Стоглав 1551

«И когда Карамзин говорит,
что сей достопамятный собор (Стоглав.),
по важности его предмета,
знаменитее всех иных, бывших в Киеве,
Владимире и Москве, то говорит совершенную правду».
(Проф. Е.Голубинский.
“История русской церкви».
Т.2, М., 1990 г., с. 77).

С 1328 года, когда Иван Калита перенес столицу из Владимира в Москву, началось «собирание земли русской». К середине XVI века этот процесс почти закончился. На смену феодальной раздробленности сформировалось централизованное национальное Московское государство. Были созданы центральные органы управления («разрядные приказы»), реорганизованы дворянские отряды в стрелецкое войско, введено единое законодательство («Судебник», 1550 г.). Явилась необходимость и в установлении единообразия и единства в области религиозно-церковной. На соборах 1547 и 1549 гг. были канонизированы местные русские святые, установлены общерусские праздники в честь их. Создавались Четь-Минеи – обширнейшее «собрание из всех книг, чтомых на Руси».
В 1551 году «доблий миротворец, царь Иоанн, осияваемь благодатиею божественнаго Духа, с теплым желанием подвижеся не токмо о устроении земском, но и о многоразличных церковных исправлениях, и возвещает отцу своему преосвященному Макарию, митрополиту всеа Руссии, собор Божиих слуг совокупити повеле вскоре» .
23 февраля 1551 года в Московском Успенском соборе состоялся торжественный молебен по случаю открытия собора, известного в истории под именем Стоглавого» (по числу глав сборника соборных постановлений). На соборе, кроме знаменитого в истории древлеправославной Церкви митрополита Макария (председатель собора), принимали участие и другие выдающиеся пастыри. «Той священный собор, – читаем мы в «Поморских ответах (1723 г.), – бе со игумены и пустынными святыми старцы, якоже описание его являет. В то время игуменами бяху великославнии чудотворцы: святыи Филипп и Гурии и Варсонофии Казанская и прочии святии» . Заседания собора открылись речью Иоанна IV. Молю вас, святейшии отцы мои, – заявил царь, – не обленитеся изрещи слово ко благочестию единомысленно о православной нашей христианстей вере, о благосостоянии святых Божиих церквей и о устроении всего православного христианства» .
Основная задача собора, по указанию Иоанна IV, должна состоять в «утверждении веры и исправлении церковного благочиния», в связи с государственным «благозаконием» и «земским устроением». Собор должен был руководствоваться правилами, установленными отцами церкви, обличать нарушителей божественных правил, не считаясь с положением и званием нарушителей закона. «Аще и аз буду преслушник божественных правил, – заявил царь, – воспретите ми без всякого страха» .
Иоанн IV представил 69 вопросов для соборного обсуждения. Программа деятельности собора 1551 года была обширной. Были рассмотрены вопросы церковного управления и церковного обслуживания. Обсуждались мероприятия, направленные к поднятию уровня нравственности, просвещения и благочиния духовенства и мирян.
Собор определил взаимоотношения духовной власти и гражданской на принципе самостоятельности церкви в делах духовных. Для духовных лиц установлен особый Святительский Суд – «праведен, без всякие хитрости и коварства, и лихоимства всякого, и продажи, и волокиты безмерные» . В главах с 7 по 40 собраны постановления о правах епископов, об обязанностях поповских старост и священнослужителей (ср. гл. 67, 68, 69, 81, 91 и 92).
«Изложенные в «Стоглаве» постановления, – говорит Д.Стефанович, – касавшиеся церковного суда и управления, не были безрезультатными: они получили самое широкое распространение на практике и в течение долгого времени (с 1551–1700 гг.) имели руководственное значение .
Особое внимание собор уделил вопросам строгого соблюдения устава при богослужении: «Священным протопопам и всем священником по священным правилом беречи накрепко, чтобы по всем церквам церковный чин по уставу и по преданию святых отец был . На вопрос Иоанна IV: почему в некоторых храмах «попы поют бесчинно вдвое и втрое» , Собор вынес решение: «отныне и впредь в царствующем граде Москве и по всем городом, и по всей земли русского царствия, по всем святым церквам церковное пение правити сполна и по чину о всем, по преданию святых апостол, и святых отец по Божественному уставу и по священным правилом, ничтоже претворяюще .
Все постановления собора 1551 года о церковном пении призывают к строгому соблюдению правил знаменного (унисонного) пения, издревле установленного в древлеправославной церкви.
Глава 32 «Стоглава» посвящена вопросу «о крестящихся не по чину». «Мнози безумнии человецы, – говорится в соборном постановлении, – махающе рукою по лицу своему, творят крестящеся. Всуе и туне тружаются: тому бо маханию беси радуются. Кто леностию не справляет креста, той отмещется креста Христова и предается диаволу» . Ссылаясь на свидетельство Мелетия (патриарха антиохийского) и блаженнаго Феодорита (V век), собор постановил: Аще ли кто не воображает двема персты крестнаго знамения, да будет проклят»√ .
«Учение о двуперсном знамении находится в русских Кормчих XIV века, – говорит В.Бочкарев в своей книге «Стоглав», – откуда и был заимствован текст постановления собора 1551 года» . (О том же см. «Поморские ответы», ответ 43, л. 165 об.].)
Как бы в предвидении грядущих событий (смутное время, реформы Никона и собор 1666/67 гг.), Стоглавый собор закрепляет устои древлеправославия. «А детей бы крестили, – говорится в 17 главе «Стоглава», – по уставу и по преданию святых апостол и святых отец: не обливати водою, но погружати в три погружения» . «Такоже и Верую во Единаго Бога, сущее глаголется: и в Духа Святаго Господа истиннаго и животворящаго. Тако подобает говорити» , а .
Ввиду того, что в некоторых церквах Псковского края стали «трегубить» аллилуйя, собор 1551 года постановил: «всем христианом говорити двоегубую аллилуйя, а в третье «Слава Тебе Боже», якоже святая соборная и апостольская церковь предаде. А трегубити аллилуйя, сие несть православных предание, но латинская ересь» . «Тем же и священныи собор святоотеческое сие содержание утверди, а онех псковских самочинию, иже кроме апостольских и отеческих предании дерзаша трегубити с приглашением аллилуйя, соборне возбрани .
В главе 40 собор осудил брадобритие, как «латинское… предание». Отцы Стоглавого собора пользовались как источником «Сводной Кормчей» .
Глава 43 «Стоглава» посвящена вопросам иконописания. Иконописец по «Стоглаву» – служитель святого дела. Он должен быть человеком праведной жизни: «смиренным, кротким, благоговейным, пребывающем в посте и молитве». Писать иконы должно «с великим тщанием» и «знаменовать с добрых образцов»… – «Как писал Андрей Рублев и прочии пресловущии живописцы, а от своего замышления ничтоже претворяти», .
Постановление Стоглавого собора – завершение «золотого века» русского иконописания. Призыв собора почитать творчество Андрея Рублева нашел отклик и в наши дни. В сентябре 1960 года состоялись торжественные заседания в СССР и за рубежом, посвященные памяти Андрея Рублева, признанного одним из великих изографов средневековья.
Собор 1551 года обличал нравственные пороки современного ему общества (сребролюбие, корыстолюбие, пьянство, недостойное поведение духовных лиц и мирян (гл. 41, 49, 52 и 93). «Это стремление уврачевать нравственные язвы, – говорит историк С.М.Соловьев, – это сознание своих недостатков и нежелание мириться с ними, обнаруживало силу общества, способность его к дальнйшему преуспеянию» .
Собор предложил избирать духовных пастырей, «как и доселе избирали, грамоте гораздых и житием непорочных, .
За волхования, «гадания и еллинские скверные плясания и плескания» и песни на «жальниках» (кладбище для самоубийц и мертворожденных детей) – собор постановил виновных подвергать отлучению» .
С целью нравственного и духовного оздоровления общества, собор обратился с призывом к духовным пастырям «учить своих духовных детей жить в чистоте духовной и телесной, пребывать в братолюбии. Иметь любовь между собою» .
Кроме того, собор постановил, чтобы: «по всем градам учредить училища особныя и учители избранныя, учили б своих учеников страху Божию и грамоте» . Нищих и престарелых, «не имущих где главы подклонити», собор предложил «устроити в богадельнях пищею и одеждою», и учредить особый налог для выкупа пленных.
В начале мая 1551 г. Собор закончил свою работу. Своими постановлениями собор 1551 г. утвердил древлеправославные догматы, обычаи и предания, упрочил мир церковный, содействовал устранению пороков и злоупотреблений в церковных и общественных делах. «Правила, установленные Стоглавом, – говорит С.М.Соловьев, – имели для всех авторитет непререкаемый» .
«Стоглав, – говорит И.Беляев, – рядом с Судебником, замыкает великое дело Иоанна IV, дело земского и церковного устроения. Судебник и Стоглав – это два фокуса, в которые собираются все разноцветные лучи прежней областной жизни удельной Руси» .
«Стоглав, как литературный и законодательный памятник, представляет собою выдающееся явление в истории русского церковного права. Это один из поворотных пунктов, наложивший собою сильный отпечаток на целую эпоху, такой памятник, в котором многие труды предшествующего времени нашли свое удачное завершение, и который даже для отдаленного последующего времени имел значение действующего и руководственного права» .

