Вера Надежда любовь и София

Страдание святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии

Святые мученицы Вера, Надежда, Любовь и мать их София

В царствование императора Адриана жила в Риме вдова, родом итальянка, по имени София, что в переводе значит премудрость. Она была христианка, и сообразно своему имени, жизнь свою вела благоразумно — по той премудрости, которую восхваляет Апостол Иаков, говоря: «мудрость, сходящая свыше, во-первых, чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов» (Иак.3:17). Сия премудрая София, живя в честном супружестве, родила трех дочерей, коим нарекла имена, соответствующие трем христианским добродетелям: первую дочь назвала она Верою, вторую — Надеждою, а третью — Любовью. Да и что иное могло произойти от премудрости христианской, как не Богу угодные добродетели? Вскоре после рождения третьей дочери София лишилась супруга. Оставшись вдовой, она продолжала жить благочестиво, угождая Богу молитвою, постом и милостынею; дочерей же своих она воспитывала так, как может сделать это премудрая мать: она старалась их приучить проявлять и в жизни те христианские добродетели, имена коих они носили.

По мере того как дети росли, возрастали в них и добродетели. Они хорошо уже знали пророческие и апостольские книги, привыкли внимать поучениям наставников, прилежно занимались чтением, были усердны в молитве и в домашних трудах. Повинуясь святой и богомудрой матери своей, они преуспевали во всем и восходили от силы в силу. А так как они были чрезвычайно красивы и благоразумны, то на них вскоре все начали обращать внимание.

Слух об их премудрости и красоте распространился по всему Риму. Услыхал о них и начальник области Антиох и пожелал их видеть. Как только он увидел их, тотчас же убедился, что они — христианки; ибо они не желали скрывать своей веры во Христа, не сомневались в надежде на Него и не ослабевали в своей любви к Нему, но открыто пред всеми прославляли Христа Господа, гнушаясь богомерзкими идолами языческими.

О всём этом Антиох известил царя Адриана, и тот не замедлил сейчас же послать слуг своих с тем, чтобы они привели девиц к нему. Исполняя царское повеление, слуги отправились в дом Софии и когда пришли к ней, то увидали, что она занимается поучением дочерей своих. Слуги объявили ей, что царь зовет к себе ее вместе с дочерьми. Уразумев, с какою целью зовет их царь, они все обратились к Богу с такою молитвою:

— Всесильный Боже, сотвори с нами по Твоей святой воле; не оставь нас, но пошли нам Твою святую помощь, чтобы сердце наше не устрашилось гордого мучителя, чтобы не убоялись мы страшных его мучений, и не пришли в ужас от смерти; пусть ничто не отторгнет нас от Тебя, Бога нашего.

Сотворив молитву и поклонившись Господу Богу, все четверо — мать и дочери, взяв друг друга за руки подобно сплетенному венку, пошли к царю и, часто взирая на небо. с сердечным воздыханием и тайною молитвою вручали себя помощи Того, Кто повелел не бояться «убивающих тело, души же не могущих убить» (Мф.10:28). Когда подошли они к царскому дворцу, то осенили себя крестным знамением, говоря:

— Помоги нам, Боже, Спаситель наш, прославления ради Твоего святого Имени.

Их ввели во дворец, и они предстали пред царем, который горделиво восседал на своем троне. Увидев царя, они воздали ему подобающую честь, но стояли пред ним без всякой боязни, без всякого изменения в лице, с мужеством в сердце и смотрели на всех веселым взором, как будто бы они призваны были на пир; с такою радостью явились они к царю на истязание за Господа своего.

Видя их благородные, светлые и бесстрашные лица, царь стал спрашивать, какого они рода, как их зовут и какова их вера. Будучи премудрою, мать отвечала так благоразумно, что все присутствующие, слушая ее ответы, дивились такому ее разуму. Упомянув кратко о своем происхождении и имени, София начала говорить о Христе, Коего происхождение разъяснить никто не может, но Имени Коего должен поклоняться всякий род. Она открыто исповедала свою веру в Иисуса Христа, Сына Божия и, назвавши себя Его рабою, прославляла Его Имя.

— Я христианка, — говорила она, — вот то драгоценное имя, коим я могу похвалиться.

При этом она сказала, что и дочерей своих обручила она Христу, дабы нетленную свою чистоту они сохранили для нетленного Жениха — Сына Божия.

Тогда царь, увидав пред собою столь мудрую женщину, но не желая вступать с ней в продолжительную беседу и судить ее, отложил это дело до другого времени. Он послал Софию вместе с дочерьми к одной знатной женщине, по имени Палладии, поручив ей наблюдать за ними, а через три дня представить их к нему на суд.

Живя в доме Палладии и имея в своем распоряжении не мало времени для научения своих дочерей, София утверждала их в вере день и ночь, поучая вдохновенными от Бога словами.

— Дочери мои возлюбленные, — говорила она, — ныне время вашего подвига, ныне настал день уневещения вашего бессмертному Жениху, теперь-то вы сообразно именам вашим должны показать веру твердую, надежду несомненную, любовь нелицемерную и вечную. Настал час торжества вашего, когда мученическим венцом вы будете венчаться с прелюбезным Женихом своим и с великой радостью войдете в пресветлый Его чертог. Дочери мои, ради сей чести Христовой не жалейте юной вашей плоти; не жалейте красоты вашей и молодости, ради Краснейшего добротою более сыновей человеческих, и ради жизни вечной не скорбите о том, что лишитесь сей жизни временной. Ибо ваш небесный Возлюбленный, Иисус Христос, есть вечное здравие, несказанная красота и жизнь нескончаемая. И когда тела ваши ради Него будут замучены до смерти, Он облечет их в нетление и раны ваши сделает светлыми, как звезды на небе. Когда красота ваша будет чрез муки за Него отнята от вас, Он украсит вас небесною красотою, коей глаз человеческий никогда не видел. Когда же лишитесь вы временной жизни, положив души за Господа своего, то Он наградит вас жизнью бесконечною, в коей прославит вас во веки пред Отцом Своим небесным и пред Его святыми ангелами, и все небесные силы нарекут вас невестами и исповедницами Христовыми. Вас восхвалят все преподобные, о вас возвеселятся мудрые девы и примут вас в свое общение. Дочери мои дорогие! не давайте соблазнить себя прелестями вражьими: ибо, как я думаю, царь будет расточать вам ласки и сулить большие дары, предлагая вам славу, богатство и честь, всю красоту и сладость сего тленного и суетного мира; но вы не возжелайте ничего подобного, ибо всё сие, как дым исчезает, как пыль ветром разметается и как цвет и трава засыхает и обращается в землю. Не устрашайтесь, когда увидите лютые мучения, ибо, пострадав немного, вы победите врага и восторжествуете на веки. Верую в Бога моего Иисуса Христа, верую, что Он не оставит вас страждущих во имя Его, ибо Он Сам сказал: «Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя» (Ис.49:15), неотступно Он пребудет с вами во всех ваших муках, взирая на ваши подвиги, укрепляя немощи ваши и уготовляя вам в награду венец нетленный. О, дочери мои прекрасные! вспомните мои болезни при рождении вашем, вспомните труды мои, в коих я вскормила вас, вспомните слова мои, какими я учила вас страху Божию, и утешьте мать вашу в ее старости вашим добрым и мужественным исповеданием веры во Христа. Для меня будет торжество и радость, и честь, и слава среди всех верующих, если удостоюсь я именоваться матерью мучениц, если я увижу ваше доблестное за Христа терпение, твердое исповедание Его Святого Имени и смерть за Него. Тогда душа моя возвеселится, и дух мой возрадуется, и старость моя подкрепится. Тогда и вы будете воистину моими дочерьми, если, послушав наставления своей матери, будете стоять за Господа своего до крови и умрете за Него с усердием.

Выслушав с умилением такое наставление своей матери, девицы испытывали сладость в сердце и радовались духом, ожидая времени мучения как брачного часа. Ибо будучи святыми ветвями от святого корня, они желали всею душою того, к чему наставляла их премудрая их мать София. Они принимали к сердцу все ее слова и приготовляли себя к подвигу мученичества, как будто собирались в светлый чертог, ограждая себя верою, укрепляясь надеждою, и возжигая в себе огонь любви ко Господу. Ободряя и утверждая друг друга, они обещали матери своей все ее душеполезные советы осуществить с помощью Христа на самом деле.

Когда настал третий день, они приведены были к беззаконному царю на суд. Думая, что они легко могут послушаться его соблазнительных слов, царь начал так говорить к ним:

— Дети! видя вашу красоту и щадя вашу молодость, я советую вам, как отец: поклонитесь богам, властителям вселенной; и если вы послушаете меня и исполните то, что вам приказано, то я назову вас своими детьми. Я призову начальников и правителей и всех моих советников и при них объявлю вас своими дочерьми, и вы от всех будете пользоваться похвалою и почетом. А если вы не послушаете и не исполните моего повеления, то причините себе великое зло, и старость матери своей огорчите, и сами погибнете в то время, когда бы могли более всего веселиться, живя беспечно и весело. Ибо предам я вас лютой смерти и, раздробив члены тела вашего, брошу их на съедение псам и будете вы попираемы всеми. Итак для вашего же собственного блага послушайте меня: ибо я люблю вас и не только не хочу губить красоты вашей и лишить вас сей жизни, но желал бы стать для вас отцом.

Но девы святые единогласно и единодушно отвечали ему:

— Отец наш — Бог, на небесах живущий. Он промышляет о нас и нашей жизни и милует наши души; мы хотим быть Им любимыми и желаем называться Его истинными детьми. Поклоняясь Ему и храня Его повеления и заповеди, на твоих богов плюем, а твоей угрозы не боимся, ибо мы того только и желаем, чтобы страдать и переносить горькие мучения ради сладчайшего Иисуса Христа, Бога нашего.

Услыхав от них такой ответ, царь спросил мать Софию, как зовут ее дочерей и сколько им лет.

Святая София отвечала:

— Имя первой моей дочери Вера, и ей двенадцать лет; вторая — Надежда — имеет десять лет, а третья — Любовь, коей всего девять лет.

Царь был весьма удивлен, что при таком юном возрасте они обладают мужеством и разумом и могут так отвечать ему. Он начал снова принуждать каждую из них к нечестию своему и сначала обратился к старшей сестре Вере, говоря:

— Принести жертву великой богине Артемиде.

Но Вера отказалась. Тогда царь велел раздеть ее до нага и бить ее. Мучители, нанося ей удары без всякого милосердия, говорили:

— Пожри великой богине Артемиде.

Но она молча терпела страдания, как будто били не по ее телу, а по чужому. Не достигнув никакого успеха, мучитель повелел отрезать ее девические сосцы. Но из ран вместо крови потекло молоко. Все смотревшие на мучение Веры дивились сему чуду и терпению мученицы. И, покачивая головами, втайне укоряли царя за его безумие и жестокость, говоря:

— Чем эта красивая девица согрешила, и за что так страдает? О, горе безумию царя и его зверской жестокости, бесчеловечно губящей не только старцев, но даже и малых детей.

