С ушаков

Это произведение вышло отдельной книжкой в 1789 г. за несколько месяцев до появления «Путешествия из Петербурга в Москву». Ф. В. Ушаков — товарищ Радищева по Лейпцигскому университету, умерший в 1770 г. на двадцать третьем году жизни. Он был на несколько лет старше своих друзей и заметно выделялся среди них силой характера и жизненным опытом.

Слово «житие» употреблено Радищевым не в традиционном, агиографическом значении, а в смысле «биография». Жанр, предложенный Радищевым, следует рассматривать как одно из явлений просветительской литературы. Он подсказан традицией дидактических произведений, в которых выводился молодой человек, свободный от окружающих его «предрассудков», сам выработавший свое мировоззрение и выбирающий свой жизненный путь.

Ушаков отличался огромной любознательностью. Перед поездкой за границу он уже имел чин коллежского асессора и мог сделать блестящую карьеру, но жажда знаний оказалась сильнее, и он чиновничьему креслу предпочел студенческую скамью. В университете особенной любовью Ушакова пользовались математика и философия. Отрывки из его научных работ по юриспруденции Радищев публикует в качестве приложения в конце «Жития».

Ушаков отличался гражданским мужеством, ярко выраженными задатками вождя, руководителя. Об этом свидетельствует следующая любопытная история, рассказанная в «Житии». К русским студентам во время их обучения в Лейпциге был прикомандирован в качестве наставника майор Бокум, грубый и невежественный человек, который, по словам автора, «рачил более о своей прибыли, нежели о вверенных ему» (Т. 1. С. 161). Он присваивал большую часть денег, отпущенных на содержание студентов, вследствие чего они жили в нетопленых помещениях и голодали. Роль парламентера взял на себя Ушаков, но самодовольный Бокум не пожелал с ним разговаривать. Обстановка накалялась, назревало возмущение. «Единомыслие, — пишет Радищев, — протекло всех души, и отчаяние ждало на воспаление случая» (Т. 1. С. 168).

Сигналом к выступлению послужила пощечина, которую Бокум нанес товарищу Радищева — Насакину. Студенты во главе с Ушаковым настояли на том, чтобы Насакин потребовал от Бокума «в обиде своей удовлетворения», а если тот от дуэли откажется, вернул бы ему пощечину. Насакин вместо одного нанес Бокуму два удара. Перепуганный наставник позорно бежал и обвинил студентов в посягновении на его жизнь, после чего все они оказались под стражей и были освобождены только благодаря вмешательству русского посла.

События, описанные автором, дают ему возможность перевести разговор из бытового плана в план политический и уподобить поведение Бокума произволу монарха в деспотическом государстве, а возмущение студентов — восстанию народа против правителя-тирана. «Имея власть в руке своей… — указывает Радищев, — забыл гофмейстер наш умеренность и, подобно правителям народа, возомнил, что он не для нас с нами… Человек много может сносить неприятностей, удручений и оскорблений… Не доводи его токмо до крайности. Но сего-то притеснители частные и общие, по счастью человечества, не разумеют…» (Т. 1. С. 166-167). Политические аналогии Радищева были тогда же замечены княгиней Е. Р. Дашковой, которая указала своему брату А. Р. Воронцову на встречающиеся в книге Радищева «выражения и мысли, опасные по нашему времени».

На последних страницах «Жития» описана преждевременная кончина Ушакова. В поведении человека перед смертью Радищев видит одно из мерил его личности. «Пиющий Сократ отраву перед друзьями своими, — пишет он, — наилучшее преподал им учение, какого во всем житии своем не возмог» (Т. 1. С. 155-156). Как известно, древнегреческий мудрец высоко ценил в человеке его смелость и доказал это своей смертью. Ушаков мужественно встретил свой последний час. Узнав от врача о близкой кончине, он поблагодарил его за «нелицемерный ответ». Затем трогательно простился с друзьями. Спустя некоторое время он позвал к себе Радищева и, передав ему свои бумаги, сказал: «Употреби их… как тебе захочется. Прости теперь в последний раз; помни, что я тебя любил, помни, что нужно в жизни иметь правила, дабы быть блаженным, и что должно быть тверду в мыслях, дабы умирать бестрепетно» (Т. 1. С. 184).

Перед смертью Ушаков испытывал ужасные муки и попросил А. М. Кутузова дать ему яд. Кутузов, посоветовавшись с Радищевым, не посмел выполнить просьбу умирающего. Вспоминая об этом, Радищев размышляет о праве человека на самоубийство. В отличие от церковников, видевших в самоубийстве вызов божеству, просветители-материалисты считали, что человек вправе лишить себя жизни, если она приносит ему страдания. Радищев разделяет это мнение и просит Кутузова, которому он посвятил «Житие» Ушакова, оказать последнюю услугу другу, если существование станет для него невыносимым.

«Путешествие из Петербурга в Москву»

Лучшим произведением Радищева является его «Путешествие», Эта книга оказалась вершиной общественной мысли в России XVIII в. Ее с полным основанием можно поставить в один ряд с такими образцами русской литературы XIX в., как «Былое и думы» Герцена и «Что делать?» Чернышевского. Книга Радищева поступила в продажу в лавку купца Зотова в мае 1790 г. Имя автора не было указано. На титульном листе стоял эпиграф, взятый из «Тилемахиды» Тредиаковского: «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй». Стих Тредиаковского несколько изменен. В «Тилемахиде» чудище «стризевно»: автор имеет в виду трехглавого пса Цербера, стерегущего вход в царство мертвых, Аид. У Радищева чудище стозевно, поскольку подразумевается самодержавно-крепостническое государство с множеством охраняющих его учреждений. В главе «Хотилов» «стоглавным злом» названо крепостное право, в главе «Тверь» со стоглавой гидрой сравнивается церковь.

10 прославленных русских адмиралов

Россия — великая морская держава. Однако исторически выход в моря был тернист, завоевание пространства шло нелегкими путями экспедиций, войн. Мужественные и находчивые мореплаватели, простые матросы и талантливыефлотоводцы ковали славу российскому флоту. Доблестные защитники вписаны в военную летопись нашей страны. Несокрушимую силу русского флота демонстрировали они в боях под Гангутом и Гренгамом, под Чесмой и Керчью, под Наварином и Синойом, под Севастополем и в Цусиме. О десяти легендарных русских адмиралах, беззаветно служивших Отчизне, наша статья.

Федор Апраксин

Один из создателей русского военного флота, сподвижник Петра I, генерал-адмирал, первый президент Адмиралтейств-коллегии. Карьера Федора Матвеевича Апраксина началась в 1682 году, когда стал стольником Петра, участвовал в создании «потешного войска» и флотилии Переславского озера. В 1693–96 гг. он был назначен двинским воеводой и губернатором Архангельска, под его бдительным оком строится заложенный самим Петром I 24-пушечный фрегат «Святой Апостол Павел», город обрастает новыми укреплениями, расширяется Соломбальская верфь. Именно Апраксин заложил основы коммерческого и военного судостроения, впервые снарядил за границу русские суда с товарами. В 1697 году Апраксин контролировал судостроение и в Воронеже, где в срочном порядке создавался флот для Азовского моря. С 1700 года Ф.М. Апраксин – главный начальник Адмиралтейского приказа и Азовский губернатор, главный распорядитель всеми делами по устройству и снабжению адмиралтейств и судов, заходивших в Азовское и Балтийское моря. Он ведал делами снабжения, отвечал за строительство верфи в устье Воронежа, открытие пушечного завода в Липицах, выход в открытое море судов, постройку гавани и укреплений в Таганроге, углубление мелководных устьев Дона, исследовательские работы в море.

