Похороны ребенка

Нужно ли брать ребенка с собой на похороны: мнение психолога и священника

Родители зачастую боятся брать ребенка на похороны. Смерть члена семьи может негативно отразиться на психике малыша. Посещение траурного мероприятия зависит от психологического состояния и желания чада.

Можно ли брать маленького ребенка на похороны

До 2-3,5 лет дети не осознают понятие смерти. Тему не обсуждают с малышами данного возраста. Мать и отец стремятся оберегать чадо от эмоций. Если случилось несчастье, родные не знают нужно ли объяснять о трагедии, брать сына или дочь на похороны бабушки или дедушки.

В силу традиций, этических и религиозных аспектов, принимается положительное решение участия малыша в траурной процессии. Необходимо предварительно провести беседу о смерти с ребенком, перед тем, как брать его на кладбище.

Аргументы в пользу решения: чадо раньше научиться воспринимать жизнь реальной, избавиться от страхов.

Советы психолога

Специалисты не уверены, стоит ли брать ребенка с собой на похороны. Советы психолога:

  1. Малыша стоит учить принимать реальный окружающий мир.
  2. Психологи советуют разговаривать с детьми на тему смерти с 3-х лет во избежание возникновения недоверчивости к взрослым.
  3. Чадо данного возраста способно ощущать утрату и недосказанность со стороны родных.
  4. Не нужно обвинять малыша в отказе от присутствия на похоронах.

При возникновении у ребенка желания попрощаться с умершим не стоит препятствовать, нужно подсказать и показать проводимые действия, не ругать за ошибки.

Нельзя заставлять присутствовать на службе по покойнику, поминках, дотрагиваться до усопшим или гроба, брать на похороны.

Объяснения, что усопший «заснул», «попал на небо» дают неправильное понимание и надежду на возвращение. Маме стоит объяснить чаду: человек умер и это невозвратимо.

При глубоких переживаниях помогите ребенку осознать смерть родного человека. Разговаривайте об ушедшем, оживите приятные моменты, посмотрите фотографии, пусть малыш расскажет об испытываемых чувствах, выскажет мысли. Рекомендуется просмотр фильма с похожей судьбой героев. Верующие могут:

  • брать малыша в церковь;
  • поставить свечку за упокой души;
  • прочесть вместе молитву об усопшем.

Детям можно присутствовать на похоронах, но психологические особенности берутся во внимание в первую очередь. Точная реакция на смерть неизвестна. Неподготовленному малышу участие в ритуальных действиях пользы не принесет, брать его туда не следует.

Нуждаетесь в совете специалиста? Получите консультацию эксперта онлайн.
Задайте свой вопрос прямо сейчас! Задать бесплатный вопрос Посмотреть все вопросы

Дети рассказывают о кошмарах, которые сняться после смерти человека. Разговоры о больной теме ведутся, учитывая психологический портрет, возраст: слова, которыми можно сообщить о кончине родственника подростку в 11-12 лет, неуместно использовать для объяснения в 3-5 лет. Впечатлительного малыша не стоит брать на похороны, слезы и причитания окружающих усилят угнетение его нервной системы, психика подвержена стрессу.

Для детей-визуалов ритуальный обряд имеет много зрительных образов:

  • цветы, брошенные и растоптанные на земле;
  • черные одежды собравшихся на похоронах;
  • траурные венки с написанием имени усопшего.

Увиденные картины отложатся в памяти малыша.


Мнение эзотериков

Присутствие ребенка на похоронах не воспрещено. До определенного возраста происходящее может восприниматься игрой.

При желании малыша пойти на прощальную церемонию, требуется подготовка, объясните, что на погребении люди много плачут, чтобы избежать нервных заболеваний и фобий.

Приняв решение брать с собой ребенка на похороны, родители осуществляют контроль за ним, давая пояснения о происходящем. Необходимо поведать о правилах поведения:

  • разговаривать вполголоса, не кричать и не смеяться;
  • нельзя бегать между могилами;
  • у незнакомых людей на похоронах ничего не брать: игрушки, сладости;
  • не уходить от родных;
  • с кладбищенской земли ничего не поднимать.

В эзотерике существует запрет на то, чтобы брать что-либо с могил. По приметам любой предмет, соприкоснувшийся с землей на кладбище, обладает негативной энергетикой, у взрослого и ребенка могут возникнуть проблемы со здоровьем.

Маги считают, что кладбищенская атмосфера подавляет биополе малыша. Чувства боязни и страха, испытываемые юной особой на похоронах, усилятся вследствие влияния зла. Чадо, находящееся рядом с родными, защищено их энергетикой.

