческого почитания. Другое дело – человек, что называется «не дружит с головой», живет по-своему, и все это не вокруг Христа, а вокруг себя. Рекомендую читателям журнала посмотреть фильм «Остров». Я был потрясен личностью Петра Николаевича Мамонова, буквально открыл его для себя. Человек очень глубокий и незаурядный.

Бывают ли у священников проблемы с психикой? Может ли священник впасть в депрессию, и что ему в этом случае делать?

Конечно, бывают. Священники такие же люди, как и все остальные. С такими же немощами, с такими же болезнями. Бывают депрессии. Безусловно, хорошо, когда перед рукоположением исследуют: были ли у священника психические заболевания. Естественно не надо рукополагать душевнобольного. Но, тем не менее, священник может болеть, как и все другие люди. И лечить надо точно также.

Батюшка посоветуйте, что нужно делать, чтобы сохранить душевное и духовное здоровье?

Чтобы сохранить психическое здоровье надо иметь опору. У нас две главных опоры – вера и совесть. Жить по совести и жить по вере, и тогда никогда не ошибешься, никогда не обманешься и не заболеешь. А если Господь попустит какое-то страдание, то все при таком расположении можно понести, да еще и получить пользу от этого. Любите Христа и будьте счастливы.

Беседовали Вадим Прищепа, Елена Кучеренко

Биография иерея Владимира Новицкого

Родился в 1963 году в семье врачей в городе Химки, Московской области. Там же в 1980 году окончил школу и поступил в Первый московский медицинский институт ныне Медицинская Академия. В 1986 году окончил институт и устроился психиатром в Центральную Московскую областную клиническую психиатрическую больницу. Параллельно учился в интернатуре по специальности врач-психиатр. В 1998 году перевелся в химкинскую психиатрическую больницу №22, где работал врачом-ординатором, а позже заведующим отделением. В этом же 1998 году рукоположен во диакона в храм святых бессеребренников Косьмы и Дамиана в селе Космодемьянском (Москва). В 2000 году Святейшим Патриархом Алексием был рукоположен во священника. В 2005 году окончил заочное отделение богословского факультета Свято-Тихоновского богословского института. Служит в храме святых бессеребренников Косьмы и Дамиана в селе Космодемьянском (Москва), а также по благословению священноначалия в храме Воскресения Словущего при Душепопечительском центре им. св. прав. Иоанна Крондтштадтского на Крутицком патриаршем подворье, где занимается душепопечением людей пострадавших от оккультизма и сектантства. Женат, имеет троих детей.

Слово «рак» звучит как приговор. Болезнь может перевернуть жизнь. Не зря онкологию боятся все. Кто-то в меньшей степени, а кто-то — в большей. А у кого-то она даже перерастает в навязчивую идею. О таком состоянии говорят канцерофобия (или карцинофобия). Впервые это слово появилось в статье американского хирурга Джорджа Крайля в 1955 году «Мольба против слепого страха рака». Он много оперировал, в том числе и онкобольных. Общаясь с пациентами и их родственниками, заметил: люди, независимо от диагноза и состояния здоровья, больше всего боятся онкологии. Он приводит один из примеров: родственники, узнав, что их близкий после инсульта не сможет никогда полноценно общаться, …обрадовались. Причина радости? Страшно боялись услышать «онкология».

Мы обратились за советом и разъяснением к отцу Владимиру Новицкому, настоятелю храма Свт. Николая Мирликийского на севере Москвы. Батюшка родился в 1963 году в семье врачей. В 1980 году поступил в Первый московский медицинский институт им.Сеченова. После вуза, закончив интернатуру по специальности врач-психиатр, работал психиатром в Центральной Московской областной клинической психиатрической больнице. В 1998 году перевелся в химкинскую психиатрическую больницу №22, где работал врачом-ординатором, а позже заведующим отделением.

Отец Владимир любезно пригласил в свою комнату при храме.

Что такое канцерофобия и как она проявляется?