В 1707 году Федор Матвеевич пожалован в адмиралы и президенты адмиралтейств, получил личное командование над флотом на Балтийском море, а также часто командовал и сухопутными войсками. В 1708 он возглавил корпус, действующий в Ингерманландии, который отразил нападение шведов на Кроншлот, Котлин и Петербург: 28 сентября у Ракобора был разбит корпус Штромберга, а 16 октября – корпус Либекера в Капорском заливе (эти два корпуса по плану действия шведов шли с двух сторон и должны были в итоге объединиться). За победу Федор Матвеевич получил статус действительного тайного советника и графский титул. За заслуги Апраксина перед Отечеством и проявленное им военное искусство царь Петр наградил его специальной именной серебряной медалью, на одной стороне которой был изображен сам Апраксин и выгравирована надпись: «Царского Величества Адмирал Ф.М. Апраксин», а на другой – четыре военных парусных корабля на фоне сражения; вверху – две руки, простертые из облаков, держат лавровый венок – символ победы. По окружности – надпись: «Храня сие не спит; лучше смерть, а не неверность».

Александр Меншиков

Правая рука Петра Великого, Алексашка, харизматичная личность которого проявилась на многих поприщах, в том числе и в морском деле. Почти все инструкции и директивы, которые государь направлял в войска, проходили через руки Александра Даниловича. Нередко Петр подавал какую-либо мысль, а Меншиков находил для нее наилучшее воплощение. Он имел много чинов и регалий, в том числе в 1726 году он стал полным адмиралом. В день подписания Ништадтского мира, который завершил многолетнюю войну со шведами, Меншиков получил чин вице-адмирала. После этого он сосредоточился на вопросах внутреннего устройства российского флота, а с 1718 года отвечал за обустройство всех вооруженных сил России. Его правнук Александр Сергеевич Меншиков также был выдающимся адмиралом, командовавшим флотом в Крымской войне.

Иван Крузенштерн

Российский мореплаватель, адмирал. Он отличился не только в сражениях за Северное море, но и прославился как исследователь новых земель. Иван Крузенштерн вместе с Юрием Лисянским совершил первую русскую кругосветную экспедицию. Он открыл для России новые торговые пути в Ост-Индию и Китай. Он сумел доказать, что морское направление более выгодное. В период кругосветной экспедиции были исследованы такие острова Тихого океана, как Курилы, Камчатка и Сахалин. В 1827 году Крузенштерн назначен директором морского кадетского корпуса и членом адмиралтейств-совета. 16-летняя деятельность на посту директора ознаменована введением в курсы морского корпуса новых предметов преподавания, обогащением библиотеки и музеев его многими учебными пособиями, учреждением офицерского класса и другими улучшениями.

Павел Нахимов

Знаменитый русский адмирал, пожалуй, смог впервые проявить свой талант во время Крымской войны, когда черноморская эскадра под его командованием в штормовую погоду обнаружила и заблокировала главные силы турецкого флота в Синопе. В результате турецкий флот был уничтожен за считаные часы. За эту победу Нахимов получил Высочайшую грамоту Его Императорского Величества Николая со словами: «Истребление турецкой эскадры вы украсили летопись Русского флота новой победой». Нахимов также руководил оборонойСевастополя с 1855 года. Приняв непростое решение о затоплении русского флота, он перекрыл вражеским судам путь в бухту. Солдаты и матросы, защищавшие под его руководством южную часть Севастополя, называли адмирала «отцом-благодетелем».

Федор Ушаков

Адмирал Ушаков командовал Черноморским флотом, участвовал в Русско-турецкой войне, в ходе которой внес огромный вклад в развитие тактического ведения войны парусным флотом. Первую награду получил в 1783 году за успешную победу над чумой, свирепствовавшей в Херсоне. Действия Ушакова отличались необычайной отвагой и решительностью. Он смело выдвигал свой корабль на первые позиции, выбирая одно из опаснейших положений и тем самым показывая превосходный пример мужества своим командирам. Трезвая оценка обстановки, точный стратегический расчет с учетом всех факторов успеха и стремительная атака – вот что позволяло адмиралу выходить победителем во многих сражениях. Ушакова также по праву можно назвать основателем русской школы тактического боя в военно-морском искусстве. За ратные подвиги он был причислен Русской православной церковью к лику святых.

Владимир Шмидт

Предки адмирала Шмидта были выписаны в XVII веке Петром Великим в качестве корабельных мастеров из Франкфурта-на-Майне. Шмидт участвовал в Крымской войне, оборонял Севастополь и руководил морскими операциями в Русско-турецкую войну. За проявленную доблесть в боях был награжден золотым палашом «За храбрость» и орденом Святого Георгия IV степени. Только в одном 1855 году был четырежды ранен: в правую часть головы и грудь, осколком бомбы в левую сторону лба, в указательный палец левой руки и в левую ногу. К 1898 году стал полным адмиралом и кавалером всех существовавших на то время в России орденов. Его именем назван Мыс Шмидта на острове Русский.

Александр Колчак

Кроме того, что адмирал Колчак был вождем Белого движения и Верховным правителем России, он был еще и выдающимся ученым-океанографом, одним из крупнейших полярных исследователей, участником трех полярных экспедиций, а также автором монографии «Какой нужен России флот». Адмирал разработал теоретические основы подготовки и проведения совместных армейских операций на суше и в море. В 1908 году он читал лекции в Морской академии. Участвовал в Русско-японской войне, в том числе в самом продолжительном ее сражении – обороне Порт-Артура. В Первую мировую войну командовал дивизией миноносных кораблей Балтийского флота, а с 16-17-х годов – Черноморским флотом.

Владимир Истомин

Контр-адмирал русского флота, герой Севастопольской обороны. По окончании Морского корпуса в 1827 году простым гардемарином на линейном корабле «Азов» отправился в далекое плавание из Кронштадта в Портсмут, к берегам Греции. Там отличился в Наваринском сражении и получил Знак Отличия Военного ордена Святого Георгия и звание мичмана. В 1827-1832 годах В. Истомин бороздил Средиземное море, совершенствуя свое морское образование в серьезной военной обстановке, созданной продолжительными крейсерствами в Архипелаге и участием в блокаде Дарданелл и высадке на Босфоре. В 1830 году был награжден орденом Святой Анны 3-й степени. Впоследствии служил на Балтийском флоте, потом — на Черном море. В 1837 году был произведен в лейтенанты и назначен командиром парохода «Северная Звезда», на котором в том же году совершили плавание по портам Черного моря император Николай I с императрицей. Истомин награжден орденом Святого Владимира 4-й степени и бриллиантовым перстнем. В 1843 году он получил орден Святого Станислава 2-й степени. До 1850 года находился в распоряжении наместника на Кавказе князя Воронцова, принимая деятельное участие в совместных операциях армии и флота, направленных к покорению Кавказа. В 1846 году был награжден орденом Святой Анны 2-й степени, а в следующем году за действия против горцев произведен в капитаны 2 ранга. В 1849-м становится капитаном 1 ранга. В 1850 году он командир линейногокорабля «Париж». В 1852 году был представлен к ордену Святого Владимира 3-й степени. Отличился в Синопской битве 18 ноября 1853 года, за чтополучил звание контр-адмирала. В донесении императору адмирал П.С.Нахимов особенно отмечал действия линейного корабля «Париж» в Синопском бою: «Нельзя было довольно налюбоваться прекрасными и хладнокровно рассчитанными действиями корабля „Париж“». В 1854 году, когда началась осада Севастополя, Истомин был назначен командиром 4-й оборонительной дистанции Малахова кургана, а затем стал начальником штаба при вице-адмирале В. Корнилове. 20 ноября 1854 года Истомин был награжден орденом Святого Георгия3-й степени. Истомин был одним из деятельнейших и храбрейших участников в организации этой изумительной обороны. После смерти Корнилова он буквально ни на один день не покидал своих позиций; он и жил на Камчатском редуте, в землянке. 7 марта 1855 года 45-летнему В. И. Истомину ядром оторвало голову, когда он выходил из своей землянки. Истомин был погребен в севастопольском соборе Святого Владимира, в одном склепе с адмиралами М.П. Лазаревым, В.А. Корниловым, П.С. Нахимовым. В.И. Истомин имел четырех братьев, и все они служили во флоте; Константин и Павел дослужились до адмиральских чинов.