Черные колдуны используют погосты для проведения ритуальных действий, насылают проклятия и болезни. От угощения, предлагаемого чужим человеком, ребенку нужно отказаться.

Эзотерики дают рекомендацию, что не нужно брать грудничка или некрещенного младенца на похороны, в него может переселиться мечущаяся душа новопреставленного.


С точки зрения православия и народа

Православие не запрещает брать детей на похороны, скрывать смерть не нужно. Благодаря участию в похоронных ритуалах малыш приобщается к традициям народа. Душа не обитает на кладбище и присутствие на погребении неопасно для чада.

Оставляемые на погостах продукты священники считают языческим обрядом. Еду лучше отдать нищим для поминания умершего.

Похороны помогут объяснить детям, что такое смерть. В ходе траурной церемонии прощания малыши устают, не воспрещается уйти с мероприятия, не дождавшись окончания. Нужно помочь чаду разобраться в переживаниях, научить справляться с утратой.

С какого возраста лучше присутствовать на похоронах

Решение о посещении ребенком погоста основывается на возрасте, сформировавшемся сознании. Брать на кладбище грудничка нет смысла, он требует ухода и внимания, устанет, будет плакать и капризничать.

Если детям до 3-х лет не ясна суть происходящего, по достижении сознательного возраста решение о посещении похорон принимается, основываясь на личных особенностях человека:

  1. Чада до 9 лет могут думать о смерти, как об обратимом, не верить в нее.
  2. У малышей мировоззрение формируется к 12- ти годам.

Дети на реакцию взрослых дают одинаковый ответ: пугаются, если близкий проявил страх, дочь или сын горюют вместе с родителями. Требуется контролировать свои эмоции на похоронах.

Чтобы определить, что у чада подходящий возраст к участию в траурном процессе, нужно обратить внимание на ряд факторов:

  • в каком состоянии здоровье ребенка;
  • в какой местности проживает;
  • полученное воспитание;
  • свойства темперамента и впечатлительность натуры.

Чтобы объяснить ребенку потерю члена семьи, нужно взять на заметку следующий прием: сказать о событии вскользь. Если у чада есть желание проститься с умершим, его можно брать с собой на похороны.

Как хоронят детей. Слабонервным смотреть.

Featured Posts from This Journal

  • САМЫЕ «УЮТНЫЕ» ГОРОДА МИРА (PETR LOVIGIN’S VERSION)

    Города, в которых и глазам приятно находиться и душе не скучно. Они не претендуют на звание столиц и мегаполисов, а некоторые названия вы может…

  • Самые шлюшные города мира (Petr Lovigin’s version)

    В каждой душе есть игла востра, режет аж до кости; В каждом порту меня ждет сестра — хочет меня спасти… БГ «Стерегущий баржу»…

  • Не рекомендуется к посещению. Скучнейшие города мира. (Petr Lovigin’s version)

    сегодня я делаю обзор самых скучных городов мира, которые мне в своей многовековой туристической карьере пришлось посетить. Города, где не происходит…

  • Коллекция кладбищ мира.

    Когда-то я собирал фотографии парикмахерских, которые я посещал в разных уголках планеты. Из них вышла вот такая подборка. Ну и как в уездном…

  • Бюджетные цирюльни народов мира.

    Парикмахерская — лицо страны. Во всех своих путешествиях я всегда стараюсь, если уж не постричься, то хотя бы покрутиться около местных цирюлен. У…

Смерть родителя: событие, которое меняет навсегда

Наука неврология говорит о том, что любая утрата вызывает непродолжительное физическое недомогание. Однако ДЛИТЕЛЬНОЕ ГОРЕ подвергает организм высокому риску серьезно заболеть. Несколько исследований обнаружили связь между неразрешенным горем и гипертонией, сердечными заболеваниями, иммунными нарушениями и даже раком.

Смерть родителя — опыт, который переживает в своей жизни почти каждый. Если человек еще не сталкивался с потерей отца или матери, он, скорее всего, рано или поздно с ней столкнется. Но тот факт, что смерть родителей переживают почти все люди на земле, не облегчает переживания. Для ребенка потерять отца или мать травматично, это меняет его биологически и психологически. Он может даже заболеть от горя.

Как пережить потерю родителей

«Менее трагично, когда родитель умирает не внезапно, и у членов семьи есть время подготовиться, попрощаться, обрести поддержку друг у друга, — говорит профессор Николь Бендерс-Хади. — Если же смерть наступает неожиданно, например, в результате острого заболевания или несчастного случая, взрослые дети могут надолго остаться в фазах отрицания и гнева.

