Раскол, что это?

Раскол в Русской Церкви

Церковный раскол в России в 17 веке. Хотели, как лучше…

📕 |

В 21 столетии в России не осталось ни одного социального института, которого бы не коснулись те или иные преобразования, за исключением самого консервативного из них – Русской Православной Церкви. Споры и дискуссии о реформировании церковной жизни ведутся давно. Вопросы о замене текстов с церковнославянского на русский язык, переходе на новоюлианский календарь, принятии устава для мирян широко обсуждаются в светских и православных средствах массовых информаций.

Однако необходимо вспомнить, хотя бы кратко о церковном расколе 17 века, когда Православная Церковь подверглась реформированию, результатом которого стал раскол русского народа, а его последствия не преодолены по сей день.

Причины проведения церковной реформы в 17 веке

Обсуждение необходимости реформы церковной жизни началось в 1640-е годы. В то время в столице был организован «кружок ревнителей благочестия». Представители духовенства, являвшиеся участниками кружка, выступали за унификацию церковных текстов и правил богослужения. Однако не было единства в вопросе о выборе образца, по которому бы вносились изменения. Одни предлагали взять в качестве образца древнерусские церковные книги, а другие – греческие.

В результате победу одержали те, кто выступал за приведение церковных книг и обрядов в соответствие с византийскими канонами и этому было несколько объяснений:

  • Стремление Российского государства упрочить свое международное положение среди православных стран. В правительственных кругах была популярна теория о Москве как о Третьем Риме, выдвинутая еще в 15 столетии псковским старцем Филофеем. После церковного раскола 1054 года, духовным центром Православной церкви стал Константинополь. Филофей полагал, что после падения Византии, российская столица стала оплотом истинной православной веры. Русскому царю для подтверждения этого статуса Москвы необходимо было заручиться поддержкой греческой церкви. Для этого требовалось привести богослужение в соответствие с греческими правилами.
  • В 1654 году территория польской Украины, по решению Переяславской Рады, присоединилась к Российскому государству. В новых землях православная литургия проводилась по греческим канонам, поэтому унификация богослужебных правил способствовала бы процессу объединения России и Малороссии.
  • Стабилизация внутриполитической обстановки. Немного времени прошло с того момента как отгремели события Смутного времени, и в стране еще периодически вспыхивали небольшие очаги народных волнений. Установление единообразия правил церковной жизни представлялось правительству важным инструментом в поддержании национального единства.
  • Несоответствие русского богослужения византийским канонам. Внесение поправок в литургические правила, чем был и вызван церковный раскол, были второстепенными в проведении церковной реформы.

Царь Алексей Михайлович и патриарх Никон

Так при каком царе церковный раскол русского народа произошел? При государе Алексее Михайловиче, царствовавшем с 1645 по 1676 годы. Он был деятельным правителем, старательно вникавшем во все вопросы, касающиеся России. Считая себя истинно православным, не мало внимания уделял и церковным делам.

Современники прозвали Алексея Михайловича Тишайшим, однако его правление пришлось на неспокойное и тревожное время, омраченное множеством войн и бедствий.

В России церковный раскол связан именем патриарха Никона, в миру известного как Никита Минин (1605-1681 гг.). По воле родителей стал священнослужителем и на данном поприще сумел сделать блестящую карьеру. В 1643 году он получил высокий духовный сан игумена Кожеозерского монастыря в Архангельской губернии.

В 1646 году Никон, прибыв в Москву для улаживания монастырских дел, был представлен молодому царю Алексею Михайловичу. Семнадцатилетнему государю так приглянулся игумен, что он оставил его при дворе, назначив архимандритом Московского Новоспасского монастыря. Благодаря царской милости, впоследствии Никон получил сан Новгородского митрополита.

Царь Алексей Михайлович и патриарх Никон – инициаторы церковной реформы в 17 веке

По повелению царя в 1651 году Никон был вновь возвращен в Москву и с этого момента его влияние на Алексея Михайловича еще больше возросло. Он вошел в полное доверие к государю, активно участвовал в решении многих государственных вопросов. Вершины своей карьеры Никон достиг в 1652 году, взойдя на патриарший престол, после смерти патриарха Иосифа. С этого времени начинается подготовка церковной реформы, необходимость которой назревала давно.

Кратко о реформах патриарха Никона и церковном расколе

Первое, на что направил свою деятельность новый патриарх была редакция всех церковных книг, которые необходимо было привести в соответствие с греческими канонами. Однако начальной датой церковного раскола 17 века считается 1653 год, когда вводятся изменения в богослужебные правила, и начинается противостояние между патриархом Никоном и его сторонниками – с одной стороны и приверженцами старых обрядов – с другой.

