Путь ломоносова

Ода на день восшествия […] Елисаветы
Стихотворение Михаила Ломоносова

Царей и царств земных отрада, Возлюбленная тишина, Блаженство сел, градов ограда, Коль ты полезна и красна! Вокруг тебя цветы пестреют И класы на полях желтеют; Сокровищ полны корабли Дерзают в море за тобою; Ты сыплешь щедрою рукою Свое богатство по земли. Великое светило миру, Блистая с вечной высоты На бисер, злато и порфиру, На все земные красоты, Во все страны свой взор возводит, Но краше в свете не находит Елисаветы и тебя. Ты кроме той всего превыше; Душа ее зефира тише, И зрак прекраснее рая. Когда на трон она вступила, Как вышний подал ей венец, Тебя в Россию возвратила, Войне поставила конец; Тебя прияв облобызала: Мне полно тех побед, сказала, Для коих крови льется ток. Я россов счастьем услаждаюсь, Я их спокойством не меняюсь На целый запад и восток. Божественным устам приличен, Монархиня, сей кроткий глас: О коль достойно возвеличен Сей день и тот блаженный час, Когда от радостной премены1 Петровы возвышали стены До звезд плескание и клик! Когда ты крест несла рукою И на престол взвела с собою Доброт твоих прекрасный лик! Чтоб слову с оными сравняться, Достаток силы нашей мал; Но мы не можем удержаться От пения твоих похвал. Твои щедроты ободряют Наш дух и к бегу устремляют, Как в понт пловца способный ветр Чрез яры волны порывает; Он брег с весельем оставляет; Летит корма меж водных недр. Молчите, пламенные звуки, И колебать престаньте свет; Здесь в мире расширять науки Изволила Елисавет. Вы, наглы вихри, не дерзайте Реветь, но кротко разглашайте Прекрасны наши времена. В безмолвии внимай, вселенна: Се хощет лира восхищенна Гласить велики имена. Ужасный чудными делами Зиждитель мира искони Своими положил судьбами Себя прославить в наши дни; Послал в Россию Человека2, Каков неслыхан был от века. Сквозь все препятства он вознес Главу, победами венчанну, Россию, грубостью попранну, С собой возвысил до небес. В полях кровавых Марс страшился, Свой меч в Петровых зря руках, И с трепетом Нептун чудился, Взирая на российский флаг. В стенах внезапно укрепленна И зданиями окруженна, Сомненная Нева рекла: «Или я ныне позабылась И с оного пути склонилась, Которым прежде я текла?» Тогда божественны науки Чрез горы, реки и моря В Россию простирали руки3, К сему монарху говоря: «Мы с крайним тщанием готовы Подать в российском роде новы Чистейшего ума плоды». Монарх к себе их призывает, Уже Россия ожидает Полезны видеть их труды. Но ах, жестокая судьбина! Бессмертия достойный муж, Блаженства нашего причина, К несносной скорби наших душ Завистливым отторжен роком, Нас в плаче погрузил глубоком4! Внушив рыданий наших слух, Верьхи Парнасски восстенали, И музы воплем провождали В небесну дверь пресветлый дух. В толикой праведной печали Сомненный их смущался путь; И токмо шествуя желали На гроб и на дела взглянуть. Но кроткая Екатерина5, Отрада по Петре едина, Приемлет щедрой их рукой. Ах, если б жизнь ее продлилась, Давно б Секвана6 постыдилась С своим искусством пред Невой! Какая светлость окружает В толикой горести Парнас? О коль согласно там бряцает Приятных струн сладчайший глас! Все холмы покрывают лики; В долинах раздаются клики: Великая Петрова дщерь Щедроты отчи превышает, Довольство муз усугубляет И к счастью отверзает дверь. Великой похвалы достоин, Когда число своих побед Сравнить сраженьям может воин И в поле весь свой век живет; Но ратники, ему подвластны, Всегда хвалы его причастны, И шум в полках со всех сторон Звучащу славу заглушает, И грому труб ее мешает Плачевный побежденных стон. Сия тебе единой слава, Монархиня, принадлежит, Пространная твоя держава О как тебе благодарит! Воззри на горы превысоки, Воззри в поля свои широки, Где Волга, Днепр, где Обь течет; Богатство, в оных потаенно, Наукой будет откровенно, Что щедростью твоей цветет. Толикое земель пространство Когда всевышний поручил Тебе в счастливое подданство, Тогда сокровища открыл, Какими хвалится Индия; Но требует к тому Россия Искусством утвержденных рук. Сие злату очистит жилу; Почувствуют и камни силу Тобой восставленных наук. Хотя всегдашними снегами Покрыта северна страна, Где мерзлыми борей крылами Твои взвевает знамена; Но бог меж льдистыми горами Велик своими чудесами: Там Лена чистой быстриной, Как Нил, народы напояет И бреги наконец теряет, Сравнившись морю шириной. Коль многи смертным неизвестны Творит натура чудеса, Где густостью животным тесны Стоят глубокие леса, Где в роскоши прохладных теней На пастве скачущих еленей Ловящих крик не разгонял; Охотник где не метил луком; Секирным земледелец стуком Поющих птиц не устрашал. Широкое открыто поле, Где музам путь свой простирать! Твоей великодушной воле Что можем за сие воздать? Мы дар твой до небес прославим И знак щедрот твоих поставим, Где солнца всход и где Амур В зеленых берегах крутится, Желая паки возвратиться В твою державу от Манжур. Се мрачной вечности запону Надежда отверзает нам! Где нет ни правил, ни закону, Премудрость тамо зиждет храм; Невежество пред ней бледнеет. Там влажный флота путь белеет, И море тщится уступить: Колумб российский через воды Спешит в неведомы народы Твои щедроты возвестить7. Там тьмою островов посеян, Реке подобен Океан; Небесной синевой одеян, Павлина посрамляет вран. Там тучи разных птиц летают, Что пестротою превышают Одежду нежныя весны; Питаясь в рощах ароматных И плавая в струях приятных, Не знают строгия зимы. И се Минерва ударяет В верхи Рифейски8 копием; Сребро и злато истекает Во всем наследии твоем. Плутон в расселинах мятется, Что россам в руки предается Драгой его металл из пор, Которой там натура скрыла; От блеску дневного светила Он мрачный отвращает взор. О вы, которых ожидает Отечество от недр своих И видеть таковых желает, Каких зовет от стран чужих, О, ваши дни благословенны! Дерзайте ныне ободренны Раченьем вашим показать, Что может собственных Платонов9 И быстрых разумом Невтонов10 Российская земля рождать. Науки юношей питают, Отраду старым подают, В счастливой жизни украшают, В несчастной случай берегут; В домашних трудностях утеха И в дальних странствах не помеха. Науки пользуют везде, Среди народов и в пустыне, В градском шуму и наедине, В покое сладки и в труде11. Тебе, о милости источник, О ангел мирных наших лет! Всевышний на того помощник, Кто гордостью своей дерзнет, Завидя нашему покою, Против тебя восстать войною; Тебя зиждитель сохранит Во всех путях беспреткновенну И жизнь твою благословенну С числом щедрот твоих сравнит.