Подписывайтесь на наш аккаунт в INSTAGRAM!

Что, в свою очередь, приводит к серьезной депрессии или даже посттравматическое стрессовое расстройство, если имела место травма».

Не существует научных данных, которые могли бы описать, насколько болезненно и сильно это горе. Тем не менее, существует ряд психологических исследований, которые демонстрируют масштабы случившейся потери. Они показывают, что в процессе горевания задействуются задняя поясная кора, лобная кора и мозжечок. Эти области мозга участвуют в хранении воспоминаний о прошлом, но также они отвечают за регуляцию сна и аппетита.

Наука неврология говорит о том, что любая утрата вызывает непродолжительное физическое недомогание. Однако длительное горе подвергает организм высокому риску серьезно заболеть. Несколько исследований обнаружили связь между неразрешенным горем и гипертонией, сердечными заболеваниями, иммунными нарушениями и даже раком. Неясно, почему горе вызывает такие тяжелые физические состояния. Одна из теорий говорит о том, что постоянное возбуждение симпатической нервной системы (отвечающей за реакцию борьбы или бегства) может вызвать долгосрочные изменения на генетическом уровне. Эти изменения — уменьшение запрограммированной гибели клеток, снижение иммунных реакций — может быть полезным, если вас преследует медведь в лесу и вам нужны все здоровые клетки, которые есть в организме. Но этот вид клеточной дисрегуляции также характерен для процесса бесконтрольного роста раковых клеток в организме.

Подписывайтесь на наш канал Яндекс Дзен!

В то время как физические симптомы относительно постоянны, психологические последствия горя практически непредсказуемы. В течение 12 месяцев после потери родителя взрослый человек может испытывать ряд противоречивых эмоций, таких как печаль, гнев, ярость, тревога, вина, оцепенение, пустота, раскаяние и сожаление. И это нормально. Нормально уходить от друзей и внешних занятий, нормально — бросаться в работу.

Как и всегда, контекст имеет значение. Внезапная насильственная смерть подвергает выживших более высокому риску «застревания» в горе. Или если взрослый ребенок разорвал отношения с родителем, смерть может быть вдвойне болезненным событием — даже если осиротевший закрывается и делает вид, что не чувствует потери. «Справиться с горем легче, когда у взрослых детей есть время попрощаться с родителем. Невозможность попрощаться приводит к чувству подавленности и злости». Это может объяснить, почему, как показывают исследования, молодые люди больше страдают от потери родителей, чем люди среднего возраста. По-видимому, их родители умерли неожиданно или, по крайней мере, в более раннем возрасте, чем большинство.

Пол — как родителя, так и ребенка — может влиять на особенности проживания горя. Исследования показывают, что дочери горюют сильнее, чем сыновья, но у мужчин процесс горевания происходит медленнее. «Мужчины меньше склонны проявлять чувства и меньше ими делятся», — считает клинический психолог Карла Мари Мэнли.

Исследования также показали, что потеря отца в большей степени ассоциируется с потерей части собственной личности — целей, пути развития, убеждений, позиции и знания себя. Потеря матери, с другой стороны, вызывает более сильную реакцию. «Многие люди говорят, что чувствуют большую потерю, когда умирает мать. Это можно объяснить часто близким, заботливым характером отношений между матерью и ребенком».

В то же время разница между переживанием потери отца и матери не столько существенна. «Чувство тяжелой утраты возникает независимо от того, кто из родителей умер, — говорит Бендерс-Хади. — Чаще всего это зависит от отношений и привязанности, которая была между ребенком и родителем».

Горе становится патологическим, когда осиротевшие настолько сильно им охвачены, что не могут продолжать жить. Предварительные исследования показывают, что это происходит примерно у одного процента здорового населения и у около десяти процентов людей, у которых ранее было диагностировано стрессовое расстройство. «Диагноз “расстройство адаптации” ставится человеку в течение трех месяцев после смерти родителя, если наблюдается “постоянство реакций горя”, превышающее норму данной культуры и религии». В этой ситуации скорбящий взрослый сталкивается с серьезными проблемами, связанными с выполнением социальных, профессиональных и других ожидаемых от него важных жизненных обязательств. Даже те взрослые, которые ходят на работу и делают вид, что у них все нормально, могут страдать от клинического расстройства — в том случае, если их мысли постоянно заняты смертью, или они отрицают тот факт, что их родитель умер, или активно избегают напоминаний о своих родителях. Это состояние, известное как стойкое комплексное расстройство вследствие тяжелой утраты, более сложно диагностировать (DSM—5 обозначает его как «нуждающееся в дальнейшем изучении»).

