Театр вертеп

Первые народные драмы создавались в XVI—XVII вв. Их формирование шло от простых форм к более сложным.

Постепенно под влиянием любительских, придворных и профессиональных театров, литературы, лубочных изданий народные драмы обогатились новыми темами, персонажами, в них совершенствовалась характеристика образов.

По содержанию народные драмы можно разделить на две группы: бытовые сатирические и героико-романтические.

Народные бытовые сатирические драмы

Иногда одно представление содержало две-три сценки. Так, в «Барине», кроме суда Барина, разыгрывались сценки покупки коня и убоя быка на мясо. При этом Барин и суд вершит, и покупает коня, и убивает быка. Сатирически изображались местная жизнь и нравы, сам Барин.

Картины бедности крестьян, разорения Барина, отношения к нему Трактирщика, Слуги, Старосты были созданы на основе богатого юмористического и сатирического фольклора (бытовых сказок, анекдотов, пословиц и поговорок). Богат и выразителен язык драмы.

В народных бытовых сатирических драмах сложилась своя система образов, выработались относительно устойчивые тексты и приемы изображения.

Народные героико-романтические драмы.

Народные героико-романтические драмы, в отличие от бытовых сатирических, возникали и формировались не только на фольклорной основе. В них активно использовались песни литературного происхождения, а также лубок и народная книга (лубочные романы и картинки о разбойниках, рыцарские романы). Некоторые героико-романтические драмы известны в единственном варианте (например, патриотическая пьеса о войне 1812г. «Как француз Москву брал»). Самыми популярными были «Лодка» и «Царь Максимилиан».

В развитии драмы большую роль сыграли литературные источники, главным образом массовая литература о разбойниках. Это сказалось в сюжете (осложнении его романтической ситуацией — любовными сценами), в разработке характеров действующих лиц (введение типовых персонажей: Рыцарь, Лариза и проч.), в общем стиле драмы.

Особенности постановки:

Народные драмы исполняли преимущественно в Святки, а в некоторых районах и на масленицу. Разыгрывались они в солдатских и фабричных казармах, в рабочих читальнях, в трактирах, на рыбацких тонях, в остроге, в учебных заведениях, в деревенских избах.

Группа артистов из народа (ее иногда называли «шайкой»), подготовив постановку, отправлялась играть. Все участвовавшие в представлении входили в определенную заранее избу с пением какой-либо песни, затем спрашивали разрешения играть. Все участники представления выходили на середину избы и образовывали круг, в середине которого становились друг против друга Атаман и Эсаул (см. драму «Лодка»).

При постановке драм не было занавеса, декораций и кулис, поэтому персонажи нарочито называли место действия, описывали его. Роль и функцию декораций частично восполняли реквизит и бутафория, а также движения «артистов». В «Лодке», например, участники представления овалом садились на пол, изображая лодку; они раскачивались взад и вперед и хлопали руками, чем создавали иллюзию гребли и плеска воды, и т. д.

Реквизит обычно был скуп, однако играющие старались его так подобрать, чтобы он характеризовал положение, род занятий персонажей. Например, при постановке «Царя Максимилиана» посреди комнаты для царя ставили разукрашенное кресло-трон. Для него же изготавливали оклеенные золотой и серебряной бумагой корону, скипетр и державу. Для Адольфа готовили кандалы. Для Кузнеца припасали молот. Соответственно роли подбиралось и оружие: для Исполинского рыцаря — пика и шашка; для Аники-воина — пика, сабля и медный щит; для рыцаря Брамбеуса — сабля и копье и т. д.

Большое значение придавалось одежде действующих лиц, так как по ней зрители могли определять, кто есть кто.

Важное значение имело и самопредставление героя. Выработалась даже своеобразная формула представления: герой выходит, здоровается со зрителями и сообщает, кто он такой, а иногда и зачем прибыл.

Поскольку в народном театре не было кулис и участники представления все время находились перед зрителями, а иногда и среди зрителей, они стояли кругом, полукругом или углом. В связи с этим выработался определенный тип игры, жеста, манеры декламации.

Особенностью фольклорного театра является несоблюдение единства места и времени действия, что вызвано условиями игры.

Рождественский вертеп. История его появления в России

Статья опубликована в православном журнале для родителей «Виноград» (№21, январь-февраль 2008).