Владимир Истомин

Знаменитый российский флотоводец был воспитанником Морского кадетского корпуса. В 1823 году поступил на военно-морскую службу, был первым капитаном «Двенадцати апостолов». Отличился в Наваринском сражении 1827 года, будучи мичманом на флагмане «Азов». С 1849 года – начальник штаба Черноморского флота. Корнилов фактически является основоположником парового флота России. В 1853 году участвовал в первом историческом бое паровых судов: 10-пушечный парофрегат «Владимир» под его флагом начальника штаба Черноморского флота вступил в бой с 10-пушечным турецко-египетским пароходом «Перваз-Бахри». После 3-часового боя «Перваз-Бахри» вынужден был спустить флаг. Во время начавшейся войны с Англией и Францией фактически командовал Черноморским флотом, до своей героической гибели был непосредственным начальником П.С. Нахимова и В.И. Истомина. После высадки англо-французских войск в Евпатории и поражения русских войск на Альме Корнилов получил приказ от главнокомандующего в Крыму князя Меншикова затопить корабли флота на рейде, чтобы использовать матросов для обороны Севастополя с суши. Корнилов собрал на совет флагманов и капитанов, где сказал им, что, поскольку из-за наступления вражеской армии положение Севастополя практически безнадежно, флотдолжен атаковать противника на море, невзирая на огромный численный итехнический перевес врага. Пользуясь беспорядком в расположении английских и французских кораблей у мыса Улюкола, русский флот должен был напасть первым, навязав противнику абордажный бой, взрывая, если потребуется, свои корабли вместе с кораблями противника. Это бы позволило нанести вражескому флоту такие потери, что дальнейшие его операции были бы сорваны. Отдав приказ готовиться к выходу в море, Корнилов отправился к князю Меншикову и объявил тому свое решение дать бой. В ответ князь повторил отданное приказание — затопить корабли. Корнилов отказался повиноваться приказу. Тогда Меншиков распорядился отправить Корнилова в Николаев, а командование передать вице-адмиралу М.Н. Станюковичу. Однако раздосадованный Корнилов сумел дать достойный ответ: «Остановитесь! Это самоубийство… то, к чему вы меня принуждаете… но чтобы я оставил Севастополь, окруженный неприятелем — невозможно! Я готов повиноваться вам». В.А. Корнилов организовал оборону Севастополя, где особо ярко проявился его талант как военного руководителя. Командуя гарнизоном в 7 000 человек, он показал пример умелой организации активной обороны. Корнилов по праву считается основоположником позиционных методов ведения войны (непрерывные вылазки обороняющихся, ночные поиски, минная война, тесное огневое взаимодействие кораблей и крепостной артиллерии). В.А. Корнилов погиб на Малаховом кургане 5(17) октября 1854 года во время первой бомбардировки города англо-французскими войсками. Был погребен в севастопольском соборе Святого Владимира, в одном склепе с адмиралами М.П. Лазаревым, П.С. Нахимовым и В.И. Истоминым.

Всеволод Руднев

Герой Русско-японской войны, контр-адмирал Российского Императорского флота, командир легендарного крейсера «Варяг». В начале морской карьеры участвовал в кругосветном путешествии. Он одним из первых привез из Франции специально построенный для России паровой военный корабль. C 1889 года В.Ф. Руднев находился в заграничном плавании на крейсере «Адмирал Корнилов», снова под командованием капитана 1-го ранга Е.И. Алексеева. На «Адмирале Корнилове» Руднев участвовал в маневрах Тихоокеанского флота, стал старшим офицером корабля. В 1890-м возвращается в Кронштадт. С 1891-го он командует кораблями и продвигается по служебной лестнице. В 1900-м в Порт-Артуре проводились дноуглубительные работы на внутреннем рейде, перестроен и расширен сухой док, порт был электрифицирован, была укреплена береговая оборона. Руднев становится старшим помощником командира порта в Порт-Артуре. В то время Порт-Артур был базой 1-й Тихоокеанской эскадры, основы силы Русского флота на Дальнем Востоке. Руднев не был рад своему назначению, но, тем не менее, он взялся за работу с энтузиазмом. В декабре 1901 года он получил звание капитана 1-го ранга. В декабре 1902-го вышел приказ по Морскому министерству, которым Всеволод Фёдорович Руднев был назначен командиром крейсера «Варяг». На «Варяг» он пришел уже опытным морским офицером, прошедшим службу на семнадцати кораблях и командовавший девятью, будучи участником трех кругосветных путешествий, одно из которых проделал будучи командиром судна.

Обстановка на Дальнем Востоке России ухудшалась. Япония форсировала усилия по подготовке к войне. Японцы сумели добиться немалого превосходства в силах над дальневосточной группировкой войск Российской империи. Накануне войны «Варяг» распоряжением царского наместника наДальнем Востоке генерал-адъютанта адмирала Е.И. Алексеева был направлен в нейтральный корейский порт Чемульпо, в котором «Варяг» должен был охранять русскую миссию и нести обязанности старшего стационера на рейде.26 января (7февраля) 1904-го японская эскадра остановилась на внешнемрейде залива. На внутреннем рейде были русские — крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец», а также иностранные военные корабли. Утром 27 января (9 февраля) 1904 года Руднев получил ультиматум контр-адмирала Сотокити Уриу, объявлявший о том, что Япония и Россия находятся в состоянии войны. Японцы требовали от русских покинуть рейд до полудня, угрожая в противном случае открыть по ним огонь. Подобные действия в нейтральном порту явились бы нарушением международного права.

В.Ф. Руднев принял решение прорываться из залива. Перед строем офицеров и матросов крейсера он сообщил им об ультиматуме японцев и о своем решении. Японская эскадра преградила путь в открытое море. Эскадра противника открыла огонь». «Варяжцы» ответили, дав достойный отпор врагу, боролись с пробоинами и пожарами под мощным огнем противника. По сообщениям из разных источников, огнем с «Варяга» были повреждены японские крейсеры «Асама», «Чиода», «Такачихо» и потоплен один миноносец. «Варяг» вернулся в порт, имея сильный крен на один борт. Машины вышли из строя, порядка 40 орудий разбиты. Было принято решение: снять команды с кораблей, крейсер затопить, канонерскую лодку взорвать, чтобы они не достались врагу. Решение было незамедлительно исполнено. Раненный в голову и контуженный Руднев последним покинул борт корабля. Капитан 1-го ранга В.Ф. Руднев был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени, получил чин флигель-адъютанта и стал командиром эскадренного броненосца «Андрей Первозванный». В ноябре 1905-го Руднев отказался принять дисциплинарные меры против революционно настроенных матросов своего экипажа. Последствием этого было увольнение его в отставку с производством в контр-адмиралы. В 1907 году японский император Муцухито в знак признания героизма русских моряков направил В.Ф. Рудневу орден Восходящего солнца II степени. Руднев, хотя и принял орден, никогда его не надевал.