Кившенко А.Д. Патриарх Никон предлагает новые богослужебные книги

Теперь остановимся кратко на реформах Никона и церковном расколе, последовавшем за ними:

  • замена двуперстного знамения на троеперстное. У противников реформ это нововведение вызвало больше всего нареканий. Крестное знамение, совершаемое новым способом, расценивалось как неуважение к самому Господу, ведь из трех пальцев получался «кукиш Богу»;
  • написание «Иисус» вместо «Исус»;
  • сокращение числа просфор для литургии;
  • во время службы вместо земных поклонов необходимо было совершать поясные;
  • движение во время крестного хода теперь совершалось против солнца;
  • в церковном пении стали произносить три раза «Аллилуйя» вместо двух.

Реформы, проводимые патриархом Никоном, стали главной и основной причиной церковного раскола 17 века.

Что такое церковный раскол и каковы его причины?

Русским церковным расколом называется отделение значительной части верующего населения от Православной Церкви и выступающих против церковных преобразований, проводимых патриархом Никоном.

Если говорить кратко о причинах церковного раскола 17 века, оказавшего влияние на всю дальнейшую историю российского государства, то они были непосредственно связаны с недальновидной политикой светской и церковной властей.

Следует заметить, что негативно сказался на отношениях власти и церкви, церковный раскол, кратко охарактеризовать которые можно как охлаждение и конфронтация. Причиной тому стали жесткие методы, которыми руководствовался патриарх Никон, осуществляя свою реформу. По повелению царя в 1660 году духовный собор низложил Никона с патриаршего престола. В дальнейшем его лишили священнического сана и сослали в Феропонтов Белозерский монастырь.

С отстранением Никона от власти, церковные реформы не были свернуты. В 1666 году Церковный Собор официально утвердил новые обряды и церковные книги, которые должны были быть приняты всей Православной Церковью. Решением того же Собора сторонники «старой веры» отлучались от церкви и приравнивались к еретикам.

Репрессии против старообрядцев

Теперь более подробно рассмотрим причины и последствия церковного раскола:

  • способы, при помощи которых осуществлялись церковные реформы, оттолкнули значительную часть духовенства и простого народа, а именно насильственное изымание церковных книг, икон и других святынь, несоответствующих греческим канонам и дальнейшее их публичное уничтожение;
  • резкий и непродуманный переход к новым правилам богослужения вызвал у народных масс убеждение, что им пытаются навязать иную веру. К тому же, отказывающихся принять нововведения подвергали серьезным телесным наказаниям, что не добавляло симпатий к патриарху Никону и его окружению;
  • низкий уровень образования, а порой и полная безграмотность приходского духовенства, не способного объяснить прихожанам в чем суть изменения литургии;
  • недобросовестный перевод отдельных текстов с греческого на русский, которые хоть и незначительно, но стали отличаться от прежних старорусских. Наибольшего возмущения у верующих вызвали изменения смысла молитвы Символ веры, где в новой редакции о Царствии Божьем говорится в будущем времени, а не в настоящем, как было прежде;
  • отсутствие единства и согласия в церковной среде по вопросу проводимых реформ. Как следствие среди духовенства появились противники нововведений, ставшие духовными лидерами старообрядчества.

Церковный раскол в России связан с именем протопопа Аввакума Петрова – известного лидера старообрядцев. За несогласие с церковными реформами он был сослан на долгие одиннадцать лет в Сибирь. Перенеся многие тяготы и невзгоды, остался предан «старой вере». В результате, по решению Церковного собора, Аввакум был приговорен к заточению в земляной тюрьме, а в последствии заживо сожжен.

Милорадович С.Д.
Путешествие Аввакума по Сибири. 1898.

Причины и последствия церковного раскола кратко можно охарактеризовать как неприятие никоновских реформ значительной частью верующих, вылившегося затем в религиозную войну. Старообрядцы подвергались гонениям и преследованиям со стороны правительства и вынуждены были искать спасение на окраинах российского государства. Ответом староверов на церковную политику стали массовые самосожжения, называемые «гари».

В исторической литературе часто встречается определение церковного раскола как отправной точки для массовых народных волнений, периодически сотрясавших русскую землю на протяжении 17-18 веков. Действительно старообрядцы нашли мощную поддержку среди простого народа, именно вокруг них стали собираться все недовольные существующими порядками в стране.

Значение церковного раскола

  • Церковный раскол в России в 17 веке стал национальной трагедией. Произошло разделение русского народа на тех, кто остался в лоне Православной Церкви, совершающую богослужения по новым правилам и на старообрядцев, продолжавших придерживаться дореформенных церковных обрядов.
  • Как итог церковного раскола – прекратило свое существование духовное единение русского народа. Впервые в истории государства возникает вражда на религиозной почве. К тому же более четко стала проявляться социальная разобщенность среди населения.
  • Устанавливается верховенство царской власти над церковной. Проведение церковной реформы было инициировано правительством и проводилось при его поддержке. А это послужило началом к тому, что управление церковными делами начало постепенно переходить в государственное ведомство. Окончательно этот процесс завершился при Петре Первом, упразднившем институт патриаршества.
  • Происходит укрепление международного положения России и ее связей со странами православного мира.
  • Если говорить о положительном значении церковного раскола кратко, то появившееся старообрядческое движение внесло заметный вклад в развитие русского искусства. Они создали ряд духовных центров, свою иконописную школу, сохранили древнерусские традиции книгописания и знаменного пения.