В старину на Руси, накануне Рождества Христова, в Cочельник, повсеместно ходили по домам христославы, по-другому – славильщики. Радостно, с песнями и стихами, они славили рождение Спасителя. Нередко среди участников были и те, кто показывал вертеп. Что же такое вертеп и как он попал в Россию?

Для того чтобы ответить на этот вопрос, нам нужно обратиться к церковным зрелищам – мистериям, которые устраивались в средневековой Европе.

Фигурки из вертепа

Из истории Западной церкви известен тот факт, что 25 декабря 360 года римский епископ Либерий, посвящая в монахини сестру Марцеллу, обратился к ней со словами: «Ты видишь, сколько собралось народа в день праздника Рождения твоего Христа». Отсюда видно, что именно в этот день уже в IV веке празднование Рождества Христова было признано на Западе как церковное установление.

Этот праздник совпадал с языческими празднествами, которые проводились ранее у греков, римлян и варварских народов Западной Европы. Церковь боролась против языческих обрядов, которые в те времена соблюдались наряду с новыми, христианскими. Для обращения народных обрядов в христианское празднество Церковь увеличила и время богослужений в эти дни, и торжественность их проведения.

Накануне праздника храмы, роскошно украшенные и освещенные тысячами свечей, были переполнены молящимися. Вся ночь проходила в совершении разных служб, при участии хора певчих и всех прихожан.

С XI века в Западной церкви становится известен обряд-мистерия «Поклонение пастырей». Нужно сказать, что слово «мистерия» указывает на таинство и, следовательно, на связь с богослужением.

Итак, на мраморном столике, возвышавшемся над главным престолом, устраивались ясли, в которых находилась статуя или изображение Девы Марии. Пять старших священников-каноников в церковном облачении с амиктами (льняными платками) на голове и с жезлами в руках представляли собой вифлеемских пастырей у входа в алтарь. К ним подходил мальчик из хора, изображавший ангела, и возвещал пастырям рождение Спасителя, произнося евангельские строки.

Пастыри проходили в алтарь, а в это время дети-певчие, стоявшие в разных местах храма, представляли небесное ангельское воинство и пели: «Слава в вышних Богу…» Затем пастыри направлялись к яслям с пением гимнов в стихах.

Здесь их ожидали два каноника, условно представлявшие двух женщин, находившихся при Святой Деве. Они спрашивали: «Кого ищете в яслях, пастыри?» – «Мы ищем, – отвечали пастыри, – Спасителя Христа». Женщины (каноники) отдергивали завесу, которая скрывала статую Младенца Иисуса. Указывая на нее, они говорили: «Вот он – этот Младенец со своей Матерью».

Тогда пастыри преклонялись перед Ним и приветствовали Деву Марию гимном: «Будь благословенна, Царица Неба», а потом торжественной процессией возвращались в алтарь. При этом они пели: «Аллилуйя, аллилуйя! Воспойте же Его пришествие!» Затем следовал возглас священника, которым начиналась обедня.

Вот эта древняя мистерия и называлась «Вертепным действом». Как «вертеп» она была известна в Западной Украине, куда перешла из Польши, которая, в свою очередь, получила ее из Германии. В мюнхенской рукописи XIII века есть описание рождественского действа, исполнявшегося монахами.

Автор этой мистерии был, несомненно, лицом церковным – монахом и, может быть, одним из преподавателей в монастырской школе. Воспитанники таких школ обычно принимали участие в представлении мистерий, и не случайно, что эта рукопись была написана в Мюнхене, ведь «монах» по-немецки – «мюнх», и город рос когда-то вокруг монастырских стен…

Интересно, что Византия в этом отношении опередила Запад: здесь мистерии появились уже в V–VI веках, а в X–XI веках в церкви Святой Софии в Константинополе и других городах торжественно устраивались драматические представления.

Кукольные рождественские мистерии были известны в Европе с XVI века, и на протяжении веков формировались ее многочисленные разновидности: это касалось и архитектуры сцены, и текста представления. В Польше такие представления назывались «шопками», на Украине – «вертепами», в Белоруссии – «батлейками».

Вертеп как кукольный театр представлял собой переносной ящик из тонких досок или картона. Внешне он напоминал домик, который состоял из одного или двух этажей. Чаще всего встречались двухэтажные вертепы.