— Канцерофобия – общее понятие. Она может быть в рамках просто сверхценной идеи, которая доминирует, преобладает в голове человека. Человек много думает о болезни, беспокоится. Может быть проявлением обсессивного (навязчивого) невроза. Человек не только думает, боится и переживает, страх мешает ему жить. Нарушается настроение, меняется уклад жизни. Он весь подчинен этому страху, и это уже не просто идея, я бы сказал: образ жизни вокруг этой фобии.

Канцерофобия может быть на фоне или как проявление тревожной депрессии в рамках эндогенной депрессии, когда болезнь течет по каким-то своим внутренним законам.

Канцерофобия – это проявление чего-то, надо всегда смотреть, какого она уровня, на фоне или в рамках чего протекает. В зависимости от этого делается вывод, как можно помочь человеку.

Нужно ли лечение канцерофобии, и как оно проводится?

— Навязчивые страхи, вызванные депрессией, неврозом, страхи в рамках тревожно-депрессивного расстройства, безусловно, требуют лечения. Есть антидепрессанты, которые снимают депрессию и таким образом убирается страх. Есть анксиолитики, которые подавляют страх. Но видите, в чем дело, конечно, лечить надо и необходимо, если человек болен. В конце концов, Господь и помогает через врачей, лекарства. Это тоже помощь Божья, посредничество через медикаменты и специалистов. Но надо понимать, что если мы думаем только об исцелении медикаментами, то все равно не лечим причину этого страха, она остается прежней – человек не умеет любить. Конечно, когда человек не управляет собой, надо помочь ему медикаментозно. Но, тем не менее, человек нуждается в духовной помощи, в духовном совершенстве, любви Божией и любви к людям.

Как можно объяснить причину нездорового страха заболеть раком с духовной точки зрения?

— Главная ценность для верующего — Богообщение. Если ты утратил его, значит, находишься не в нормальном состоянии, и нужно возвращать богообщение. Как сказано в Священном Писании? Что мы читаем в Послании Святаго Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова: «В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх».

Любишь Бога — конечно, избавляешься от этих страхов, навязчивых, прежде всего, может какие-то здоровые опасения и остаются. Если меньше любишь, больше страхов, совсем не любишь, живешь весь в этом страхе и не знаешь, что делать, теряешь ориентиры в жизни. Поэтому если все-таки смотреть в глубину проблемы, смотреть на это с духовной стороны, то любой навязчивый страх можно охарактеризовать как состояние недостатка любви. Можно думать о том, что человеку не хватает любви – к Богу, к людям.

Если человек любит Бога, то он ему доверяет и понимает, что Господь милостив и не даст того, чего не надо. Если человек любит людей, то забывает о себе и ему не до себя. Представьте: у мамы заболел ребенок, она забудет, что у нее такое или сякое заболевание, и ночами не будет спать, и будет жизнью рисковать, чтобы помочь ребенку и спасти его. Так и здесь, если любишь людей, то меньше думаешь о себе, и соответственно все твои страхи постепенно уходят.

Можно ли не обращаться к специалисту при канцерофобии и оставить все, как есть?

— Любую болезнь на самотек пускать нельзя! Есть разные степени тяжести, и если это сверхценная идея и ничего не предпринимать, то дойти можно до невроза или до депрессивного состояния, требующего квалифицированной психиатрической помощи. Любую идею, мысль, которая вызывает преобладающий в нашей душе страх, надо останавливать.

Есть ли внешние признаки, по которым можно судить: вот этот человек страдает канцерофобией?

— Можно заметить, что человек тревожен. Можно косвенно сделать вывод после разговора с человеком, который мучается от канцерофобии. Такой собеседник будет только говорить об обследованиях, которые он в неведомом количестве совершает, и которые повторяются у него из раза в раз, потому что он не верит одним результатам и вновь идет обследоваться. Вспомните: у кого чего болит, тот о том и говорит. Человек говорит о раке, делится достаточно часто своими опасениями заболеть онкологией, переживает из-за этого. Исходя из этого, можно сделать вывод: он страдает фобией.

Есть ли границы нормального страха рака и иррационального?

— Есть здоровый страх: мы все так или иначе испытываем страхи. И они нас защищают от опасностей, если бы мы не боялись, может быть, и не жили. Нормальный человек в какой-то степени опасается того или иного заболевания, в частности, рака.