Иванов С.В. Во времена раскола

Понятие церковный раскол возникло в царствование Алексея Михайловича и с тех пор неоднократно становилось темой для исторических исследований. Большинство историков утверждают, что истинная причина церковного раскола в 17 веке вовсе не в споре о поправках к богослужению. Все дело в одном значимом вопросе – может ли светская и церковная власть решать, как и каким образом народу верить во Христа или народ имеет право сохранить нетронутыми обрядность и уклад церковной жизни, установленные много веков назад.

Церковная реформа: церковный раскол в России XVII века. Патриарх Никон и раскол

Церковный раскол – разделение в Церкви или в религиозной организации из-за внутренних разногласий. Такой раскол называется «схизма» от греческого σχίσμα – «раскол, распря, разделение».

В России церковный раскол произошел в XVII веке из-за реформ московского патриарха Никона, которые были приняты не всеми. Противники реформы стали называться раскольниками, старообрядцами или староверами.

Причины церковной реформы

Основатель династии Романовых царь Михаил и его сын Алексей Михайлович стремились восстановить государство, пережившее разорение в период Смутного времени, и укрепить его международное положение.

Портрет Алексея Михайловича, неизвестный художник. Конец 1670 – начало 1680 гг. Википедия

В тот период наблюдались расхождения между обрядами и богослужебными книгами в русской православной и греческой церквях. У русских укрепилась совокупность одних обычаев, которые впоследствии назовут старым обрядом, а у греков – совокупность других обычаев, которые на Руси стали называть новым обрядом.

В 1650-е годы московский патриарх Никон, собиравший греческие и византийские религиозные тексты, начал настаивать на приведении русской церкви к единообразию с греческой.

Патриарх Никон на памятнике «1000-летие России». Википедия

Царь Алексей Михайлович поддержал реформу, поскольку унификация церковных обрядов и книг с греческим каноном позволила бы России упрочить авторитет на международной арене, а Москва подтвердила бы статус центра всего православия.

Кроме того, в 1654 году состоялось присоединение Малороссии (Украины), где богослужения проводились по греческим правилам. Это должно было способствовать сближению двух народов.

Церковная реформа Никона: что изменилось

Изменения Никона затронули обрядовую сторону богослужения. Кроме того, переводы текстов Священного Писания были отредактированы. Это событие получило название «книжная справа».

«Чёрный собор. Восстание соловецкого монастыря против новопечатных книг в 1666 году», Сергей Милорадович, 1885 г. Википедия

В процессе реформы произошли следующие изменения:

  • креститься отныне следовало не двумя, а тремя перстами;

  • вместо 16 поклонов теперь нужно было совершать четыре;

  • крестные ходы Никон повелел проводить по солнцу, а не против;

  • вместо «Исус» теперь нужно было писать «Иисус»;

  • во время богослужений возглас «аллилуйя» следовало произносить трижды, а не два раза, как раньше;

  • о Царствии Божием стали говорить «не будет конца», а не «несть конца»

  • литургию начали служить на пяти вместо семи просфор.

Раскол церкви: последствия

Изменения были восприняты многими верующими и некоторыми представителями духовенства как посягательство на чистоту русской церкви. По их мнению, реформа уничтожила истинное православие и концепцию «Москва – третий Рим». В обществе установились апокалиптические настроения.

Однако патриарх не сдавался и прибегал к жестким методам: иконы и книги, не соответствующие новому канону, изымались и уничтожались. Приверженцев старых обрядов стали называть «старообрядцами» и «раскольниками», подвергать преследованиям вплоть до отлучения от церкви.

Так, один из видных деятелей старообрядчества протопоп Аввакум за религиозную деятельность был отправлен в ссылку, посажен в тюрьму и в итоге заживо сожжен.

«Сожжение протопопа Аввакума», Петр Мясоедов, 1897 г. Википедия

В знак протеста некоторые старообрядцы и последователи Аввакума в ответ на гонения властей совершали самосожжение. Другие же, спасаясь от преследования, были вынуждены бежать на окраины государства и жить в изоляции.

Еще одним деятелем старообрядчества стала боярыня Феодосия Морозова – сподвижница Аввакума, арестованная и уморенная голодом за свою приверженность «старой вере».

«Боярыня Морозова», Василий Суриков, 1884–1887 гг. Википедия

Опала и ссылка: судьба патриарха Никона

Историки описывают Никона как человека властного и жесткого. Патриарх пользовался большим доверием Алексея Михайловича, который прислушивался к его советам в государственных вопросах и даже оставлял его фактическим правителем во время долгих военных походов.