И.Н.Заволоко
Старообрядческий Церковный календарь, 1971 год
Литература.
1. «Стоглав». Изд. Преображ. богаделенного дома. Москва, 1913 г.
2. «Поморские ответы». Преображ. издание. М., 1911 г.
3. Д.Стефанович. «О Стоглаве». СПБ, 1909 г.
4. В.Бочкарев. «Стоглав». г.Юхнов, 1906 г., с. 201.
5. «Стоглав». Изд. Кожанчикова. СПБ, 1863 г.
6. И.Розенкампф. «Обозрение Кормчей книги». СПБ, 1839 г., с.596
7. С.М.Соловьев. «История России с древн. времен». М., 1960 г.
8. И.Беляев. «Об историческом значении деяний Московского собора 1551 года». 1858 г., с.

1551 год

Годы

1547 · 1548 · 1549 · 1550 — 1551 — 1552 · 1553 · 1554 · 1555

Десятилетия

1530-е · 1540-е — 1550-е — 1560-е · 1570-е

Века

XV век — XVI век — XVII век

2-е тысячелетие
XIV век — XV век — XVI век — XVII век — XVIII век
1490-е 1490 1491 1492 1493 1494 1495 1496 1497 1498 1499
1500-е 1500 1501 1502 1503 1504 1505 1506 1507 1508 1509
1510-е 1510 1511 1512 1513 1514 1515 1516 1517 1518 1519
1520-е 1520 1521 1522 1523 1524 1525 1526 1527 1528 1529
1530-е 1530 1531 1532 1533 1534 1535 1536 1537 1538 1539
1540-е 1540 1541 1542 1543 1544 1545 1546 1547 1548 1549
1550-е 1550 1551 1552 1553 1554 1555 1556 1557 1558 1559
1560-е 1560 1561 1562 1563 1564 1565 1566 1567 1568 1569
1570-е 1570 1571 1572 1573 1574 1575 1576 1577 1578 1579
1580-е 1580 1581 1582 1583 1584 1585 1586 1587 1588 1589
1590-е 1590 1591 1592 1593 1594 1595 1596 1597 1598 1599
1600-е 1600 1601 1602 1603 1604 1605 1606 1607 1608 1609
Хронологическая таблица

1551 (тысяча пятьсот пятьдесят первый) год по юлианскому календарю — невисокосный год, начинающийся в четверг. Это 1551 год нашей эры, 551 год 2 тысячелетия, 51 год XVI века, 1 год 6-го десятилетия XVI века, 2 год 1550-х годов.

События

  • В январе — мае был собран Стоглавый собор, на котором было проведено множество важных церковных преобразований. Результатом был сборник — Стоглав — в виде ответов на вопросы о церковном строении. Эти вопросы, написанные от имени Ивана IV Грозного, содержали своеобразную программу реформ и представленную правительством на рассмотрение церковного собора. Однако они были лишь составлены по распоряжению царя, а не им самим. Есть все основания считать автором царских вопросов Сильвестра.
  • Французским войскам удалось изгнать английскую армию из Шотландии. Французские войска оккупировали важнейшие крепости страны.
  • Восстание исландцев против Дании. Карательная экспедиция Кристиана навела порядок.
  • 1551 — Вхождение Чувашии в состав России.
  • 1551 — Построение г. Свияжска.
  • 1551—1562 — Австро-турецкая война.
  • Объединённые силы трёх пиратских раисов штурмовали и взяли Триполи. Рыцари бежали на кораблях на Мальту, а наёмники были почти полностью уничтожены. Присоединение земель Триполи к Турции.
  • Шейбанид Науруз Ахмед-хан был объявлен верховным ханом узбеков и Бухарского ханства.
  • Бунт казанцев против Утямыш-Гирея. Крымская династия была изгнана из Казани.