Что он делает? Проводит профилактику: старается есть здоровую пищу, ведет здоровый образ жизни, ездит в места, где лучше экология, избегает стрессов, насколько это возможно в нашей жизни. И это нормальный здоровый страх, поскольку не обладает человеком. Иррациональный страх парализует и полностью захватывает человека. Как говорят психологи, в этом случае мужчина или женщина теряет контроль над реальностью, над своей жизнью.

Приведем сравнение. Человек занимается верховой ездой, сел на лошадь, едет, и вдруг лошадь понесла… Что дальше будет: тебя лошадь сбросит или не сбросит, удержишься в седле или нет, ты сам по себе, она сама себе, и ты весь в страхе. Потеря контроля над своей жизнью. И если рассматривать этот страх в таком образе, то, чтобы выйти из него надо попытаться восстановить контроль над своей жизнью. Как это сделать? Как и управлять той же лошадью: надо взять ее под уздцы, направить вправо или влево. И здесь так же — надо понять, что главное в твоей жизни, для чего ты живешь. Есть ли какие-то ценности в твоей жизни, которые не должны закрываться этим страхом? Есть ли важные обязанности, которые должен исполнять, и которые не должны страдать от наличия страха или опасения?

Можно ли выделить группу риска, кто больше подвержен фобии – мужчины или женщины?

— Лучше говорить не о мужском или женском поле, а говорить о характере личности. Бывают мнительные люди, которые изначально подвержены разным страхам, всевозможным немощам, связанными с мнительностью, с неуверенностью в себе, со склонностью опасаться того или иного. Если подобное заложено в характере и на эту почву накладывается еще какое-то внешнее обстоятельство, например, близкий заболел раком. Человек наблюдает, как его родной страдает, как ездит по врачам, как все это трудно переносится, безусловно, это провоцирует канцерофобию. Или у тревожно-мнительного человека находят доброкачественную опухоль, кожную или подкожную, неопасную, проводят операцию. А у пациента поселяется страх, он начинает думать, а вдруг это доброкачественное образование неожиданно озлокачествится.

Можете назвать «живой» пример нездорового беспокойства?

— Вспоминаю пример тревожно-мнительной личности. Мнительность одного человека дошла до того, что он время от времени терял бразды управления над собою. Просил меня полностью регламентировать его правила, расписать, что ему читать вечером и утром из молитв, что не читать, как часто причащаться.

Вопрос, казалось бы, очевидный: любой верующий задает такие вопросы. Но я не могу составить расписание человеку, когда именно причащаться, а когда не причащаться, на какую службу придти, а какую можно пропустить. Знакомый спрашивал именно со страхом, боялся сделать что-то не так. Он, ранее служивший во флоте, объяснял, что чувствует себя матросом на подводной лодке, а Господь как грозный капитан. Если он что-то сделает не так, то его — под арест или уволят со службы. Вот такое отношение к духовной жизни, конечно, болезненное.

Иногда описывают случаи, когда психиатр для лечения затянувшейся депрессии устраивает экстремальное испытание пациенту: спланированное похищение или нападение. Смысл в том, чтобы подавленный или обеспокоенный человек начал действовать, выживать и ему уже будет не до тяжелых мыслей. Можно ли такое применять вообще и в случае канцерофобии, в частности?

— У человека с хрупкой психикой, подверженной, депрессии и другим заболеваниям, врач вдруг вызовет экстремальное состояние? Как такое может быть? Это будет неэтично, некорректно и небезопасно. Поставят пациента в экстремальное состояние, а он покончит с собой. Где гарантия, что такого не будет? Врач, конечно, не поступит так, не может этого сделать ни по каким канонам – ни врачебным, ни юридическим.

Но может сказать жесткое слово, чтобы встряхнуть пациента. Но опять же: а не станет это слово неким камнем, которое травмирует больного еще больше, и человек впадет в отчаяние, а отчаяние опасно для жизни при психических заболеваниях. Поэтому такие эксперименты лучше не проводить. Это может сделать Господь, это в Его компетенции. Иногда Господь ставит нас в такие условия, когда нам приходится забывать о себе, приходится выживать.