Бояр и часть духовенства не устраивала укрепившаяся власть патриарха, и они попытались настроить царя против Никона. Алексей Михайлович и сам не планировал делиться властью. Постепенно отношения между государем и патриархом охладились. В знак протеста Никон демонстративно оставил патриарший титул и уехал в Новоиерусалимский монастырь, который до этого сам же и основал.

За это он был низложен до простого монаха и сослан в отдаленный монастырь под строгий надзор.

Гробница патриарха Никона в Новоиерусалимском монастыре. Википедия

Церковный раскол XVII века на Руси и старообрядчество

В 1652 году митрополит Никон был избран в патриархи. Он вступил в управление русской церковью с решимостью восстановить полное согласие ее с греческой церковью, уничтожив все обрядовые особенности, которыми первая отличалась от последней. В сознании этого долга патриарх Никон приступил к исправлению русских богослужебных книг и церковных обрядов по греческим образцам. В 1653 году перед великим постом им был разослан указ о том, сколько следует класть земных поклонов при чтении великопостной молитвы святого Ефрема Сирина (четыре вместо 16), предписывая также креститься тремя перстами. Затем предметом его критики стали русские иконописцы, которые отступили от греческих образцов в писании икон и применяли приемы католических живописцев. Далее он ввел вместо древнего одноголосного пения многоголосное партесное, а также обычай произносить в церкви проповеди собственного сочинения — в древней Руси видели в таких проповедях признак самомнения. Никон сам любил и умел произносить поучения собственного сочинения.

Также на богослужении вместо пения «Аллилуйя» два раза было велено петь три раза. Вместо обхождения храма во время крещения и венчания по солнцу было введено обхождение против солнца. Вместо семи просфор на литургии стали служить на пяти. Вместо восьмиконечного креста стали употреблять четырехконечный и шестиконечный. По аналогии с греческими текстами вместо имени Христа Исус в новопечатных книгах патриарх приказал писать Иисус. В восьмом члене Символа веры («В Духа Святаго Господа истинного») убрал слово «истинного».

Нововведения были одобрены церковными соборами 1654-1655 годов. В течение 1653-1656 годов на Печатном дворе выпускались исправленные или вновь переведенные богослужебные книги.

Недовольство населения вызвали насильственные меры, с помощью которых патриарх Никон вводил в обиход новые книги и обряды. Первыми за «старую веру», против реформ и действий патриарха выступили некоторые члены Кружка ревнителей благочестия. Протопопы Аввакум и Даниил подали царю записку в защиту двоеперстия и о поклонах во время богослужения и молитв. Затем они стали доказывать, что внесение исправлений по греческим образцам оскверняет истинную веру, так как греческая церковь отступила от «древлего благочестия», а ее книги печатаются в типографиях католиков. Иван Неронов выступил против усиления власти патриарха и за демократизацию церковного управления. Столкновение между Никоном и защитниками «старой веры» приняло резкие формы. Аввакум, Иван Неронов и другие противники реформ подверглись жестоким преследованиям. Выступления защитников «старой веры» получили поддержку в различных слоях русского общества, начиная от отдельных представителей высшей светской знати и заканчивая крестьянами. В народных массах живой отклик находили проповеди расколоучителей о наступлении «последнего времени», о воцарении антихриста, которому якобы уже поклонились царь, патриарх и все власти и выполняют его волю.

Большой московский Собор 1667 года анафематствовал (отлучил от церкви) тех, кто после многократных увещеваний отказался принять новые обряды и новопечатные книги, а также продолжал ругать церковь, обвиняя ее в ереси. Собор также лишил Никона патриаршего сана. Низложенный патриарх был отправлен в заточение — сначала в Ферапонтов, а затем Кирилло Белозерский монастырь.

Увлекаемые проповедью расколоучителей многие посадские люди, особенно крестьяне, бежали в глухие леса Поволжья и Севера, на южные окраины Русского государства и за границу, основывали там свои общины.

С 1667 по 1676 год страна была охвачена бунтами в столице и на окраинах. Затем с 1682 года начались стрелецкие бунты, в которых раскольники играли немаловажную роль. Раскольники совершали нападения на монастыри, грабили монахов, захватывали церкви.

Страшным последствием раскола явились гари — массовые самосожжения. Самое раннее сообщение о них относится к 1672 году, когда в Палеостровском монастыре совершили самосожжение 2700 человек. С 1676 по 1685 год, по документально зафиксированным сведениям, погибли около 20 000 человек. Самосожжения продолжались и в XVIII веке, а отдельные случаи — в конце XIX века.

Главным результатом раскола явилось церковное разделение с образованием особой ветви православия — старообрядчества. К концу XVII — началу XVIII века существовали различные течения старообрядчества, получившие названия «толков» и «согласий». Старообрядчество разделилось на поповщину и беспоповщину. Поповцы признавали необходимость духовенства и всех церковных таинств, они были расселены в Керженских лесах (ныне территория Нижегородской области), районах Стародубья (ныне Черниговская область, Украина), Кубани (Краснодарский край), реки Дон.