После сего была принесена железная решетка и поставлена на сильном огне. Когда она раскалилась, как горячий уголь, и от нее летели искры, то положили на нее святую девицу Веру. Два часа лежала она на сей решетке и, взывая ко Господу своему, нимало не опалилась, что всех привело в изумление. Затем она была посажена в котел, стоящий на огне и наполненный кипящей смолою и маслом, но и в нем осталась невредимою, и сидя в нем, как бы в прохладной воде, воспевала Бога. Мучитель, не зная, что еще сделать с нею, чем бы он мог ее отвратить от веры Христовой, приговорил ее к усечению мечом.

Услыхав сей приговор, святая Вера исполнилась радости и сказала матери своей:

— Помолись за меня, мать моя, чтобы мне окончить шествие мое, дойти до желанного конца, увидеть возлюбленного Господа и Спасителя моего и насладиться лицезрением Его Божества.

А сестрам сказала:

— Помните, любезные мои сестры, Кому мы дали обет, Кому уневестились; вы знаете, что мы запечатлены святым крестом Господа нашего и вечно должны служить Ему; посему претерпим до конца. Одна и та же мать родила нас, одна воспитала и научила нас, посему и мы должны принять одинаковую кончину; как единоутробные сестры, мы должны иметь одну волю. Пусть буду я для вас примером, дабы и вы шли обе за мною к призывающему нас Жениху нашему.

После сего она поцеловала свою мать, потом, обнявши сестер, также целовала их и пошла под меч. Мать же нисколько не скорбела о дочери своей, ибо любовь к Богу победила в ней сердечную печаль и материнскую жалость к детям. Она о том только сокрушалась и заботилась, как бы какая-либо из ее дочерей не устрашилась мук и не отступила бы от Господа своего.

И сказала она Вере:

— Я тебя родила, дочь моя, и из-за тебя претерпела болезни. Но ты воздаешь мне за сие благом, умирая за имя Христово и проливая за Него ту самую кровь, которую приняла в моей утробе. Иди к Нему, возлюбленная моя, и обагренная своею кровию, как бы облеченная в багряницу, предстань прекрасною пред очами Жениха твоего, помяни пред ним убогую мать твою и помолись Ему о своих сестрах, чтобы и тех укрепил Он в том же терпении, какое проявляешь ты.

После сего св. Вера усечена была в честную главу и отошла к Главе своей Христу Богу. Мать же, обняв многострадальное тело ее и целуя его, радовалась и славила Христа Бога, принявшего дочь ее Веру в небесный Свой чертог.

Тогда нечестивый царь поставил пред собой другую сестру Надежду и сказал ей:

— Любезное дитя! Прими мой совет: я говорю это, любя тебя так же, как отец, — поклонись великой Артемиде, чтобы не погибнуть и тебе, как погибла твоя старшая сестра. Ты видела ее страшные муки, видела ее тяжкую смерть, неужели и ты захочешь так же страдать. Поверь мне, дитя мое, что я жалею твою молодость; если бы ты послушала моего приказания, я объявил бы тебя своею дочерью.

Святая Надежда отвечала:

— Царь! Разве я не сестра той, которую ты умертвил? Разве я не от одной с нею матери родилась? Не тем же ли молоком я вскормлена и не то же ли получила я крещение, как и святая сестра моя? Я росла вместе с нею и от одних и тех же книг и от одного наставления матери научилась познавать Бога и Господа нашего Иисуса Христа, веровать в Него и Ему одному поклоняться. Не думай, царь, чтобы я поступала и думала иначе, и желала не того же, чего и сестра моя Вера; нет, я хочу идти по ее следам. Не медли и не старайся разубеждать меня многими словами, но лучше приступи к самому делу и ты увидишь мое единомыслие с сестрою.

Услыхав такой ответ, царь предал ее на мучение.

Раздев ее до нага, как и Веру, слуги царские долго били ее без всякой жалости, — до тех пор пока не устали. Но она молчала, как бы совсем не чувствуя никакой боли, и только смотрела на мать свою блаженную Софию, которая стояла тут, мужественно взирая на страдания своей дочери и моля Бога о том, чтобы Он даровал ей крепкое терпение.

По повелению беззаконного царя св. Надежда брошена была в огонь и, оставшись невредимою подобно трем отрокам, прославляла Бога. После сего она было повешена и ее строгали железными когтями: тело ее падало кусками и кровь лилась потоком, но от ран исходило чудное благоухание, а на лице ее, светлом и сияющем благодатью Св. Духа, была улыбка. Св. Надежда стыдила еще мучителя в том, что он не в силах победить терпение такой малолетней отроковицы.

— Христос моя помощь, — говорила она, — и я не только не боюсь муки, но желаю ее как сладости райской: так приятны для меня страдания за Христа. Тебя же, мучитель, ожидает мука в геенне огненной вместе с бесами, коих ты почитаешь за богов.

Такая речь еще больше раздражила мучителя, и он приказал наполнить котел смолою и маслом, — поджечь его и бросить в него святую. Но когда хотели бросить святую в кипящий котел, он немедленно как воск растопился, а смола и масло разлились и опалили всех окружающих. Так чудодейственная сила Божия не оставляла св. Надежду.

Гордый мучитель, видя всё сие, не хотел познать истинного Бога, ибо сердце его было омрачено прелестью бесовскою и пагубным заблуждением. Но, осмеянный малою отроковицею, он испытывал великий стыд. Не желая долее переносить такой позор, он осудил, наконец, святую на усечение мечом. Отроковица, услыхав о приближении своей кончины, с радостью подошла к матери и сказала:

— Мать моя! да будет с тобою мир, будь здрава и поминай дочь свою.

Мать же, обняв, целовала ее, говоря:

— Дочь моя Надежда! Благословенна ты от Господа Бога Вышнего за то, что на Него надеешься и ради Него не жалеешь пролить свою кровь; иди к сестре твоей Вере и вместе с нею предстань к твоему Возлюбленному.

Надежда целовалась также с сестрою своею Любовью, смотревшею на ее мучения, и сказала ей:

— Не оставайся здесь и ты, сестра, предстанем вместе пред Святою Троицею.

Сказав сие, она подошла к бездыханному телу сестры своей Веры и, с любовию обняв его, по свойственной природе человеческой жалости, хотела плакать, но по любви ко Христу переменила слезы на радость. После сего, преклонив свою главу, св. Надежда была усечена мечом.

Взяв тело ее, мать прославляла Бога, радуясь мужеству дочерей своих, и побуждала к таковому же терпению своими сладкими словами и мудрыми увещаниями и младшую свою дочь.

Мучитель же призвал третью отроковицу Любовь и старался ласками склонить ее, как и первых двух сестер к тому, чтобы она отступила от Распятого и поклонилась Артемиде. Но напрасны были старания обольстителя. Ибо кому же так твердо пострадать за Своего возлюбленного Господа, как не Любви, так как и в Писании сказано: «крепка, как смерть, любовь… Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее» (Песн.8:6-7).

Не угасили в сей отроковице огня любви к Богу многие воды мирских соблазнов, не потопили ее реки бед и страданий; ее великая любовь особенно ясно видна была из того, что она готова была положить душу свою за своего Возлюбленного, Господа Иисуса Христа, а ведь, нет большей любви, как положить душу свою за друзей (Иоан.15:13).

Мучитель, видя, что ничего нельзя сделать ласками, решил предать на страдания и Любовь, думая разными мучениями отвлечь ее от любви ко Христу, но она отвечала, по Апостолу:

— Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? (Рим.8:15).

Мучитель приказал, растянув ее по колесу, бить палкой. А растянута она была так, что члены тела ее отделялись от составов своих и она, будучи ударяема палкою, покрылась как багряницею кровию, которою напоялась и земля, как бы от дождя.

Потом была разожжена печь. Указывая на нее, мучитель говорил святой:

— Девица! скажи хоть только, что велика богиня Артемида, и я отпущу тебя, а если не скажешь сего, то сейчас же сгоришь в этой разожженной печи.

Но святая отвечала:

— Велик Бог мой Иисус Христос, Артемида же и ты с нею погибнете!

Мучитель, разгневанный такими словами, повелел предстоящим тотчас же ввергнуть ее в печь.

Но святая, не дожидаясь того, чтобы кто бросил ее в печь, сама поспешила войти в нее и, будучи невредимой, ходила по средине ее, как бы в прохладном месте, поя и благословляя Бога, и радовалась.

В то же время из печи вылетело пламя на неверных, окружающих печь, и некоторых пожгло в пепел, а иных опалило и, достигнув до царя, обожгло и его, так что он далеко бежал.

В печи той были видны и другие сияющие светом лица, которые ликовали вместе с мученицей. И превозносилось имя Христово, а нечестивые были посрамлены.

Когда погасла печь, мученица, прекрасная невеста Христова, вышла из нее здравою и веселою, как из чертога.

Тогда мучители, по повелению царя, провертели члены ее железными буравами, но Бог подкреплял святую Своею помощью и в этих муках, так что и от них она не умерла.

Кто бы мог претерпеть таковые мучения и не умер бы мгновенно?!

Однако возлюбленный Жених, Иисус Христос, подкреплял святую, чтобы как можно более посрамить нечестивых, а ей воздать большую награду, и чтобы крепкая сила Божия прославилась в немощном сосуде человеческом.

Разболевшийся от ожога мучитель повелел, наконец, усекнуть святую мечом.

Она же, услыхав о сем, радовалась и говорила:

— Господи Иисусе Христе, возлюбивший рабу Твою Любовь, — пою и благословляю многопетое имя Твое за то, что вчиняешь меня вместе с сестрами, сподобив и меня претерпеть за имя Твое то же, что и они претерпели.

Мать ее св. София, не переставая, молилась Богу о младшей дочери своей, чтобы Он даровал ей терпение до конца и говорила ей:

— Третья моя ветвь, чадо мое возлюбленное, подвизайся до конца. Ты идешь добрым путем и для тебя сплетен уже венец и отверзся уготованный чертог, Жених уже ожидает тебя, взирая с высоты на твой подвиг, чтобы, когда ты преклонишь под меч свою голову, взять твою чистую и непорочную душу в свои объятия и упокоить тебя с сестрами твоими. Помяните и меня, мать вашу, в царстве Жениха своего, чтобы он оказал милость и мне и не лишил меня участвовать и пребывать с вами в славе Его святой.

И тотчас св. Любовь была усечена мечом.