День памяти воина Феодора Ушакова

Праведный Феодор Ушаков родился 13 февраля 1745 года в сельце Бурнаково Романовского уезда Ярославской губернии. Происходил из небогатого древнего дворянского рода. Родители его — Федор Игнатьевич и Прасковья Никитична были людьми благочестивыми и глубоко верующими, главным условием воспитания детей они считали развитие в них религиозных чувств и высокой нравственности. Этому же способствовал и пример родного дяди – монаха Феодора, подвизавшегося в Санаксарском монастыре в далекой Мордовии.

В храме Богоявления-на-Острову, в трех верстах от Бурнаково, Федора крестили, здесь же в школе для дворянских детей он обучался грамоте и счету. В феврале 1761 года 16-летний Ушаков был зачислен в Морской кадетский корпус в Санкт-Петербурге, где прилежно постигал науки, проявляя особую склонность к арифметике, навигации и истории. Через пять лет учеба была завершена — молодой мичман принял присягу и получил назначение на Балтийский флот. Первые годы его службы прошли в интенсивной учебе под руководством опытных моряков. Благодаря своему усердию, пытливости ума, ревностному отношению к делу и высоким душевным качествам, молодой мичман Федор Ушаков успешно прошел эту первую школу морской практики и был переведен на юг, в Азовскую флотилию.

1775 год стал годом создания на Черном море регулярного линейного русского флота. За три года в 30 верстах от устья Днепра были выстроены адмиралтейство, порт и город Херсон. В августе 1783 года сюда прибыл 38-летний капитан второго ранга Федор Ушаков. А когда Крым был окончательно присоединен к России (в конце того же года), Екатерина II издала указ об устройстве на южных рубежах новых укреплений, в том числе и большой крепости Севастополь, с адмиралтейством, верфью для кораблей, портом и поселением. В августе 1785 года в Севастопольскую бухту вошел 66-пушечный линейный корабль «Святой Павел» с капитаном первого ранга Федором Ушаковым на борту.

Через два года — 11 августа 1787 года — Турция объявила России войну. Для ведения боевых действий были развернуты две русские армии, в задачу которых на первых порах входила охрана российской границы. И только флоту, базировавшемуся в Севастополе, были даны более широкие полномочия.

Вскоре произошла и первая генеральная баталия. Турецкий флот насчитывал 17 линейных кораблей и 8 фрегатов; в русской же эскадре, авангардом которой командовал капитан бригадирского ранга Федор Ушаков, было всего 2 линейных корабля и 10 фрегатов. И все же малочисленный русский флот впервые в открытом бою одержал победу над значительно превосходящими силами противника. Этому в большой степени способствовали личная храбрость, искусное владение тактикой и выдающиеся личные качества капитана Федора Ушакова, принявшего на себя руководство боем. Несомненное упование на помощь Божию и, как следствие, неустрашимость перед неприятелем — вот что было решающим во флотоводческом таланте капитана Ушакова.

За первый год русско-турецкой войны молодой Черноморский флот одержал решительную победу, приведя Оттоманскую Порту «в чрезвычайный страх и ужас». 45-летний Федор Ушаков, получив чин контр-адмирала, в начале 1790 года был назначен командующим Черноморским флотом. Князь Потемкин-Таврический писал императрице: «Благодаря Бога, и флот и флотилия наши сильней уже турецких. Есть во флоте Севастопольском контр-адмирал Ушаков. Отлично знающ, предприимчив и охотник к службе. Он мой будет помощник».

Через полгода недалеко от Керченского пролива произошло очередное сражение, в котором эскадра Ушакова вновь одержала блистательную победу над вдвое превосходящими силами турок. Потемкин докладывал Екатерине: «Бой был жесток и для нас славен тем паче, что… контр-адмирал Ушаков атаковал неприятеля вдвое себя сильнее… разбил сильно и гнал до самой ночи… Контр-адмирал Ушаков отличных достоинств. Я уверен, что из него выйдет великий морской предводитель».

Турки жаждали реванша: к утру 28 августа турецкий флот стоял на якоре между Гаджибеем (впоследствии Одессой) и островом Тендра. Сюда же со стороны Севастополя вышла русская эскадра. Завидев русские корабли, турки, несмотря на превосходство в силе, стали спешно рубить канаты и в беспорядке отходить к Дунаю. Всю мощь бортовой артиллерии Ушаков обрушил на передовую часть турецкого флота. Флагманский корабль «Рождество Христово» вел бой с тремя кораблями противника, а затем и с флагманом турецкого флота — 74-пушечной «Капуданией». И опять удача сопутствовала русским — взрыв «Капудании» стал завершающим звеном в победе при Тендре.

По возвращении в Севастополь командующим Черноморским флотом Федором Ушаковым был отдан приказ: «Выражаю мою наипризнательнейшую благодарность и рекомендую завтрашний день для принесения Всевышнему моления за столь счастливо дарованную победу. Всем, кому возможно с судов, и священникам со всего флота быть в церкви святого Николая Чудотворца в 10 часов пополуночи, и по окончании благодарственного молебна выпалить с корабля “Рождество Христово” из 51 пушки».

Через четыре года русско-турецкая война завершилась четвертой блистательной победой контр-адмирала Ушакова у мыса Калиакрия, за которую ему был пожалован орден святого Александра Невского. Один из сильнейших по тем временам турецкий флот был полностью уничтожен, и 29 декабря 1791 года в Яссах турки подписали мирный договор. Российское государство «твердою ногою встало на завоеванных им берегах Черного моря».

Еще в начале войны Федор Ушаков принял руководство над портом и городом Севастополем. Теперь, в мирное время, он организовал здесь ремонт боевых кораблей, строительство разных мелких судов, по его распоряжениям и при неустанном личном участии на берегах бухт строились пристани, перестраивалась небольшая соборная церковь святителя Николая — покровителя мореплавателей. Эти и другие работы часто оплачивал он сам из своего жалованья.

Теперь прославленный контр-адмирал, который «к вере отцов своих оказывал чрезвычайную приверженность», имел возможность регулярно посещать церковные службы. Сохранилось свидетельство о его жизни в Севастополе, когда он «каждый день слушал заутреню, обедню, вечерню и перед молитвами никогда не занимался рассматриванием дел военно-судных».

В начале 1793 года контр-адмирала Ушакова призвали в Петербург — Екатерина II пожелала видеть героя, стяжавшего громкую славу Отечеству, и «встретила в нем человека прямодушного, скромного, мало знакомого с требованиями светской жизни». За заслуги перед престолом и Отечеством императрица поднесла ему в дар золотой складень-крест с мощами святых угодников и пожаловала чин вице-адмирала.

***
В 1796 году на Российский престол вступил император Павел I. В то время революционная Франция «обратилась к завоеванию и порабощению соседних держав». Вице-адмирал Ушаков получил приказ привести в боевую готовность Черноморский флот, а в начале августа 1798 года — высочайшее повеление «тотчас следовать и содействовать с турецким флотом противу зловредных намерений Франции». Взяв курс на Константинополь, российская эскадра скоро приблизилась к Босфору. Командующим объединенными силами был назначен вице-адмирал Ушаков.

Так началась его знаменитая Средиземноморская кампания, в которой он показал себя не только как великий флотоводец, но и как мудрый государственный деятель, милосердный христианин и благодетель освобожденных им народов.

Первой задачей было взятие Ионических островов, расположенных вдоль юго-западного побережья Греции, главный из которых — Корфу, имея и без того мощнейшие в Европе бастионы, был еще значительно укреплен французами и считался неприступным.