Беспоповцы жили на севере государства. После смерти священников дораскольного рукоположения они отвергали священников нового поставления, поэтому стали называться беспоповцами. Таинства крещения и покаяния и все церковные службы, кроме литургии, совершали избранные миряне.

Постепенно большинство старообрядческих согласий, особенно поповщина, утратило оппозиционный характер по отношению к официальной церкви. В 1800 году часть старообрядцев поповцев пошла на соглашение с официальной церковью. Сохранив свою обрядность, они подчинились местным епархиальным архиереям. Поповцы, не пожелавшие идти на примирение с официальной церковью, создали свою церковь. В середине XIX века они признали своим главой находившегося на покое боснийского архиепископа Амвросия, который центром старообрядческой организации сделал Белокриницкий монастырь (ныне территория Черновицкой области, Украина). В 1853 году была создана Московская старообрядческая архиепископия, ставшая вторым центром старообрядцев Белокриницкой иерархии. Часть общины поповцев, которые стали называться беглопоповщиной (они принимали «беглых» попов — перешедших к ним из православной церкви), не признала Белокриницкую иерархию.

Вскоре в России были учреждены 12 епархий Белокриницкой иерархии с административным центром старообрядческим поселением Рогожское кладбище в Москве.

До 1685 года правительство подавляло бунты и казнило нескольких вождей раскола, но специального закона о преследовании раскольников за веру не было. В 1685 году при царевне Софье был издан указ о преследовании хулителей Церкви, подстрекателей к самосожжению, укрывателей раскольников вплоть до смертной казни (одних через сожжение, других мечом). Прочих старообрядцев приказано было бить кнутом, и, лишив имущества, ссылать в монастыри. Укрывателей старообрядцев «бить батогами и, поеле конфискации имущества, тоже ссылать в монастырь».

Во время гонений на старообрядцев был жестоко подавлен бунт в Соловецкой обители, во время которого в 1676 году погибли 400 человек. В Боровске в заточении от голода в 1675 году погибли две родные сестры боярыня Феодосия Морозова и княгиня Евдокия Урусова. Глава и идеолог старообрядчества протопоп Аввакум, а также священник Лазарь, диакон Феодор, инок Епифаний были сосланы на Крайний Север и заточены в земляную тюрьму в Пустозерске. После 14 лет заточения и пыток они были заживо сожжены в срубе в 1682 году.

Патриарх Никон уже никакого отношения к гонениям на старообрядцев не имел — с 1658 года до кончины в 1681 году он находился сначала в добровольной, а затем в вынужденной ссылке.

В конце XVIII века сами раскольники стали предпринимать попытки сблизиться с церковью. 27 октября 1800 года в России указом императора Павла было учреждено единоверие как форма воссоединения старообрядцев с Православной церковью.

Старообрядцам, пожелавшим вернуться в синодальную церковь, было дозволено служить по старым книгам и соблюдать старые обряды, среди которых наибольшее значение придавалось двоеперстию, но богослужение и требы совершали православные священнослужители.

В июле 1856 года по указу императора Александра II полиция опечатала алтари Покровского и Рождественского соборов старообрядческого Рогожского кладбища в Москве. Поводом послужили доносы, что в храмах торжественно совершаются литургии, «соблазняющие» верующих синодальной церкви. Богослужения проводились в частных моленных, в домах столичных купцов и фабрикантов.

16 апреля 1905 года, накануне Пасхи, в Москву пришла телеграмма Николая II, разрешающая «распечатать алтари старообрядческих часовен Рогожского кладбища». На следующий день, 17 апреля, был обнародован императорский «Указ о веротерпимости» гарантировавший староверам свободу вероисповедания.

В 1929 году патриарший Священный Синод сформулировал три постановления:

— «О признании старых русских обрядов спасительными, как и новые обряды, и равночестными им»;

— «Об отвержении и вменении, яко не бывших, порицательных выражений, относящихся к старым обрядам, и в особенности к двуперстию»;

— «Об упразднении клятв Московского Собора 1656 года и Большого Московского Собора 1667 года, наложенных ими на старые русские обряды и на придерживающихся их православно верующих христиан, и считать эти клятвы, яко не бывшие».

Поместный Собор 1971 года утвердил три постановления Синода от 1929 года.

12 января 2013 года в Успенском соборе московского Кремля по благословению святейшего патриарха Кирилла была совершена первая после раскола литургия по древнему чину.

Материал подготовлен на основе информации из открытых источников

Есть ли раскол в Русской Православной Церкви?