В верхней части игрались драмы религиозного содержания, в нижней – интермедии, комические бытовые сценки. Это определяло и оформление частей вертепа. Верхняя часть («небо») обычно оклеивалась изнутри голубой бумагой, на задней ее стене были нарисованы сцены Рождества; или же сбоку устраивались макет пещеры либо хлева с яслями и неподвижные фигуры Марии, Иосифа, Богомладенца Христа и домашних животных.

Нижняя часть – «земля» или «дворец» – оклеивалась яркой цветной бумагой или фольгой, посредине на небольшом возвышении устраивался «трон», на котором находилась кукла, изображающая царя Ирода. В дне ящика и в полочке, разделявшей ящик на две части, были прорези, по которым кукловод передвигал стержни с прикрепленными к ним неподвижно куклами – персонажами драм. Передвигать стержни с куклами можно было вдоль ящика, куклы могли поворачиваться во все стороны. Справа и слева каждой части были прорезаны «двери»: из одной куклы появлялись, в другой исчезали.

Кукол обычно вырезали из дерева, изредка лепили из глины, красили и наряжали в матерчатую или бумажную одежду и закрепляли на металлических или деревянных стержнях. Если в «шопках», «вертепах», «батлейках» использовались куклы на палке, то в бельгийских театрах применялись тяжелые марионетки на проволоке длиной до одного метра, а в провансальских вертепах куклы были наполовину механизированными: каждая из них имела собственный механизм, приводящий в движение конечности, а для движения в пространстве была необходима помощь аниматора.

В Центральной и Западной Европе были популярны мистерии стационарные – непереносные. Их показывали на сцене, унаследованной от барочного театра. Такая сцена имела просцениум, в глубине – задник-перспективу, иногда по бокам кулисы. А вот постоянные чешские и итальянские вертепы строились под крышей, но как бы в открытом пространстве, то есть в пространстве, не ограниченном сценической рамой. Сцена такой мистерии поднималась кверху несколькими планами, причем куклы могли действовать на каждом этаже.

Представление состояло из мистериальной драмы «Царь Ирод» и из бытовых сцен. Исследователь народного театра Н.Н. Виноградов в своей работе «Народная драма. История русской литературы» так описывал вертепное представление в России:

«Действие открывается благовестием о рождении Христа. Новорожденному идут поклониться и принести дары пастыри и три царя (волхвы – мудрецы Востока). Затем в нижнем ярусе происходит торжественный выход царя Ирода, который призывает воинов и велит им избить (убить) младенцев “сущих первенцев”. Воины уходят и возвращаются обратно, ведя с собою к Ироду Рахиль, которая не дает на смерть своего ребенка. Она со слезами, на коленях умоляет Ирода пощадить своего младенца, но царь неумолим и приказывает поднять малютку на копье. Рахиль с рыданиями мечется по сцене, проклиная Ирода. Воин выгоняет ее вон. Оставшись один, Ирод начинает помышлять о смерти и, желая избежать ее, окружает себя караулом. Раздается песнь, возвещающая приближение страшной гостьи, слышится страшный треск – и на сцене вырастает зловещий скелет с косою на плече – Смерть. Стража в ужасе бежит, а трепещущий Ирод начинает умолять о пощаде. Смерть вызывает к себе на помощь черта, являющегося с криком “гу-гу-гу!”. Узнав в чем дело, он велит сестре поднять косу и убить Ирода, которого затем и тащат в ад со словами:
О, проклятый Ироде,
за твоя превеликия злости
Поберу тя в преисподнюю бездну
и с кости.

Этим заканчивается первая серьезная часть вертепной драмы. Вторая часть состоит из неодинакового в различных местах количества сцен и диалогов, представляющих самостоятельную обработку сюжетов из народной жизни. Сцены эти часто совершенно не связаны одна с другою и могут следовать в произвольном порядке. Все действие в этих сценах заключается почти исключительно в том, что типы различных национальностей, полов и профессий дерутся или пляшут».

Постепенно первая часть представления сокращалась, а вторая, наоборот, расширялась. Действующими лицами сценок с бытовым содержанием были мужик, барин, франт, «новомодные барыни», солдат, священник, еврей-шинкарь, цыган и другие персонажи.

Когда вертепная драма разыгрывалась не только куклами, но и живыми любителями, тогда она носила название «живой вертеп».