Мать, приняв ее тело, положила его в дорогой гроб вместе с телами святых Веры и Надежды и, украсив тела их как должно, поставила гроб на погребальную колесницу, отвезла их из города на некоторое расстояние и с честью похоронила дочерей на высоком холме, плача от радости. Находясь на могиле их три дня, она усердно молилась Богу и сама почила о Господе. Верующие погребли ее там же вместе с дочерьми. Таким образом и она не лишилась с ними участия в Царстве небесном и мученического венчания, потому что если не телом, то сердцем своим и она страдала за Христа.

Так премудрая София и жизнь свою окончила премудро, принеся в Дар Святой Троице трех добродетельных дочерей своих Веру, Надежду и Любовь.

О, святая и праведная София! Какая женщина спаслась чрез чадородие так, как ты, родившая таких детей, кои уневестились Спасителю и, пострадав за Него, ныне с Ним царствуют и прославляются? Поистине ты мать, достойная удивления и доброй памяти; так как, смотря на страшные, тяжкие муки и смерть возлюбленных своих чад, ты не только не скорбела, как свойственно матери, но, утешаемая благодатью Божиею, больше радовалась, сама научила и умоляла дочерей не жалеть временной жизни и без пощады пролить кровь свою за Христа Господа.

Наслаждаясь ныне зрением пресветлого Его лика вместе со святыми твоими дочерьми, пошли и нам премудрость, чтобы мы, сохранив добродетели веры, надежды и любви, сподобились предстать Пресвятой, Несозданной и Животворящей Троице и славить Ее во веки веков. Аминь.

Кондак, глас 1:

Софии честныя священнейшыя ветви, Вера, и Надежда, и Любовь показавшеся, мудрость обуиша еллинскую благодатию: и пострадавше, и победоносицы явившеся, венцем нетленным от всех Владыки увязошася.

Мученицы Вера, Надежда и Любовь и их мать София

День памяти: 17 сентября
Мученицы Вера, Надежда, Любовь и матерь их София

Святые мученицы Вера, Надежда и Любовь родились в Италии. Их мать, святая София, была благочестивой вдовой-христианкой. Назвав своих дочерей именами трех христианских добродетелей, София воспитывала их в любви ко Господу Иисусу Христу.

Святая София и дочери ее не скрывали своей веры во Христа и открыто исповедовали ее перед всеми. Наместник Антиох донес об этом императору Адриану (117 — 138), и тот велел привести их в Рим. Понимая, зачем их ведут к императору, святые девы горячо молились Господу Иисусу Христу, прося, чтобы Он послал им силы не устрашиться предстоящих мук и смерти. Когда же святые девы с матерью предстали перед императором, все присутствовавшие изумились их спокойствию: казалось, что они были званы на светлое торжество, а не на истязания. Призывая по очереди сестер, Адриан убеждал их принести жертву богине Артемиде. Юные девы (Вере было 12, Надежде — 10 и Любови — 9 лет) оставались непреклонны. Тогда император приказал жестоко истязать их: святых девиц жгли на железной решетке, бросали в раскаленную печь и в котел с кипящей смолой, но Господь Своей Невидимой Силой хранил их. Младшую, Любовь, привязали к колесу и били палками, пока тело ее не превратилось в сплошную кровавую рану. Перенося невиданные муки, святые девы прославляли своего Небесного Жениха и оставались непоколебимыми в вере. Святую Софию подвергли иной, тяжелейшей, пытке: мать была вынуждена смотреть на страдания своих дочерей. Но она проявила необыкновенное мужество и все время убеждала девиц вытерпеть мучения во Имя Небесного Жениха. Все три девицы с радостью встречали свою мученическую кончину. Они были обезглавлены.

Чтобы продлить душевные страдания святой Софии, император разрешил ей взять тела дочерей. София положила останки их в ковчег и отвезла с почестями на колеснице за город и похоронила на высоком месте. Три дня святая София, не отходя, сидела у могилы дочерей и, наконец, предала там свою душу Господу. Верующие погребли тело ее на том же месте. Мощи святых мучениц с 777 года покоятся в Эльзасе, в церкви Эшо.

София Египетская

Смотреть что такое «София Египетская» в других словарях:

  • София (имя) — У этого термина существуют и другие значения, см. София (значения). София греческое Род: жен. Этимологическое значение: «мудрость» Другие формы: Софья Производ. формы: Софьюшка, Софа, Соня, Сона, Сонюша … Википедия

  • Святая София — Святая София: Персоналии Мученица София самая почитаемая из прочих обладательниц этого имени. Мать Веры, Надежды и Любови. 30 сентября (17 сент. ст. стиль). София Римская ум. в 304 г., мощи хранятся в Эшо. София Суздальская … Википедия

  • Мария Египетская — (греч., лат. Maria Aegyptica), в христианских преданиях раскаявшаяся блудница, образ которой подвергался в популярной агиографии и фольклоре мифологизирующей стилизации. Предполагаемое время жизни V в. По наиболее ранней версии, в 12 лет ушла от… … Энциклопедия культурологии

  • Русско-турецкая война (1877—1878) — Проверить информацию. Необходимо проверить точность фактов и достоверность сведений, изложенных в этой статье. На странице обсуждения должны быть пояснения … Википедия

  • Временное русское управление в Болгарии — Здание в Пловдиве, где с мая по октябрь 1878 … Википедия

  • Революция в Египте (2011) — У этого термина существуют и другие значения, см. Революция в Египте … Википедия

  • Список женщин — Список женщин глав государств и правительств … Википедия

  • ТУРЦИЯ — Турецкая Республика (Türkiye Cumhuriyeti), гос во на З. Азии и частично в Европе. Площ. 780,6 км2, в т. ч. 23,6 тыс. км2 в Европе. Европ. часть Т. отделена от азиатской черноморскими проливами (Босфор, Мраморное м., Дарданеллы). В Азии граничит с … Советская историческая энциклопедия

  • ЕКАТЕРИНА — († 305?), вмц. Александрийская (пам. 24 нояб.; пам. греч., пам. зап. 25 нояб.), одна из самых почитаемых святых в христ. мире. Сохранилось неск. Мученичеств Е.: 3 анонимных (BHG, N 30a 31b, 32a), Мученичество BHG, N … Православная энциклопедия

  • ГРИГОРИЙ ПАЛАМА — (ок. 1296, К поль 14.11.1357, Фессалоника), свт. (пам. 14 нояб., переходящее празд. во 2 ю Неделю Великого поста), архиеп. Фессалоникийский, отец и учитель Церкви. Жизнь Источники Свт. Григорий Палама. Икона. Посл. треть … Православная энциклопедия

4. Добродетели Вера, Надежда, Любовь

Апостол говорит: «теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (1Кор. 13:13), т.е. в настоящей жизни для спасения необходимы три главные добродетели: вера, надежда и любовь, которые объемлют все силы души, внутреннюю и внешнюю деятельность христианина, все его отношения к Богу и ближним. При этом любовь есть наивысшая добродетель и источник всех добродетелей (преп. Макарий Египетский. Беседы, послание, слова, изд. 4, Тр.-Серг. Лавра, 1904, Послание, стр. 335. «Любовь по своему качеству, – говорит преп. Иоанн Лествичник, – есть уподобление Богу, сколько того люди могут достигнуть по своему действию, она есть упоение души, а по свойству – источник веры, бездна долготерпения, море смирения» (Слово 30, §7). «Нет ничего выше божественной любви», – говорит св. Максим Исповедник (преп. Максим Исповедник. О любви, 1-я сот. §9 – Добротолюбие, т. 3, в русск. пер., стр. 165).

На вопрос иудейского книжника, какая важнейшая заповедь в законе, Христос Спаситель сказал: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим. Сия есть первая и наибольшая заповедь. Вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего как самого себя». В этих двух заповедях состоит сущность всего закона Божия в учения пророков (Мф. 22:35–40). «Исполняй это, – сказал Господь, – и получишь жизнь вечную» (Лк. 10:28).

В настроении и состоянии истинной любви заключается истинная христианская жизнь. Истинная христианская жизнь со стороны своего внутреннего содержания характеризуется как всецелое и безраздельное настроение любви к Богу во Христе Иисусе, которая непременно и обязательно включает в себя и любовь ко воем людям.

Начала любви заключаются уже в христианской вере, этой матери всех добродетелей; ибо истинная или богоугодная вера соединяется с доверием и верностью и содержит уже в себе зерна преданности и упования на Бога, что необходимо возгревает любовь к Богу. И, наоборот, любовь к Богу с необходимостью ведет к надежде и упованию, что неполное осуществление любви к Богу здесь, в земной жизни, исполнится в будущем, когда все небесное и земное соединится под главою – Христом (Еф. 1:10).

Св. Максим Исповедник показывает следующую взаимную связь любви, надежды и веры и способ приобретения любви к Богу: «Любовь рождается от бесстрастия, бесстрастие от упования (и надежды) на Бога; упование от терпения и великодушия, сии последние от воздержания во всем; воздержание от страха Божия, страх – от веры в Господа».

«Верующий Господу боится адских мук. Страшащийся мук воздерживается от страстей. Воздерживающийся от страстей терпеливо переносит скорби. Претерпевающий скорби возымеет упование за Бога. Упование за Бога отрешает ум от всякого земного пристрастия. Отрешенный от сего ум возымеет любовь к Богу» (св. Максим Исповедник. О любви, первая сотеница, §§2, 3. Добротолюбие, т. III, русск. пер., стр. 164). «Любовь, – говорит преп. Максим Исповедник, – есть благое расположение души, по которому она ничего из существующего не предпочитает познанию Бога» (там же, §1), не имея пристрастия к чему-либо земному.

Истинная любовь к Богу захватывает все существо человека и всецело его перерождает по началам жизни божественной, Христовой. Любовь Божия должна быть неизменным внутренним достоянием христианина, живою силою, определяющею, проникающею всю его жизнь. Любовь – это живая божественная сила, движущая христианина ко спасению. Она есть жизнь души. Любовь есть начало реального богоподобия. Ибо, по словам апостола, Бог есть по преимуществу любовь. Вследствие этого любовь есть необходимое и главное средство действительного богообщения, так как одна любовь нас соединяет с Богом. Св. ап. Иоанн Богослов призывает верующих любить друг друга, потому что «любовь от Бога», и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога. Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге и Бог в нем (1Ин. 4:7–16). «Чуждый же любви – чужд Бога, поскольку Бог есть любовь» (св. Максим Исповедник. О любви, первая сотеница, §38. Добротолюбие, т. III, русск. пер.).

«Кто обрел любовь, – говорит преп. Исаак Сирин, – тот каждый день и час вкушает (небесный хлеб, сошедший с небес) – Христа, и делается от сего бессмертным. Блажен, кто вкушает от хлеба любви, который есть Иисус. А что вкушающий любви вкушает Христа, об этом свидетельствует ап. Иоанн, говоря: «Бог есть любовь» (1Ин. 4:8–13; преп. Исаак Сирин. Подвижнические слова. Слово 84, стр. 398).