Далеко не все из тех, кто знаком с ситуацией в Русской православной церкви, согласны с мнением автора опубликованного на «Снобе» материала «Фундаменталисты против либералов: противостояние внутри РПЦ». Его автору, Артему Нарышкину, отвечает профессор Православного Свято-Тихоновского университета, кандидат богословия, доктор философии Александр Дворкин

Фото: Сергей Киселев/Агентство «Москва»

Статья Артема Нарышкина начинается с весьма смелого заявления:

Амбиции Московской патриархии основаны на мифе о единстве веры. Церковные спикеры твердят, что православие сплачивает российский народ. Все православные якобы исповедуют одно вероучение и следуют общим нравственным нормам. В действительности же в РПЦ нет согласия по важнейшим этическим вопросам. Верующие, в том числе священники, имеют разные представления о добре и зле.

Это мнение, высказанное как непреложный факт, типично для стороннего взгляда, который пытается подверстать к собственной картине мира некоторые свои внешние наблюдения над чужой для него организацией. Увы, автор совсем не понимает ни процессов, происходящих в Московской патриархии, ни того, о чем думают и чем живут ее члены — священники и миряне. Его взгляд на Церковь, ее историю, Священное Писание и Предание основан на расхожих стереотипах, которые легко опровергаются элементарным знанием предмета.

Например, Артем Нарышкин мимоходом утверждает, что ранние христиане не были патриотами и «лишь в поздней Византии они превратились в верноподданных». Если даже не обращать внимания на явный анахронизм (патриотизм — понятие нового времени), то куда деть призывы апостола Павла молиться за императора, его утверждения о том, что начальник не напрасно носит меч (он нужен, чтобы защищать граждан и наказывать преступников)? Как отнестись к его убеждению в необходимости власти государства, гражданством в котором он активно пользуется? Куда деть постоянно повторяющуюся тему в апологиях ранних христианских писателей о том, что христиане являются примерными гражданами и поэтому не заслуживают гонений? Куда деть большое количество ранних христиан — воинов? Также в писаниях ранних христиан постоянно прослеживается мысль, что их родная Римская империя (да, та, которая их гнала) — лучшее из всех существующих в мире государств.

Еще один из множества стереотипов, используемых Артемом Нарышкиным, — это противопоставление Бога Ветхого Завета Богу Нового Завета. Дескать, первый (Яхве) — жестокий и карающий, а второй (Иисус) — любящий, толерантный и всепрощающий. Этому стереотипу без малого две тысячи лет, и его первоначально придерживались как раз те секты, которые возникали вокруг ранней Церкви и которые, кстати, часто отказывались от какого-либо взаимодействия с Империей (т. е., в терминологии автора, «не были патриотами»). Ранняя же Церковь, напротив, постоянно подчеркивала свои отличия от этих групп и свое неприятие подобных взглядов.

По мнению автора статьи «либералы» в РПЦ исповедуют гуманистическую религию, сосредоточенную на человеке и его способностях, а «авторитарные консерваторы» верят в высшую силу, требующую от человека подчинения. Да будет ведомо г-ну Нарышкину, очевидно, не подозревающему, что любовь может быть требовательной, а гнев — праведным, что для христиан Бог Ветхого и Нового Завета — один и тот же. И Он как раз и есть тот самый любящий и милующий Бог, отдающий Своего Сына за жизнь мира. И христиане — как те, которых он называет «либералами», так и те, кого он называет «фундаменталистами», верят в этого Единого личного Бога (не в безличную высшую силу), а не в человека с его способностями и талантами. Если кто-то считает иначе, он не христианин.

Итак, автор делит активных священников и мирян Русской Православной Церкви на «либералов» («гуманистов») и «фундаменталистов» («консерваторов» или «авторитаристов»). Эти слова я беру в кавычки, потому что в статье Нарышкина они не совсем соответствуют общеупотребительному их смыслу. Главное различие между двумя категориями — это то, что первые автору нравятся, а вторые нет. Поэтому он приписывает «либералам» те взгляды, которые кажутся ему симпатичными и правильными, а «фундаменталистам» — все противоположное. В общем, с его точки зрения — первые за всё хорошее, а вторые, разумеется, за всё плохое.

Помимо явной произвольности такого конструирования мировоззрения незнакомых (или малознакомых) ему людей, автор явно страдает от пакетного (или, если угодно, партийного) мышления. То есть, коль скоро тот или иной священник, скажем, подписал письмо с призывом милосердно отнестись к задержанным участникам демонстраций, то он, в глазах автора, автоматически разделяет (и не имеет права не разделять) программу Навального в политике, а в церковных делах ратует за тотальную реформу и обновление, с отказом от старых традиций и за максимальное приспособление богословия и богослужения удобству пользователей. Я несколько утрирую, но все умозаключения и выводы автора построены именно на этом принципе. Воображаемые политические взгляды упоминаемых им лиц в его глазах тесно привязаны к их столь же воображаемым богословским убеждениям, причем и те и другие следуют общим пакетом, весь набор в котором един и неделим.