Со временем вертепщики, то есть кукольники, становились профессиональными бродячими исполнителями. Обычно кукловод был владельцем и вертепа, и кукол. Во время представлений он, стоя за ящиком, приводил в движение кукол, водя их по прорезям в полу ярусов вертепного домика. При этом вертепщик произносил текст драмы, изменяя тембр голоса и интонации речи, чем создавал иллюзию, что представление играется несколькими актерами. Он помнил текст наизусть и мог его изменять в зависимости от условий выступления.

На Руси вертепный ящик часто напоминал не пещерку, а часовенку, олицетворяющую Церковь Христову. При хождении с таким вертепом дети распевали духовные песни или все вместе пели рождественский ирмос. Бывало, что вертепы никто не носил, а ставили их в середине храма, убирали цветами и хвойными ветками, внутрь ставили икону Рождества Христова. Очень радовались прихожане такому праздничному чуду.

И в наши дни эта традиция не забыта в церкви: во все дни Святок, до праздника Богоявления Христова, любой может зайти в храм и поклониться Богомладенцу Христу.

От редакции

Некоторые педагоги сумели по-новому использовать вертепную традицию, чтобы по-старому добро и понятно раскрыть детям историю Боговоплощения, так, чтобы их питомцы сами приняли участие в поисках и поклонении новорожденному Спасителю и запомнили этот свой личный опыт. И никому не заказано дерзать – изобретайте свои вертепы. А пока что мы послушаем педагогов из клуба «Преображение» г. Москвы Ю.А. Харитонову, Е.И. Мещерякову, Н.П. Сергеевскую.

– Мы стали выезжать под Рождество на турбазу «Елочка» под Тарусой с 1998 г. Там перенесли мы вертеп в лес. В первый раз это был маленький вертеп, слепленный из снега по подобию вертепов у храмов. Подрастали наши маленькие детишки, с ними вместе вырастал и наш вертеп – теперь это уже настоящий шалаш из лапника и снега, куда можно войти в рост.

Идея эта родилась неожиданно. Мы приехали готовиться к встрече Рождества. Конечно, со святочными рассказами и церковными разговорами, конечно, с подготовкой к причастию и с сочивом, самими нами приготовленным. Разговор о празднике Рождества Христова естественным образом вывел на тему пещеры, в которой родился наш Господь. Обстановка, в которой мы находились, подсказала идею сооружения «вертепа» в лесу.

«Давайте тоже пойдем, как волхвы, искать вертеп!» – решили мы.

Мы, взрослые и руководители поездки, хотели, чтобы дети всей душой почувствовали величие праздника, его реальность и одновременно его чудесность.

Дома часто не увидишь, а то и не поймешь, что творится с природой: то вдруг выпадет мягкий снег после слякоти и дождей, а то в обложенном тучами сумрачном небе появится звезда, то ветер сорвется, то тишина водворится… Природа вместе с нами идет навстречу Рождественскому чуду.

…Мы решили, что дорога к лесному вертепу будет непростой, детей будут ждать трудности и приключения. То повстречаются им «волхвы» или «пастухи», которые зададут вопросы, а за ответы на них помогут найти верный путь; то вдруг на дороге попадется конверт с головоломкой, которую нужно быстро решить и в ней найти путеводную нить к вертепу, то совсем неожиданно встретится клубок, который катится по темному лесу, а когда-то свеча то загорится, то погаснет в лесной чаще, указывая верный путь, а колокольчик нежным звоном позовет к вертепу…

Сюжет поиска лесного вертепа всегда святочный, но сценарий может быть разным. И конечно, самый красивый, таинственный и чудесный момент – это встреча у вертепа, заранее втайне сделанного взрослыми. Он украшен бусами, свечами и в центре его рождественская икона Божией Матери с Младенцем.

Здесь перед иконой мы не читаем стихи и не поем песни – мы не делаем ничего, что интерпретирует событие по-своему, мы просто и строго читаем главу Евангелия о Рождестве Иисуса Христа. Текст Евангелия исключает актерство, требует внутреннего отношения к происходящему. За этим скромным и непритязательным действием разворачивается история Рождества Христова… После тропаря искатели вертепа вереницей светящихся бумажных фонариков возвращаются из леса домой к самому главному – рождественской литургии для встречи с Христом.