Великая книга о великих людях. Ключевые правила жизни от выдающихся людей (В. С. Лавров)

Путь к успеху

История успеха Михаила Ломоносова началась ещё в детстве: когда ему было девять лет – умерла его мама. Отец Ломоносова сразу же женился ещё раз, но через несколько лет и вторая его жена покинула этот мир. Тогда отец женился в третий раз, взяв в жёны немолодую вдову, которая оказалось злобной и жестокой по отношению к ребёнку.

Местный церковный дьяк обучил Ломоносова начальной грамоте, и к 14 годам он умел хорошо читать и писать. Однако мачеха не одобряла его страсть к книгам и всячески мешала ему учиться, одобряя лишь его рыбачьи походы по Белому морю с отцом, за счёт которых они жили. Ссоры с мачехой сделали невыносимым его пребывание в родном доме и в декабре 1730 года (в 19 лет) Ломоносов тайно покинул свой дом, прихватив с собой две рубахи, тулуп и книги, после чего пешком направился в Москву, чтобы получить там хорошее образование.

Три дня Ломоносов шёл один, а на третий день нагнал рыбный караван и уговорил рыбаков позволить ему идти вместе с ними. Через три недели Ломоносов пришёл в Москву. Чтобы поступить в Славяно-греко-латинскую академию, ему пришлось подделать документы и выдать себя за дворянина. Благодаря этому он поступил в академию и зарекомендовал себя как прилежного ученика.

Однако его крайняя бедность (он жил на один алтын в день) и насмешки малолетних одноклассников, не давали ему в полной мере наслаждаться жизнью. Поэтому всё своё свободное время Ломоносов проводил за богословскими книгами, философскими трактатами, летописями, а также математическими и физическими трудами.

В 1735 году Ломоносов был направлен в Петербург, в университет при Академии Наук. Духовный сан он так и не получил, предположительно из-за того, что вскрылась подделка документов при поступлении. Однако ему разрешили заниматься естественными науками – математикой и экспериментальной физикой. Поскольку обучение в Академии Наук шло на немецком языке, Ломоносову пришлось изучать немецкий язык. А в свободное время он самостоятельно практиковался в стихосложении, изучал химию и минералогию.

Его рвение было отмечено президентом Академии Наук, бароном Иоганном Корфом, который в марте 1736 года отправил способного студента на обучение в Германию. Переехав в Европу, Ломоносов поселился в доме немецкого пивовара, а впоследствии женился на его дочери.

Помимо основных учебных предметов – естественных (физика, химия) и технических (металлургия, горное дело), – Ломоносов по собственной инициативе занимался французским и итальянским языками, литературой, танцами, фехтованием и рисованием. В это же время Ломоносов собрал свою первую библиотеку, потратив почти все деньги, полученные от Академии Наук, на книги. Это позволило ему уже к 1739 году написать несколько собственных научных работ по физике.