Любовь, как и вера и надежда, составляет естественную потребность человека и потому без любви, как и без веры и надежды, человек не может жить. «Сам Бог, – говорит св. Симеон Новый Богослов, – от начала вложил в человеческое естество некую силу любви, и естественно родители любят своих детей, родственники любят себя взаимно, и друзья любят друзей своих. Но эта естественная сила любви дана Богом в помощь разумному человеческому естеству, чтобы оно, пользуясь ею, восходило к (всеобщей) любви самоохотной, самопроизвольной», как указано в заповеди о любви (преп. Симеон Новый Богослов. Слова. Вып. 1, изд. 2. М., 1892. Слово 20, стр. 183–184). Поэтому человек христианин должен свободной самодеятельностью, собственным подвигом при помощи Божией возгревать в себе божественную искру любви, исполнять самую великую и важную заповедь – заповедь о любви (к Богу и ближним). Тогда любовь приобретет у него высший или нравственный характер, будет добродетелью (см. М. Олесницкий. Нравственное Богословие. §44, стр. 158).

Какие же основания и побуждения к любви? Основание любви – в Боге, Который есть вечная любовь, и в самой нашей душе, которая сотворена по образу Божию. В этом-то образе Божием состоит собственно и основание и побуждение любви или то, что располагает нас истинно любить Бога и ближних. Мы любим Бога, как Отца, любим ближних как братий. Что заставляет детей любить отца, братьев – друг друга? Родственная их природа. Так и Бога любить побуждает душу внутренний ее образ Божий. И тот же образ Божий влечет ее к ближним, в котором он же просиявает. Чистая любовь к Богу и ближним не спрашивает: что я получу от Бога или ближнего, но как бы естественно, по природе стремится к ним. Такая чистая любовь и была бы у первых людей и их потомков, если бы чрез грех не отпали от Бога. Теперь же нам стали нужны для возбуждения любви различные побуждения (прот. Скворцов. Катехизические поучения, стр. 232, 233).

Любовь к Богу более всего возбуждается в нас и сохраняется, как научает Златоуст, размышлением, зрением и восприятием в сердечное чувство неизреченной и превосходящей всякое разумение благости и доброты Божией, Его неизреченной любви к нам, явленной в творении и искуплении, Его бесчисленных благодеяний на нас бывших и бывающих, происходящих от единой Его любви и милосердия (сравн. 1Ин. 4:9–11; см. подробно у свт. Тихона Задонского. Творения, т. 1, изд. 5. Слово о любви к Богу и ближнему, стр. 84–86. Сравн. еп. Петр. Указание пути ко спасению, §125).

К возбуждению и сохранению любви к Богу могут служить также следующие средства:

Страх Божий при представлении высочайшей святости и правосудия Божия, по которому Бог наказывает за всякий грех, не очищенный покаянием. Страх наказания побуждает к исполнению заповедей, а исполнение заповедей, по мере очищения от страстей, порождает чистую любовь к Богу. Блаж. Диадох говорит: «никто не может возлюбить Бога всем сердцем, если не возгреет прежде в чувстве сердца страх Божий; ибо душа в действенную любовь приходит уже после того, как очистится и умягчится действием страха Божия» (блаж. Диадох. Подвижническое слово, гл. 18 – Добротолюбие, т. III, в русск. пер., стр. 15). Также и преп. Иоанн Лествичник говорит, что любви достигаем познанием себя и страхом Божиим (преп. Иоанн Лествичник. Слово 25, §30. Слово 30, §20).

Любви способствует постоянное хранение себя от развлечений, чрезмерных житейских забот, от всякого пристрастия, привязанности к земным вещам, хранение себя от возмущения духом гнева, плотской похотью, от нечистых помыслов и пожеланий, от которых грубеет и оскверняется сердце и становится неспособным питать чистые и возвышенные чувства любви к Богу, вследствие тяготения к земле, влечения к чувственным удовольствиям (Лк. 21:31).

К возбуждению любви могут служить также: чтение Священного Писания и житий святых, упражнение в молитве и других делах благочестия; размышление о непостоянстве и кратковременности настоящей жизни, о блаженство праведных в будущей жизни и др. (еп. Петр. Цитир. соч. §125, стр. 377–378).

Вообще же «любовь к Богу, – говорит преп. Макарий Египетский, – рождается в нас не просто и не сама собою, но после многих трудов и великих забот и при содействии Христовом». «Великое рачение и труд и попечительность, и подвижническая жизнь приводят и нас в состояние приобрести любовь к Богу, по благодати и дару вообразившегося в нас Христа» (преп. Макарий Египетский. Поучения, послания и слова. Изд. 4-е, Тр. Серг. Лавра, 1904. Послание, стр. 335; Слово 2-е. О совершенстве духовном, гл. 11, стр. 367, гл. 13, стр. 368–369).

Могут спросить: возможна ли любовь к Богу, Который есть существо невидимое («Бога никтоже виде нигдеже» – Ин. 1:18), и если возможно, то каким образом?

Чтобы могла зародиться любовь к какому-либо существу, необходимо прежде всего конкретное представление этого существа, выражение его для нас в каком-либо чувственном образе. Наглядное представление есть первое необходимое условие любви. Потому говорит ап. Иоанн: «не любящий брата, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?» (1 Ин., 4:20). Но тот же св. апостол любви разъясняет, что мы научаемся любить невидимого Бога прежде всего на людях, т.е. любя людей, которые суть образ Божий. Любовь к Богу имеет теснейшую связь с любовью к ближнему. Дитя, например, прежде всего любит отца и мать, а затем любовь к родителям переносит на невидимого Бога. В то же время мы можем приобрести знание и представление о Боге: на основании слова Божия, изображающего существо и свойства Божия, особенно же на основании св. Евангелия, изображающего жизнь и дела Господа Иисуса Христа, воплотившегося на земле и пожившего между людьми, мы составляем себе определенное представление и понятие о Боге как всеблагом и любвеобильном Отце небесном и носим Его в своем уме и сердце. К составлению этого представления о Боге содействует и наблюдение видимой природы, «ибо невидимое Его, вечная сила и Божество от создания мира чрез рассматривание творений – видимы» (Рим. 1:20). Но Господь Иисус Христос не есть только историческое Лицо, Который некогда пожил на земле и теперь нет Его на земле. Нет, Он и теперь невидимо, но реально обитает среди нас, возбуждая в нас Духом Святым любовь к Себе и Богу. Духом Святым любовь Божия сообщается христианам, становится их внутренним достоянием, живою силою. Имея это в виду, ап. Петр говорит, что мы «не видевши Его любим», и веруя в Него радуемся радостью неизреченной и преславной» (1Петр. 1:8; см. М. Олесницкий. Нравственное Богословие. §44, стр. 159–160).

В чем же проявляется истинная любовь или какие признаки (и плоды) истинной любви к Богу? Как жизнь души, любовь проявляется и во внутренних ее действиях, и во внешних.

Первым признаком любви к Богу является послушание Его святой воле или, что то же, тщательное исполнение Его заповедей. Сам Господь Иисус Христос указал на этот существенный признак любви к Нему: «Аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет; аще заповеди Моя соблюдете, пребудите в любви Моей» (Ин. 14:23; 15:10). Так же говорит и возлюбленный ученик Христов: «Это есть любовь к Богу, чтобы мы соблюдали заповеди Его» (1Ин. 5:3). «Если бы мы испытывали в своем сердце даже самые сладкие чувствования любви, если бы мы уверяли в своей любви даже самыми горячими словами, но не имели соответствующих дел, то мы находились бы в самообольщении, думая, что имеем истинную любовь; мы были бы подобны бесплодной смоковнице, покрытой роскошными листьями» (проф. М. Олесницкий. Нравственное Богословие. §45, стр. 161–162). Истинно любящий непременно и действует самоотверженно ради возлюбленного. А так как заповеди Божии обнимают наши обязанности не только к Богу, но и к ближним, то наша любовь к Богу должна свидетельствоваться деятельной любовью и к ближним. Если «кто говорит: я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец. Мы имеем от Бога такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и своего брата» (1Ин. 4:20–21). Следовательно, любовь к Богу и истинная любовь к ближним неотделимы и требуют друг друга. И кто имеет ненависть в сердце к ближнему, тот чужд любви к Богу (сравн. преп. Максима Исповедника. О любви. 1-я сот., §§15, 28, 33, 55).

Второй признак любви к Богу есть боязнь нарушить Его волю, страх совершить что-либо недостойное и греховное пред великим и любимым Господом Богом. Ибо истинно любя, мы всячески остерегаемся, как бы не оскорбить чем-либо любимого. Потому страх Божий называется в Священном Писании «началом премудрости», началом спасения и условием всякой нравственной деятельности (сравн. Притч. 1:7–10 и мн. др. Пс. 110:10, 2Кор. 7:1).

Третьим признаком любви к Богу является отсутствие привязанности к миру, пристрастия к каким-нибудь земным вещам, ибо такая любовь к миру и всему, что в мире, несовместима с любовью к Богу (преп. Максим Исповедник. О любви. 2-я сот. §51). Кто прилепляется к мирским и суетным вещам, в том нет любви Божией; по слову апостола, любовь и дружба с грехолюбивым миром есть вражда против Бога (Иак. 4:4). Господь Бог требует к Себе любви «всем сердцем», а не половиною. Так, по словам Спасителя, никто не может одновременно угождать Богу и страсти корыстолюбия – «мамоне» (Мф. 6:24). Бог требует всецелой любви.

Четвертый признак и плод любви Божией есть памятование о Боге, усердное и частое размышление о Боге и Его благости. Так бывает и среди людей, если кто кого любит, о том постоянно памятует, о нем всегда думает, так и кто Бога сердечно любит, – всегда поучается в Богомыслии, беседует с Ним частой молитвой, поминает и проповедует Его благодеяния и чудеса, благодарит за все Его благодеяния (там же; 3-я сот. §76). Ап. Павел во многих местах своих посланий призывает христиан непрестанно молиться и «благодарить Бога за все, за всех человеков, и все делать с благодарностью Богу и Отцу» (Еф. 5:20; 1 Фесс. 5:17–18; 1Тим. 2:1; Кол. 3и др.).

Наконец, признак или свойство любви христианина к Богу есть почитание Бога и ревность о славе Его. «Истинный Боголюбец, – говорит свят. Тихон Задонский, – везде и во всяких случаях и делах ищет славы и чести своего Создателя, свое звание тщательно проходит во славу и честь имени Божия. Отсюда и возникает ревность по Бозе, которая с великою пачалию и негодованием слышит имя своего любимого хулимо и более желает сама быть в бесчестии, поругании, поношении, озлоблении и в смерти, нежели чтобы честь Божия умалилась. Отсюда бывает, что истинного боголюбца «ни скорбь, ни теснота, ни гонение, ни глад, ни нагота, ни беды, ни меч не может разлучить от любве Божия, яже о Христе Иисусе» Господе нашем, как научает св. Павел (Рим. 8:35; свят. Тихон Задонский, Творения, т. 1, изд. 5. Слово о любви к Богу и о любви к ближнему, стр. 34; сравн. стр. 82–88. См. также проф. М. Олесницкий. Нравственное Богословие, §45. Еп. Петр. Указание пути ко спасению, §§123–124).