Командующий поступил премудро: он обратился с письменным воззванием к жителям островов — православным грекам, призывая их содействовать в «низвержении несносного ига» безбожников-французов. Ответом была повсеместная вооруженная помощь населения. Как ни сопротивлялись французы, наш десант решительными действиями освободил острова Цериго, Занте и Кефалонию…

10 ноября 1798 года Федор Ушаков писал в донесении: «Благодарение Всевышнему Богу, мы с соединенными эскадрами, кроме Корфу, все прочие острова от рук зловредных французов освободили». 18 февраля 1799 года, в 7 часов пополуночи начался штурм и Корфу — на следующий день крепость пала. Это был день великого торжества адмирала Ушакова, торжества его военного таланта и твердой воли, поддержанных храбростью и искусством его подчиненных, их доверием к своему победоносному предводителю и его уверенностью в их непоколебимом мужестве.

Командующий сошел на берег, «торжественно встреченный народом, не знавшим границ своей радости и восторга, и отправился в церковь для принесения Господу Богу благодарственного молебствия… А 27 марта, в первый день Святой Пасхи, адмирал назначил большое торжество, пригласивши духовенство сделать вынос мощей угодника Божиего Спиридона Тримифунтского. Народ собрался со всех деревень и с ближних островов».

За победу при Корфу император Павел I произвел Федора Ушакова в полные адмиралы. Это была последняя награда, полученная им от своих государей.

Как полномочный представитель России, адмирал Ушаков создал на Ионических островах такую форму правления, которая обеспечила всему народу «мир, тишину и спокойствие». Так образовалась Республика Семи Соединенных Островов — первое греческое национальное государство нового времени.

В то же время в Северной Италии русские под предводительством славного Александра Суворова громили «непобедимую» армию французов. Суворов просил адмирала Ушакова оказывать ему всемерную поддержку с юга. И два великих сына России, находясь в теснейшем взаимодействии, били французских республиканцев на суше и на море. Русские моряки и десантники взяли город Бари, где отслужили благодарственный молебен у мощей святителя Николая Чудотворца, затем Неаполь и 30 сентября 1799 года вошли в Рим.

Неаполитанский министр Мишуру восторженно писал адмиралу Ушакову: «За 20 дней небольшой русский отряд возвратил моему государству две трети королевства. Конечно, не было другого примера подобного события: одни лишь русские войска могли совершить такое чудо. Какая храбрость! Какая дисциплина! Какие кроткие, любезные нравы! Здесь боготворят их, и память о русских останется в нашем отечестве на вечные времена».

На очереди была Мальта, но на исходе 1799 года адмирал Федор Ушаков получил приказ императора Павла I о возвращении вверенной ему эскадры в Севастополь.

Жители Республики Семи Соединенных Островов прощались с адмиралом Ушаковым и его моряками, не скрывая слез. Сенат острова Корфу назвал его «освободителем и отцом своим». На золотом, осыпанном алмазами мече, поднесенном ему на прощанье, было написано: «Остров Корфу — адмиралу Ушакову». Столь же памятные и дорогие награды были и от других островов…

26 октября 1800 года эскадра адмирала Феодора Ушакова вошла в Севастопольскую бухту.

***
В ночь на 11 марта 1801 года император Павел I был убит заговорщиками, на Российский престол взошел его сын Александр I. Политика России резко изменилась. И вскоре адмирал Федор Ушаков был переведен в Санкт-Петербург — при дворе возобладало мнение о ненужности большого флота для «сухопутной» России.

В 1804 году Федор Федорович составил подробнейшую записку о своем служении Российскому флоту, в которой как бы подытоживал свою деятельность: «Благодарение Богу, при всех означенных боях с неприятелем и во всю бытность оного флота под моим начальством на море, сохранением Всевысочайшей благости ни одно судно из оного не потеряно и пленными ни один человек из наших служителей неприятелю не достался (выделено мною. — О. Г.)».

Продолжая нести службу в должности главного командира Балтийского гребного флота и начальника Петербургских флотских команд, Федор Ушаков и эти обязанности исполнял с ревностью и усердием, как это вообще было ему свойственно. Кроме того, адмирал не забывал заботиться и о ближних: в его дом в Петербурге приходили за помощью многие. Одних он снабжал деньгами, одеждой, за других, особо нуждающихся, хлопотал перед именитыми сановниками; взял он на себя и заботу об осиротевших племянниках.

С болью Федор Федорович следил за происходящим в Европе: близился к завершению один из этапов франко-русской войны, готовился мир в Тильзите. Император Александр I вскоре сделается союзником Наполеона Бонапарта, а Ионические острова будут переданы «зловредным» французам…

19 декабря 1806 года легендарный адмирал подал императору прошение об отставке: «Душевные чувства и скорбь моя, истощившие крепость сил, здоровья, Богу известны — да будет воля Его святая. Все случившееся со мною приемлю с глубочайшим благоговением». Эти слова, венчающие ратный подвиг, славное и многотрудное служение родному Отечеству, свидетельствуют, что непобедимый воин был исполнен смирения и покорности воле Божией — это были чувства истинно христианские.

Отойдя от служебных дел, некоторое время он жил в Санкт-Петербурге, а в 1810 году переехал в деревню Алексеевка Темниковского уезда, вблизи Санаксарского Рождество-Богородичного монастыря. По свидетельству тогдашнего настоятеля монастыря иеромонаха Нафанаила, «адмирал Ушаков, сосед и знаменитый благотворитель Санаксарской обители… вел жизнь уединенную… по воскресным и праздничным дням приезжал для богомолья в монастырь к службам… В Великий пост живал в монастыре, в келлии… по целой седмице и всякую продолжительную службу с братией в церкви выстаивал… По временам жертвовал… обители значительные благотворения; также бедным и нищим творил всегдашние милостивые подаяния и вспоможения».

Началась Отечественная война 1812 года. На борьбу с французами поднялся весь народ — в Тамбовской губернии, как и везде, формировалось ополчение, начальником которого избрали Федора Федоровича Ушакова. Поблагодарив за оказанное доверие, адмирал отказался от этой чести по слабости здоровья. Вместе с тем на свои средства он устроил госпиталь для раненых, внес две тысячи рублей на формирование 1-го Тамбовского пехотного полка. Все, что имел, отдавал он «на вспомоществование ближним, страждущим от разорения злобствующего врага».

Остаток своих дней адмирал провел «крайне воздержанно и окончил жизнь свою как следует истинному христианину и верному сыну святой Церкви 1817 года октября 2-го дня и погребен по желанию его в монастыре подле сродника его из дворян, первоначальника обители сия иеромонаха Феодора по фамилии Ушакова же».

***
После праведной кончины Феодора Ушакова прошло почти два столетия. Его подвижническая и высокодуховная жизнь не были забыты в родном Отечестве. В годы Великой Отечественной войны его имя, наряду с именами святых благоверных князей-воинов Александра Невского и Димитрия Донского, вдохновляло защитников Родины. Высшей наградой для воинов-моряков стал орден адмирала Ушакова.

В декабре 2000 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II благословил прославить адмирала Российского флота Феодора Ушакова в лике праведных местночтимых святых Саранской епархии. А в августе 2006 года в Саранске был освящен единственный в мире храм, посвященный святому моряку.

Воин Феодор Ушаков, моли Бога о нас!

Facebook Вконтакте Одноклассники LiveJournal Google+ Вы можете поаплодировать автору (хоть 10 раз)0

Морской медведь: адмирал Ушаков и его победы

24 февраля 1745 года вдали от морей и океанов, в русской глубинке, родился Федор Федорович Ушаков — непобедимый адмирал, заложивший победные традиции русского Черноморского флота. В день 275-летия Ушакова «Известия» вспоминают судьбу великого российского флотоводца.