«Фундаменталистам» автор зачем-то приписывает римско-католическую теорию «выкупа за грех прародителей», которую приносит Иисус для удовлетворения божественной справедливости, а вот православное понимание греха как болезни, которую Христос исцеляет Своей жертвой, он отдает только «либералам».

Зато, по его мнению, «либералы-гуманисты» отрицают традицию (т. е. Священное Предание»), так как для них важен некий «личный пример Иисуса». О том, что Священное Предание лежит в основе православной веры, которую исповедуют все сознательные православные, вне зависимости от их политических убеждений, Артем Нарышкин, очевидно, не ведает.

Для «фундаменталистов», оказывается, важно, чтобы власть была православной только формально: постояли начальники два раза в году со свечками, приняли выгодные РПЦ законы — и хорошо. По умолчанию очевидно, что по-настоящему воцерковлять членов правительства и высокопоставленных чиновников они не хотят. Впрочем, этого особо не хотят и «либералы» — им требуется, чтобы власть обеспечивала для всех равенство перед законом и не преследовала невинных. Что происходит с душами облеченных властью людей, оказывается неинтересно ни тем, ни другим. Соответственно, по мнению г-на Нарышкина для этих священников слова апостола Павла о Боге, «который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины», ничего не значат. Хотя, наверное, они ничего не значат только для самого Артема Нарышкина, который проецирует свои идеи на незнакомых ему священников.

Продолжая описывать страшных фундаменталистов, г-н Нарышкин обвиняет их во враждебности к науке «из-за склонности к тоталитарной картине мира, в которой нет никаких сложностей и противоречий». Хорошие либералы же, со своей стороны, открыты к последним научным выводам: они «не боятся трудных вопросов, полагая, что Бог доверяет человеку». Какой бы смысл автор ни вкладывал в это очередное клише, единственным примером отношения к науке г-ну Нарышкину служит теория эволюции, с его точки зрения априорно научная. Оставив спор научного креационизма с эволюционизмом за рамками данной статьи, могу только указать, что автор не включил в свой доказательный аппарат отношение известных священников и мирян к таким псевдо- (или пара-) научным теориям, как гомеопатия, остеопатия, торсионные поля, энергетическая память воды, всевозможные оккультные или околооккультные изводы психологии, и многим другим, насчет которых можно найти весьма разные мнения, в равной степени проецируемые на оба воображаемых им лагеря.

Ну и далее по списку: либералы против семейного насилия и не поддерживают многодетные семьи, в то время как фундаменталисты — за многодетность и насилие, и вообще «особо зациклены на теме традиционных семейных отношений». Либералы за открытость, фундаменталисты — за ксенофобию. Либералы за высокий уровень жизни, консерваторы — за бедность и необразованность и т. д., и т. п. Разумеется, примеры приводятся только те, которые поддерживают теорию автора, даже если для этого приходится вырывать цитаты из контекста, а то и самому домысливать их.

Описывая взгляды двух групп, г-н Нарышкин не упоминает их отношения к смертной казни. Тут, казалось бы, все очевидно — кровожадные «фундаменталисты» за казнь, а гуманные «либералы» — против. Только вот незадача: значительное число людей, поименно названных журналистом «консерваторами», — принципиальные противники смертной казни. А вот по крайней мере некоторые из названных им «либералов» — за нее.

Итак, обратимся к упомянутым Артемом Нарышкиным именам — так сказать, характерным представителям и того, и другого лагеря. Первым (и главным) в списке «либералов» значится священник Георгий Кочетков. Как ни оценивай его богословские, литературные и лингвистические дарования, на либерала (в общепринятом смысле этого слова) Кочетков никак не тянет. Он — создатель весьма жесткой группировки, в которой есть только один верховный авторитет — он сам. Если г-н Нарышкин не согласен, предлагаю ему найти хоть одного человека в кочетковском движении, который открыто критиковал бы его главу (и при этом оставался бы внутри движения). Я такого не знаю.

Для сравнения: в приходах таких, казалось бы, совсем разных людей, как протоиерей Димитрий Смирнов и протоиерей Алексий Уминский (г-н Нарышкин относит их к противоположным лагерям), собираются люди самых разных политических убеждений, взглядов на мир и на происходящие в Церкви процессы. И ни один из них — в том числе и те, кто не соглашается с настоятелем по тем или иным вопросам, — не чувствует себя ущемленным или дискриминируемым.

Именно этого — открытости и разномыслия — нет и в помине в кочетковском движении. Более того, любую внешнюю критику в свой адрес священник Кочетков и его окружение немедленно преподносят как атаку на Церковь и даже лично на Патриарха Кирилла с призывом к нему сделать соответствующие оргвыводы. В светских кругах, откуда происходит Артем Нарышкин, это называется «доносом по служебной линии» — деяние для уважающего себя либерала недопустимое.