В Вашей жизни встречались такие примеры, батюшка?

— Мне рассказывала одна женщина, которую обманом лишили квартиры. Она в возрасте и с массой хронических заболеваний, характерных для пожилых людей: давление поднималось, язва обострялась, суставы ныли, в связи с чем она постоянно опасалась за свое здоровье. Ей негде было жить, и она обитала в собственном подъезде. Соседи ее хорошо знали, она там прожила несколько десятков лет. Ее все жалели, приносили ей еду, иногда с ночевкой помогали. И она поделилась: на протяжении 2-3 лет, пока оставалась без крыши над головой, забывала свои болячки. У нее все сразу прошло, не до этого было! Господь поставил ее в такие условия, видимо, это нужно было для чего-то, а в течении времени она с помощью Божией восстановила свои права на квартиру.

Ни врачи, ни батюшки, ни психологи не имеют права организовывать подобные условия. Только Господь может, чтобы исцелить нас, устроить встряску. Такое «лечение» в Его компетенции, в Его святой воле.

Почему все-таки боязнь онкологии? Немало людей в результате ДТП погибают или остаются инвалидами, немало несчастных случаев…

— Это связано с распространенностью онкологии. ДТП, конечно, случаются, но не так часто можно увидеть аварии и другие несчастные случаи в нашей жизни, как онкологию. Достаточно сходить в онкологический диспансер и посмотреть, как страдают люди. Сколько людей, и молодых и пожилых, интеллигентных и неинтеллигентных, попадают в эту ситуацию.

Даже говоря о ДТП: попал один раз в аварию, потом долго человек не может сесть за руль или садится, а еще долго себя чувствует неуверенно. Сколько времени пройдет, прежде чем восстановится?

Близкий, родной человек, которого любишь и знаешь, страдает от онкологии, сколько приходится претерпевать даже при хорошем раскладе. Если нет метастазов, больной проходит курс химиотерапии, которая переносится трудно, болезнь травматична для всей жизни пациента, меняется и нарушается привычный уклад, непросто недуг влияет на его работу, отношения с другими людьми. Несомненно, это тяжелое испытание. У тревожно-мнительных личностей наблюдение такой картины может спровоцировать страх, канцерофобию.

Может ли канцерофобия привести к развитию рака?

— Нет, не может, не надо связывать одно с другим. Это уже похоже на мистику. Или навязчивая идея номер 2, разновидность фобии, которая из одной перетекает в другую.

Как близким помочь человеку с навязчивым страхом?

— Любовь и терпение — это, конечно, по умолчанию необходимо при любых раскладах. Важно ориентировать человека на какие-то главные вещи в жизни, помочь создать систему ценностей, помочь человеку обрести их. Когда есть система ценностей, ты держишься, несмотря на все испытания и опасения, не выпадаешь из обоймы жизни. Понимаешь, как и зачем ты живешь.