Однако отказ Ломоносова выполнять черновую работу для своего наставника в минералогии и металлургии Иоганна Генкеля привёл к ссоре и возвращению Ломоносова в 1740 году в Россию.

Через год после этого, Ломоносов представил в Академию Наук две свои диссертации – по физике и химии, – надеясь получить профессорское звание и работу в Академии Наук. Однако от академиков никакого назначения он не получил. Тогда он обратился к императрице Елизавете Петровне и только после этого получил желаемую должность, а позднее – в июле 1745 года, – звание профессора химии и дворянский статус.

Михаил Васильевич Ломоносов. Путь в науку

Слайд 2

Далёкая северная деревня Мишанинская, Куростровской волости Архангельской губернии получила широкую известность как родина выдающегося русского учёного Михаила Васильевича Ломоносова. В настоящее время – это село Ломоносово Холмогорского района Архангельской области. Время наложило свой отпечаток на облик деревни, но поколения бережно хранят то, что связано с историей родного края.

Слайд 3

Михаил Васильевич Ломоносов родился 19 ноября 1711 г. в семье крестьянина Василия Дорофеевича. Отец Ломоносова занимался промыслом рыбы трески на своих судах. О матери Ломоносова — Елене Ивановне Сивковой, умершей сравнительно молодой, известно немного. Она была дочерью дьякона села Николаевских Матигор.

Детство Ломоносова было нелегким и ничем не отличалось от детства других поморских детей: уже с десяти лет отец стал брать его с собой на тяжелый и опасный промысел. Иногда в поисках рыбы и морских зверей они уходили далеко в океан. Поморская жизнь закалила характер молодого Ломоносова. Во время поездок с отцом расширялись и его познания. Ломоносов познакомился с судостроением, добычей соли и поморских припасов. Огромное влияние на развитие Ломоносова оказала суровая и величественная природа Севера. Ее он считал своей «первой книгой». Удивительные явления окружающего мира — разливы Северной Двины, ледоходы, ледяные горы, северное сияние — развивали наблюдательность и стремление проникнуть в тайны природы. Они настолько глубоко запечатлелись в его памяти, что по прошествии многих лет он нередко будет обращаться к ним в своих научных трудах.

Слайд 4

Нелегок был путь к образованию выходцев из крестьянства. Грамоте Ломоносов начал учиться в 10—12 лет у соседа по деревне — крестьянина Ивана Шубного. Затем его обучал сельский дьячок приходской церкви Семён Сабельников. Зимой все свободное время Ломоносов проводил за чтением. Его первыми учебниками были церковные книги. Навыки письма он получил, переписывая духовные тексты. Через два года после начала учения Ломоносов хорошо читал и мог показать свое мастерство в церкви.

Быстро научившись писать, Ломоносов стал помогать односельчанам составлять хозяйственные бумаги. До нас дошел интереснейший документ — автограф 14-летнего Ломоносова, его запись на подрядной, где он расписывается вместо подрядчиков «по их велению».

Слайд 5

У одного из односельчан — Христофора Дудина — Ломоносову удалось достать первые гражданские книги — славянскую грамматику М. Смотрицкого и арифметику Л. Магницкого. Эти книги Ломоносов называл «вратами своей учености». Грамматика Смотрицкого, которая была распространена среди учеников школ, созданных в петровское время, содержала не только правила «говорения и письма», но и правила сочинения стихов. Арифметика Магницкого, изданная в Москве в 1703 г., представляла не просто учебник по арифметике, а популярное изложение основ геометрии, физики, географии, астрономии. Приблизительно в это же время, т. е. около 1725 г., Ломоносов познакомился с «Псалтырью» Симеона Полоцкого. Эти книги, закладывающие основы знаний в те времена, Ломоносов «вытвердил наизусть».

Учиться Ломоносову было трудно, особенно после того, как в 1724 г. отец привел в дом мачеху — Ирину Семеновну Корельскую, жительницу Николаевских Матигор. Мачеха не сочувствовала его увлечению книгами, и ему приходилось читать тайком. Отец относился к занятиям сына как к временной забаве и надеялся, что с возрастом это увлечение пройдет.

Михаил Ломоносов не видел возможности продолжать учение дома, и это привело к решению покинуть семью и самому пробивать путь к знаниям и образованию.

Слайд 6

В конце 1730 г. 19-летний Ломоносов против воли отца отправляется в Москву, надеясь, что там он найдет то, к чему стремится. Получив годичную отпускную, о чем волостная книга писала: «1730 года, декабря 7 дня, отпущен Михаил Васильев Ломоносов к Москве и к морю до сентября месяца предбудущего 1731 года, а порукою по нем в платеже подушных денег Иван Панов росписался», Ломоносов с одним из многочисленных обозов ушел в Москву.