Родились

Изображение короля Франции Генриха III Валуа

См. также: Категория:Родившиеся в 1551 году

  • Абу-л Фазл Аллами — визирь Великого Могола Акбара, автор «Акбар-наме», переводчик Библии на фарси. Брат придворного поэта Фейзи Дакани.
  • Николас Реймерс — немецкий астроном и математик.
  • Якопо да Эмполи — итальянский художник.
  • Жан Шаповилль — бельгийский богослов, историк и инквизитор.
  • Вранчич, Фауст — универсальный хорватский учёный эпохи позднего ренессанса, первый человек, успешно испытавший парашют.
  • Генрих III — король Франции с 30 мая 1574 года из династии Валуа, четвёртый сын Генриха II и Екатерины Медичи, герцог Ангулемский (1551—1574), герцог Орлеанский (1560—1574), герцог Анжуйский (1566—1574), герцог Бурбонский (1566—1574), герцог Овернский (1569—1574), король польский и великой князь литовский с 21 февраля 1573 года по 18 июня 1574 года.
  • Каччини, Джулио — итальянский композитор и певец.
  • Кемден, Уильям — английский историк из т. н. школы антикваров и археолог.
  • Мария Анна Баварская — супруга эрцгерцога Карла II Штирийского, мать император Священной Римской империи Фердинанда II

Скончались

Памятник Белалькасару

См. также: Категория:Умершие в 1551 году

  • Белалькасар, Себастьян де — испанский конкистадор, прославившийся покорением Эквадора, Никарагуа и юга-запада Колумбии. Основатель городов Гуаякиль (Эквадор) и Попаян (Колумбия). Организовал первую экспедицию для поисков мифического Эльдорадо.
  • Буцер, Мартин — церковный реформатор.
  • Варвара Радзивилл — знаменитая литовская красавица, личность ренессансного типа, наследница владений Гаштольдов. Жена великого князя литовского и короля польского Сигизмунда II Августа.

См. также

1551 год на Викискладе

Реферат: Стоглав

План
Введение
1 История создания
2 Структура «Стоглава»
3 Основные положения «Стоглава»
3.1 Финансовые вопросы
3.2 Вопросы нравственности и контроля за жизнью духовенства и мирян
3.3 Вопросы богослужения
3.4 Церковный суд
3.5 Церковное землевладение
4 Значение Стоглава
Список литературы

Введение

Стоглав — сборник решений Стоглавого собора 1551 года; состоит из 100 глав. Название утвердилось с конца XVI века: сам текст памятника содержит и иные наименования: соборное уложение , царское и святительское уложение (гл. 99). Решения сборника касаются как религиозно-церковных, так и государственно-экономических вопросов в свете ожесточённых споров того времени о церковном землевладении; содержит разъяснения о соотношении норм государственного, судебного, уголовного права с церковным правом.

1. История создания

В связи с полемикой о подлинности и каноническом значении Стоглава, сложностью, нечеткостью и нелогичностью его структуры и состава проблема происхождения его текста является одной из основных в исторической литературе о Стоглаве и Стоглавом Соборе.

В 1551 году Иван IV принялся за дело созыва собора, считая себя преемником византийских императоров и не желая ни в чем от них отставать, в том числе и в созыве церковных соборов. Глава 2 «Стоглава», помимо описания открытия Собора и текста первой речи царя Собору, содержит сообщение о великой радости иерархов по поводу царского приглашения. Это объясняется не только данью уважения царю, но и тем, что духовенству этот Собор был необходим для разрешения ряда вопросов, приобретших к середине XVI века особую значимость. Это прежде всего вопросы укрепления церковной дисциплины среди духовенства, полномочия церковного суда, борьба против порочного поведения представителей церкви (пьянства, разврата, взяточничества), ростовщичества монастырей, против пережитков язычества среди населения, унификация церковных обрядов и служб, жесткая регламентация (а, по существу, введение своеобразной духовной цензуры) порядка переписки церковных книг, писания икон, строительства церквей и т. д. Созыв Собора по этим соображениям был не только оправдан, но и необходим.

Название первой главы («В лето 7059-е месяца февраля в 23 день…»), казалось бы, дает точную дату работы Стоглавого собора: 23 февраля 7059 г. (1551 г.). Однако исследователи расходятся во мнении, является ли эта дата указанием на начало заседаний Собора или определяет время начала составления Соборного уложения. Работу Собора можно разделить на два этапа — совещание с обсуждением ряда вопросов и обработка материала, хотя возможно, что это были одновременные процессы. Это предположение подтверждается и самой структурой «Стоглава», последовательностью расположения глав и их содержанием.

В первой главе в общих чертах намечена программа Собора: Собор отвечает на вопросы царя, который предлагал темы для соборного обсуждения. Участники Собора, как следует из текста, ограничивались высказыванием своих мнений по предложенным темам. В первой главе круг вопросов Собора излагается бегло, несколько путано, иногда приводятся ответы, иногда — нет. Составитель не имел здесь задачи целиком раскрыть содержание тех «исправлений», которыми занимался Собор. Но хотя составитель не всегда приводит ответы Собора на вопросы, он знакомит с документами, в соответствии с которыми принимались решения на Соборе. По существующим правилам Собор не имел права принять решение, расходившееся с канонической литературой. Часть памятников этой литературы упомянута в первой главе «Стоглава»: Правила святых апостолов, святых отцов церкви, Правила, установленные на Соборах духовенства, а также поучения канонизированных святых. В следующих главах этот список расширяется.

2. Структура «Стоглава»

В двух главах (5 и 41) содержатся царские вопросы, которые должны были обсуждать все участники Собора. Для составления вопросов царь привлек лиц из своего окружения, прежде всего членов «Избранной рады». Двое из них имели духовный сан (митрополит Макарий и протопоп Сильвестр), и поэтому их роль была значительна. Главы с 6 по 40 содержат ответы на некоторые из первых 37 вопросов царя. Продолжение ответов содержится в 42-й и последующих главах. Этот разрыв объясняется тем, что соборные прения по составлению ответов на царские вопросы, видимо, были прерваны появлением на Соборе царя. В течение дня, а может и нескольких дней, Собор решал вопросы совместно с царем. С этим связано, видимо, возникновение так называемых «вторых царских вопросов», которые изложены в 41 главе «Стоглава». Они касаются в основном вопросов богослужения и нравов мирян. Царские вопросы можно разделить на три группы:

1) преследующие интересы государственной казны (вопросы: 10, 12, 14, 15, 19, 30, 31);

2) обличающие беспорядки в святительстве и монастырском управлении, в монастырской жизни (вопросы: 2, 4, 7, 8, 9, 13, 16, 17, 20, 37);

Две последние группы вопросов направлены на укрепление нравственной стороны жизни духовенства и населения. Поскольку государство целиком перепоручало эту область церкви, видело в ней свою идеологическую опору, то естественным было для царя желание видеть церковь единой, пользующейся авторитетом у населения.

Среди особенностей структуры «Стоглава» следует особо выделить наличие 101-й главы — приговора о вотчинах. Она, видимо, была составлена после окончания работы Стоглавого собора и прибавлена к основному списку в качестве дополнения.

3. Основные положения «Стоглава»

Уложение Собора 1551 г. затронуло главные стороны церковной жизни; в нем были собраны и систематизированы все нормы действующего права Русской церкви. Исходным материалом, кроме канонических источников, послужили Кормчие книги, Устав св. Владимира, постановления Собора 1503 г ., послания митрополитов.

Постановления «Стоглава» касаются архиерейских пошлин, церковного суда, дисциплины духовенства, монахов и мирян, богослужения, монастырских вотчин, народного образования и призрения нищих и других вопросов.

3.1. Финансовые вопросы

Вопреки постановлению Собора 1503 г. «Стоглав» разрешил взимание ставленнических пошлин, но установил для них, равно и как для треб, твердую таксу. При этом было решено, что все пошлины должны собирать не архиерейские чиновники, а поповские старосты с десятскими.