Его малая родина — сельцо Бурнаково, что затерялось в современном Рыбинском районе Ярославской области. В наши дни постоянных жителей в Бурнакове нет, ушаковская деревушка практически необитаема. Да и в те времена многолюдностью она не отличалась. И дворяне Ушаковы, не нажившие от трудов праведных палат каменных, жили небогато.

Поступить в гвардию он не решился: не хватало денег на блестящую светскую жизнь. Его школой стал Морской кадетский корпус, после которого Ушаков начал служить на кораблях Балтийского флота. В то время — единственного у России.

Прижизненных портретов Ушакова не сохранилось. Причиной тому — скромный нрав адмирала. Достоверных воспоминаний о нем тоже практически не осталось. По отдаленным слухам мы можем судить, что был он плечист, крепок телесно — сущий медведь с ярославского герба. Не был чужд литературного дара, ярко составлял реляции и приказы. В то же время — неловко чувствовал себя при дворе, сторонился балов и парадов. Хотя несколько лет прослужил в образцово-показательной морской гвардии в столице и придворные порядки волей-неволей вызубрил. Когда австрийский офицер в докладе однажды назвал русского моряка адмиралом фон Ушаковым, Суворов резко его прервал: «Возьми себе свое «фон», а русского адмирала, героя Калиакрии и Корфу, изволь величать Федором Федоровичем Ушаковым!» Такое отношение говорит о многом: Ушаков и по манерам, и по духу был истинно русским человеком.

Звездный час

Ушакову доверял всесильный князь Григорий Потемкин — строитель и покровитель русского Черноморского флота. Первый орден — Святого Владимира IV степени — капитан первого ранга Ушаков получил в 1785 году не за баталии, а за борьбу с чумой. В те дни на Херсонских верфях, да и вообще в Причерноморье свирепствовала эпидемия. По приказу Ушакова всех больных незамедлительно изолировали. Их переселяли в специальные землянки. Круглосуточно горели костры, и рабочие окуривали свою одежду, вытравляя заразу. Быстро были сколочены госпитальные палаты… Ушаков не думал о личной выгоде — и спас жизни многим морякам.

Фото: commons.wikimedia.org Князь Григорий Потемкин

А в 1787-м началась война с турками. Первый бой ему пришлось провести под руководством графа Марко Войновича — ровесника, уже носившего эполеты адмирала. Бригадир Ушаков при Фидониси командовал авангардом эскадры. Турецкий флот превосходил русский и по количеству, и по качеству кораблей. Но сказалась выучка русский артиллеристов и ушаковское умение действовать продуманно и дерзко. Виктория была настолько внушительной, что Ушаков и Войнович не сумели поделить славу, огорошив Потемкина доносами друг на друга. Потемкин наградил обоих, но в будущих кампаниях сделал ставку на Ушакова. И он снова и снова трепал и бил турецкий флот — при Керчи и Тендре. Совершал неожиданные высадки в османских портах.

Фото: commons.wikimedia.org Орден Святого Владимира IV степени

Но главную победу над Османским флотом Ушаков одержал в самом конце русско-турецкой войны, в 1791 году. Мыс Калиакрия (Калиакра) расположен в Болгарии, в переводе с греческого его название означает «красивый мыс». Тонкий перешеек на 2 км врезается в море. Там и сосредоточился османский флот.

В помощь турецкой черноморской эскадре подоспело подкрепление из Африки под командованием Сеида-Али — выходца из Алжира, знаменитого честолюбца. Чтобы распалить в своих матросах боевой дух, он делал громкие заявления: «Я проучу Ушакова! Доставлю его в Стамбул в цепях, как зверя!» Эти хвастливые заявления дошли и до Ушакова.

Фото: commons.wikimedia.org Сражение при Фидониси. Июль 1788 года

У турок было 18 линейных кораблей, 17 фрегатов, общее число орудий — 1,6 тыс. стволов на крупных кораблях. А еще — 43 вспомогательных корабля, также неплохо оснащенных. Помогали туркам и береговые укрепления с артиллерией. Эскадра Ушакова состояла из 18 линейных кораблей, двух фрегатов и 19 вспомогательных судов. Итого — меньше тысячи орудий.

Сражение при Тендре. 28–29 августа 1790 года

Фото: commons.wikimedia.org

Завидев турецкие корабли, Ушаков решился на молниеносную атаку — чтобы ошарашить противника. Тремя колоннами под огнем батарей с двух сторон русские фрегаты прошли между берегом и турецкой эскадрой.

В кульминации боя Ушаков на корабле «Рождество Христово» атаковал корабль Сеида-Али. Раненый паша покинул поле боя.

Сражение при Калиакрии. 11 августа 1791 года

Фото: commons.wikimedia.org

Ушаков писал Потемкину: турецкий флот был «весьма разбит, замешан и стеснен так, что неприятельские корабли сами друг друга били своими выстрелами». Турки беспорядочно отступали к Константинополю. «О, великий! Твоего флота больше нет!» — такими словами начал свой доклад султану Сеид-Али.

Недаром болгары считают битву при Калиакрии прологом к освобождению от турецкого ига.

Республика Семи Островов

Закончилась война. Не стало и Потемкина. Ушакова после всех побед наградили чуть менее щедро, чем это случилось бы при князе Таврическом. Но он продолжал укреплять Черноморский флот.

Ушаков снова понадобился большой политике в 1798 году, когда набирала ход антифранцузская коалиция европейских монархий.

Фото: commons.wikimedia.org Император Павел I

Павел I, ставший великим магистром ордена госпитальеров, мечтал освободить от революционных французов Мальту и получить базы для русского флота на Средиземном море. Объединенную русско-турецкую эскадру (вчерашние враги вступили в коалицию с Россией) возглавил Ушаков. Ушак-паша, как называли его новые союзники, первым делом отправился изгонять войска Директории с греческих островов.

Корфу, важнейший в стратегическом отношении остров, надежно прикрывали бастионы на близлежащем Видо. Позиции французов казались неприступными. Но Ушаков умело организовал осаду, отбивая все попытки французов прорваться на помощь к заблокированному гарнизону. Всё решил кровопролитный бой за бастионы Видо 18 февраля 1799 года. Под знаменами Ушакова воевали не только русские, но и турки, и греческие ополченцы. В плен сдались почти 3 тыс. французов, включая четырех генералов. Знамена, орудия, склады — всё досталось победителям.

Штурм морской крепости Корфу. 18–20 февраля 1799 года

Фото: commons.wikimedia.org

На Ионических островах и в наше время русского адмирала почитают как освободителя. И по праву. Посоветовавшись с местными представителями, Ушаков учредил Республику Семи Островов со столицей в Корфу. Это было первое суверенное греческое государство за несколько веков.

Не случайно, узнав о победе при Корфу, сам Суворов написал адмиралу восторженное письмо, в котором припомнил слова Петра I: «Россия в мире одна, она соперниц не имеет». Завершил фельдмаршал свое послание восклицанием: «Зачем я не был при Корфу хотя мичманом!» Для Ушакова, считавшего Суворова своим учителем, такая похвала была превыше всех наград.

Санаксарский отшельник

Стараниями Ушакова Черное море снова стало русским. Но новый император — Александр I — перевел флотоводца в столицу командовать Балтийским гребным флотом. Это было престижное, но не боевое назначение. И Ушаков заскучал. Да и старые раны давали о себе знать. В 1807 году он подал в отставку — со скромной пенсией и правом ношения мундира.