Слайд 7

В январе 1731 г. Ломоносов был зачислен с «жалованьем» 3 коп. в день в Славяно-греко-латинскую академию, или, как ее еще называли, Спасские школы. Академия была единственным в Москве высшим учебным заведением, созданным по инициативе известного педагога и публициста XVII в. Симеона Полоцкого. Целью этого учебного заведения была подготовка образованных людей для государственных учреждений и церкви. Прием в академию крестьянских детей был категорически запрещен. Указом Синода от 7 июня 1723 г. специально предписывалось «помещиковых людей и крестьянских детей, также непонятных и злонравных, отрешать и впредь таковых не принимать».

Чтобы поступить в академию, Ломоносову пришлось скрыть свое крестьянское происхождение. Он показал, что является сыном холмогорского дворянина. Только так его приняли в академию.

В академии, где предстояло учиться Ломоносову, было 8 классов: 4 низших, 2 средних и 2 высших. 13 высших классах учили философии и богословию, в средних основное внимание уделялось стихосложению и красноречию, в низших учили церковнославянскому языку, а также читать и писать по-латыни. Кроме того, ученики обязаны были знать географию, историю, катехизис и арифметику. Ломоносову, не знавшему языков, в свои 19 лет пришлось начинать с младших классов, где учились дети 8 — 10 лет. Его возраст и плохая одежда служили поводом для насмешек. Нелегко жилось ему, но полученная возможность учиться давала силы справляться с трудностями.

Позднее, описывая свою жизнь в Спасских школах, Ломоносов отмечал, что испытывал в то время «несказанную бедность: имея один алтын в день жалованья, нельзя было иметь на пропитание в день больше, как на денежку хлеба и на денежку квасу, прочее на бумагу, на обувь и другие нужды. Таким образом, жил я пять лет и наук не оставил.

Очень скоро проявились необычайные способности Ломоносова. Он делал поразительные успехи — в течение одного года прошел три класса. Свободное от занятий время он проводил в библиотеке академии, где имелись наряду с церковными книгами русские летописи, книги по физике, философии, математике. Ломоносов изучил греческий язык самостоятельно. Это позволило ему познакомиться с византийской культурой, а позднее успешно работать по истории древней Руси.

В 1734 году Ломоносов сообщил, что является сыном крестьянина и положен в подушный оклад. Паспорт, выданный на один год, с осени 1731 г. был просрочен, и на родине Ломоносов числился беглым. После того как открылось происхождение Ломоносова, его должны были исключить из академии и сдать в рекруты. Но за отличные успехи в учении к Ломоносову не были применены обычные строгости, он был оставлен в академии.

В 1735 г., когда Ломоносов был уже в последнем классе академии, произошло событие, сыгравшее решающую роль в его дальнейшей судьбе. Ректор Славяно-греко-латинской академии получил приказ отправить в Петербург 20 наиболее способных учеников. «В науках достойных» набралось 12 человек, среди них был и Ломоносов. 23 декабря 1735 г. ученики выехали из Москвы и через десять дней прибыли в Петербург.

Слайд 8

М. Ломоносов стал студентом академического университета, начал изучать новые дисциплины – математику, химию, физику, историю. Его блестящая память и редкие способности не могли не привлечь внимание учителей. Приблизительно через год Петербургская Академия наук решила командировать наиболее способных студентов за границу с тем, чтобы они прошли курс обучения у известного физика и металлурга И.Ф. Генкеля в Фрейберге (Пруссия). В числе студентов, избранных для этой цели были Д.И. Виноградов, сын горного советника Г.У. Райзер и М. В. Ломоносов.

Студентам предложили пройти общеобразовательную подготовку в Марбурге у известного философа Христиана Вольфа, автора исследований в различных областях естественных наук, физике, механике, математике.

Слайд 9

Следующий период пребывания Ломоносова за границей связан с жизнью в саксонском городке Фрейберге. В этом центре горнорудного дела Саксонии Ломоносов основательно познакомился с горнорудным делом, прошёл лабораторную практику.

Весной 1741 года М.В. Ломоносов отбывает в Петербург.

Труды М.В. Ломоносова.

Слайд 10

Первое время в Петербургской Академии Ломоносов оставался на положении студента, выполнял различные поручения, написал три научные работы, в том числе «Элементы математической химии» и подготовил каталог минералов, хранящихся в минеральном кабинете Академии. Работы получили высокую оценку, и Ломоносов был назначен адъюнктом по физическому классу.

Слайд 11

Ломоносов первым начал писать научные труды на русском языке. Он стремился к тому, чтобы русские знали достижения мировой науки. В 1745 году перевёл с латинского языка «Вольфианскую экспериментальную физику». В 1746 году прочитал первую в истории России публичную лекцию на русском языке по экспериментальной физике в аудитории Физического кабинета Академии наук.

Слайд 12 — 13

Своей корпускулярно-кинетической теорией тепла М. В. Ломоносов предвосхитил многие гипотезы и положения, сопутствовавшие дальнейшему развитию атомистики и теории строения материи. В письме Леонарду Эйлеру Ломоносов доказывает, что причиною теплоты является «внутреннее вращательное движение связанной материи». Занимался М. Ломоносов наблюдением северных сияний и изучением электричества вместе с Г.В. Рихманом, который трагически погиб во время проведения опытов.