Текст: Александра Грипас

12.01.2019 11:30:00

Нечаянная радость – это судьба

Его можно увидеть на многих городских мероприятиях самой разной направленности. Вот он благословляет на служение призывников, слушает доклады врачей в общественном совете по здравоохранению, наставляет педагогов на Рождественских чтениях… И еще много в каких ситуациях можно видеть недавно назначенного благочинного церквей по Новомосковскому округу протоиерея Владимира Лысикова. Его активность и личное обаяние, а благочинный всегда улыбчив и приветлив, удивляет, и одновременно возникает интерес, что это за человек.
Моя родина здесь
Наша встреча состоялась в храме, названном в честь иконы Божией Матери «Нечаянная Радость», настоятелем которого и является протоиерей Владимир Лысиков. И первый вопрос традиционный: откуда родом. И хотя благочинный родился в Казахстане, с самого раннего детства он жил в Тульской области, в городе Кимовске, поэтому без сомнения говорит, что его родина – здесь.
Детство будущего священнослужителя было самым обычным: учился в средней школе, немного увлекался спортом – волейболом. Никаких конкретных планов на будущую жизнь Владимир не строил. После окончания школы был призван в армию, служил в войсках связи, в Белоруссии. Отслужил, вернулся. По-прежнему без определенных планов.
Первая судьбоносная встреча
Эта встреча была, в каком-то смысле, предопределена, и предопределена… друзьями. А самыми первыми такими «друзьями» для будущего священника с детства были книги. В своих предпочтениях он был «всеяден», как сам рассказывает, читал все подряд, все было интересно. А времена тогда были такие, что действительно интересные книги купить было не так-то просто, книги тогда «доставали» — через знакомых и приятелей.
Так и получилось во время одной из дружеских встреч, куда пришел Владимир. Там был один необычный гость, для человека советского времени даже очень необычный – священник.
Это был авторитетный и заслуженный священнослужитель Тульской епархии, протоиерей Сергий Зуев, и встреча с ним до глубины души поразила юношу.
Для выходца из обычной для того времени, далекой от религии семьи новый знакомый сначала показался кем-то очень странным, человеком совсем другого мира. Но стоило начать разговор, как этот чуждый мир сразу же открывался перед собеседником.
— Обаятельный, искренний, жизнерадостный, он открыл мне новый прекрасный мир, — так вспоминает сейчас о нем благочинный. Отец Сергий Зуев не только мог увлекательно говорить, он помог и в другом деле: поделился с новым знакомым церковной литературой, которая в те времена в нашей стране не издавалась. И одна из этих книг, протоиерея Александра Меня, произвела настоящий переворот в сознании молодого человека…
Встреча вторая
Если первая встреча определила направление, куда двигаться дальше, то вторая помогла Владимиру сделать первый шаг на этом пути. Познакомившись с митрополитом Тульским и Белевским Серапионом (Фадеевым), Владимир сразу же получил предложение начать служить в храме. Так он на три года стал алтарником и певчим в Щекинском храме Святителя Николая.
Для непосвященных, алтарник – это еще не священнослужитель, это, скорее, помощник священника. Тогда молодой человек получил возможность увидеть, как общается с прихожанами опытное духовенство, как там ведут свои дела, как поступают в сложных ситуациях. Весь этот опыт очень пригодился ему в дальнейшем, когда он сам стал священником.
Первым его приходом стал храм Великомученика Георгия в поселке Ленинском. И, что удивительно, рукоположили отца Владимира именно в день праздника, посвященного иконе Пресвятой Богородицы Нечаянная Радость. Это было первое удивительное совпадение…
Немного об истории иконы
Когда точно появилась икона Божией Матери «Нечаянная радость», неизвестно. История, которую описывает икона, произошла с одним грешником, «человеком беззаконным», который вел беспутную жизнь, однако не забывал каждый день молиться перед иконой Царицы Небесной. И вот однажды было ему во время молитвы видение: он увидел, что фигуры Богородицы и Младенца Иисуса движутся, а на ладонях, ногах и в боку Иисуса открылись раны, которые появились у Него при распятии.
Грешник в страхе вопросил Деву Марию, откуда эти раны и кровь, Богоматерь же ответила, что это грешники своими неправедными делами снова и снова распинают Ее Сына, причиняя Ей скорбь. Потрясенный грешник стал молить Богоматерь о прощении, и Дева Мария согласилась ходатайствовать за него перед Спасителем. Ее моления были дважды Им отвергнуты, но потом Бог простил грешника. После этого он стал вести праведную жизнь, как и повелел ему Господь, а прощение грехов стало для него «нечаянной радостью».
«Меня вели за руку»
Потом было и второе совпадение. Однажды, навещая своего друга, священника храма Великомученицы Параскевы Пятницы в селе Дедилово, батюшка увидел на церковном прилавке бумажный образок Божией Матери, который вызвал какие-то особые чувства. Сразу захотелось его купить и всегда иметь при себе. Эта икона стала самой любимой, и позже, бывая в разных храмах, отец Владимир старался найти этот образ среди других.
О том, что пройдут годы, и он станет настоятелем храма, названного именно в честь этой иконы, тогда никто не догадывался. Была служба в разных городах и в разных храмах, и только позже отец Владимир понял, что его всегда как будто вели за руку к тому месту, где он оказался сейчас.
— В этом особый знак промысла Божьего, — уверен протоиерей.
Новомосковские прихожане храма сначала казались ему отличными от прихожан других храмов области, особенно в сравнении с узловчанами, которые были очень близкими, домашними.
Но это только сначала, сейчас все они стали для отца Владимира Лысикова одинаково родными. В этом году будет 10 лет, как отец Владимир является настоятелем городского храма, в сентябре он был назначен благочинным церквей по Новомосковскому округу. Благочинный является представителем митрополита Тульского и Ефремовского в г. Новомосковске, г. Донском и Куркинском районе нашей области, в обязанности которого входит контроль и помощь местным храмам, взаимодействие с общественными организациями, муниципальной администрацией, органами власти. Работы много, но вся она идет хорошо. И в церковных делах все подчиненные не огорчают, служа по совести, и с городскими властями есть взаимопонимание и плодотворная работа. В декабре 2018 года между Новомосковским благочинием и администрацией Новомосковска было заключено соглашение о сотрудничестве.