Наверное, ребенку интересно прочесть дома евангельские рассказы о Рождестве, но вместе с друзьями встретиться с историей светлого праздника в необычной обстановке, в лесу, когда каждый старается внести свою лепту в подготовку праздника, принести свой дар новорожденному Спасителю – незабываемое событие в жизни. А дальше их ждет продолжение праздника – тропари, колядки, православные детские песни понесут маленькие христославы всем окружающим. Они будут ходить с Рождественской звездой и славословить родившегося Богомладенца.

Когда-то хорошим подарком на Рождество был пряник, который появился на Руси еще в IX веке. Мы заменили этот обычай печь особые пряники строительством пряничного терема из тех сладостей, которые наколядовали христославы. Процесс приготовления домиков сложный, торжественный и по-настоящему веселый! Производим мы это строительство все вместе, а можно и разделившись на команды, учитывая выдумки, которые любому в голову придут: дело это сложное – непросто построить дом из печенья. Детали дома хрупкие, ломаются, и с первой попытки невозможно соединить стены. И какое счастье съесть сладкий терем за праздничным чаем с друзьями, когда вокруг лес, зима, снег, а завтра всех ждут лыжи, санки и снежная крепость.

Рождественский вертеп. Древняя традиция, делающая Рождество незабываемым

Хочу сегодня рассказать вам об удивительном, ярчайшем явлении славянского фольклора — рождественском вертепе.

Сама я узнала о вертепном театре несколько лет назад от моих друзей — молодых актёров театра кукол. Недавно закончившие театральный институт, они живо интересовались традициями народного кукольного театра. С их лёгкой руки сделала свой первый вертеп, и с тех пор это стало моим главным увлечением и источником вдохновения.

Вертеп — это традиционное кукольное представление, кукольная мистерия, посвященная Рождеству Христову, бытующее в России с XVII века. Представление разыгрывается в специальном ящике — вертепе, изображающем пещеру (от церковно-славянского вертеп), в которой родился Спаситель. Традиционный вертепный ящик состоит из двух (иногда трёх) этажей. Такая конструкция определяется трехчастным строением рождественской драмы и самого мира: рай — земля — ад. В верхнем ярусе помещается изображение Святого Семейства: Богородица, Младенец Христос, в некоторых вариантах — праведный Иосиф, супруг и хранитель Девы Марии. Там разыгрывается сцена поклонения пастухов и волхвов. Ангел возвещает здесь о рождении Спасителя. Это самая красочная, нарядная часть вертепного ящика.

Второй этаж изображает покои царя Ирода.Там разыгрываются полные драматизма сцены с Иродом, воинами и Рахилью, умоляющей пощадить своего ребёнка. Но воины по приказу Ирода убивают его. Там Смерть приходит за царем-злодеем, чёрт выскакивает из люка в полу ящика, чтобы помочь ей забрать злочестивого Ирода в ад.

Иногда вместо чётрта из отверстия выползает Змий, обозначающий также нечистого духа тьмы.Таким образом, именно во втором ярусе совершается кульминация и развязка вертепного действа. Иногда делается и третий, нижний этаж, изображающий преисподнюю. И что характерно, согласно древней традиции, эти этажи-ярусы изолированы друг от друга. Персонажи вертепа не могут попадать из одного яруса в другой, из горнего мира(мира ангелов и добра) в мир дольний ( мир, где действуют силы ада). Разве только убитый младенец, когда за его душой приходит из верхнего яруса светлый ангел и забирает с собой… Единственным исключением является куколка Пономарь. В начале представления этот персонаж скользит, не спеша, по прорезям в полу обоих этажей ящика и зажигает свечи. Поистине волнующее зрелище! Ведь в этот момент свет в комнате потушен и звучат рождественские песнопения!

Вертеп бытовал на огромных пространствах от Польши и Украины до Сибири. Играли его на святках от Рождества до Крещения, а в некоторых местностях до Сретения и даже до Великого поста. «Деревенские дети в бумажных высоких коронах, с погонами на плечах и нарядными посохами в руках — это «персидские цари», пришедшие поклониться Богомладенцу. Украшенный золоченой бумагой и лубочными картинками небольшой фанерный ящик с двускатной крышей, путешествующий вместе со святочными царями, — это рождественский кукольный театр, или вертеп. Ряженые обыкновенно возили вертепный ящик на санках, когда ходили из дома в дом со своим представлением. Поднявшись на крыльцо и войдя в сени, они спрашивали разрешения колядовать. Если хозяева были расположены принять вертеп, колядовщики вносили театр в горницу, ставили его на стол или на два стула и представление начиналось.