Элизабет Голдберг работает в Нью-Йорке как терапевт с горюющими взрослыми, и она видела, как длительное горе может влиять на брак. В частности, Голдберг предполагает (несколько фрейдистскую) связь между потерей родителя и изменой супругу. «Я рассматриваю многие измены как проявление неразрешенной скорби о потере родителя, — утверждает специалист. — Взрослый ребенок остается в состоянии отрицания, различными способами отвергая реальность, чтобы сохранить иллюзию, что родитель все еще жив. Горюющему ребенку нужна новая фигура привязанности, таким образом психика пытается примирить отрицание и горе. Поэтому вместо того, чтобы сказать: “Моя мать умерла”, горюющий ребенок может сказать: “Пока мамы нет, я буду играть с кем-то другим, кроме моего супруга”».

Неразрешенное горе может перерасти в тревогу и депрессию, в особенности если родитель умирает от суицида. «Взрослые, чьи родители покончили с собой, часто испытывают сложные эмоции: вину, гнев, чувство оставленности и уязвимости». Исследование 2010 года, проведенное Университетом Джонса Хопкинса, показало, что потеря родителя в результате самоубийства, в свою очередь, делает детей более склонными к самоубийству.

Вопрос о том, как справиться с утратой родителя здоровым способом, активно изучается наукой. Росс Гроссман, терапевт, специализирующийся на теме горевания, определил несколько «главных ложных мыслей», которые поражают наш разум, когда мы сталкиваемся с горем. Самые частые из них: «я должен был быть лучше» и «они должны были относиться ко мне лучше», — и они тянут человека в противоположных направлениях. «Эти ложные мысли могут легко возникнуть после смерти человека, которого вы любили», — говорит Гроссман.

Переживающие утрату взрослые дети, по словам Гроссмана, часто чувствуют, что они должны были сделать больше, а «поскольку они чего-то не сделали, они считают себя плохими, ужасными, отвратительными людьми». «Такие мысли, если их не оспаривать, обычно приводят к чувству стыда, низкой самооценке, самоосуждению».

Подписывайтесь на наш канал VIBER!

С другой стороны, взрослые дети иногда обвиняют своих умерших родителей в том, что те относились к ним не так, как было нужно, и никогда не просили за это прощения. Это также нездорово. «Результатом таких мыслей становится глубокое негодование, гнев, ярость, — говорит Гроссман. — У детей могут быть законные причины чувствовать себя так — лишенными хорошего отношения со стороны родителей. В таких ситуациях речь не всегда идет о смерти родителя как таковой, а смерти возможности примирения, сближения и извинения со стороны обижавшего родителя. Возможность умирает вместе с человеком».

В крайних случаях терапия может стать единственным способом, который поможет скорбящему сыну или дочери вновь стать на ноги. Время и понимающий супруг рядом могут поспособствовать этому процессу. «Мужья могут лучше всего поддержать своих жен, слушая их», — говорит Мэнли. «Мужчины часто чувствуют себя беспомощными перед эмоциями своих жен и хотят как-то “починить” ситуацию. Однако муж может принести гораздо больше пользы, сидя со своей женой, слушая ее, держа ее за руку, гуляя с ней и — если она пожелает — посещая вместе с ней место захоронения».опубликовано econet.ru.

Джошуа Крич

Детские похороны

Безусловно, каждому родителю тяжело и невыносимо хоронить собственного ребенка. Такого рода утрату мало кому получается пережить до конца, обычно мама и папа хранят у себя в душе это горе всю жизнь. Достойные похороны – это единственный способ показать ребенку всю свою невысказанную любовь и заботу, пока его душа все еще пребывает на земле. Именно в похороны надо вложиться и максимально подготовиться к ним, ведь это будет последний шанс, чтобы побыть со своим чадом. К сожалению, на похоронах показывается не только любовь, но и острая боль от такой несправедливой и горькой потери. Чтобы правильно похоронить человека, нужно знать множество нюансов и тонкостей. О них не скажут в интернете или во время покупки гроба, дело слишком деликатное и сложное. Также нужно знать, какие именно документы нужно собрать, как успеть в срок и сделать все правильно. Как бы не было прискорбно, смерть не видит разницы ни перед людьми разного пола, роста и национальности, ни перед детьми и взрослыми. Успел ли человек хоть немного пожить и насладиться тем, что имеет, начал ли он только-только познавать мир и ощущать себя его частью,- смерти это не важно. Когда приходит время, она просто забирает душу из этого мира, оставляя близких людей горевать и скорбеть по утрате. Когда бедные родители узнают о том, что случилось, они не могут терять контроль и поддаваться отрицательным эмоциям. Ведь им дано всего два дня, чтобы успеть подготовить все самое необходимое. Если ребенок почти стал подростком или уже хотя бы пошел в школу, его хоронят, как и взрослого. Если родственники хотят показать, что покойнику было мало лет, они покупают символичные ленточки и крепят их на венки. К примеру, у мальчика будет голубая, а у девочки розовая. Также на погребальные венки крепятся любимые плюшевые игрушки, маленькие ангелочки и куколки. Обычно по цвету гробы не черные, а светло-серые или белые, это показывает, что ребенок был чистым и невинным.