И еще одно имя — Владимир Легойда, которого автор характеризует заклятым фундаменталистом и консерватором. Если бы г-н Нарышкин немного поинтересовался этим человеком, он непременно обнаружил бы, что Владимир Легойда является создателем и бессменным главным редактором журнала «Фома», к которому, как и к любому изданию, можно, наверное, предъявлять разные претензии, но который ну никак не вписывается в парадигму фундаменталистского издания.

Или куда отнести самого известного сегодня православного публициста, протодиакона Андрея Кураева, бегло упомянутого Нарышкиным среди «либералов», но который при чуть более пристальном взгляде совсем не соответствует облику либерала, обрисованному самим автором, и не разделяет положенного либералу пакета идей. Впрочем, облику «фундаменталиста» он тоже не соответствует.

На самом деле то же самое можно сказать про большинство упоминаемых Артемом Нарышкиным людей. Все они живые личности, все придерживаются разных мнений по разным вопросам и никак не вмещаются в придуманные автором статьи ходульные образы «либералов» и «консерваторов».

Русская Православная Церковь — громадный живой организм, который составляют миллионы людей, десятки тысяч священнослужителей и сотни тысяч активных мирян. Все они имеют свои позиции по самым разным вопросам, и сочетание взглядов у каждого из них чаще всего не соответствует пакетному описанию г-на Нарышкина. Нередко они спорят между собой, и зачастую довольно жестко. Они по-разному видят пути решения тех или иных проблем. Они придерживаются разных политических убеждений и по-разному видят то, как в Церкви должны решаться те или иные вопросы. Но при этом все они разделяют единую веру в Единого Бога-Троицу и участвуют в одних и тех же Таинствах. И вот чего в Церкви действительно нет — это «раскола среди паствы, который разделяет верующих возможно не меньше реформы патриарха Никона». Этот раскол на «либералов» и «фундаменталистов» является чистым вымыслом и плодом фантазии автора статьи.

Церковный раскол

Церковный раскол

отделение от русской православной церкви части верующих, не признавших церковной реформы патриарха Никона (1653 – 1656 гг.); религиозно-общественное движение, возникшее в России в XVII в. (См. схему «Церковный раскол»)

В 1653, желая укрепить Русскую православную церковь, патриарх Никон приступил к осуществлению церковной реформы, призванной ликвидировать разночтения в книгах и обрядах, накопившиеся за долгие столетия, и унифицировать богословскую систему на всей территории России. Часть церковнослужителей во главе с протопопами Аввакумом и Даниилом предлагали при проведении реформы опираться на древнерусские богословские книги. Никон же решил использовать греческие образцы, что, по его мнению, облегчит объединение под эгидой Московской патриархии всех православных церквей Европы и Азии и тем самым усилит его влияние на царя. Патриарха поддержал царь Алексей Михайлович, и Никон приступил к реформе. На Печатном Дворе начался выпуск исправленных и вновь переведенных книг. Вместо старорусской была введена греческая обрядность: двоеперстие было заменено троеперстием, символом веры был объявлен четырехконечный крест вместо восьмиконечного и т.д. Нововведения были закреплены Собором русского духовенства в 1654 году, и в 1655 году одобрены константинопольским патриархом от имени всех восточных православных церквей.

Однако реформа, проводимая поспешно и насильственно, без подготовки к ней русского общества, вызвала сильное противоборство в среде русского духовенства и верующих. В 1656 году защитники старых обрядов, признанным лидером которых стал протопоп Аввакум, были отлучены от церкви. Но эта мера не помогла. Возникло течение старообрядцев, создавших свои церковные организацию. Массовый характер раскол приобрел после решения Церковного собора 1666— 1667 гг. о казнях и ссылках идеологов и противников реформы. Старообрядцы, спасаясь от преследования, уходили в далекие леса Поволжья, европейского севера, в Сибирь, где основывали раскольничьи общины — скиты. Ответом на преследования так же стали акции массового самосожжения, запощевания (голодной смерти).

Движение старообрядцев приобрело и социальный характер. Старая вера стала знамением в борьбе против усиления крепостничества.

Наиболее мощно протест против церковной реформы проявился в Соловецком восстании. Богатый и знаменитый Соловецкий монастырь открыто отказался признать все новшества, введенные Никоном, повиноваться решениям Собора. В Соловки было послано войско, но монахи затворились в монастыре, оказали вооруженное сопротивление. Началась осада монастыря, длившаяся около восьми лет (1668 — 1676г.). Стояние монахов за старую веру послужило примером для многих.

После подавления Соловецкого восстания усилились гонения на раскольников. В 1682 году были сожжены Аввакум и многие его сторонники. В 1684 году последовал указ, по которому староверов надлежало пытать, а в случае не покорения — сжечь. Однако и эти репрессивные меры не ликвидировали движение сторонников старой веры, их число в XVII в. постоянно росло, многие из них покинули пределы России. В XVIII в. наметилось ослабление преследования раскольников правительством и официальной церковью. Тогда же в старообрядчестве наметилось несколько самостоятельных течений.