Какие же отступления и грехи бывают против любви к Богу? Прямой противоположностью истинной любви к Богу и ближним является самолюбие или превратная безмерная любовь к самому себе. Самолюбие в человеке есть источник всякого греха и беззакония. Чрез самолюбие человек противится всему закону Божию, ибо весь закон состоит в заповедях любви и самоотвержения (свят. Тихон Задонский. Там же. Плоть и дух, гл. 22, стр. 161).

Где самолюбие, там нет самоотвержения и бескорыстия. Самолюбец замыкается в кругу собственных интересов и целей и имеет ввиду лишь собственную пользу, выгоду, честь и славу, а не славу Божию и благо ближних. Центром его жизни является не Бог, а собственное эгоистическое «я».

С самолюбием связана бывает чрезмерная любовь к творению, чрезмерное пристрастие человека к миру и земным благам, заглушающее чувство любви и стремление к Творцу. Такая превратная любовь к миру неизбежно связана с отрешенностью человека от Бога и эгоистической любовью к себе. Сердце человека не может быть не занятым. Отрешившись от Бога, человек все-таки ищет предмета для своей любви и находит его в предметах и явлениях греховного мира, прельщающего его сердце греховными приманками, удовлетворяющего его похоти плоти, очей и гордость житейскую (1Ин. 2:16). Имея в виду такую любовь к миру, которая есть вражда на Бога (Иак. 4:4), ап. Иоанн Богослов увещевает христиан: «не любите мира, ни того, что в мире» (1Ин. 2:15).

Самолюбие и чрезмерное пристрастие к миру и земным благам порождает и другой порок или грех против любви Божией – человекоугодие, когда угождают людям до того, что из-за этого забывают, нерадят об угождении Богу и не на благость и помощь Божию возлагают надежду, а на сильных мира сего.

Бывает и так, что в ком нет истинной любви, тот останавливается только на внешних формах ее проявления. Например, в богопочитании ограничивается только одними внешними обрядами. Заботясь только о внешности богопочитания, человек забывает об духовном его начале – любви, и может впасть в религиозное лицемерие, фарисейство, ханжество, показывающее вовне только вид благочестия, внутри же исполненное лжи и себялюбия, вражды и ненависти, осуждения и злословия ближнего.

Непознавшие духа Христовой любви и христианской кротости и смирения впадают иногда в ложную ревность по Боге или фанатизм, стремясь к распространению богопознания и славы Божией не терпеливым наставлением, кротким вразумлением, добрым примером, уважением к свободе и человеческому достоинству, а такими средствами, которые противоречат духу христианской религии, ее заповедям о любви и милосердии, а действуют насилием, страхом, гонением, властолюбивыми и честолюбивыми замыслами. Ослепленные страстью фанатики не в состоянии отличать истину от лжи и потому считают истиной только то, что они проповедуют и из-за чего ревнуют, все же остальное вменяют в ложь и не считают достойным существования. Такие ослепленные фанатизмом люди тех, кто не одних с ними взглядов, преследуют, подвергают истязаниям, пыткам и даже смерти или же (в других случаях) сами безрассудно идут на опасности, гонения, костры. Религиозным фанатизмом, как известно из истории церкви, страдали наши староверы-раскольники, западные инквизиторы, многие из ересиархов и еретиков (напр., ариане, иконоборцы и др.). К фанатикам вполне приложимы слова ап. Павла, сказанные о неразумных ревнителях Моисеева закона (зилотах): «имеют ревность по Богу, но не по разуму» (неразумную; Рим. 10:2).

К грехам против любви относится также леность и забвение Бога, неблагодарность по отношению к Богу.

В состоянии лености и забвения Бога человек хотя сознает необходимость и первостепенную важность Богопоклонения и Богопочитания, но отяжелевшие душа и тело влекут «не горе, а низу». Поддаваясь этому влечению, он небрежет с богоугождении, а небрежение мало-помалу ведет до совершенного почти забвения Бога. Имея в виду эту склонность нашей природы, Господь Спаситель говорит: внемлите себе, да не когда отягчают сердца ваша объедением и пьянством и печалями житейскими: бдите убо на всяко время молящеся» (Лк. 21:34–36).

Неблагодарный же Богу обычно считает виновником благополучия и всякого блага свои собственные способности и силы (а иногда слепую «судьбу») или слишком мало ценит дары и благодеяния Божии и мало о них думает. Даже неблагодарность к людям считается в общества грубым и постыдным делом, тем более она должна быть сочтена таким делом в отношении к Богу. Чрез пророка Исаию Господь в посрамление неблагодарных евреев указывает на бессловесных животных, чувствующих признательность и инстинктивно влекущихся к своему благодетелю: «вол знает своего владетеля и осел – ясли своего господина; а Израиль не знает Меня; народ Мой не разумеет Моих благодеяний» (Ис. 1:3). В Новом Завете Господь указал на неблагодарность исцеленных прокаженных: из десяти только один (и то иноплеменник – самарянин) возвратился воздать славу Богу. «Не десять ли очистились? Где же девять? Как они не возвратились воздать славу Богу?» (Лк. 17:17–18).

Неблагодарность свидетельствует о черством, эгоистическом, а нередко и вероломном сердце.

Наконец, один из самых тяжких грехов против любви Божией является прямая ненависть к Богу. Она есть совершенная противоположность любви к Богу. Вместо того, чтобы искать общения и союза любви с Богом, ненавидящий Бога расторгает всякий союз с Богом, враждует и издевается над всем священным, хочет сбросить с себя всякую зависимость от Бога и избегает даже всяких напоминаний о Нем, старается богохульством заглушить внутренний голос совести, напоминание о Боге, веру в Бога. К нему можно отнести слова Псалмопевца: «вскую шаташася (мятутся) язы́цы, и людие поучишася тщетным; предсташа царие земстии и князи собрашася вкупе на Господа и на Христа Его. Расторгнем (говорят они) узы Их, и отвержем от нас иго Их» (Пс. 2:1–3).

Мученица Софи́я Римская

Аудио:

Конда́к 1

Избра́нным раба́м Го́с­по­да Вседержи́теля, Ве́­ре, На­де́ж­де и Любви́, и му́дрей ма́­те­ри Софи́и, по­хва́ль­ная вам пе́­ния умиле́нно возно́сим. Вы же, я́ко дерз­но­ве́­ние ко Хри­сту́ Бо́­гу иму́ще, мо­ли́­ти­ся за ны, во е́же из­ба́­ви­ти­ся нам гре­хо́в и скор­бе́й, да бла­го­да́р­ствен­но во­пи­е́м вам:

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

И́кос 1

А́нгели на Не­бе­си́ ра́довахуся, доброде́тельное жи­тие́ ва́ше зря́ще, е́же провожда́сте в чте́нии Писа́ний Бо­же́ст­вен­ных, в труде́х, посте́, мо­ли́т­ве и ми́лостыни, ма́терию ва́шею непреста́нно су́­щи поуча́еми, да явите́ся о́брази живи́и трие́х богосло́вских доб­ро­де́­те­лей, и́хже имена́ми наречены́ бы́сте. Мы же, та­ко­ве́й му́дрости ма́­те­ре ва́шея и соверше́нному благоразу́мию ва́шему ди­вя́­ще­ся, бла­го­го­ве́й­но рцем вам:

Ра́дуйтеся, единомы́сленныя сестры́, трие́м доброде́телем тезоимени́тыя; ра́дуйтеся, в повинове́нии богому́дрей ма́­те­ри ва́шей на сте́пени соверше́нствования вше́дшия.

Ра́дуйтеся, а́ки три ра́йс­кия ве́т­ви, в злове́рнем Ри́ме возра́сшия; ра́­дуй­ся, Софи́е, дще́рем тво­и́м име­на́ доб­ро­де́­те­лей наре́кшая, я́же ве́щию исполня́ти научи́ла еси́.

Ра́­дуй­ся, Ве́ро, ве́­рою неви́димое, я́ко ви́димое, зре́­ти нам помога́ющая; ра́­дуй­ся, в нетле́ние облече́нная.

Ра́­дуй­ся, На­де́ж­до, на­де́ж­дою стра­да́­ния на́­ша во юдо́ли ско́р­би ослабля́ющая и в го́рняя десни́цею указу́ющая; ра́­дуй­ся, Ца́рст­вие Не­бе́с­ное унасле́довавшая.

Ра́­дуй­ся, Лю­бы́, лю­бо́­вию Бо­же́­ствен­ною бла­же́н­ство безсме́ртныя жи́з­ни нам от­кры­ва́ю­щая; ра́­дуй­ся, бла­го­да́­тию Ду́­ха Свя­та́­го осия́нная.

Ра́­дуй­ся, Софи́е, си́есть прему́дрость, прему́дре дще́ри твоя́ воспита́вшая; ра́­дуй­ся, в доброде́телех ве́­ры, на­де́ж­ды и люб­ве́ нас утвержда́ющая.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 2

Ви́­дя­щи му́д­рая Софи́я слуги́, прише́дша зва́ти ю со дще́рьми ко ца­рю́ Адриа́ну, и позна́вши вину́ призва́ния сво­его́, ста со ча́ды свои́ми на мо­ли́т­ву, по́­мо­щи Бо́­га прося́щи. По мо­ли́т­ве же, е́мшеся за ру́­це, я́ко­же ве­не́ц уплете́нный, идя́ху вку́­пе, пою́­ще Хри­сту́ Бо́­гу: Алли­лу́иа.

И́кос 2

Ра́­зум несумне́нный име́ли есте́, свя­ты́я, ег­да́ бо в пала́ты ца́рския введены́ бы́сте, царе́ви Адриа́ну предста́сте с ли­це́м све́т­лым, очесы́ весе́лыми и се́рд­цем му́жественным. Царь же, зря честна́я ли­ца́ ва́ша неустраше́нна и му́дрость Софи́и уве́­дев, отложи́ на и́но вре́­мя суд свой и отсла́ вы к не́коей благоро́дней жене́, у нея́же пребы́сте три дни, ма́­те­ри ва́шей прему́дрей богодухнове́нными сло­ве­сы́ день и нощь вас поуча́ющей. Те́м­же убла­жа́­юще вас, взы­ва́­ем си́­це:

Ра́дуйтеся, три непоро́чныя а́гницы Хри­сто́­вы, ве­не́ц доб­ро­де́­те­лей в се­бе́ совокупи́вшия; ра́дуйтеся, три доброде́тельныя сестры́, тве́р­дую ве́­ру, несумне́нную на­де́ж­ду и нелицеме́рную лю­бо́вь ко Го́с­по­ду Бо́­гу яви́вшия.