Дела семейные
Мир и благополучие царит не только в большой церковной семье протоиерея Владимира Лысикова, но и в маленькой собственной. В семье благочинного двое взрослых сыновей, оба решили по примеру и совету отца посвятить жизнь служению Богу. Подрастают внуки, все трое – мальчики.
Единственное, за что порой домашние и могут укорить батюшку, это то, что служба у него без выходных практически. Но в отпуске, или когда находится свободное время, отец Владимир проводит с семьей. И как совершенно обычный человек любит просто отдохнуть дома. Кино, например, посмотреть — свои любимые советские комедии.
Светлана ЖИЛЯКОВА

1. Общие положения
Настоящая политика обработки персональных данных составлена в соответствии с требованиями Федерального закона от 27.07.2006. №152-ФЗ «О персональных данных» и определяет порядок обработки персональных данных и меры по обеспечению безопасности персональных данных Новицкого Евгения Владимировича (далее – Оператор).

  • Оператор ставит своей важнейшей целью и условием осуществления своей деятельности соблюдение прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.
  • Настоящая политика Оператора в отношении обработки персональных данных (далее – Политика) применяется ко всей информации, которую Оператор может получить о посетителях веб-сайта http://psy-novitskiy.ru.

2. Основные понятия, используемые в Политике

  • Автоматизированная обработка персональных данных – обработка персональных данных с помощью средств вычислительной техники;
  • Блокирование персональных данных – временное прекращение обработки персональных данных (за исключением случаев, если обработка необходима для уточнения персональных данных);
  • Веб-сайт – совокупность графических и информационных материалов, а также программ для ЭВМ и баз данных, обеспечивающих их доступность в сети интернет по сетевому адресу http://psy-novitskiy.ru;
  • Информационная система персональных данных — совокупность содержащихся в базах данных персональных данных, и обеспечивающих их обработку информационных технологий и технических средств;
  • Обезличивание персональных данных — действия, в результате которых невозможно определить без использования дополнительной информации принадлежность персональных данных конкретному Пользователю или иному субъекту персональных данных;
  • Обработка персональных данных – любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных;
  • Оператор – государственный орган, муниципальный орган, юридическое или физическое лицо, самостоятельно или совместно с другими лицами организующие и (или) осуществляющие обработку персональных данных, а также определяющие цели обработки персональных данных, состав персональных данных, подлежащих обработке, действия (операции), совершаемые с персональными данными;
  • Персональные данные – любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому Пользователю веб-сайта http://psy-novitskiy.ru;
  • Пользователь – любой посетитель веб-сайта http://psy-novitskiy.ru;
  • Предоставление персональных данных – действия, направленные на раскрытие персональных данных определенному лицу или определенному кругу лиц;
  • Распространение персональных данных – любые действия, направленные на раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц (передача персональных данных) или на ознакомление с персональными данными неограниченного круга лиц, в том числе обнародование персональных данных в средствах массовой информации, размещение в информационно-телекоммуникационных сетях или предоставление доступа к персональным данным каким-либо иным способом;
  • Трансграничная передача персональных данных – передача персональных данных на территорию иностранного государства органу власти иностранного государства, иностранному физическому или иностранному юридическому лицу;
  • Уничтожение персональных данных – любые действия, в результате которых персональные данные уничтожаются безвозвратно с невозможностью дальнейшего восстановления содержания персональных данных в информационной системе персональных данных и (или) результате которых уничтожаются материальные носители персональных данных.