При наблюдении за прохождением Венеры по диску Солнца учёный открыл атмосферу на Венере, и это открытие было позже подтверждено наблюдением западных учёных.

Слайд 14

В 1745 году назначен профессором химии Петербургской Академии наук.

Слайд 15

Ломоносов постоянно проводил практические занятия в химической лаборатории. А в 1748 возглавил её. Известный просветитель 18 века Н.И. Новиков описывал облик Ломоносова так: «… нрав имел он весёлый, говорил коротко, остроумно и любил в разговорах употреблять острые шутки; к отечеству и друзьям своим был верен, покровительствовал упражняющихся во словесных науках и одобрял их; во обхождении был по большей части ласков, к искателям его милости щедр; но при всём том был горяч и вспыльчив»

Слайд 16

В письме к немецкому ученому Л. Эйлеру сформулировал закон сохранения материи и движения.

Слайд 17

Ломоносову принадлежит создание теории стилей в русском языке и разработка правил грамматики русского языка. Им разработаны новые стихотворные размеры.

Слайд 18.

Ломоносову принадлежит разработка принципов новой науки «экономической географии». Михаил Ломоносов доказал возможность прохода в Индию по Северному морскому пути, составил Полярную карту.

Слайд 19

Благодаря работам Ломоносова было создано русское мозаичное искусство.

Слайд 20

Создание университета в Москве было предложено И.И. Шуваловым и М.В. Ломоносовым. Декрет о создании университета был подписан 25 января 1755 года Елизаветой Петровной.

Слайд 21

М. В. Ломоносов скончался 15 апреля 1765 года. Похоронен на Лазаревском кладбище Александро- Невской лавры в Петербурге.

Слайд 22

Именем его наречены…

Московский государственный университет

Северный (Арктический) федеральный университет

Город Ломоносов (Ораниенбаум)

Кратер на обратной стороне Луны

Месторождение алмазов

Серединно-океанический хребет, открытый в 1948 году

Пик на Эльбрусе

Минерал (ломоносовит – уникальный минерал из группы силикофосфатов) обнаружен в 1936 году

В Архангельской области помнят и чтут своего земляка. Его именем названы улицы, театр, университет; ему поставлены памятники на родине в с.Ломоносово, в г. Архангельске, в г. Северодвинске.

Литература.

Презентация

Главные этапы жизненного пути М.В. Ломоносова

О первых годах жизни Ломоносова имеются крайне скудные сведения. Он родился 8 ноября 1711 года, в деревне Мишанинской Куростровской волости Двинского уезда Архангельской губернии в довольно зажиточной семье крестьянина-помора Василия Дорофеича и дочери просвирницы погоста Николаевских Матигор Елены Ивановны (урождённой Сивковой) Ломоносовых. Отец, по отзыву сына, был по натуре человек добрый, но «в крайнем невежестве воспитанный». Мать Ломоносова умерла очень рано, когда Ломоносову было девять лет. В 1721 отец женился на Федоре Михайловне Усковой, дочери крестьянина соседней Ухтостровской волости. Летом 1724 года она умерла. Через несколько месяцев, возвратившись с промыслов, отец женился в третий раз на вдове Ирине Семёновне (в девичестве Корельской). Для тринадцатилетнего Ломоносова третья жена отца оказалась «злой и завистливой мачехой».

Упоминание о поморской семье Ломоносовых восходит к XVI веку, ко временам Ивана Грозного. Дед будущего учёного, Дорофей Леонтьевич, его отец, Василий Дорофеевич, и многие родственники были жителями Курострова. Как и большинство куростровских крестьян-поморов, они занимались хлебопашеством, но их основным делом были рыбная ловля и зверобойный промысел.

В начале XVIII века семья Ломоносовых имела средний достаток. Она располагала сравнительно крупным земельным наделом — около 67 сажен, но главным источником благосостояния являлся морской промысел.

Плавания в суровых северных морях были нелёгким делом. Поморы объединялись в артели. Почти все Ломоносовы деревни Мишанинской до начала 20-х годов XVIII века жили одной семьёй, мужчины сообща выходили в море. Семья Ломоносовых принадлежала к опытным мореходам. Документы свидетельствуют, что ещё в 1710 Лука Ломоносов, двоюродный дед будущего учёного, был кормщиком — старшим в промысловой артели. А это значит, что он хорошо знал морские пути, умел управлять судами, то есть знал навигационное дело. В 1722 отец Ломоносова, Василий Дорофеевич, получил 34 сажени пашни, построил собственный дом и стал жить самостоятельно, по-прежнему занимаясь в основном морским промыслом. Позже, в 1753, Ломоносов писал, что отец «довольство кровавым помтом нажил».

Лучшими моментами в детстве Ломоносова были, по-видимому, его поездки с отцом в море, оставившие в его душе неизгладимый след. Ломоносов начал помогать отцу с десяти лет. Они отправлялись на промыслы ранней весной и возвращались поздней осенью. Вместе с отцом Ломоносов ходил как в дальние плавания — в Северный Ледовитый океан — к Новой Земле и Шпицбергену, так и в ближние — до Соловецких островов. Нередкие опасности плавания закаляли физические силы юноши и обогащали его ум разнообразными наблюдениями. Его окружали предания о великих делах Петра Великого, которых и доселе немало сохранилось на севере.