Император Александр I

Фото: commons.wikimedia.org

Старость Федор Федорович провел одиноко, в тихой деревушке неподалеку от Санаксарского монастыря. Основателем этой обители был родной дядя и тезка адмирала — старец Феодор Санаксарский. Всё больше времени адмирал проводил в кельях, стал в монастыре своим человеком, хотя пострига не принимал. Десять лет он безвылазно провел в этом глухом краю на Тамбовщине.

Фото: commons.wikimedia.org/Рассоха С. C. Могила Ушакова в Санаксарском монастыре, сентябрь 2007 года

В 1812 году, в грозные дни наполеоновского нашествия, Ушакова по старой памяти избрали начальником Тамбовского ополчения. Он благодарил сограждан за такую честь, но от военных дел отказался. Силы отказывали ему, а быть «свадебным адмиралом» Ушаков не желал. Он тихо умер в монастырских стенах осенью 1817 года — всеми забытый.

Запоздалая слава

За всю жизнь адмирал Ушаков не потерял ни одного корабля — ни в боях, ни в бурях. Ни один матрос, сражавшийся под его командованием, не попал в плен.

В фильме Михаила Ромма «Адмирал Ушаков» победами русского флотоводца восхищается молодой британский офицер Горацио Нельсон. Он учится у Ушакова и вслед за ним отказывается от рутинной «линейной тактики», сковывавшей тактические возможности флотоводцев. Так ли это было?

Фото: РИА Новости Кадр из художественного фильма «Адмирал Ушаков», снятого режиссером Михаилом Роммом на киностудии «Мосфильм» в 1953 году. В роли Федора Ушакова — актер Иван Переверзев

Конечно, британцы изучали морские сражения на Черном море и могли убедиться в том, что использование резерва и маневренная атака на главные силы противника не раз приносили русскому адмиралу успех в сражении. В битвах с огромными турецкими эскадрами Ушаков неизменно сосредотачивал огонь на флагманских кораблях — и находил кратчайшие пути к победе.

Но настоящую славу Ушаков снискал только во время Средиземноморского похода. И Нельсон, который в той кампании вел себя не безукоризненно, общался с «русским медведем» почтительно.

Орден Ушакова

К началу ХХ века Ушаков был почти забыт. Ему не ставили памятников, о нем не писали книг. В пантеоне героев России он оказался в тени адмирала Павла Нахимова, павшего за Отечество в осажденном Севастополе.

После революции слава царского адмирала и вовсе должна была померкнуть. Но случилось наоборот.

В годы Великой Отечественной возникла идея главной военно-морской награды — ордена, которым бы награждались флотоводцы. По образцу ордена Суворова. Возник вопрос: чьим именем назвать награду? Занялся этим адмирал Николай Кузнецов.

Фото: commons.wikimedia.org Орден адмирала Ушакова I степени, учрежденный Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 марта 1944 года

У него возникли две кандидатуры — Нахимова и Ушакова. Об обоих он доложил Сталину. Но кого поставить выше? Вроде бы Нахимов был куда более знаменит… Но, погрузившись в историю сражений, Кузнецов отдал предпочтение Ушакову: ведь он изменил тактику морского боя, не потерпел ни одного поражения… Долгая, безупречная победная карьера. Поразмыслив, с адмиралом согласился и Сталин. С тех пор и начался ренессанс интереса к Ушакову. Стали выходить книги и диссертации, посвященные наследию великого флотоводца. Так орден Ушакова стал более «весомым», чем орден Нахимова.

И началась у адмирала заслуженная посмертная слава. В театрах шла пьеса об Ушакове. Режиссер Михаил Ромм приступил к созданию цветной кинодилогии об Ушакове — «Адмирал Ушаков» и «Корабли штурмуют бастионы».

Мозаичный лик праведного воина Феодора Ушакова на западном фасаде колокольни Санаксарского монастыря

Фото: commons.wikimedia.org

В городах стали появляться улицы Ушакова, ему возводились памятники. Словом, справедливость восторжествовала. А к концу ХХ века оказалось, что Ушаков пользуется особым почитанием у православных верующих. В особенности в том краю, где он провел свои последние тихие годы и где похоронен. В 2001 году он был причислен к лику святых как праведный воин. А для русских моряков Ушаков — символ доблести и флотоводческой прозорливости.

Так случилось: в наши дни он значит для России больше, чем 100 или 200 лет назад. Суд Истории иногда выносит запоздалые, но справедливые решения.

Автор — заместитель главного редактора журнала «Историк»

Святой Фёдор Ушаков: праведник в адмиральских погонах

В 1804 году на стол высшего военного командования Российской Империи легла записка. В ней, среди прочего, содержались такие строки: «Благодарение Богу, при всех означенных боях с неприятелем и во всю бытность оного флота под моим начальством на море <…> ни одно судно из оного не потеряно и пленными ни один человек из наших служителей неприятелю не достался». В отличие от донесения других генералов, стремившихся выслужиться перед начальством, автор этих слов не лгал – за все годы своей службы на флоте он действительно не допустил ни гибели судов, ни пленения личного состава. Этого великого человека звали Федор Ушаков.

Будущий флотоводец родился в семье Федора Игнатьевича и Прасковьи Никитичны Ушаковых – представителей старинного русского дворянского рода. Супруги были людьми благочестивыми и набожными, а родным дядей Ушакова-младшего был Феодор Санаксарский – известный подвижник XVIII века. Вполне естественно, что с самого рождения Федю окружала особая обстановка, пропитанная духом молитвы, милосердия, взаимоуважения, любви. И эти благие семена, упавшие в душу мальчика, со временем принесли свои всходы. Дав своему сыну хорошее начальное образование, Ушаковы определили его в Морской кадетский корпус – до своей женитьбы отец Федора был сержантом лейб-гвардии Преображенского полка, и карьера военного виделась ему наиболее подходящей для его весьма талантливого отпрыска. Пять лет, которые юный Федор провел в стенах корпуса, показали, что выбор его отца был правильным – будущий моряк с увлечением постигал науки, проявляя особую склонность к арифметике, навигации и истории. Впоследствии это проявилось в его уникальной способности успешно вести не только сражения, но и сложные дипломатические переговоры.

Петр Бажанов. Адмирал Федор Ушаков

И все же главным было не это. За годы учебы Федор понял, что перед ним открыты два очень непохожих друг на друга пути. Либо он станет карьеристом, который идет по чужим головам к очередной должности или награде; либо – простым воином, который верно служит Богу, царю и Отечеству. Причем, делает это не ради каких-либо льгот и привилегий, а просто потому, что таков долг всякого, кто принял воинскую присягу. И к концу обучения Ушаков-младший окончательно избрал второй путь.

В 1766 году 21-летнего мичмана Федора приняли на Балтийский флот. Здесь он осваивал уже не теорию, а практику. Так прошло несколько лет, пока в середине 70-х годов его не перебросили на юг в составе так называемой Азовской флотилии. Это было время, когда крепнущая Россия выходила к Черному морю, отвоевывая его у Османской империи. Флот остро нуждался в молодых энергичных людях, готовых на себе потянуть столь нелегкую ношу первопроходца. Одним из таких людей и стал Федор Ушаков.

На Балтике он получил хороший опыт управления и тактики, теперь ему предстояло применить его в деле. А еще начинающий командир утвердился во мнении, что нельзя делить подчиненных на людей первого и второго сорта. Для него все моряки были равны, и он стремился действовать так, чтобы завершить любую военную операцию с наименьшими потерями. Сохранить жизни простых моряков, рискуя собственной жизнью – это убеждение стало жизненным кредо флотоводца. И если поднять сводки донесений за все годы службы Ушакова, то окажется, что под его началом воевали десятки тысяч матросов и офицеров, а погибло во всех сражениях около 500 человек. Это было своеобразным рекордом – другие командиры своих солдат практически не щадили, руководствуясь печально известным принципом: «Бабы новых солдат нарожают!»