Ра́дуйтеся, не пощади́вшия красоты́ и мла́­до­сти ва́шея, Красне́йшаго ра́­ди добро́тою па́­че сыно́в че­ло­ве́­чес­ких; ра́­дуй­ся, Софи́е, ча́­да твоя́ возлю́бленная на по́двиг му́ченический за Хри­ста́ наставля́вшая.

Ра́­дуй­ся, Ве́ро, муче́нием за Хри­ста́ ве́­ру твою́ испове́давшая; ра́­дуй­ся, сестры́ твоя́ кре́пкою ве́­рою воздвиза́вшая.

Ра́­дуй­ся, На­де́ж­до, тве́р­дое на­де́я­ние на Хри­ста́ возлага́вшая; ра́­дуй­ся, сестры́ твоя́ неосла́бною на­де́ж­дою укрепля́вшая.

Ра́­дуй­ся, Лю­бы́, му́­ка­ми за Хри­ста́ лю­бо́вь твою́ де́йственную показа́вшая; ра́­дуй­ся, сестры́ твоя́ огне́м люб­ве́ огражда́вшая.

Ра́­дуй­ся, Софи́е, сла́дкая ча́­да твоя́ увещава́вшая презре́ти сла́­ву и бо­га́т­ство и всю сла́­дость ми́­ра се­го́ тле́н­на­го; ра́­дуй­ся, до́б­рыя дще́ри твоя́ до кро́­ве ста́ти за Го́с­по­да и умре́ти за Не­го́ усе́рд­но учи́вшая.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 3

Си́­лою Бо­же́­ствен­ною осенены́ бя́ху му́ченицы, я́же доброде́тели име́н сво­и́х яви́ша де́­лом в по́двизех му́ченических, вос­пе­ва́ю­ще Бо́­гу: Алли­лу́иа.

И́кос 3

Иму́ще в се­бе́ свя­ты́я му́ченицы столп ве́­ры, криле́ на­де́ж­ды и огнь люб­ве́, в сла́­дость послу́шающия от сло­ве́с ма́­те­ре своея́, еди́на другу́ю в дол­го­тер­пе́­нии утвержда́ху и ра́­дост­но идя́ху, жела́юще честна́го му́ченичества, е́же за Хри­ста́. Тому́ покланя́ющеся, я́ко Бо́­гу на́­ше­му, сицевы́ми вас воззва́ньми по­чи­та́­ем:

Ра́дуйтеся, ни ма́ло не поскорбе́вшия о лише́нии вре́меннаго се­го́ жи­во­та́ ве́ч­ныя ра́­ди жи́з­ни; ра́дуйтеся, че́сти ра́­ди Хри­сто́­вы плоть на му́­ки преда́вшия.

Ра́дуйтеся, три многоце́нныя сосу́ды ве́­ры, на­де́ж­ды и люб­ве́ Бо́­гу в дар прине́сшия; ра́­дуй­ся, Софи́е, я́ко, люб­ве́ ра́­ди презе́льныя ко дще́рям тво­и́м, всем се́рд­цем возжеле́ла еси́, да Ца́рст­вие Бо́­жие насле́дуют.

Ра́­дуй­ся, Ве́ро, ду́­ши на́­ша ве́­рою оза­ря́ю­щая; ра́­дуй­ся, к ти́­хо­му при­ста́­ни­щу нас вознося́щая.

Ра́­дуй­ся, На­де́ж­до, серд­ца́ на́­ша сла́достию на­де́ж­ды ожив­ля́ю­щая; ра́­дуй­ся, из пучи́ны отча́яния нас извлека́ющая.

Ра́­дуй­ся, Лю­бы́, стра­да́­ния и ско́р­би на́­ша в ра́­дость прелага́ющая; ра́­дуй­ся, окамене́нная серд­ца́ на́­ша во умиле́ние преводя́щая.

Ра́­дуй­ся, Софи́е, му́дростию на благо́е нас нас­тав­ля́ю­щая; ра́­дуй­ся, потемне́нное о́ко душ на́­ших про­све­ща́ю­щая.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 4

Бу́ря я́рости мучи́телевы нападе́ на тя, свя­та́я Ве́ро, но не поколеба́ тя. Кто бо возмо́жет ве́­ру неодоли́мую под­ви́г­ну­ти, адама́нта крепча́йшую, я́же ве́р­ных научи́ла есть пе́­ти с то­бо́ю Бо́­гу: Алли­лу́иа.

И́кос 4

Слы́шащи му́д­рая ма́­ти дще́ри своя́ пред царе́м небоя́зненно Хри­ста́ испове́дающия и глаго́лющия, я́ко того́ еди́­на­го жела́ют, е́же бы страда́ти и терпе́ти го́ркия му́­ки сла́дкаго ра́­ди Иису́­са Хри­ста́, ра́довашеся вельми́ и моля́ше Бо́­га, да укрепи́т я в предлежа́щих му́ках. Сие́ у́бо из­во­ле́­ние по­хва­ля́ю­ще, пе́рвейшей дще́ри му́дрыя ма́­те­ре та́­ко воспое́м:

Ра́­дуй­ся, Ве́ро, немилосе́рдая бие́ния Сладча́йшаго ра́­ди Иису́­са сла́дце прие́мшая; ра́­дуй­ся, уре́занная сосца́ твоя́, а́ки два кри́на чис­то­ты́, в же́ртву Го́с­по­ду прине́сшая.

Ра́­дуй­ся, я́ко от я́з­вы твоея́ вме́с­то кро́­ве мле­ко́ ис­те­че́; ра́­дуй­ся, я́ко на раскале́нное желе́зо положе́на была́ еси́.

Ра́­дуй­ся, я́ко в коно́б кипя́щ вве́ржена су́­щи, ни ма́ло не опали́лася еси́, ни­же́ вреди́лася еси́; ра́­дуй­ся, пла́мень страс­те́й на́­ших небе́сною прохла́дою утиша́ющая.

Ра́­дуй­ся, огнь му­че́­ний на́­ших в бо­ле́з­нех угаша́ющая; ра́­дуй­ся, зна́мением ве́­ры посреде́ на­па́с­тей нас зна́менающая.

Ра́­дуй­ся, щито́м ве́­ры во бра́­ни со враго́м нас покрыва́ющая; ра́­дуй­ся, чест­ну́ю гла­ву́ твою́ за Гла­ву́ Це́рк­ве, Хри­ста́ Бо́­га, под мечь ра́­дост­но прекло́ншая.

Ра́­дуй­ся, я́ко обагре́нием кро́­ве твоея́, а́ки червлени́цею оде́яна, яви́­ла­ся еси́ оче­се́м Безсме́ртнаго Жениха́ тво­его́; ра́­дуй­ся, к жела́нному кра́ю прише́дшая и люби́маго Спа́­са и Го́с­по­да узре́вшая.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 5

Богозда́нным звезда́м уподо́билися есте́, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, всем бо се́рд­цем прилепи́вшияся ко еди́­но­му ве́ч­но­му Животу́ и Красоте́ неизрече́нней, Иису́­су Хри­сту́, ско́ро ше́ствовасте, во е́же умре́ти за Не­го́ и наслади́тися Бо­же́ст­вен­на­го Его́ виде́ния, пою́­ще Ему́: Алли­лу́иа.

И́кос 5

Ви́­дев­ше доб­ро­по­бе́д­ныя сестры́ свя­ту́ю Ве́­ру ра́­дост­но за Хри­ста́ пострада́вшу, и са́ми хотя́ху ду́­ши своя́ за Не­го́ по­ло­жи́­ти: царь же На­де́ж­ду свя­ту́ю нача́т испы́товати, и ви́­дев ю с сестро́ю единомы́сленну су́щу, на му́­ки вдаде́ ю, оба́­че ни­что́же успе́. Мы же, На­де́ж­ду свя­ту́ю о сицево́м ея́ мудрова́нии убла­жа́­юще, вос­по­и́м и про­сла́­вим ю́:

Ра́­дуй­ся, На­де́ж­до, жесто́ко бие́нная, оба́­че пресве́тлую на­де́ж­ду на Го́с­по­да не потеря́вшая; ра́­дуй­ся, му́­ки твоя́ безро́потно в молча́нии терпе́вшая.

Ра́­дуй­ся, и нам кре́п­кое терпе́ние по­даю́­щая; ра́­дуй­ся, я́ко в разжже́нней пещи́ неопаля́ема бы́в­ши, хва­лу́ Бо́­гу возсыла́ла еси́.

Ра́­дуй­ся, я́ко и нас во страда́ниих хвали́ти Бо́­га науча́еши; ра́­дуй­ся, я́ко ногтьми́ желе́зными стро́гана была́ еси́.

Ра́­дуй­ся, нас, су́­щих в ско́р­бех, лу­ча́­ми на­де́ж­ды осия­ва́ю­щая; ра́­дуй­ся, я́ко чу́дное не́кое бла­го­уха́­ние от язв тво­и́х исхожда́ше.

Ра́­дуй­ся, непоколеби́мое упо­ва́­ние на Го́с­по­да Иису́­са неизме́нно сохра́ншая; ра́­дуй­ся, безнаде́жность и безси́лие в сердца́х на́­ших истребля́ющая.

Ра́­дуй­ся, ме́ч­ное посече́ние за Хри­ста́ ра́­дост­но прии́мшая; ра́­дуй­ся, я́сная денни́це, нам, печа́льми земны́ми угнете́нным, мир ве́чный раскрыва́ющая.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 6

Пропове́дником и апо́с­то­лом богоно́сным подо́бны бы́сте, богому́дрыя сестры́: доброде́тельми бо ва́шими пропове́дасте всем ве́р­ным ве́­ру, на­де́ж­ду и лю­бо́вь ко Го́с­по­ду, Вла­ды́­це всех, Тому́ пою́­ще: Алли­лу́иа.

И́кос 6

Возсия́ла еси́, а́ки со́лн­це, Лю­бы́ свя­та́я, кто бо си́­це за возлю́бленнаго Го́с­по­да сво­его́ можа́ше ста́ти, я́ко­же лю­бы́, по­не́­же пи́сано есть: «Крепка́ я́ко смерть лю­бы́, вода́ мно́га не мо́­жет угаси́ти люб­ве́, и ре́ки не потопя́т ея́». Мо́­лим ти ся ны́­не, Лю­бы́ свя­та́я, серафи́мским пла́менем люб­ве́ ко Го́с­по­ду горя́щая, обнови́ окамене́нная и изсо́хшая серд­ца́ на́­ша, возжги́ в нас, оскуде́вших лю­бо́­вию, свет люб­ве́, да возлю́бльше Го́с­по­да и вся бли́жния на́­ша, те­бе́ я́ко моли́твенницу на́­шу, восхва́лим си́­це:

Ра́­дуй­ся, Лю­бы́, я́ко люб­ве́ твоея́ ко Хри­сту́ воды́ мно́ги пре́лестей мир­ски́х не угаси́ша; ра́­дуй­ся, я́ко вся ласка́ния и да́ры царе́вы отве́ргши, ду́­шу твою́ за Го́с­по­да положи́ла еси́.