Ещё от матери Ломоносов научился читать и получил охоту к чтению; позднее она, по-видимому, была поддержана в нём поморами-старообрядцами. Рано зародилось в Ломоносове сознание необходимости «науки», знания. «Вратами учёности» для него делаются откуда-то добытые им книги: «Грамматика» Смотрицкого, «Арифметика» Магницкого, «Стихотворная Псалтырь» Симеона Полоцкого. В четырнадцать лет юный помор грамотно и чётко писал. Жизнь Ломоносова в родном доме делалась невыносимой, наполненной постоянными ссорами с мачехой. И чем шире становились интересы юноши, тем безысходнее казалась ему окружающая действительность. Особенно ожесточала мачеху страсть Ломоносова к книгам.

Страсть к знаниям, тяжёлая обстановка в семье заставили Ломоносова принять решение — оставить родной дом и отправиться в Москву.

Годы, проведённые Ломоносовым в Поморье, сыграли большую роль в формировании его мировоззрения, наложили свой отпечаток на интересы и стремления юноши, в значительной степени определили направление его дальнейшего творчества.

В Москву Ломоносов ушёл с ведома отца, произошло это в конце 1730 года; один из местных крестьян поручился даже во взносе за него податей; но, по-видимому, отец отпустил его лишь на короткое время, почему он потом и числился «в бегах». Уход из дома Ломоносов тщательно продумал. Он узнал, что только в трёх городах России — в Москве, Киеве и Петербурге — можно овладеть высшими науками. Свой выбор он остановил на Москве. Ломоносова ожидала долгая и нелёгкая зимняя дорога. Преодолев весь путь за три недели, Ломоносов в начале января 1731 года прибыл в Москву.

В «Спасские школы», то есть в Московскую славяно-греко-латинскую академию, Ломоносов вступил в 1731 и пробыл там около 5 лет. Никто не ожидал в Москве юношу с далёкого Севера. Из дошедшего до нас письма Ломоносова к И.И. Шувалову видно, какие физические лишения, какую душевную борьбу пришлось выдержать Ломоносову за время пребывания его в академии. Позже Ломоносов вспоминал: «Школьники, малые ребята, кричат и перстами указывают: смотрите-де, какой болван лет в двадцать пришёл латыни учиться».

В научном отношении пребывание в академии принесло ему немалую пользу: он не только приобрёл вкус вообще к научным занятиям, но изучил латинский язык, ознакомился и вообще с тогдашней «наукой», хотя и в обычной для того времени схоластической форме разных «пиитик», «риторик» и «философий».

Удивительная целеустремлённость была присуща Ломоносову. В то время как многие его товарищи по Спасским школам свободные от занятий часы проводили беззаботно, он читал летописи, книги духовного и светского содержания в библиотеке Заиконоспасского монастыря.

Михаил Васильевич Ломоносов прибыл в Петербургскую Российскую Императорскую Академию Наук, когда она вступила во второе десятилетие своей деятельности. Это было уже сложившееся научное учреждение, которое имело большой для того времени штат сотрудников. В Академии были представлены все ведущие научные дисциплины того времени.

Несмотря на длительную переписку по поводу приезда из Москвы новых студентов, Академия Наук не позаботилась об их устройстве. В первые дни пребывания в Петербурге Ломоносов и его товарищи поселились при самой Академии Наук, а в конце 1736 года переехали на жительство в снятое Академией каменное здание новгородской епархии на 1-й линии Васильевского острова около Невы. Здесь Ломоносов прожил почти полгода до отъезда в Германию.

Первое время положение Ломоносова и его товарищей в Петербургской Академии Наук было весьма неопределённым: они не были зачислены ни в Гимназию, ни в Университет. Различный уровень знаний учеников Спасских школ не позволял создать единый класс Академического университета. Одним из существенных пробелов в их образовании было то, что они не знали немецкого языка, столь распространённого в то время в Академии. Поэтому их занятия начались с изучения немецкого языка, которому их обучал ежедневно учитель Христиан Герман.

Несмотря на тяжёлые условия жизни, любознательный Ломоносов с первых дней прибытия в Академию проявил огромный интерес к наукам. Под руководством Адодурова он начал изучать математику, у профессора Г.В. Крафта знакомился с экспериментальной физикой, самостоятельно изучал стихосложение. По свидетельству ранних биографов, в течение этого довольно непродолжительного периода обучения в Петербургской академии Ломоносов «слушал начальные основания философии и математики и прилежал к тому с крайнею охотою, упражняясь между тем и в стихотворении, но из сих последних его трудов ничего в печать не вышло. Отменную оказал склонность к экспериментальной физике, химии и минералогии».

В 1735 году в Академии было создано Российское собрание для разработки основ русского языка. Ломоносов, получив в Славяно-греко-латинской академии достаточно хорошую подготовку в области грамматики и стихосложения, вероятно, интересовался занятиями Российского собрания.