Новорожденный малыш

Если ребенок пожил пару дней и умер, то, по закону, производится вскрытие. Это нужно для того, чтобы эксперты установили подлинную причину смерти. После того, как информация будет получена, тело отдадут маме и папе, чтобы они могли начать готовиться к похоронам. Похоронный процесс должен быть организован за два дня, максимум за три. Если родители по каким-то причинам не хотят забирать тело, то это могут сделать ближайшие родственники при предоставлении документов. К примеру, такое происходит, когда мать еще слишком слаба после родов, и врачи не могут ее выписать. Или же после смерти малыша у нее слишком сильная психологическая травма. Если родственники тоже не приедут, по закону новорожденного будет хоронить больница. Тогда все пройдет максимально скромно и бюджетно. Одевать покойника можно в любую одежду, многие специально украшают ее рюшечками и кружевами, покупают нарядные платья и костюмчики.

Если ребенка успели крестить до смерти, то его можно будет отпеть. После вскрытия будет выдано свидетельство о смерти. Пока проводится вскрытие и оформляются документы,родственникам нужно выбрать венки и гроб. Если умерла девочка, то его могут расписать бантиками и цветами, если мальчик, то вышивкой и рюшами. Многие боятся того, что церковь не одобрит роспись гроба. На самом деле, священники не обращают никакого внимания на эту формальность, они просто выполняют свою часть работы.

Религия

Как бы велико не было горе родителей, не все могут войти в положение и помочь им. Даже русская церковь, которая славится своим милосердием, жалостью и пониманием, не может пойти против священного писания. Конечно, каждый родитель хочет, чтобы душа его ребенка не мучилась и попала после смерти в рай. Однако же отпевание провести нельзя, если ребенка не успели покрестить. Мама и папа хоронят ребенка, который умер в утробе или при родах без участия церкви. Однако же священники говорят о том, что никто не запрещает родственникам произносить молитвы и просить Бога принять к себе эту чистую и невинную душу.

Если ребенка успели крестить, то тогда его душу ждет обряд отпевания, который состоит из трех этапов. Оно будет происходить на четвертый, девятый и сороковой день после смерти. Не надо переживать за то, что душа младенца попадет в ад, если родители не крестили его. Он не успел согрешить, поэтому не заслуживает вечных мучений ни за что. Его душа будет находиться между двух миров в промежуточном состоянии. Он никогда не достигнет ни райского наслаждения, ни страданий в демоническом огне.

Не стоит впадать в отчаяние и крестить и отпевать ребенка самостоятельно. Это противоречит законам церкви, считается большим нарушением. Некоторые родители кладут свой крест в гроб, в надежде на то, что этим откроют умершему дорогу в рай. Это не поможет, так как Бог всегда знает, кому крест принадлежит.

Многие придерживаются мнения о том, что похоронами должен заниматься человек, который не имеет к семье погибшего никакого отношения. Убитые горем родственники не до конца отдают отчет своим действиям, поэтому могут забыть про многие организационные моменты. По этому поводу они будут сильно жалеть, когда придут в себя и осознают, что упустили.

В церковном календаре много дней поминовения тех, кто перешёл в мир иной. В этом году ближайшая Вселенская родительская суббота 22 февраля. Как рассказать детям о церковном поминовении усопших, стоит ли брать их в эти дни в храмы и на кладбища, и главное – безопасно ли для детской души вести разговоры о смерти?

Отвечая на вопросы наших читателей, мы провели на эту тему опрос и адресовали им статью.