3.2. Вопросы нравственности и контроля за жизнью духовенства и мирян

Собор был вынужден признать существование известных беспорядков, порочивших русскую церковь, и даже угрожавших ее будущему (эти вопросы включены во 2 и 3 группы — см. выше).

Поэтому одним из самых важных нововведений Собора является повсеместное введение института поповских старост. Это были выборные от священников. Количество поповских старост в каждом городе определялось особо, видимо, епископами по царскому повелению. Собор определил количество старост лишь для Москвы — семь. Этому числу соответствовало и число соборов то есть центральных по значению в данном округе храмов. Поповские старосты должны были служить в соборах. В помощь им, согласно «Стоглаву», избирались из священников десятские. В селах и волостях избирались только десятские священники. «Стоглав» зафиксировал, что в обязанности этих выборных лиц входил контроль за правильным ведением службы в подведомственных церквях, за благочинием священников.

Собор 1551 г. вынес важное решение относительно «двойных» монастырей в которых одновременно проживали монашествующие обоих полов: монастырям было приписано строго соблюдать обособленность полов и выполнять общежительный устав. Но все это лишь было принято, а на практике осталось мертвой буквой.

В соборном постановлении осуждались распространенные в народном быту бесчинства и пережитки язычества: судебные поединки, скоморошеские представления, азартные игры, пьянство.

Другое постановление Собора касалось осуждения безбожных и еретических книг. Этими книгами были объявлены: «Secveta secvetovum», сборник средневековой мудрости, известный на Руси под названием «Аристотель», астрономические карты Эммануила Бена Якоба, называвшиеся у нас «Шестокрылом». Также был наложен запрет на общение с иностранцами, которые во времена Ивана Грозного стали все чаще приезжать в Россию.

3.3. Вопросы богослужения

Многие постановления «Стоглава» касаются богослужения. Часть из них были вынесены на обсуждение по инициативе самого Ивана IV, хотя несомненно что в этом вопросе им руководил митрополит Макарий.

Стоглав официально узаконил двоеперстное сложение при совершении крестного знамения и сугубую аллилуию в Московской Церкви. Соборный авторитет данных решений впоследствии стал основным аргументом старообрядчества.

Быть может, под влиянием Максима Грека Собор занялся вопросом об исправлении священных книг и постановил открыть в Москве типографию, где должны были печататься книги, исправленные по наиболее точным образцам. Но эта типография просуществовала недолго.

3.4. Церковный суд

«Стоглав» отменил «несудимые» грамоты, тем самым сделав все монастыри и приходские причты подсудными своим епископам. Светским судам он запретил судить духовных лиц. До этого церковный суд, вверявшийся епископами боярам, дьякам, десятникам, вызывал постоянные жалобы. Но об упразднении этих должностей Собор не мог и помышлять — они ведь существовали и при митрополитах Петре и Алексее . Поэтому было решено дать священникам право участия в судах через своих выборных старост и сотских. Но при этом законодатели совершенно позабыли определить роль этих представителей.

3.5. Церковное землевладение

Видимо, этот вопрос хотя и обсуждался на Стоглавом соборе, но он не был включен в первоначальное Соборное уложение. Позже к его тексту была добавлена дополнительная 101-я глава — «Приговор о вотчинах». Приговор царя с митрополитом и другими архиереями о вотчинах отразил стремление царя ограничить рост церковных земельных владений. «Приговор о вотчинах» закрепил следующие пять основных решений:

1. приговором запрещается архиепископам, епископам и монастырям покупать у кого-либо вотчины без разрешения царя;

2. земельные вклады на помин души допускаются, но при этом оговаривается условие и порядок их выкупа родственниками завещателя;

3. вотчинникам ряда областей запрещается продавать вотчины людям иных городов и без доклада царю дарить монастырям;

4. приговор не имеет обратной силы, не распространяет своего действия на сделки (договоры дарения, купли-продажи или завещания), заключенные до Стоглавого собора;

5. на будущее же устанавливается санкция за нарушение приговора: конфискация вотчины в пользу государя и невозвращение денег продавцу.

4. Значение Стоглава

Стоглав зафиксировал порядок богослужения, принятый в Московском государстве: «А кто не крестится двумя перстами, яко Христос и апостолы, да будет анафема » (Стоглав 31; имелись в виду многочисленные иконы Спасителя с двуперстием); «…не подобает святыя аллилуии трегубити, но дважды глаголати аллилуия, а в третий — слава тебе Боже… » (Стоглав 42).

Указанные нормы продержались до 1652 года, когда патриархом Никоном была проведена реформа церкви, приведшая, в частности, к следующим изменениям:

· Замена двуперстного крестного знамения трехперстным;

· Возглас «аллилуйя» во время стали произносить не дважды (сугубая аллилуйя), а трижды (трегубая);

· Крестные ходы Никон распорядился проводить в обратном направлении (против солнца, а не посолонь).

Резкость и некорректность проведения реформ вызвала недовольство среди значительной части духовенства и мирян, что привело к расколу церкви на новооборядцев (принявших реформы Никона) и старообрядцев (не принявших реформы).

На Большом Московском церковном соборе 1667 положения Стоглавого собора были признаны написанными «неразсудно, простотою и невежеством » ; сама подлинность Стоглава была подвергнута сомнению.

До половины XIX века в литературе господствовало мнение о Стоглаве как о не подлинном соборном уложении 1551 года. Митрополит Платон (1829 г.), не сомневаясь в факте созыва Собора 1551 года, усомнился, однако, в том, что положения Стоглава были утверждены на этом Соборе.

В предисловии к первому отечественному изданию Стоглава, вышедшему в 1862 году, было указано что

эта книга (Стоглав) — составлена кем-нибудь, может быть, даже членом Стоглавого собора (1551 г.), но уже после собора, из черновых записок, бывших или приготовленных только для рассмотрения на соборе, но не рассмотренных (всецело), не приведенных в формы церковных постановлений, не утвержденных подписями и не обнародованных для руководства .

Такая точка зрения объяснялась нежеланием признать подлинными решения официального органа, которые Русская Церковь впоследствии нашла ошибочными, и которыми руководствовались «раскольники».

Только после ряда находок И. В. Беляева (в частности наказных списков по Стоглаву , неоспоримо подтвердивших факт принятия Стоглава на Соборе 1551 года) подлинность Стоглава была окончательно признана.

В дальнейшем историками Стоглав рассматривался как уникальный памятник русского права XVI века, дающий представление об образе жизни общества того времени.

К началу XX века было известно не менее 100 списков рукописного Стоглава .

Список литературы:

1. Стоглав, изд. 2-е, Казань, 1887, с. III.

2. Платон (Левшин). Краткая российская церковная история. Т. 2.М., 1829, ch. 30

3. Стоглав. — Казань: Типография Губернского Правления, 1862. — 454 с.