Ра́­дуй­ся, я́ко люб­ве́ твоея́ ре́ки бед и страда́ний не потопи́ша; ра́­дуй­ся, за Го́с­по­да Иису́­са на колеси́ протя́гнутая, же́злием бие́нная, све́рдлами прободе́нная и в пещь о́гненную вве́рженная.

Ра́­дуй­ся, я́ко в лю́­тых му́ках тво­и́х си́­лою Бо́­жиею укрепля́ема была́ еси́; ра́­дуй­ся, кро́­вию твое́ю, люб­ве́ ра́­ди к Безсме́ртному Жениху́ тво­ему́ Хри­сту́ излия́нною, в хла́дных сердца́х на́­ших лю­бо́вь возбужда́ющая.

Ра́­дуй­ся, я́ве показа́вшая нам, я́ко люб­ве́ ра́­ди вся му­че́­ния сла́дце претерпева́ются; ра́­дуй­ся, яви́вшая нам, я́ко лю­бы́ Бо­же́ст­вен­ная приво́дит к животу́ ве́ч­но­му.

Ра́­дуй­ся, са́мою ве́щию уве́рившая, я́ко лю­бы́ Бо­же́ст­вен­ная открове́ние есть без­сме́р­тия; ра́­дуй­ся, я́ко ника́яже мучи́тельства возмого́ша разлучи́ти Лю­бо́вь от люб­ве́ Хри­сто́­вы.

Ра́­дуй­ся, в му́ках апо́стольски веща́вшая, я́ко не разлучи́т тя от люб­ве́ Бо́­жия ни скорбь, ни теснота́, ни гоне́ние, ни глад, ни нагота́, ни беда́, ни меч; ра́­дуй­ся, люб­ве́ ра́­ди Хри­сто́­вы ме­че́м во гла­ву́ усече́нная.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 7

Хотя́ще скоре́е от те́­ла разлучи́тися и со Хри­сто́м бы́­ти, свя­ты́я де́­вы, ег­да́ на ме́ч­ное посече́ние идя́ху, еди́на другу́ю и ма́­терь свою́ Софи́ю объе́млюще лобыза́хуся, дру́жескому нас любле́нию поуча́юще, да вси ку́п­но по­е́м Бо́­гу: Алли­лу́иа.

И́кос 7

Но́вое чу́­до по­ка­за́ Гос­по́дь, ег­да́ по́­мощь Свою́ посла́ страда́вшим за ис­по­ве́­да­ние и́ме­не Его́ толи́ко ю́ным де́­вам: ве́­рою бо, на­де́ж­дою и лю­бо́­вию укрепля́емы и возноси́мы бы́вше, до́блественне по́д­ви­ги своя́ сконча́ша. Мы же в единомы́слии и единоду́шии до кон­ца́ жи­во­та́ пребы́вших мо́­лим вас, да и нам низпо́слете единомы́слие в соверше́нии до́б­рых дел, умиле́нно велича́ющим вас:

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, еди́нем пу­те́м му­че́­ний до врат не­бе́с­ных ше́дшия; ра́дуйтеся, в пре­све́т­лый черто́г прелюбе́знаго Жениха́ ва́шего во гла́се ра́дования вше́дшия.

Ра́дуйтеся, я́ко Иису́с Хрис­то́с про­све­ти́, я́ко­же зве́зды на не­бе­си́, ра́­ны на те­ле­се́х ва́ших; ра́­дуй­ся, Софи́е, до́блественне на му́­ки чад тво­и́х взира́вшая.

Ра́дуйтеся, я́ко небе́сною красото́ю, ея́­же о́ко не ви́де, укра­си́ Гос­по́дь доб­ро́­ту ва́шу, му́­ка­ми отъя́тую; ра́дуйтеся, вен­цы́ воздая́ния прие́мшия.

Ра́дуйтеся, а́ки три звезды́, Со́лнцем пра́в­ды озаре́нныя; ра́­дуй­ся, Софи́е, в му́жественнем испове́дании дще́рьми тво­и́ми и́ме­не Хри­сто́­ва уте­ше́­ние ве́­лие об­ре́т­шая.

Ра́дуйтеся, мглу сомне́ний на́­ших разсеява́ющия; ра́дуйтеся, нас удруче́нных страда́ньми душе́вными и теле́сными, подкрепля́ющия.

Ра́дуйтеся, красото́ю люб­ве́ серд­ца́ на́­ша украша́ющия; ра́­дуй­ся, Софи́е, кре́­пос­те и уте­ше́­ние изнемога́ющих в бе­да́х и ну́ж­дах.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, Наде́ждо и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 8

Стра́н­ное и непоня́тное нам не­мощ­ны́м, в мир­ски́х сласте́х погря́знувшым, зрим де́ло, я́ко Софи́я свя­та́я, возлю́бленных чад сво­и́х ви́­дя­щи лю́тыя и го́рькия му́­ки и сме́р­ти, ни ма́ло не поскорбе́, но возра́довася зело́ ду́­хом, пою́щи Бо́­гу: Алли­лу́иа.

И́кос 8

Вся бе в вы́ш­них му́д­рая Софи́я, ег­да́ дще́ри своя́ сла́дкими сло­ве­сы́ и му́дрыми увеща́ньми на му­че́­ния подвиза́ше. А́ще же от ес­тест­ва́ к слеза́м преклоня́шеся а́бие, от люб­ве́ Хри­сто́­вы прелага́шеся на ра́­дость, печа́ль бо серде́чную и бо­ле́знь о ча́дех ма́­тер­нюю по­бе­ди́ в ней лю­бы́ Бо́­жия. Ве́­лиею у́бо лю­бо́­вию дще́ри своя́ лю́бящи, па́­че всего́ тем Ца́рст­вия Не­бе́с­на­го жела́ше. Се­го́ ра́­ди, чудя́­щеся му́дрости и ве­ли́­цей любви́ тво­е́й ко дще́рем и сла́­вя­ще тя, взы­ва́­ем:

Ра́­дуй­ся, Софи́е, я́ко возвесели́ся душа́ твоя́ о блаже́нней кончи́не дще́рей тво­и́х, свято́е и́мя Го́с­по­да дерз­но­ве́н­но испове́давших; ра́­дуй­ся, в му́ченичестем венча́нии чад тво­и́х честь и сла́­ву прия́вшая.

Ра́­дуй­ся, уча́стия му́ченическаго и спребыва́ния со дще́рьми в не­бе́с­ней сла́­ве Хри­ста́ Бо́­га сподо́бльшаяся; ра́­дуй­ся, честна́я телеса́ дще́рей тво­и́х с ра́достными сле­за́­ми погре́бшая.

Ра́­дуй­ся, три дни гро́бу их приседе́вшая и сном сме́р­ти о Го́с­по­де почи́вшая; ра́­дуй­ся, а́ще и не пло́­тию, оба́­че се́рд­цем за Хри­ста́ страда́вшая.

Ра́­дуй­ся, я́ко три доброде́тельныя дще́ри, си́­ми ве́­ру, на­де́ж­ду, лю­бо́вь к Бо́­гу яви́вши, в дар Пресвяте́й Тро́­ице принесла́ еси́; ра́­дуй­ся, я́ко чадоро́дия ра́­ди спасла́ся еси́.

Ра́­дуй­ся, ди́в­ная ма́­ти, благи́я па́мяти досто́йная; ра́­дуй­ся, дще́ри твоя́, да кровь свою́ за Хри­ста́ пролию́т, моли́вшая.

Ра́­дуй­ся, умудря́ющая ны, да блюде́м непрело́жно доброде́тели ве́­ры, на­де́ж­ды и люб­ве́; ра́­дуй­ся, Животворя́щей Тро́­ице за ны моля́щаяся.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 9

Вси А́нгели дивля́хуся о страда́ниих ва́ших, свя­ты́я му́ченицы, и побе́ду ва́шу над диа́волом торжеству́юще, ду́­ши же ва́ша к Не­бе­си́ провожда́юще, воспева́ху Хри­сту́ Бо́­гу: Алли­лу́иа.

И́кос 9

Вити́и велере́чивии вся стра­да́­ния ва́ша за Хри­ста́ не воз­мо́­гут изрещи́, ди­вя́­ще­ся же толи́ким подвиго́м, во млады́х ле́тех подъя́тым, немо́тствуют. Мы же о чест­не́й кончи́не ва́шей Бо́­га про­слав­ля́ю­ще, ве­ли­ча́­ем вас си́­це:

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, пою́щия хва­лу́ Бо́­гу, на не́­бо не­бе­се́ возше́дшему; ра́дуйтеся, щи́­те ве́­ры, бро­не́ на­де́ж­ды и све­ти́ль­ни­че люб­ве́.

Ра́дуйтеся, зре́нием пресве́тлаго ли­ца́ Бо́­жия наслажда́ющияся; ра́­дуй­ся, Софи́е, благочести́выя ма́­те­ри на му́дрое воспита́ние чад их нас­тав­ля́ю­щая.

Ра́дуйтеся, поуча́ющия ны, да взы́щем Го́с­по­да, и жи́ва бу́дет душа́ на́­ша; ра́дуйтеся, с ве́­рою, на­де́ж­дою и лю­бо́­вию при­бе­га́ю­щих к вам те́п­лыя моли́твенницы.

Ра́дуйтеся, вразумля́ющия ны, я́ко вся сла́­дость и пре́­лесть ми́­ра се­го́ я́ко дым изчеза́ет, я́ко прах от ве́тра размета́ется и в персть обраща́ется; ра́­дуй­ся, Софи́е, всем се́рд­цем Го́с­по­да Бо́­га возлю́бльшая.

Ра́дуйтеся, а́ки трие́ све́тлии ключи́, ко еди́­но­му Исто́чнику жи́з­ни прите́кшии; ра́дуйтеся, а́ки трие́ благово́ннии цве́ти, на еди́ней благопло́дней ве́т­ви прозя́бшии.

Ра́дуйтеся, а́ки три зерца́ла, безпреде́льную красоту́ Бо́­жию в се­бе́ отража́ющая; ра́­дуй­ся, Софи́е, а́ки ма́слина, три ве́т­ви, отягче́нныя изоби́льными плоды́ да­ро́в Бо́­жи­их, произра́стшая.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 10

Спас­ти́ хотя́ще ду́­ши своя́ свя­ты́я му́ченицы, люб­ве́ ра́­ди Хри­сто́­вы ласка́ния ца­ре́­ва и бога́тства ми́­ра се­го́ тле́н­на­го презре́ша и ра́­дост­но кон­чи́­ну му́­че­ни­чес­кую за Хри­ста́ прия́ша, пою́­ще Ему́: Алли­лу́иа.