Серьёзное отношение Ломоносова к научным занятиям выделяло его из общей массы воспитанников Спасских школ, прибывших в Петербург. В Академии Наук любознательный и трудолюбивый юноша, приобщаясь к новой науке, ощутил современный подход к исследованиям, ничего общего не имевшим со средневековой схоластикой, процветавшей в Славяно-греко-латинской академии. В кабинетах и мастерских Академии Наук Ломоносов мог видеть новейшие приборы и инструменты для проведения исследований, в академической лавке познакомиться с только что изданными книгами и журналами.

Счастливым фактом ранней жизни Ломоносова был вызов со стороны Академии Наук 12 способных учеников «Спасских школ». В 1736 трое из них, в том числе Ломоносов, были отправлены Академией Наук в Германию, для обучения математике, физике, философии, химии и металлургии. За границей Ломоносов пробыл пять лет: около 3 лет в Марбурге, под руководством знаменитого Вольфа, и около года в Фрейберге, у Геннеля; около года провел он в переездах, был в Голландии. Из Германии Ломоносов вынес не только обширные познания в области математики, физики, химии, горном деле, но в значительной степени и общую формулировку всего своего мировоззрения. На лекциях Вольфа Ломоносов мог выработать свои взгляды в области тогдашнего так называемого естественного права, в вопросах, касающихся государства. Еще одно обстоятельство оказалось благоприятным для Ломоносова.

В марте 1736 президент Академии Наук Корф представил правительству два списка учеников, для отправки обучаться в Германии горному делу. Ощущалась острая необходимость в специалистах горного дела. И трое наиболее подготовленных студентов были отправлены за границу для обучения горному делу и для прохождения общего курса наук. «Учёный горный физик» Генкель заверял, что проучившись год или полтора, эти молодые люди «по возвращении на родину смогут сами обучать других». В первом списке Корф назвал тех, кто знал немецкий и латинский, во втором — только латинский. В последнем списке значился Ломоносов.

Вероятно, способности Ломоносова были настолько очевидны, что правительство и руководство Академии не смутило его крестьянское происхождение.

17 марта 1736 года правительство одобрило кандидатуры трёх студентов, представленных Корфом, и назначило им содержание — 1200 рублей в год. 3 ноября 1736 года трое русских студентов прибыли в Марбург.

Свои занятия Ломоносов в Марбурге начал с обучения «первоначальным основаниям арифметики и геометрии» и с изучения немецкого языка. С помощью Вольфа они быстро приобщились к занятиям: с января 1737 года начали слушать курс теоретической химии профессора Дуйзинга, а затем лекции Вольфа по механике, гидростатике, аэрометрии, гидравлике, теоретической физике. С мая наряду с изучением немецкого языка Ломоносов стал брать уроки французского, рисования, танцев и фехтования. Прошло менее года пребывания русских студентов в Марбургском университете, а успехи их в изучении различных дисциплин были весьма значительны.

В период обучения в Марбургском университете Ломоносов начал собирать свою первую библиотеку, потратив весьма значительную часть выдававшихся ему денег на приобретение книг.

Изучение естественных наук Ломоносов успешно сочетал с литературными занятиями. В Марбурге он познакомился с новейшей немецкой литературой. Ломоносов занимался с увлечением не только теоретическим изучением западноевропейской литературы, но практической работой над стихотворными переводами.

Жизнь Ломоносова и его товарищей за границей осложнялась из-за неурядиц с пересылкой денег на их содержание и обучение. Средства от Академии Наук поступали нерегулярно, и русским студентам приходилось жить в долг.

К началу 1739 года Ломоносов и его товарищи завершили своё обучение в Марбурге. Вскоре из Петербурга пришло предписание готовиться к отъезду во Фрейберг к Генкелю для изучения металлургии и горного дела.

Пять дней потребовалось русским студентам на дорогу до Фрейберга. 14 июля 1739 года они прибыли в этот старейший горнозаводской центр Саксонии.

После относительно независимой и свободной университетской жизни в Марбурге русские студенты попали в полное подчинение к строгому и педантичному Генкелю. Обучение Генкель начал с занятий минералогией и металлургией. Преподавание строилось в основном на практических занятиях: посещение рудников и металлургических заводов сопровождалось объяснениями производственных процессов. Здесь Ломоносов познакомился с устройством рудников, способами укрепления шахт, подъёмными машинами. Позднее, в своей книге «Первые основания металлургии, или рудных дел», Ломоносов широко использовал знания и опыт, приобретённый во Фрейберге.

Гордостью Генкеля была его химическая лаборатория. В то время даже многие высшие учебные заведения не имели собственных лабораторий. Эта лаборатория служила учебной, производственной и экспериментальной базой. Вероятно, Ломоносов оценил значение экспериментальной базы для исследовательской работы. Вот почему по возвращении в Россию он упорно добивался постройки химической лаборатории при Академии Наук.

