Река березина 1812

Все мы хорошо помним, чем закончился поход великого полководца Наполеона Бонапарта на земли Российской империи. Триумфальная военная операция обернулась для французского правителя позорным бегством, в котором российская армия преследовала Наполеона буквально по пятам. Не удивительно, что в надежде спасти свои жизни французы оставили на дорогах немало добра, которое в последствии перешло во владения Российской империи. Но, если верить преданиям, существовали и богатства, которые были надежно сокрыты от человеческих глаз. Одним из них является клад золотых монет, спрятанный на берегу реки Березина, что в современной Белоруссии.

Легенда гласит, что появился клад во времена, когда войска Наполеона занялись строительством переправы через водоем. Армия Российской империи успела захватить все существующие переправы, а потому французский полководец отдал приказ строить новую у Борисова. Это произошло 13 ноября 1812 года. Однако уже 16 ноября русские части под командованием Витгенштейна и Чичагова настигли французов и завязался бой. В сражении отступающая сторона приняла единственное правильное решение – оставить многие обозы, дабы спасти собственные жизни. Чем и воспользовались некоторые солдаты российской армии.

Спустя многие годы в 1836 году дом дворянина Станислава Рачковского посетили солдаты, что ехали домой, окончив длительную 25-летнюю службу. Один из незваных гостей по имени Иоахим сильно болел, из-за чего житель Борисова решил оставить его у себя в надежде вылечить солдата. Но тот умирал. И понимая это, решил рассказать дворянину о том, что в далеком 1812 году участвовал в боях у реки Березина. Там он и его девять сослуживцев, отправленные в дозор, заметили французскую телегу, застрявшую в грязи. В этой самой телеге оказались несколько бочек с золотыми монетами. Видимо, французы оставили тяжелую ношу, чтобы поскорее унести ноги.

Клад закопали у берега реки Березина

Иоахим с товарищами быстро смекнули, что это может стать прекрасным вознаграждением за длительные годы службы в российской армии. А потому быстро выкопали у реки яму и высыпали туда все найденные монеты. Чтобы скрыть свежевскопанную землю солдаты развели там костер. Но вернуться за кладом им было не суждено. Все, кроме Иоахима, погибли в сражениях. А сейчас, чувствовал солдат, смерть пришла и за ним. Так и произошло. Старый солдат умер, а Рачковский не особо поверил истории погибшего.

Но зато поверил ему сын дворянина по имени Юлиан, который долго не решался на поиски клада, а позже и вовсе был сослан в Вятскую губернию за высказывания против государственного строя страны. Уже в 1897 году Юлиан, понимая, что до сокровищ Наполеона ему никак не добраться, отправил записку на имя министра земледелия и государственных имуществ с местом хранения клада. Однако ответом ему стали лишь слова о том, что информация принята к сведению, после чего связь с министерством была потеряна.

Поговаривают, что тогда так никто и не отправился на поиски золота Наполеона. Может не поверили россказням пожилого уже к тому времени бунтаря, а может просто не захотели тратить время и средства. Но тогда монеты французской армии до сих пор закопаны где-то у реки Березина и найти их может абсолютно каждый человек. С одной лишь поправкой на то, что со времен событий сокрытия золота прошло уже более двухсот лет, а значит ландшафт там мог значительно измениться. Но это вовсе не означает, что найти их абсолютно невозможно. К тому же, современные кладоискатели имеют куда больше средств для того, чтобы искать золотые изделия, нежели их коллеги по цеху в те давние времена.

Река Березина

Начало 20 в.Обрыв при реке Березине. Бобруйск. Начало ХХ века.На БерезинеСтарый мост через Березину в Бобруйске. 1942 год.Березина у Бобруйска в годы Первой Мировой войны. Мосты через Березину возле Бобруйска.

В Бобруйске три реки — самая крупная Березина и две небольшие речушки Днепрец и Бобруйка. А всего на территории Бобруйского района протекает 1 большая (Березина) и 9 малых рек (их протяженность составляет 146 км).

Издавна река Березина и ее притоки являлись водными путями от Днепра и дальше, в Причерноморские земли. Когда-то по берегам этих рек стояли непроходные пущи и леса, полные зверей, птиц. диких пчёл. грибов. ягод и всего остального. что давало человеку возможность осесть здесь основательно и навсегда, налаживать свою жизнь и думать о потомках.

О том, что первыми поселенцами были славяне, говорит название реки — от старославянских «Брзна», «Брзая» – «быстрая», «борзая», или по-белорусски «хуткая», «борздкая». Со временем название трансформировалось в «Березину» – «Бярэзіну».

Березина — правый приток Днепра. Река берёт начало в болотистой местности севернее Минской возвышенности, в Березинском заповеднике близ города Докшицы. Протекает в южном направлении по Центральноберезинской равнине.

Это самая длинная река, которая к тому же течет только по территории одной страны — Беларуси. Длина реки — 613 км, площадь бассейна — 24 500 км².