И́кос 10

Стена́ми ве́­ры, на­де́ж­ды и люб­ве́ явля́ются свя­ты́я му́ченицы всем, при­бе­га́ю­щим к ним с те́плою и усе́рдною мо­ли́т­вою и си́­це в пе­ча́­лех и на­па́с­тех к ним взыва́ющим:

Ра́дуйтеся, язв гре­хо́в­ных до́б­рыя цели́тельницы; ра́дуйтеся, во тьме пе­ча́­ли на́шея све́­том упова́ния ны озаря́ющия.

Ра́дуйтеся, посреде́ на­па́с­тей и скор­бе́й ди́вный по­ко́й нам посыла́ющия; ра́­дуй­ся, Софи́е, о нас, в злострада́ниих пове́рженных, му́дрое попече́ние яв­ля́ю­щая.

Ра́­дуй­ся, Ве́ро, крест спа­се́­ния пред на́­ми воздвиза́ющая; ра́­дуй­ся, не́­мо­щи на́­ша по моли́твам к те­бе́ изцеля́ющая.

Ра́­дуй­ся, На­де́ж­до, я́корь из­бав­ле́­ния нам по­даю́­щая; ра́­дуй­ся, уны́­ние сер­де́ц на́­ших бла́гостно отъе́млющая.

Ра́­дуй­ся, Лю­бы́, тво­и́м ко Го́с­по­ду хо­да́­тай­ством в злей на­па́с­ти от неча́янныя сме́р­ти ны огражда́ющая; ра́­дуй­ся, изнемога́ющия си́­лы на́­ша на бо́дрость возставля́ющая.

Ра́­дуй­ся, Софи́е, приле́жная о нас к Бо́­гу моли́твеннице; ра́­дуй­ся, в до́брех де́­лех на́­ших му́д­рая нас­та́в­ни­це.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 11

Пе́­ние сие́ похва́льное, а́ще бы и тмочи́сленное приноша́хом вам, свя­ты́я му́ченицы, не бы до­вле́­ло ко прославле́нию доб­ро­де́­те­лей и по́двигов ва́ших. Оба́­че хва­лу́ Бо́­гу возсыла́юще за вся, я́же во свя­ты́х Сво­и́х нам явля́ет, Тому́ по­е́м: Алли­лу́иа.

И́кос 11

Све́­том не­бе́с­ным пред Го́с­по­дем го­ря́­щим свеща́м подо́бны Ве́­ра, Наде́жда и Лю­бы́, ку́п­но с ма́терию их Софи́ею, к ни́мже припа́даем, моля́ще, да просветя́т ны, омраче́нныя печа́льми и из глу­би­ны́ сер­де́ц зову́щия:

Ра́дуйтеся, ри́зы ва́ша в кро́ви А́гнчей на зем­ли́ убели́вшия; ра́дуйтеся, жи­во­та́ ве́ч­на­го нам хода́таицы.

Ра́дуйтеся, душ, и́щу­щих поко́я в милосе́рдии Бо́жии, утвер­жде́­ние и хране́ние; ра́­дуй­ся, Софи́е, от суеты́ мирски́я ны огражда́ющая.

Ра́­дуй­ся, Ве́ро, доброце́нная кади́льнице, фимиа́м хвалы́ Бо́­гу вознося́щая; ра́­дуй­ся, нас гре́ш­ных ве́­рою про­све­ща́ю­щая.

Ра́­дуй­ся, На­де́ж­до, в ско́р­би уте­ше́­ние и при­бе́­жи­ще на́­ше; ра́­дуй­ся, в пе­ча́­лех на́­ших лучеза́рная ве́стнице из­бав­ле́­ния.

Ра́­дуй­ся, Лю­бы́, не­зло́­бие и кро́тость в серд­ца́ на́­ша влива́ющая; ра́­дуй­ся, та́инственная звез­до́, от тесноты́ зем­ны́я го­ре́ ны вознося́щая.

Ра́­дуй­ся, Софи́е, му́д­рая и пречестна́я детоводи́тельнице; ра́­дуй­ся, богому́драго жи­тия́ мо­ля́­щим­ся ти устрои́тельнице.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 12

Бла­го­да́ть Бо́­жию прия́ти сподо́бившияся, моли́те о нас, свя­ты́я му́ченицы, Пре­чи́с­та­го Вла­ды́­ку Хри­ста́, да ми́лостив бу́дет к нам гре́ш­ным, с ве́­рою, на­де́ж­дою и лю­бо́­вию Ему́ Еди́­но­му, Го́с­по­ду и Спа́су на́­ше­му, смире́нно пою́­щим: Алли­лу́иа.

И́кос 12

По­е́м ва́ша кре́пкия по́д­ви­ги, ве́­рою, наде́ждею и лю­бо́­вию проникнове́нныя, по­чи­та́­ем стра­да́­ния ва́ша презе́льная, хва́­лим ди́в­ное терпе́ние ва́ше, убла­жа́­ем кон­чи́­ну, за Хри­ста́ ва́ми ра́­дост­но подъя́тую, ве­ли­ча́­ем необори́мое му́жество ва́ше, свя­ты́я му́ченицы Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, и му́д­рая ма́­ти Софи́е, и про­слав­ля́ю­ще вас, взы­ва́­ем си́­це:

Ра́дуйтеся, а́ки три струи́ мо́лниины, от восто́к да́же до за́пад доброде́тельми свои́ми просия́вшия; ра́дуйтеся, фиа́ли ве́­ры, на­де́ж­ды и люб­ве́, животво́рным питие́м ду́­ши на́­ша напая́ющии.

Ра́дуйтеся, трие́ светоза́рнии путие́, ко пре­сто́­лу сла́­вы Госпо́дни нас веду́щии; ра́­дуй­ся, Софи́е, чад ра́­ди тво­и́х от ли́­ка свя­ты́х похвале́нная.

Ра́­дуй­ся, Ве́ро, цве́­те ве́­ры, па́­че сне́га беле́йший; ра́­дуй­ся, услаж­де́­ние стра́ждущих.

Ра́­дуй­ся, На­де́ж­до, угнете́нных сер­де́ц возноше́ние; ра́­дуй­ся, а́ки пото́к цельбоно́сный, жа́жду скор­бя́­щих душ утоля́ющая.

Ра́­дуй­ся, Лю­бы́, ве́н­че из ми́­ра, ра́дования и бла́­гос­ти соплете́нный; ра́­дуй­ся, у́м­ная зарни́це ве́чности.

Ра́­дуй­ся, Софи́е, же́зле си́­лы, кро́тце и му́д­ре ча́­да наказу́яй; ра́­дуй­ся, богове́дения пре­све́т­лая луче́, ду­ша́м на́­шим возсиява́ющая.

Ра́дуйтеся, Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, ку́п­но с Софи́ею, ма́терию ва́шею прему́дрою.

Конда́к 13

О, свя­ты́я и достохва́льныя му́ченицы Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, и му́д­рая ма́­ти Софи́е, ны́­не прие́мше ма́­лое сие́ мо­ле́­ние на́­ше, от вся́­ких ны бед, бо­ле́з­ней и скор­бе́й мо­ли́т­ва­ми ва́шими изба́вите, да сподо́бльшеся во Ца́рст­вии Небе́снем зре́­ти безсме́ртнаго Го́с­по­да Иису́­са, с ва́ми вку́­пе воспое́м Ему́: Алли­лу́иа.

Этот конда́к чи­та́­ет­ся три́жды, за­те́м 1-й и́кос «А́нгели на Не­бе­си́…» и 1-й конда́к «Избра́нным раба́м…».

Мо­ли́т­ва 1-я

О, свя­ты́я и достохва́льныя му́ченицы Ве́ро, На­де́ж­до и Лю­бы́, и до́блестных дще́рей му́д­рая ма́­ти Софи́е! К вам ны́­не со усе́рдною мо­ли́т­вою притека́ем. Что бо па́­че возмо́жет предста́тельствовати за ны пред Го́с­по­дем, а́ще не ве́­ра, наде́жда и лю­бы́, три сия́ доброде́тели пребыва́ющия, во и́хже о́б­раз нарече́нныя, са́мою ве́щию о́ныя яви́сте? Умоли́те у́бо Го́с­по­да, да в ско́р­бех и на­па́с­тех неизрече́нною бла­го­да́­тию Свое́ю покры́ет ны, и со­хра­ни́т, и Того́ сла́­ву, я́ко со́лн­це незаходи́мое, зре́­ти да спо­до́­бит. Споспешеству́йте нам во смире́нных моле́ниих на́­ших, да прости́т Гос­по́дь Бог гре­хи́ и без­за­ко́­ния на́­ша, и да по­ми́­лу­ет нас гре́ш­ных, и щед­ро́т Сво­и́х да спо­до́­бит нас Хрис­то́с Бог, Ему́­же сла́­ву возсыла́ем, со Без­на­ча́ль­ным Его́ От­це́м, и Пре­свя­ты́м и Бла­ги́м и Жи­во­тво­ря́­щим Его́ Ду́­хом, ны́­не и при́с­но и во ве́­ки ве­ко́в. Ами́нь.

Моли́тва 2-я

Ва́с, святы́я му́ченицы, Ве́ро, Наде́ждо и Любы́, сла́вим, велича́ем и ублажа́ем, ку́пно с му́дрою ма́терию Софи́ею, е́йже покланя́емся, я́ко о́браз богому́драго попече́ния явля́ющей. Умоли́, свята́я Ве́ро, Творца́ ви́димых и неви́димых, да ве́ру кре́пку, небла́зненну и неруши́му пода́ст на́м. Хода́тайствуй, свята́я Наде́ждо, пред Го́сподем Иису́сом за на́с гре́шных, да упова́ние на блага́я не отжене́т от на́с и от вся́кия ско́рби и ну́жды да изба́вит ны́. Испове́ждь, свята́я Любы́, Ду́ху и́стины, Уте́шителю, напа́сти и печа́ли на́ша, да То́й свы́ше сла́дость небе́сную ниспо́слет душа́м на́шим. Помози́те у́бо в беда́х на́ших, святы́я му́ченицы, и ку́пно с му́дрою ма́терию ва́шею Софи́ею, моли́те Царя́ царе́й и Го́спода госпо́дствующих, да сохрани́т под покро́вом Це́рковь Свою́ святу́ю. Со слеза́ми умиле́нно припа́дающе к ва́м, ва́шего те́плаго предста́телства пред Бо́гом усе́рдно мо́лим, да ку́пно с ва́ми и со все́ми святы́ми превознесе́м и препросла́вим пресвято́е и вели́кое и́мя Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха Бо́га, Предве́чнаго Влады́ки и благи́х Соде́теля, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.