Недостатком Генкеля было то, что он, сосредотачивая основное внимание на практических занятиях, не давал возможности своим ученикам размышлять над теоретическими проблемами. Он не поддерживал в учениках энтузиазма исследователей.

Первые четыре месяца жизни русских студентов во Фрейберге прошли без особых инцидентов; их взаимоотношения с Генкелем были вполне нормальными. Но в конце 1739 года между студентами и Генкелем начались трения, которые затем переросли в острый конфликт. Основной причиной столкновений являлась нерегулярная отправка из Петербурга средств на содержание студентов. Тяжёлые условия жизни, мелочная опека, постоянная слежка даже за его перепиской — всё это тяготило молодого Ломоносова, который уже имел собственное сложившееся мировоззрение. Исподволь накапливалась неприязнь учителя и ученика друг к другу.

Первая серьёзная ссора разразилась в конце декабря 1739 года. Поводом послужил отказ Ломоносова выполнить черновую работу, которую ему поручил Генкель. Горячая натура русского юноши восстала против педантизма немецкого учёного. Весной, когда Ломоносов и его коллеги после очередного скандала пришли просить денег на своё содержание, Генкель им отказал. Отношения оказались окончательно испорчены. Кроме того, Ломоносов считал, что ему уже нечему учиться во Фрейберге.

В начале мая 1740 года Ломоносов, оставив некоторые свои книги товарищам и захватив с собой небольшие пробирные весы с гирьками, навсегда покинул Фрейберг. Ломоносов рассчитывал с помощью барона Кейзерлинга, русского посланника, уехать в Россию. Но прибыв в Лейпциг, где, по его расчётам, должен был находиться посланник, Ломоносов не застал его там. С этого момента для Ломоносова началась полная скитаний жизнь, которая продолжалась больше года. Вернувшись на некоторое время в Марбург, он женился на Елизавете Цильх, дочери хозяйки дома, в котором он проживал.

В конце 1741 года Ломоносов смог вернуться в Петербург.

За время отсутствия Ломоносова в Академии сменилось два президента, и к середине 1741 года Академия так и не имела руководителя. Число профессоров заметно сократилось, многие кафедры пустовали, росли денежные долги Академии.

В 1748 году он создаёт первую русскую химическую лабораторию, помогает Ломоносову в этом его близкий друг Г. Рихман — русский физик, занимавшийся работами по электричеству. В 1748 году при Академии возникают Исторический Департамент и Историческое Собрание, в заседаниях которого Ломоносов вскоре начинает вести борьбу с Миллером, обвиняя его в умышленном принижении в научных исследованиях русского народа. Он представляет ряд записок и проектов с целью «приведения Академии Наук в доброе состояние», усиленно проводя мысль о «недоброхотстве ученых иноземцев к русскому юношеству», к его обучению. В 1749 году, в торжественном собрании Академии Наук, Ломоносов произносит «Слово похвальное императрице Елизавете Петровне», имевшее большой успех; с этого времени Ломоносов начинает пользоваться большим вниманием при дворе. Он сближается с любимцем Елизаветы И.И. Шуваловым, что создает ему массу завистников, во главе которых стоит Шумахер.

При близких отношениях к Шувалову козни Шумахера делаются для Ломоносова не страшными; он приобретает и в Академии большое влияние. Под влиянием Ломоносова совершается в 1755 году открытие Московского университета, для которого он составляет первоначальный проект, основываясь на «учреждениях, узаконениях, обрядах и обыкновениях» иностранных университетов. Ещё раньше, в 1753 году, Ломоносову, при помощи Шувалова, удается устроить фабрику мозаики.

В 1756 году Ломоносов отстаивает против Миллера права низшего русского сословия на образование в гимназии и университете. В 1759 году он занят устройством гимназии и составлением устава для неё и университета при Академии, причём опять всеми силами отстаивает права низших сословий на образование, возражая на раздававшиеся вокруг него голоса: «куда с учеными людьми?». Ученые люди — доказывает Ломоносов, — нужны «для Сибири, для горных дел, фабрик, сохранения народа, архитектуры, правосудия, исправления нравов, купечества, единства чистые веры, земледельства и предзнания погод, военного дела, хода севером и сообщения с ориентом». В то же время идут занятия Ломоносова по Географическому Департаменту; под влиянием его сочинения «О северном ходу в Ост-Индию Сибирским океаном» в 1764 году снаряжается экспедиция в Сибирь.

Среди этих неустанных трудов Ломоносов умирает, 4 апреля 1765 года. Незадолго до смерти Ломоносова посетила императрица Екатерина II, «чем подать благоволила новое Высочайшее уверение о истинном люблении и попечении своем о науках и художествах в отечестве» В конце жизни Ломоносов был избран почетным членом Стокгольмской и Болонской академий наук. Ломоносов похоронен в Александро-Невской лавре. Семейная жизнь Ломоносова была, по-видимому, довольно спокойной. Из детей после Ломоносова осталась лишь дочь Елена, вышедшая замуж за Константинова, сына брянского священника. Её потомки, как и потомство сестры Ломоносова, в Архангельской губернии, живут и в наше время.