4. И.В. Беляев Стоглав. Казань 1862г. Наказные списки соборного уложения 1551 года. = Памятники русского церковного законодательства.. — Москва: 1863. — 27 с.

5. Стефанович Д. О Стоглаве. Его происхождение, редакции и состав. К истории памятников древнерусского церковного права . Спб., 1909, стр. 137

6. Стоглав. — Лондон: Trubner & Co., 1860. — 239 с.

Практическое исследование стоглава 1551 г.

Характеристика Стоглава как источника по изучению отношений между государством и церковью

Процесс усиления государственной власти неизбежно вновь выдвигал вопрос о положении церкви в государстве. Царская власть, источники доходов которой были немногочисленными, а расходы велики, с завистью смотрела на богатства церквей и монастырей.

На совещании молодого царя с митрополитом Макарием в сентябре 1550 г. была достигнута договоренность: монастырям запрещалось основывать новые слободы в городе, а в старых слободах ставить новые дворы. Посадские люди, бежавшие от тягла в монастырские слободы, кроме того, “выводились” назад. Это было продиктовано потребностями государственной казны.

В феврале 1551 г. в Москве начинает работу Поместный собор, вошедший в историю как Стоглавый. Цель Собора была сформулирована в главе 6: «Некогда вниде в слухи боговенчаннаго и христолюбивого царя государя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии самодержца, что… многие церковные чины не сполна совершаются по священным правилом и не по уставу. Он же, боголюбивый царь, о том таковая слышав, повеле ему (митрополиту Макарию) о всех тех церковных чинех, разсудив, указ учинити по божественному уставу и по священным правилом». Таким образом, решения Стоглавого собора должны были стать новым источником церковного права. В связи с такой постановкой цели перед собором инициирование его созыва именно царем было закономерным и единственно возможным. Согласно византийским правовым воззрениям власть императоров распространялась на все православные народы во вселенной. Следовательно, без царской инициативы и его участия решения Стоглавого собора не имели бы юридической силы в том объеме, в котором это было необходимо. Тем более что, опираясь на канонические нормы церковного права, авторы Стоглава подвергли их переработке.

На соборе были зачитаны царские вопросы, составленные Сильвестром и проникнутые нестяжательским духом. Ответы на них составили сто глав приговора собора, получившего название Стоглавого, или Стоглава. Царя и его окружение волновало, “достойно ли монастырям приобретать земли, получать различные льготные грамоты. По решению собора прекратилось царское вспомоществование монастырям, имеющим села и другие владения. Стоглав запретил из монастырской казны давать деньги в “рост” и хлеб в “насп”, т.е. — под проценты, чем лишил монастыри постоянного дохода.

Ряд участников Стоглавого собора (иосифляне) встретили программу, изложенную в царских вопросах, ожесточенным сопротивлением.

Программу царских реформ, намеченных Избранной Радой, в наиболее существенных пунктах Стоглавый собор отклонил. Гнев Ивана IV обрушился на наиболее видных представителей иосифлян. 11 мая 1551 г. (т.е. через несколько дней после завершения собора) была запрещена покупка монастырями вотчинных земель “без доклада” царю. У монастырей отбирались все земли бояр, переданные ими туда в малолетство Ивана (с 1533 г.). Тем самым был установлен контроль царской власти над движением церковных земельных фондов, хотя сами по себе владения остались в руках у церкви. Церковь сохраняла свои владения и после 1551 г.

Вместе с тем, были проведены преобразования во внутренней жизни церкви. Утверждался созданный ранее пантеон общерусских святых, унифицировался ряд церковных обрядов. Были приняты также меры по искоренению безнравственности духовного сословия.

Уложение Собора 1551 г. затронуло главные стороны церковной жизни; в нем были собраны и систематизированы все нормы действующего права Русской церкви. Исходным материалом, кроме канонических источников, послужили Кормчие книги, Устав св. Владимира, постановления Собора 1503 г., послания митрополитов.

Постановления «Стоглава» касаются архиерейских пошлин, церковного суда, дисциплины духовенства, монахов и мирян, богослужения, монастырских вотчин, народного образования и призрения нищих и других вопросов.

Одним из вопросов собора стал вопрос церковных землевладений.

Приговор царя с митрополитом и другими архиереями о вотчинах отразил стремление царя ограничить рост церковных земельных владений. «Приговор о вотчинах» закрепил следующие пять основных решений:

  • 1. приговором запрещается архиепископам, епископам и монастырям покупать у кого-либо вотчины без разрешения царя;
  • 2. земельные вклады на помин души допускаются, но при этом оговаривается условие и порядок их выкупа родственниками завещателя;
  • 3. вотчинникам ряда областей запрещается продавать вотчины людям иных городов и без доклада царю дарить монастырям;
  • 4. приговор не имеет обратной силы, не распространяет своего действия на сделки (договоры дарения, купли-продажи или завещания), заключенные до Стоглавого собора;
  • 5. на будущее же устанавливается санкция за нарушение приговора: конфискация вотчины в пользу государя и невозвращение денег продавцу.