Зрелище не для маленьких

В советские годы в суете похоронных и поминальных приготовлений дети мешали под ногами и их выдворяли к родственникам. Взрослые старались «сделать всё не хуже, чем у людей» и с облегчением завершали тяжёлые проводы – ведь, если, по представлениям того времени, Бога не было, то человек уходил без возврата. Прощались и старались поскорее забыть посреди жизнеутверждающего поминального застолья.

Незачем детям месить грязь и толкаться на кладбище, слушать траурные оркестры, участвовать в нетрезвых поминках, в конце которых иногда забывался печальный повод сборища, – вот логика эпохи, для которого вечной жизни не существовало. Религиозное сознание мало-помалу восстанавливается, и, хотя советское время в прошлом, мы по инерции продолжаем жить некоторыми стереотипами.

Возможно, поэтому в списке «любимых» «православных» суеверий до сих пор первое занимают суеверия, связанные с похоронами, отпеванием, кладбищем. Что можно делать и чего нельзя, как делать правильно – вот те вопросы, которые продолжают возникать и очень серьезно волновать людей, у которых произошла утрата.

Получается, масса усилий и внимания уделяется обряду, кутье, киселю, цветам и занавешенным зеркалам и, увы, мало сил и раздумий – осмыслению происходящего и молитве о новопреставленном. И, увы, совсем не в первую очередь мы думаем о детях и о том, стоит ли им присутствовать там, где и нам, взрослым, душевно тяжело.

В 90% случаев малышей оставляем дома, щадим их нервы. Смерть – зрелище не для маленьких, – вот общепринятый общественный вердикт. Но этим мы отделяем детей от семьи и её горя, от себя самих, от мира, в котором, увы, есть место не только радужным радостям и развлечениям.

Вместе проживали горевание

Между тем, в России детский мир обособили от взрослого совсем недавно – в конце ХIХ – начале ХХ века. До этого момента ребенок был полностью включен во взрослую жизнь независимо от сословия, к которому принадлежал.

Крестьянские дети с малолетства были погружены во взрослый мир с его трудом и тяготами. Живущие большой семьей в одной избе, где под одной крышей проводили дни все поколения семейства, они были свидетелями главных вех человеческой жизни. Русское купечество погружало своих отпрысков в патриархальный быт своего круга, в семейное дело, в повседневные проблемы. Болезнь и смерть в доме никогда не проходила мимо них.

Маленькие дворяне с младых ногтей учились наукам и искусствам, не имели поблажек, с младенчества знали этикет. С младенчества они обладали взрослым достоинством. От них также не скрывали события, происходящие в семействе: рождения новых детей, болезни, смерти. Детская и женская смертность в России до революции повсеместно оставались высокими, братья и сестры, едва появившись на свет, порой умирали, очередными родами могла умереть и мама.

Отцы, русские офицеры, иногда безвременно гибли на службе Отечеству. Все это было рядом, близко, случалось на глазах ребенка. И, находясь в гуще семейных событий, он мог проживать и радость рождения, и горевание о потере, и острую разлуку смерти, то есть горести и радости во всей их полноте.

Русская жизнь всех сословий была пронизана религиозностью, поэтому смерть воспринималась естественной частью бытия и принималась с гораздо большим смирением, чем в годы официального безбожия.

Человек не уходил в никуда, в пустоту – он отходил ко Господу – и, понимая вектор его движения, православные христиане провожали его достойно, чинно, торжественно, неспешно, придавая значение событию.

Дети видели, как тело готовят к погребению, как почтительно обращаются с ним, как нарядно и тщательно обряжают, украшают. Они слушали чтение Псалтири над усопшим, были участниками прощания, шествия похоронной процессии в храм на отпевание, понимали сердцем утешительные слова священника о воскресении в жизнь вечную.

Эти воспоминания ярко запечатлевались детской памятью, и никому в голову не приходило лишать ребенка своего рода жизненной школы.

Помимо страшной и трагической стороны, в смерти присутствовала сторона вероучительная, тот духовный опыт, который постигается через утрату другого человека. И, кроме печали, с раннего младенчества сеялась надежда на спасение и прощение близких, на встречу, на жизнь будущего века.

Со смертью невозможно свыкнуться и смириться. Но Священное Писание говорит: «Помни последняя твоя и вовеки не согрешишь» (Сир. 7, 39).
Так маленький ребенок, присутствуя на событиях, связанных со смертью близких, научался этой важной и непростой памяти.

Борис Пастернак так говорит об этом в романе «Доктор Живаго»:

«Десять лет назад, когда хоронили маму, Юра был совсем еще маленький. Он до сих пор помнил, как он безутешно плакал, пораженный горем и ужасом. Тогда главное было не в нем.