3. Оператор может обрабатывать следующие персональные данные Пользователя

  • Фамилия, имя, отчество;
  • Электронный адрес;
  • Номера телефонов;
  • Также на сайте происходит сбор и обработка обезличенных данных о посетителях (в т.ч. файлов «cookie») с помощью сервисов интернет-статистики (Яндекс Метрика и Гугл Аналитика и других).
  • Вышеперечисленные данные далее по тексту Политики объединены общим понятием Персональные данные.

4. Цели обработки персональных данных

  • Цель обработки персональных данных Пользователя — информирование Пользователя посредством отправки электронных писем.
  • Также Оператор имеет право направлять Пользователю уведомления о новых продуктах и услугах, специальных предложениях и различных событиях. Пользователь всегда может отказаться от получения информационных сообщений, направив Оператору письмо на адрес электронной почты jnovit@yandex.ru с пометкой «Отказ от уведомлениях о новых продуктах и услугах и специальных предложениях».
  • Обезличенные данные Пользователей, собираемые с помощью сервисов интернет-статистики, служат для сбора информации о действиях Пользователей на сайте, улучшения качества сайта и его содержания.

5. Правовые основания обработки персональных данных

  • Оператор обрабатывает персональные данные Пользователя только в случае их заполнения и/или отправки Пользователем самостоятельно через специальные формы, расположенные на сайте http://psy-novitskiy.ru. Заполняя соответствующие формы и/или отправляя свои персональные данные Оператору, Пользователь выражает свое согласие с данной Политикой.
  • Оператор обрабатывает обезличенные данные о Пользователе в случае, если это разрешено в настройках браузера Пользователя (включено сохранение файлов «cookie» и использование технологии JavaScript).

6. Порядок сбора, хранения, передачи и других видов обработки персональных данных
Безопасность персональных данных, которые обрабатываются Оператором, обеспечивается путем реализации правовых, организационных и технических мер, необходимых для выполнения в полном объеме требований действующего законодательства в области защиты персональных данных.

  • Оператор обеспечивает сохранность персональных данных и принимает все возможные меры, исключающие доступ к персональным данным неуполномоченных лиц.
  • Персональные данные Пользователя никогда, ни при каких условиях не будут переданы третьим лицам, за исключением случаев, связанных с исполнением действующего законодательства.
  • В случае выявления неточностей в персональных данных, Пользователь может актуализировать их самостоятельно, путем направления Оператору уведомление на адрес электронной почты Оператора jnovit@yandex.ruс пометкой «Актуализация персональных данных».
  • Срок обработки персональных данных является неограниченным. Пользователь может в любой момент отозвать свое согласие на обработку персональных данных, направив Оператору уведомление посредством электронной почты на электронный адрес Оператора jnovit@yandex.ru с пометкой «Отзыв согласия на обработку персональных данных».

7. Трансграничная передача персональных данных

  • Оператор до начала осуществления трансграничной передачи персональных данных обязан убедиться в том, что иностранным государством, на территорию которого предполагается осуществлять передачу персональных данных, обеспечивается надежная защита прав субъектов персональных данных.
  • Трансграничная передача персональных данных на территории иностранных государств, не отвечающих вышеуказанным требованиям, может осуществляться только в случае наличия согласия в письменной форме субъекта персональных данных на трансграничную передачу его персональных данных и/или исполнения договора, стороной которого является субъект персональных данных.

8. Заключительные положения

  • Пользователь может получить любые разъяснения по интересующим вопросам, касающимся обработки его персональных данных, обратившись к Оператору с помощью электронной почты jnovit@yandex.ru.
  • В данном документе будут отражены любые изменения политики обработки персональных данных Оператором. Политика действует бессрочно до замены ее новой версией.
  • Актуальная версия Политики в свободном доступе расположена в сети Интернет по адресу http://psy-novitskiy.ru/policy/.