Дети пели тропарь праздника: «Рождество Твое, Христе Боже наш…». Раскрывались расписные створки ящика-театра, раздвигались занавеси, кукла, изображающая ангела, зажигала свечи у крошечной рампы. Церковные канты сменялись назидательными духовными стихами или народными колядками, ритмизованная речь персонажей перетекала то в прозу, то в песню. Перед зрителями проходила история изгнания Адама и Евы из рая, Рождества Спасителя и избиения вифлеемских младенцев, завершающаяся смертью Ирода» (Давидова М.Г. Вертепный театр в русской традиционной культуре)

Вертеп — это самобытный народный театр, где действуют свои законы, в нем нет ничего случайного. Форма здесь чрезвычайно значима, она является носителем особого духа. Представление идет при свете свечей в сопровождении живого пения и музыки. В нём особенные куколки, закрепленные на штыре, выходящем снизу, как ручка, проводятся по щелям в полу сцены. каждый персонаж исполняется согласно традиции. Пастухи (их обычно двое, а иногда и трое) изображаются людьми разного возраста — например, юноша и старик. Их может сопровождать барашек, а в руках должны быть посохи. Волхвы также изображаются людьми разного возраста, а ещё важнее — разных национальностей. Ведь известно, что пришли они из разных стран. При этом один из них обязательно темнокожий. В руках у них дары, приготовленные для богомладенца. И ещё одна интересная деталь — часто они выступают как единое целое, как один персонаж и крепятся на одной палочке-потыке.

Нечистый дух по традиции не страшный, а скорее противный, вызывающий смех, а Смерть безликая, подвижная, способная реально отрубить Ироду голову своей косой…

Традиционный вертеп предполагает предельную скупость движения персонажей, отсутствие мимики и жеста. Обращаются куклы в зал, а не друг к другу, называя себя: «Я — Ирод-царь!» «Мы — волхвы!». Зритель, таким образом, вовлекается в действие, становится его соучастником. Текст вертепного действа передавался из уст в уста, за века в нем сплавились и языки, и обычаи, и время. Но как дорого целомудрие, с которым наши предки отнеслись к рождественской истории! Никто не вложил слов в уста Пресвятой Богородицы или младенца Христа. Сцена Рождества, собственно вертеп, — лишь знак, картина, икона, которая освящает все действо. Поэтому Святое семейство предпочтительно показывать не в виде кукол, а именно в виде изображения, картинки. И ангелов следует делать особенно благоговейно.

Прекративший свое существование в России к 20-м годам XX века, вертеп в 1980-х годах был возрождён усилиями энтузиастов. С 1992 года, когда Союз театральных деятелей России начал устраивать в Москве ежегодный фестиваль «Рождественские семейные вечера», в России и странах СНГ стали регулярно проводиться фестивали вертепных театров, объединяющие на одной площадке профессиональных исполнителей и любителей народного театра.

Сейчас вертепный театр привлекает к себе все больше и больше внимания. Создана гильдия вертепщиков, содействующая распространению вертепных представлений. Вертепы играют на святках при храмах, на рождественских праздниках в школах, в семьях, в детских домах.

Можно только порадоваться такому бережному отношению к добрым традициям наших предков. А ещё лучше — самим принять участие в таком увлекательном деле, как постановка вертепного действа! Как было бы здорово приготовить рождественский спектакль всей семьей и показать в Рождество близким! А потом можно будет каждый год усложнять его, делать всё лучше и лучше. Это может стать замечательной традицией вашего дома!

Подготовимся же к Рождеству достойно и заблаговременно!

В публикации использованы материалы православных порталов, а также кукольного театра «Бродячий вертеп».

Народный кукольный театр «Вертеп»

Текстология.руЛитератураТеория и история фольклораНародная драмаНародный кукольный театр «Вертеп»

Кукольный театр вертеп получил название от своего назначения: представлять драму, в которой воспроизводился евангельский сюжет о рождении Иисуса Христа в пещере, где нашли пристанище Мария и Иосиф (старосл. и древнерус. «вертепъ» — пещера). Первоначально представления вертепа были только во время Святок, что подчеркивалось и в его определениях. В. И. Даль, например, писал: «Вертеп юж. зрелище в лицах, устроенное в малом виде, в ящике, с которым ходят о Святках, представляя события и обстоятельства рождения И. Христа». В Россию вертеп проник с Украины и Беларуси в конце XVII — начале XVIII в.