Тогда он едва ли даже соображал, что есть какой-то он, Юра, имеющийся в отдельности и представляющий интерес или цену. Тогда главное было в том, что стояло кругом, в наружном.

Внешний мир обступал Юру со всех сторон, осязательный, непроходимый и бесспорный, как лес, и оттого-то был Юра так потрясен маминой смертью, что он с ней заблудился в этом лесу и вдруг остался в нем один, без нее.

Этот лес составляли все вещи на свете – облака, городские вывески, и шары на пожарных каланчах, и скакавшие верхом перед каретой с Божьей Матерью служки с наушниками вместо шапок на обнаженных в присутствии святыни головах.

Этот лес составляли витрины магазинов в пассажах и недосягаемо высокое ночное небо со звездами, Боженькой и святыми.

Это недоступно высокое небо наклонялось низко-низко к ним в детскую макушкой в нянюшкин подол, когда няня рассказывала что-нибудь божественное, и становилось близким и ручным…

Оно как бы окуналось у них в детской в таз с позолотой и, искупавшись в огне и золоте, превращалось в заутреню или обедню в маленькой переулочной церквушке, куда няня его водила…

Совсем другое дело было теперь. Все эти двенадцать лет школы, средней и высшей, Юра занимался древностью и Законом Божьим, преданиями и поэтами, науками о прошлом и о природе, как семейною хроникой родного дома, как своею родословною.

Сейчас он ничего не боялся, ни жизни, ни смерти, все на свете, все вещи были словами его словаря. Он чувствовал себя стоящим на равной ноге со вселенною и совсем по-другому выстаивал панихиды по Анне Ивановне, чем в былое время по своей маме.

Тогда он забывался от боли, робел и молился. А теперь он слушал заупокойную службу как сообщение, непосредственно к нему обращенное и прямо его касающееся».

От небытия к бытию

Можно обратиться и в более далекое национальное прошлое, к корням и истокам. Интересно, как было там? Совсем иначе относилось к смерти человека русское Средневековье. Там – другое сознание и другой быт, другой временной ход. Оставалось много времени и пространства на осмысление духовной жизни, отношений человека и Бога, событий земного бытия и перехода в инобытие.

Приведем отрывок из романа «Лавр» Евгения Водолазкина, писателя, филолога, специалиста по древнерусской литературе и агиографии, который на основе летописных источников глубоко изучил мировоззрение наших предков.

Заметьте, маленький Арсений присутствует не только на похоронах, но и при переходе в мир иной единственного близкого человека – дедушки Христофора. Его некому уберегать от горя. Это жизнь, и от неё никуда не скрыться. Но постепенно мальчик переходит от страшного чувства небытия к бытию:

«Около полуночи Арсению показалось, что Христофору стало легче. И что дышит он уже не так тяжко. Арсений видел улыбку деда, удивляясь, что может видеть её спиной. С облегчением следил за тем, как дед прошелся по комнате и коснулся висящего в углу бессмертника.

Все развешанные под потолком травы от этого закачались. Закачался и сам потолок. Погладив спящего мальчика по щеке, Христофор сказал Господу:

В руце Твои предаю дух мой, Ты же мя помилуй и живот вечный даруй ми. Аминь.

Перекрестился, лег рядом с внуком и закрыл глаза.

Проснулся Арсений рано утром. Посмотрел на лежащего рядом Христофора. Вдохнул весь доступный в избе воздух и закричал. Услышав крик в монастыре, старец Никандр сказал Арсению:

Не надо так громко кричать, ибо кончина его была мирной.
Услышав крик в слободке, люди отложили житейское попечение и двинулись в сторону Христофорова дома. Память о добрых делах Христофора хранили их излеченные тела.

И начался первый день без Христофора, и первую половину этого дня Арсений проплакал. Он смотрел на приходивших слободских, но слезы размывали их лица. Обессиленный горем, во второй половине дня Арсений заснул.

Когда он проснулся, была уже ночь. Он вспомнил, что Христофора больше нет, и снова заплакал. Христофор лежал на лавке, а в головах его стояла свеча. Другая свеча освещала Вечную Книгу, лежавшую прежде на полке. Свечу держал старец Никандр. Он стоял спиной к Христофору с Арсением и глухим голосом зачитывал Книгу иконам.

Вот, почитай, сказал, не оборачиваясь, старец, а я посплю немного. И будь другом, перестань уже, пожалуйста, реветь.
Арсений принял из рук старца свечу и встал перед Книгой.