На реке Березина находятся, кроме Бобруйска, города Борисов, Березино и Светлогорск.

Бассейн реки Березина расположен на юго-восточном склоне Белорусской гряды, являющейся водоразделом между Балтийским и Черным морями. На севере он граничит с бассейном реки Западная Двина, на западе, востоке и юге – соответственно, с бассейнами рек Птичи, Друти и Припяти. Наибольшая длина бассейна 320 км, средняя ширина – 77 км.

Русло Березины извилистое. Глубины колеблются от 1,5 до 3 метров, достигая 5-7 м на плёсах.

Берега крутые, высотой 1-2 метра.

На реке Березина расположен филиал РТУП «Белорусское речное пароходство» речной порт Бобруйск. В Бобруйске через реку перекинуты три моста — один железнодорожный и два автомобильных. Один из них в районе санатория им. Ленина и ведёт в Титовку. Второй — более новый — является продолжением улицы Крылова.

Река Березина в Бобруйске.

Березина – памятная Франции русская река

После сражения под Красным Наполеон вел армию на Запад, не рассчитывая на новые громкие победы в России. Армия Кутузова значительно отстала от отступающих французов. Но с юга путь Великой армии должна была перерезать свежая 25-тысячная армия адмирала Чичагова. С Севера на Наполеона наступала 35-тысячная армия Витгенштейна, уже бившая французов в достаточно серьезных сражениях.

16 ноября Чичагов занял Минск. Ему достались французские склады продовольствия. А две тысячи раненых наполеоновцев попали в плен. В руках Чичагова на время оказался и Борисов, но корпус маршала Удино выбил русских из этого тактически важного городка… Войска Чичагова вроде бы контролировали все возможные пункты переправы.

Наполеон подходил к Березине. В его распоряжении оставались от 30 до 40 тысяч боеспособных солдат. И столько же разоруженных и раненых. Демонстрационным маневром Наполеон убедил Чичагова, что переправа готовится к югу от Борисова. Чичагов стягивал туда войска, а французы скрытно строили понтонные мосты севернее Борисова, у деревни Студёнки.

Деревушка оправдала свое название: осень выдалась холодная, по реке уже плыли льдины. Французские понтонёры, часами самоотверженно работавшие по пояс и по шею в воде, умирали от холода.

Замерзшая Березина у Студёнки

26 ноября французы начали переправу. Малочисленный русский отряд генерала Чаплица обстреливал французские войска из двух пушек издалека, ближе все подходы к мостам охранялись французами. Переправа проходила практически беспрепятственно – и, конечно, это просчет Чичагова.

На следующий день сражение приняло больший размах. Французам удалось оттеснить отряд Чаплица. Зато под Борисовом активно действовали войска Витгенштейна. Французская дивизия генерала Партуно была вынуждена сдаться.

Главные силы Чичагова принялись атаковать переправившихся французов только 28 ноября. Адмирал бросил в бой лучших, но и французы оборонялись упорно. Маршал Удино раненый покинул поле боя, его заменил маршал Ней. На обоих берегах Березины, в болотах и перелесках шли бои…

Французы пытались продолжать переправу, сотни человек погибали в реке под артиллерийским обстрелом.

Мост через Березину. Ю. Фалат, 1890 г.

Решающие часы настали 29 ноября, когда к месту сражения подошли силы Витгенштейна. На восточном берегу остались обозы и остатки армии. Мосты были сожжены. Обозы достались казачьим частям армии Витгенштейна.

Историк Алексей Мартос, сын известного скульптора, вспоминал, какая картина открылась армии Витгенштейна:

«Равнина была покрыта каретами, телегами, большею частью переломанными, наваленными одна на другую, устлана телами умерших женщин и детей, которые следовали за армией из Москвы, спасаясь от бедствий сего города или желая сопутствовать своим соотечественникам, которых смерть поражала различным образом. Участь сих несчастных, находящихся между двумя сражающимися армиями, была гибельная смерть; многие были растоптаны лошадьми, другие раздавлены тяжелыми повозками, иные поражены градом пуль и ядер, иные утоплены в реке при переправе с войсками или, ободранные солдатами, брошены нагие в снег, где холод скоро прекратил их мучения».

Потери наполеоновской армии составили более 20 тысяч человек. Кроме того, погибли тысячи небоеспособных и гражданских. Потери русских были в 3-4 раза меньше. И всё-таки сражение сочли неудачным: Наполеону удалось спастись и сохранить часть армии. Удалось, даже угодив в мышеловку, обмануть Чичагова и переправиться.

Как это часто бывает, обе стороны пытались представить сражение как свою моральную победу. На стороне русских – несомненное стратегическое преимущество. Французы отступали, русские изгоняли интервентов за пределы Отечества. Но ход самого сражения ни Чичагов, ни Витгенштейн не могли записать в свой актив.

Тактически французы переиграли наших чудо-богатырей, которые не сумели наголову разгромить противника, попавшего в отчаянное положение. Так и воспринимали березинскую неудачу в Санкт-Петербурге – без снисхождения к нашим генералам.