СТОГЛАВ

Российский исторический словник, Термины

СТОГЛАВ, свод правовых норм, определявших внутреннюю жизнь духовного сословия и его взаимоотношения с государством и обществом. Составлен и утвержден на Московском Соборе 1551. Царь Иван IV Васильевич, издав Судебник 1550, т. е. узаконение относительно суда и управы в делах светских, вслед за тем обратился к устройству церковных дел. С этой целью он созвал в Москве Собор духовных властей и, представив этому Собору свой Судебник на утверждение, в то же время предложил ему 37 вопросов, относящихся к делам собственно церковным и церковно-гражданским, и просил, чтобы члены Собора по разрешении этих вопросов на основании церковных постановлений и гражданских уставов составили необходимые узаконения для руководства на последующее время, а также занялись бы разрешением других вопросов, которые найдут нужными для лучшего гражданского устройства Церкви и для единообразного порядка в церковных делах. Собор, созванный царем Иваном Васильевичем для утверждения Судебника и составления нового Положения о церковных и церковно-гражданских делах, был открыт 23 февр. 1551 в царских палатах, в присутствии самого царя и бояр. Собор преимущественно состоял из духовных лиц; председателем его был митр. Макарий, а среди его членов были 3 архиепископа, 6 епископов и многие архимандриты, игумены и другие значительные духовные лица. Источником для своих решений Собор принял, во-первых, правила Апостольские и правила святых отцов, греческий Номоканон и правила прежних русских Соборов, правила митрополитов русских и других русских учителей Церкви, особенно знаменитого прп. Иосифа Волоцкого, митрополитов Петра, Киприана и других русских митрополитов; в разрешении же тех вопросов, которые не были известны прежде, Собор составил свои правила. Сборник правил, составленных на Московском Соборе 1551, известен под именем Стоглава, потому что его узаконения разделены на 100 глав. Вопросы, разобранные в Стоглаве, по существу своему разделяются на чисто церковные и церковно-гражданские. Первые из них разрешены частично на основании правил Апостольских и отеческих, как греческих, так и русских, а частично их решения были составлены самим Собором; вторые же — частично на основании греческих законов, находящихся в Кормчей, частично по русским древним уставам, частично же представлены были на разрешение государя. Церковно-гражданские узаконения Стоглава можно разделить на следующие отделы: 1) о святительском суде и управлении; 2) о поповских старостах; 3) о священниках и причте; 4) о монастырях; 5) о монастырских имениях; 6) о писании святых икон и книг; 7) об училищах; 8) о делах благотворительности; 9) о праздниках; 10) о прекращении разных суеверий в народе.
I. О святительском суде и управлении. 1) Собор 1551 требует, чтобы никто не вступался в святительский суд, и в подтверждение этого приводит как греческие узаконения о неприкосновенности суда святительского, так и русские. Из последних особенно ссылается на устав св. Владимира и послание митр. Киприана в Псков о святительском суде. 2) Собор отменяет все прежние царские грамоты, т. н. судильные, по которым разные архимандриты, игумены и попы освобождались от подсудности своему епископу, и подчиняет всех церковных людей суду местного епископа по всем делам, кроме татебных (с поличным), разбойных и душегубных, подлежавших светскому суду. Если же лица духовного чина будут искать обид на мирских людях, то им полагалось взять у своего епископа судью духовного и с ними судиться у мирского судьи по Судебнику. А если мирские люди будут чего искать на монастырских слугах и крестьянах, то им надлежало судиться у государевых бояр, т. е. в Приказе Большого дворца, который заведовал всеми делами по монастырским имуществам. 3) Московский Собор делит святительский суд на церковный и мирской. Церковному суду подлежали все дела церковные или, как сказано в Стоглаве, «греховные», как церковных людей, так и светских. Суд этот производил сам святитель с архимандритами и игуменами по церковным правилам, и к нему не допускался никто из светских, за исключением истцов. Мирскому суду святителя подлежали все гражданские дела духовных и других лиц, подведомственных Церкви, а также дела по духовным завещаниям всех лиц, как церковных, так и светских. Первоначально производство этих дел принадлежало святительским боярам. Кроме бояр на мирском святительском суде присутствовали поповские старосты и пятидесятские священники, которые исправляли свои судейские обязанности по двое или по трое понедельно, а также городские старосты, целовальники и земский дьяк. Руководством для этого суда служил Судебник. В тех городах и волостях, где искони были установлены святительские десятильники, этот суд принадлежал им.
Относительно управления епископом своей епархией Стоглав узаконивает следующее: 1) каждый епископ в своей области должен был избирать по городам и селениям поповских старост и десятских священников; для Москвы Стоглав назначил 7 поповских старост, а для других городов — смотря по надобности. Поповские старосты обязаны были смотреть за церковным порядком и за поведением священников и причта. А для надзора за поповскими старостами и наблюдения за порядком и правильностью священнослужения епископы должны были время от времени посылать доверенных соборных священников с духовными поучениями причту и народу (которые писались самими епископами). Сверх того, епископы по Стоглаву должны были писать грамоты к местным архимандритам, игуменам и протопопам, чтобы они также надзирали за поповскими старостами и причтами их местности. 2) Епископы, каждый в своей области, должны были наблюдать, чтобы мирские люди без нужды не строили новых церквей, чтобы старые церкви не оставались в небрежении, строители церквей не оставляли их без содержания и обеспечивали бы содержание причта. 3) Епископы должны были наблюдать, чтобы затворники и пустынники не скитались по городам и селам, а если где отыщутся такие, то отсылать их в монастыри и затворы; чтобы обители и пустыни учреждались с разрешения государя и благословения епископа и чтобы мелкие скиты и пустыни, построенные без разрешения, сносились в одну пустынь, церкви же в таких пустынях уничтожались или приписывались к монастырям и приходским церквям, или обращались в погосты и приходы, а монахи из них переводились в более устроенные монастыри. 4) Архимандритов и игуменов епископы должны были назначать по правилам церковным и по прошению монастырской братии. Но один архиерей не мог назначать архимандритов и игуменов, а должен был докладывать об их назначении государю, потому что они назначались для управления не одной монастырской братией, но и имуществом монастырским, а это имущество зависело от государя. 5) Епископы своих бояр и дьяков, уличенных во взятках три раза, сами должны были отставлять от должности, лишать поместий и отсылать от себя, а не уличенных во взятках отсылать без разрешения государя не дозволялось. А у которого епископа «изведутся», т. е. помрут, бояре или дворецкие, или дьяки, то предписывалось избирать их из тех же фамилий, а если не будет, то из других фамилий, но не иначе как с разрешения государя.
II. О поповских старостах. Поповских старост избирали епископы по своему усмотрению, сколько для какого города нужно. Обязанности их были следующие. 1) Поповские старосты, каждый в своем ведомстве, должны были наблюдать за церковным порядком и благочинием; они должны были наблюдать, чтобы священники во всех церквях после заутрени читали народу поучения из «Толкового Евангелия» (сборника поучений, написанных на тексты всего Евангелия), поучения Иоанна Златоуста, жития святых и т. д. 2) Они должны были наблюдать, чтобы в подведомственных им церквях иконы, священные сосуды, книги и другие принадлежности богослужения были исправны и старое обновлялось. 3) Поповским старостам вменялось в обязанность смотреть за поведением священников и причта, а также осматривать, у всех ли подведомственных им священников и дьяконов есть необходимые документы на право их службы, как то: ставленные, благословенные, отпускные, переходные и другие грамоты — а у кого не окажется этих документов, тем запрещать священнодействовать и отсылать их к святителю. 4) Старосты заведовали сбором венечных пошлин от браков в пользу епископа. Для этого они избирали искусных священников «в заказчики», которые смотрели, чтобы не было противозаконных браков, выдавали т. н. «знамена» (свидетельства о браках) и заведовали венечными пошлинами.