Свою службу на юге Ушаков начинал в составе экипажей разных кораблей. Он смог отличиться в ходе нескольких важных кампаний, и его заметил князь Григорий Потемкин. На Федора Федоровича помимо военных были возложены еще и административные обязанности, с которыми он справился блестяще – с его именем связаны первые страницы летописей Херсона и Севастополя. Первый город стал главной судостроительной верфью, а второй – местом базирования Черноморского флота. С этим периодом связана и первая награда Ушакова. Весной 1783 года в Херсон пришла чума. Ее завезли турецкие суда, которые сразу подходили к городской пристани безо всякого карантина. С мая по октябрь скончалось около 12 000 человек. Существование города и строительство Черноморского флота было поставлено под угрозу. Все силы бросили на борьбу с эпидемией, которую погасили довольно быстро. Особенно эффективно это сделал Ушаков в отведенной ему зоне. Благодаря принятым мерам, в его команде не было ни одного смертного случая. За борьбу с эпидемией и сохранение команды Федор Федорович был награжден орденом Святого Владимира IV степени.

После успешной противочумной кампании капитан первого ранга Ушаков был переведен в Севастополь и в скором времени стал фактическим главой города. При нем закладывалась материальная база Черноморского флота, на берегах строились пристани, возводился первый городской храм. Эти работы Ушаков часто оплачивал сам из своего жалованья. Параллельно с этим на море шла война с Османской империей. На кон было поставлено право обладания Крымом и всем Северным Причерноморьем.

В течение 1767–1791 годов русский флот под командованием Федора Федоровича одержал ряд блистательных побед над турками, не потеряв ни единого корабля. За спиной Ушакова были Фидониси, Керчь, Тендра, Калиакрия, и все эти места навсегда отмечены славой великого флотоводца. Его талант принес победу России, а самому Ушакову – звание вице-адмирала. Но, даже имея столь высокий чин, он в глубине души оставался простым моряком. Многие общавшиеся с ним люди отмечали необычайную простоту в общении, прямоту, приветливость, и в то же время все это сочеталось с огромной силой воли, отвагой, мужеством и пламенной верой в Бога. По свидетельству очевидцев, в любом сражении Ушаков приказывал располагать свой корабль в самом эпицентре боя, лично отдавал команды, своим примером воодушевляя матросов и офицеров.

И неизменным оставалось его упование на Провидение. Адмирал всегда утверждал, что не тактика играет решающую роль (хотя ей он уделял огромное внимание), а помощь Божья. Он чувствовал себя в ответе за каждого подчиненного и понимал, что в сражении все равны перед страшным лицом смерти, так же, как равны перед Богом, имеющим все в Своей власти. Последним масштабным предприятием, которым руководил Ушаков, стала средиземноморская кампания 1798–1800 годов. За это время Черноморский флот смог освободить греческие острова в Средиземном море от оккупационного режима наполеоновской Франции. В этой экспедиции проявилась не только военная смекалка адмирала, но и его дипломатические способности. Желая обходиться малой кровью, Федор Федорович сначала договаривался о поддержке с местным населением, и лишь когда жители того или иного острова соглашались помогать русским, на берег высаживался десант, который быстро обезвреживал французские гарнизоны. Везде русских встречали как освободителей, а благодарные жители острова Корфу наградили флотоводца именным золотым мечом. Также флот Ушакова принимал участие в морской части военной операции по освобождению Италии от наполеоновских войск. Средиземноморский поход мог принести Ушакову еще немало побед, если бы не приказ императора Павла срочно возвращаться в Севастополь. 26 октября 1800 года эскадра легендарного адмирала вошла в Севастопольскую бухту. Через полгода император Павел был убит заговорщиками. На престол взошел его сын Александр I, что повлекло за собою резкое изменение политики России. Новому государю флот оказался не нужен – в военном руководстве возобладали сторонники развития сухопутных сил.

Ушаков остался не у дел. Его перевели в Петербург на заурядную должность командующего Балтийского гребного флота. Фактически это было списание со счетов. Но и в столице Ушаков продолжал оставаться простым морским волком, заботиться о быте моряков, хлопотать о самых несчастных и обездоленных сослуживцах. А в 1807 году прославленный флотоводец окончательно ушел на покой, переехав в Тамбовскую губернию. По словам игумена Санаксарского монастыря Нафанаила, возле которого находилось имение Ушакова, пожилой моряк «вел жизнь уединенную, по воскресным и праздничным дням приезжал для богомолья в монастырь к службам, В Великий пост живал в монастыре по целой седмице и всякую продолжительную службу с братией в церкви выстаивал. По временам жертвовал обители значительные благотворения; также бедным и нищим творил всегдашние милостивые подаяния и вспоможения».

Все пережил этот великий человек – и войну, и смерть, и разлуку с Родиной, и славу, и забвение. Но всегда мог поднять руку в крестном знамении и, обратившись к иконам, сказать: «Слава Богу за все!» Этими словами он часто начинал свои рапорты, эти слова повторял каждый раз при возвращении из очередного рейда. И эти же слова он учил повторять своих сослуживцев, напоминая им, что они вернулись только потому, что Господь уберег их.

Последний раз столкнуться с делом государственной важности Федору Ушакову пришлось в 1812 году, когда ему предложили возглавить тамбовское народное ополчение. Он отказался. Годы его в ту пору были уже не те, чтобы брать на себя командование. Но все-таки остаться в стороне адмирал не мог – на свои личные средства он устроил госпиталь для раненых. Оставшуюся же часть денег – две тысячи рублей – Ушаков внес на формирование I Тамбовского пехотного полка. За Родину он готов был умереть, и ей же он мог отдать все, что имел.

Великий сын России умер 2 октября 1817 года, проведя последние годы жизни в посте и молитве. По воспоминаниям все того же игумена Нафанаила, адмирал проводил время «крайне воздержанно и окончил жизнь свою, как следует истинному христианину и верному сыну Святой Церкви, <…> и погребен по желанию его в монастыре подле сродника его из дворян, первоначальника обители сия иеромонаха Феодора по фамилии Ушакова же» (имеется в виду дядя флотоводца – старец Федор Санаксарский).

Адмирал Ушаков при любой власти был образцом. Даже в советские времена, когда дореволюционных героев не очень жаловали, именем прославленного флотоводца называли улицы, предприятия, военные и пассажирские суда. Этот человек стоял у истоков флотской тактики нового времени, когда решающая роль в сражениях стала отводиться не столько самой артиллерии, сколько точным попаданиям по кораблям противника. Ушаков ломал все существовавшие до него правила, смело менял построение за считанные минуты до начала боя, действовал не по заранее заготовленным схемам, а только исходя из конкретной ситуации. Он не боялся рисковать, равно, как и не боялся полностью положиться на Бога, который и выводил его команду живой.

В 2001 году Церковь признала Федора Ушакова местным святым, почитаемым в пределах Саранской епархии. А в 2004 году Архиерейский собор признал легендарного адмирала святым в масштабах всей Церкви. Его канонизировали не за государственные заслуги, а за то, что в центр своей личной жизни он ставил евангельские идеалы, следуя им в меру сил и возможностей. Федор Ушаков сочетал свой высокий воинский чин с глубоким смирением, неподдельной скромностью и искренней верой.

На заставке фрагмент картины художника Блинкова А. А., 1911 — 1995.