У французов – своя правда. Многие из них прославляли гений императора, которого не остановили ни мороз, ни превосходящие силы русских. Впрочем, историки, недоброжелательно настроенные по отношению к Наполеону (например, Адольф Тьер), говорили о березинской катастрофе, о крахе Великой армии не только по вине генерала Мороза.

Петер фон Гесс. Переправа через Березину

Лев Толстой преуменьшал значение Березины в ходе кампании. Он писал:

«В сущности же, результаты Березинской переправы были гораздо менее гибельны для французов потерей орудий и пленных, чем Красное. Толпа французов бежала с постоянно усиливающейся силой быстроты, со всею энергией, направленной на достижение цели».

Историк Харкевич в конце XIX века, пожалуй, первым признал ответственным за несостоявшийся разгром французов генерала Витгенштейна:

«Весьма веские соображения должны были побуждать Витгенштейна начать движение на Студянку, не теряя ни одной минуты. Только в этих условиях мог он рассчитывать на достижение существенных результатов. Тем не менее, Витгенштейн отказался от движения к пункту переправы французской армии и остановился на решении идти на мызу Старый Борисов».

Действительно, Витгенштейн располагал возможностями просто раздавить остатки Великой армии. Не удалось.

Крылатыми стали строки басни Ивана Андреевича Крылова «Щука и Кот»:

Беда, коль пироги начнет печи сапожник,
А сапоги тачать пирожник,
И дело не пойдет на лад.
Да и примечено стократ,
Что кто за ремесло чужое браться любит,
Тот завсегда других упрямей и вздорней:
Он лучше дело всё погубит,
И рад скорей
Посмешищем стать света,
Чем у честных и знающих людей
Спросить иль выслушать разумного совета.

Но мы редко вспоминаем, что эта басня непосредственно связана с Отечественной войной 1812 года и со сражением на Березине! А у незадачливой Щуки есть реальный прототип – адмирал Павел Чичагов. Помните завязку этой басни?

Зубастой Щуке в мысль пришло
За кошачье приняться ремесло…

Вот так и моряк Чичагов стал тягаться с Бонапартом на суше. Правда, не по собственному капризу, а по приказу императора и замыслу Кутузова…

Павел Васильевич Чичагов – адмирал, сын адмирала – был храбрым моряком. Командуя кораблем «Ростислав», он сражался со шведами при Эланде. А чуть позже прославился умелыми действиями в морской битве на Выборгской губе. После этих побед Чичагов продолжил образование в Великобритании, и на всю жизнь проникся уважением к этой морской державе.

Жестокой обструкции Чичагов подвергся в годы правления императора Павла. Он влюбился в англичанку, намеревался на ней жениться. Недоброжелатели настроили императора против Чичагова, а помолвку представили чуть ли не государственной изменой. Переменчивый Павел собирался то низвергнуть, то повысить в звании Чичагова, но во время личной аудиенции пришел в ярость.

В ответ на угрозу заключения в крепость Чичагов хладнокровно ответил, что Георгиевского кавалера нельзя бросить в каземат. Тогда по приказу Павла Петровича с него сорвали орден. В гневе Чичагов сбросил с себя мундир… В Петропавловскую крепость его доставили в легкой рубахе.

Павел Васильевич Чичагов

Как водится, после убийства Павла Чичагов оказался в близком окружении нового императора и даже был назначен министром морских сил. Царь и адмирал вели доверительную переписку.

В апреле 1812 года Александр I назначил Чичагова командующим Дунайской армией, Черноморским флотом и генерал-губернатором Молдавии и Валахии, приказав осуществить разработанный лично им план военных действий против Турции, составленный императором под влиянием недовольства медлительностью Кутузова. Впрочем, до прибытия Чичагова на театр военных действий Кутузов всё-таки успел завершить дело выгодным для России миром…

Ну, а осенью 1812-го Кутузов дал Чичагову возможность обессмертить свое имя, преследуя изможденных французов. Как воспользовался адмирал этим шансом – мы знаем. Самое страшное, что он приобрел репутацию неудачника. И был взбешен этим.

Петр Вяземский вспоминал:

«Адмирал Чичагов после Березинской передряги невзлюбил Россию, о которой, впрочем, говорят, отзывался он и прежде свысока и довольно строго. Петр Иванович Полетика, встретившись с ним в Париже и прослушав его нарекания всему, что у нас делается, наконец сказал ему с своею квакерскою (а при случае и язвительною) откровенностью: “Признайтесь, однако же, что есть в России одна вещь, которая так же хороша, как и в других государствах”. – “А что, например?” – спросил Чичагов. “Да хоть бы деньги, которые вы в виде пенсии получаете из России”».

Николай I исправил это: Чичагова оставили без пенсии… Конечно, в нищету неприкаянный адмирал не впал, но был оскорблен таким отношением государя. Вот так березинская оплошность надломила судьбу одного из блестящих деятелей «дней Александровых прекрасного начала». Многое помнят воды Березины.