III. О священниках и причте. 1) Священники, дьяконы и весь причт по Стоглаву были разделены на ружных и приходских. Ружными назывались те, которые служили при церквях, построенных прихожанами, и содержались приходом. Ружные священники и дьяконы избирались государевым наместником, дворецким, дьяком или вообще лицом, от которого зависела та местность, к которой принадлежала церковь, а приходские — самими прихожанами. 2) Избирать в священники и дьяконы по Стоглаву должно было «людей искусных и грамоте гораздых и житием честных и непорочных» и отнюдь не брать с них денег за избрание. Избранного для церковной службы приводили к епископу, и если епископ по испытании находил его достойным, то посвящал и выдавал ему ставленную грамоту. При переходе священника или дьякона из одного прихода в другой ему выдавались от епископа переходные грамоты. 3) Вдовые священники и дьяконы по Стоглаву лишались права священнослужения, если они не поступали в монастырь. Оставаясь при прежних церквях, они уже не могли совершать таинств, а только исполняли различные церковные требы: молебны, панихиды и т. п. — и за это пользовались четвертой частью доходов. На право этой службы они получали от епископа т. н. «благословенные грамоты»: священники — «епитрахильные», а дьяконы — «орарьные». Этот порядок существовал в России еще в XIV в., об этом свидетельствуют правила митр. Алексия; в XVIII в. он был изменен.
IV. О монастырях. По Стоглаву управление монастырями предоставлялось архимандритам, игуменам, настоятелям и строителям, которые должны были управлять вместе с соборными старцами по общему монастырскому уставу (т. е. по уставу Василия Великого) и по уставу отценачальника или основателя монастыря. Монастырские настоятели по Стоглаву должны были иметь общую трапезу с братьями, а не держать отдельной. Ни настоятель, ни соборные старцы не должны были выходить из монастыря для житья в монастырских селах. Монастырские села должны были управляться мирскими слугами; монастырской же казной и всяким монастырским обиходом ведал государев дворецкий. При смене одного настоятеля другим монастырская казна и все имущество монастырское сдавались по книгам. Настоятель без соборных старцев и без келаря или казначея не имел права делать никаких распоряжений по монастырю. По городам настоятелям и старцам не разрешалось ездить без царского и святительского повеления, а по нужным делам требовалось письменное обращение к святителю.
V. О монастырских и церковных имениях. Относительно монастырских и церковных вотчин Собор 1551 постановил следующее. 1) Монастырские власти в каждом монастыре должны были строго отыскивать, кто давал какие вотчины монастырю, и, отыскав, записывать имена вкладчиков и их родственников для поминовения в дни их памяти. 2) Те вотчины, которые были даны монастырям и церквям «в прок», т. е. без выкупа и без права отчуждения, епископы и монастыри не имели права продавать, закладывать, вообще отчуждать каким-либо образом, а если кто из епископов и настоятелей дерзал продавать те вотчины, тот лишался сана. 3) Если вкладчик в своем завещании или другом акте писал, что он отдает вотчину монастырю или церкви до выкупа, и назначал при этом и выкупную цену вотчины, то монастырские власти и епископы не должны были отказывать родственникам в выкупе, если они принесут ту сумму, которая была назначена вкладчиком. 4) Епископам и монастырям новых монастырских и святительских слобод в городах не позволялось учреждать, а если учредят, то этим слободам тянуть во всякое городское тягло и судиться городским судом; старые же слободы во всех городах полагалось держать и судить о всех делах по старине. 5) Собор запрещал епископам и монастырям отдавать деньги в рост, а хлеб — «в присып» и повелевал эти деньги и хлеб употреблять на вспомоществование монастырским крестьянам, выдавая их им за поруками и без процентов. Это постановление исполнялось во многих отношениях довольно точно, и вследствие этого крестьяне в монастырских и епископских вотчинах, по свидетельству современников, были самые богатые.
VI. О писании святых икон и книг. 1) Относительно книг Собор 1551 по царскому предложению постановил, чтобы в церквях все богослужебные книги были исправны. Наблюдать за исправностью книг Собор поручил поповским старостам, которые должны были осматривать и исправлять книги и наблюдать за писцами, чтобы они переписывали исправно с верных образцов и только правильно переписанные книги могли продавать. Продажу же книг, переписанных неправильно, поповские старосты должны были запрещать. 2) Относительно иконописи Собор постановил: писать иконы с древних переводов и образцов, как писали древние греческие иконописцы. А чтобы сообщить больше правильности иконописному делу, Собор постановил: избирать лучших людей по своему мастерству и доброй жизни и объявлять их иконописными мастерами, давать им разные привилегии и учеников, чтобы они учили их, а по выучении — представляли местным епископам. Если епископ находил работу учеников удовлетворительной и согласной с церковным подлинником, а поведение незазорным, то объявлял их мастерами, которым предоставлялось право писать иконы; а если работа учеников оказывалась неудовлетворительной, не согласной с древними греческими образцами, то епископ запрещал им писать иконы и приказывал заниматься каким-либо другим мастерством. Лучших иконописных мастеров епископы должны были назначать начальниками над другими мастерами и поручать им смотреть как за работами мастеров, так и за их поведением. А чтобы возвысить звание иконописных мастеров и тем более приохотить к нему лучших людей, Собор предписал, чтобы архиереи и весь народ воздавали иконописцам почет «паче простых людей», как церковным служителям.
VII. Об училищах. По царскому предложению Собор постановил: завести училища по всем городам и поручить это дело духовенству. По соборному решению в Москве и других городах протопопы, священники, дьяконы и все духовные должны были избирать по благословению святителя из среды своей добрых священников, дьяконов и дьяков, способных учить грамоте; кроме грамоты требовалось, чтобы они учили церковному пению и письму. В домах своих они должны были устраивать училища. В эти училища священники, дьяконы и все православные христиане должны были отдавать детей в обучение церковному пению, чтению и письму. Священники, дьяконы и дьяки, избранные в учителя, должны были обучать своих учеников страху Божию, чтению, пению со всяким духовным наказанием, а в особенности они должны были хранить чистоту нравов в своих учениях; учили бы их столько, сколько сами умели, и силу Писания раскрывали бы, ничего не укрывая, чтобы ученики могли понимать все книги.