Вертеп представлял собой переносной прямоугольный ящик из тонких досок или картона. Внешне он напоминал домик, который мог состоять из одного или двух этажей. Чаще всего встречались двухэтажные вертепы. В верхней части игрались драмы религиозного содержания, в нижней — обычные интермедии, комические бытовые сценки. Это определяло и оформление частей вертепа.

Верхняя часть (небо) обычно оклеивалась изнутри голуббй бумагой, на задней ее стене были нарисованы сцены Рождества; или же сбоку устраивались макет пещеры или хлева с яслями и неподвижные фигуры Марии и Иосифа, младенца Христа и домашних животных. Нижняя , часть (земля или дворец) оклеивалась яркой цветной бумагой, фольгой и т.п., посредине на небольшом возвышении устраивался трон, на котором находилась кукла, изображающая царя Ирода.

В дне ящика и в полочке, разделявшей ящик на две части, были прорези, по которым кукловод передвигал стержни с прикрепленными к ним неподвижно куклами — персонажами драм. Передвигать стержни с куклами можно было вдоль ящика, куклы могли поворачиваться во все стороны. Справа и слева каждой части были прорезаны двери: из одной куклы появлялись, в другой исчезали.

Кукол вырезали из дерева (изредка лепили из глины), красили и наряжали в матерчатую или бумажную одежду и закрепляли на металлических или деревянных стержнях.

Текст драмы произносил один кукловод, изменяя тембр голоса и интонации речи, чем создавал иллюзию представления несколькими актерами.

Представление в вертепе состояло из мистериальной драмы «Царь Ирод» и из бытовых сцен.

Исследователь народного театра Н. Н. Виноградов так описал вертепное представление: «Действие открывается благовестием о рождении Христа. Новорожденному идут поклониться и принести дары пастыри и три царя. Затем в нижнем ярусе происходит торжественный выход царя Ирода, который призывает воинов и велит им избить младенцев «сущих первенцев». Воины уходят и возвращаются обратно, ведя с собою к Ироду Рахиль, которая не дает на смерть своего ребенка. Она со слезами, на коленях, умоляет Ирода пощадить ее младенца, но царь неумолим и приказывает поднять малютку на копье. Рахиль с рыданиями мечется по сцене, проклиная Ирода. Воин ее выгоняет вон. Оставшись один, Ирод начинает помышлять о смерти и, желая избежать ее, окружает себя караулом.

Раздается песнь, возвещающая приближение страшной гостьи, слышится страшный треск — и на сцене вырастает зловещий скелет с косою на плече — Смерть. Стража в ужасе бежит, а трепещущий Ирод начинает умолять о пощаде. Смерть вызывает себе на помощь черта, являющегося с криком «гу-гу-гу!» Узнав, в чем дело, он велит сестре поднять косу и убить Ирода, которого затем и тащит в ад со словами:

«О, проклятый Ироде, за твоя превеликия злости

Поберу тя в преисподнюю бездну и с кости».

Этим заканчивается первая, серьезная часть вертепной драмы. Вторая часть состоит из неодинакового в различных местах количества сцен и диалогов, представляющих самостоятельную обработку сюжетов из народной жизни. Сцены эти часто совершенно не связаны одна с другою и могут следовать в произвольном порядке <…> Все действие в этих сценах заключается почти исключительно в том, что типы различных национальностей, полов и профессий дерутся или пляшут».

Постепенно первая часть представления сокращалась, а вторая, наоборот, расширялась. Героями сценок с бытовым содержанием были мужик, барин, франт, новомодные барыни, солдат, поп, цыган и проч. Вертепная драма игралась не только куклами, но и живыми любителями — тогда она носила название «живой вертеп».

Вертеп взаимодействовал с народным театром живых актеров. В результате «обмирщения» вертепа кукольники заимствовали из театра живых актеров персонажей, сценки, небольшие пьесы. Театр живых актеров, в свою очередь, заимствовал некоторые пьесы из вертепа (например, драму «Царь Ирод»).

Зуева Т.В., Кирдан Б.П. Русский фольклор — М., 2002 г.