VIII. О благотворительности. Собор 1551 делит дела благотворительности на несколько видов. 1) Первый род благотворительности, на который Собор прежде всего обратил внимание, — это благотворительность к церкви. По определению Собора святители должны были смотреть, чтобы церкви не оставались в запустении и без службы, а если где окажутся церкви бедные, то позаботиться удержать там священников и причт и для этого давать им разные льготы и привилегии, освобождая их на некоторое время от разных даней и пошлин, и наделять их землями и пашнями. За исключением немногих привилегированных, тогда церкви платили все подати и пошлины епископу; отсюда деление тогдашних церквей на тяглые и нетяглые. 2) Собор обратил внимание на скитающихся по городам и селам чернецов и черниц. Он требует, чтобы святители, каждый в своей области, брали таких людей, записывали их и отсылали в монастырь. В монастырях здоровых из них предписывалось отдавать под строгое начало и назначать им работы, к каким кто способен, а для старых и больных устраивать больницы при монастырях, снабжать их содержанием и пищей и строго смотреть за их поведением, а на содержание их государю и святителям делать вклады из своей казны. 3) Собор обращает внимание на пленников; он требует, чтобы русских пленников, приводимых гостями в Москву и другие города, выкупали за счет царской казны. Для этого Собор постановил, чтобы государь наложил на народ, по сохам, особую подать, которая была известна как «полоняничные деньги». 4) Относительно нищих вообще Собор постановил, чтобы государь строго запретил возить по городам и селам и класть на улицах для мирского подаяния больных, калек и др. и приказал бы по всем городам записывать их в особые книги и устраивать для них богадельни, мужские и женские, в богадельнях кормить и одевать их за счет подаяний боголюбцев, а для ухода за ними приставлять из нищих же здоровых мужчин и женщин. Надзор за такими богадельнями был предоставлен выборным священникам и особым целовальникам из лучших городских людей. 5) Собор обратил внимание на тех странников, которые ходили по городам и селам с иконами и для сбора подаяния на построение церквей, и строго запретил их хождения. А если кто и после этого запрещения ходил с иконами и просил на построение церквей, тех, по определению Собора, должно было выгонять вон из города или селения бичами, иконы же у них отбирать и ставить в церкви.
IX. О праздниках. К праздникам, или табельным дням, Собор причисляет: семь дней до Светлого Воскресенья и семь дней после Светлого Воскресенья, т. е. Страстную и Пасхальную недели, день Рождества Христова, день Богоявления, день св. апостолов Петра и Павла и каждый воскресный день в неделе. В эти дни, по определению Собора, «суды не судятся, людской долг не истязуется, позорища не творятся». Если на эти дни приходился день рождения государя или кого-либо из его семейства, то все «позорища», назначаемые в этот день, откладывались до другого дня.
X. О суевериях. На этот предмет обратил внимание сам государь. Он в своей речи к Собору предложил несколько вопросов касательно некоторых суеверных обычаев и просил, чтобы Церковь взяла на себя обязанность прекратить эти суеверия. Собор разделил все суеверия, указанные царем, на три разряда, из которых к 1-му отнес те, которые должны были уничтожаться одной Церковью, ко 2-му — те, преследование которых поручалось Церкви вместе с государем, а к 3-му — те, преследование которых предоставлялось одному государю, без участия Церкви.
К 1-му разряду суеверий Собор отнес: 1) неприличный обычай на свадьбах, состоявший в том, что «когда священник поведет с крестом жениха и невесту в церковь, то их сопровождают глумотворцы, органщики, гусельники и смехотворцы, которые поют разные бесовские песни, пляшут и творят разные бесчинства, а священники им не запрещают». Собор определил, чтобы священники отнюдь не допускали такого бесчинства. 2) Царь заметил Собору, что «в Троицкую Субботу по селам и погостам мужчины и женщины сходятся на кладбища для поминовения умерших, причем сперва плачут с великим воплем, а потом, заставивши скоморохов играть разные бесовские игры, начинают скакать, бить в ладоши и петь сатанинские песни». Собор для прекращения этих беспорядков предписал священникам, чтобы они удаляли скоморохов с кладбища, а прихожан своих учили поминать умерших родственников молитвами и милостыней, а не песнями. 3) Государь поставил на вид Собору, «что в народе многие держатся бесовского обычая: в русальную субботу (в субботу Всех святых), на Иванов день, в навечерие Рождества Христова и Богоявления мужчины, женщины и девицы сходятся на ночные пляски и игры и песни, которые продолжаются до заутрени, а иные даже на Пасху или на Радоницу (вторник на Фоминой неделе) чинят разные бесовские дела; обычаи эти: отклич, вьюница, также радуница и другие бесовские заповеданные язычеством, а также в Великий Четверг палят солому и кличут поутру мертвецов, а невежественные священники берут приносимую им соль и кладут ее под престол и держат ее там от Светлого Воскресения до седьмого после Пасхи четверга». Для прекращения этих беспорядков Собор определил, чтобы епископы, каждый в своей области, рассылали по городам и селам грамоты с поучениями и внушали бы священникам строго смотреть за прихожанами — не следовать оставшимся от язычества обычаям, а самим не класть соль под престол; если же кто из священников будет подобное делать, тех лишать сана. 4) Царь жаловался Собору, «что суеверный народ в первый понедельник после Петрова поста ходит вить венки и петь песни по языческому обычаю». Собор на жалобу царя ответил запрещением этого обычая.
2-й разряд суеверий, преследование которых предоставлялось Церкви и государю; к ним Собор отнес: 1. «Обычай перед судебным поединком советоваться с волхвами и чародеями, которые прельщают народ разными еретическими хитростями, предлагают поединщикам свои кудеснические пособия и по Аристотелевым Вратам и Рафлям и звездам, показывающим счастливые и несчастливые часы, прельщают людей, вследствие чего ябедники, надеясь на кудесничество, не мирятся, выходят на бой и побиваются, — отчего умножается ябедничество». Собор возложил на государя обязанность издать указ, чтобы не было волхвов, чародеев и кудесников, а если и после указа окажутся такие, то на них налагать государеву опалу. Церковь же, со своей стороны, должна была учить христиан, чтобы они не верили волхвам и чародеям и не слушались их; тех же, которые не последуют этим внушениям, положено было отлучать от Церкви и проклинать. 2. Царь заметил, что в Пскове мужчины и женщины, чернецы и черницы моются вместе в банях, и собор на это замечание определил, что государь должен запретить мужчинам и женщинам мыться в банях вместе, а что касается чернецов и черниц, то Церковь брала на себя принятие мер к прекращению между ними разных безнравственных обычаев. Царь спрашивал соборное мнение о тех людях, «которые знают разные еретические хитрости: Рафли, Воронограй, Шестокрыл, Астрономию, Зодию, Альманах, Звездочет, Аристотелевы Враты и иные составы и мудрости еретические и кобы бесовские и ими прельщают людей и от Бога отлучают». Собор решил относительно людей, занимающихся еретическими мудростями, так: он предложил государю назначить им по мирским законам казнь, а епископам предписал преследовать их церковным отлучением и проклятием. 3. Собор на основании церковных правил определил отлучать от Церкви тех христиан, которые будут следовать эллинским обычаям: «призывать волхвов, плескать и плясать под бочками, призывать духов над корчагами, веровать в получаи, т. е. в роженицу, в обавников, кобников, волхвовать в марте месяце и при зарождении каждого месяца, раскладывать огни в воротах своих домов и перед торговищами и, волхвуя, с женами и детьми проходить сквозь тот огонь». Собор определил просить государя, чтобы он указал по всем городам не чинить эллинских бесовских игр и плясаний, а священникам предписал убеждать народ оставить подобные игры и обычаи.
3-й разряд суеверий, преследование которых возложено было на одного государя, был следующий: 1. «Что по дальним городам и селам скоморохи ходят большими ватагами человек по 60, по 70 и по 100 и в деревнях у крестьян сильно пьют и едят, подламывают клети и по дорогам разбивают». 2. «Что боярские дети и всякие бражники зернью играют и пропиваются, службы не служат, ни промыслами не занимаются и от них всякое зло чинится: крадут и разбивают и души губят». 3. «Что по селам, погостам ходят лживые пророки мужчины и женщины, девки и старухи нагие и босые, распустя длинные волосы, трясутся и убиваются, говорят, что им явилась св. Пятница Анастасия и велела им заповедать христианам, чтобы по средам и пятницам не делали ручного дела и платья не мыли, т. п.». Собор просил об уничтожении этих беспорядков самого царя, чтобы он сам принял меры против скоморохов, против игры в зернь и против лживых пророков. По предложению царя Собор имел право взять на себя уничтожение всех этих бесчинств и ввести порядок в жизнь мирян. Вероятно, Иван Васильевич сделал это предложение духовенству, потому что на западе эти дела находились в церковном ведении. Но наше духовенство отклонило от себя ведение делами мирян, оно определило над ними только духовный надзор.