… Со смертью Христофора оказалось вдруг, что другого общения у Арсения, в сущности, не было. Христофор был его единственным родственником, собеседником и другом. В течение многих лет

Христофор занимал собой всю его жизнь.

Смерть Христофора превратила жизнь Арсения в пустоту. Жизнь вроде бы оставалась, но наполнения уже не имела. Став полой, жизнь настолько потеряла в весе, что Арсений не удивился бы, если порывом ветра ее унесло в заоблачные выси и, возможно, тем самым приблизило бы к Христофору. Иногда Арсению казалось, что именно этого он и хотел.

То, что произошло с Христофором, не было отсутствием ушедшего в неизвестность. Это было отсутствие лежавшего рядом».

Люди Средневековья понимали, что со смертью человек не перестает быть. Что душа вечна. Поэтому смерть вызывает боль, горечь, но не отчаяние, не чувство тупика.

Уход без объяснения

Так что же мы делаем, когда отстраняем детей от важного знания и опыта?
Например, бабушка умирает. Ребенок ни в чем не участвует, ничего не видит, от него скрывают. Так принято, так считается правильным.

Культура нового века выводит смерть из общественного поля зрения. Да, вроде бы, такое явление есть, но его стараются игнорировать.

Соц-медиа, искусства и науки нацеливают нас на проживание настоящего момента, на извлечение максимума радости и удовольствия от «здесь и сейчас».

Всё, что связано с темой перехода человека в мир иной, для позитивного мира бесконечно молодых и успешных людей – это табу.

Всякую мысль о смерти стараются задвинуть подальше, и похоронные агентства соревнуются, чтобы создать родственникам душевный и физический комфорт.

Еще каких-нибудь 10-15 лет назад тело умершего близкого человека оставалось дома, в семье, в верующем семействе над ним круглые сутки не умолкала молитва, до самого момента похорон все находились поблизости, могли попрощаться, побыть рядом, излить сердце, произнести такие важные – несказанные при жизни прежде – слова.

Сейчас тело, как правило, сразу забирают в морг. На то, чтобы попрощаться, подольше побыть рядом с родственником, с телом, с которым едва разлучилась душа, времени не остается. Этим мы обделяем себя, лишаем возможности выразить и высказать любовь через слезы и молитву.

Этим мы обкрадываем и своих детей.

Что происходит? Взрослые ограждают ребенка от участия в похоронах, в отпевании, не дают увидеть напоследок близкого человека, не позволяют, как следует, неторопливо и вдумчиво попрощаться.

И у ребенка остается душевная пустота – незаполненное место, незавершенные отношения с ушедшими бабушкой и дедушкой, которые просто исчезают из его жизни без всяких объяснений.

То, что он чувствует – боль расставания и скрытая обида. Как же так, его бросили, оставили, ушли и не сказали, куда и зачем. Значит, предали?

Где теперь бабушка (или дедушка)? Что будет с ними дальше?
Мама и папа, старшие братья и сестры предпочитают молчать. Но они не задумываются, что этим гораздо сильнее травмируют психику ребёнка, чем впечатлениями от кладбища и похорон.

Первый опыт

Важно, и в каком возрасте наступает первый опыт потери. Чем старше человек становится, тем больнее этот первый опыт встречи с бедой.

Общеизвестно, что маленьким детям не свойственен страх смерти. До определенного возраста они уверены, что живут в этом мире вечно и им ничего не угрожает, и мамы знают – именно поэтому с младенчества и лет до пяти этих «всемогущих супергероев» необходимо тщательнее оберегать.

Но потом начинаются страхи шести лет, «страхи страшные», как характеризуют их психологи, когда ребенку трудно засыпать одному, он боится оставаться в темноте. Отчасти они связаны и с пониманием маленького человека, что он смертен, – ощущение смертности приходит в этом переломном возрасте.

Увидев на дороге раздавленного котёнка, малыш проходит мимо с каменным лицом. Может задумчиво наступить на жука и наблюдать за его агонией, не понимая, что происходит.
Родители в недоумении и тревоге, спешат к психологу. Почему ребенок не может сочувствовать?

Что с его эмоциональным интеллектом?

«С вашим ребенком всё в порядке, – обычно звучит в ответ в таких случаях, – он добрый, хороший и не безнравственный, у него просто не хватает опыта смерти. Это вы лишили его этого опыта».

А ведь ребёнок не застрахован от того, что столкнётся со смертью внезапно, неожиданно, когда вас не будет рядом, например, по дороге из школы, когда неподалеку от него на лавочке или в транспорте станет плохо пожилому человеку. Шок, ступор, сильный стресс, истерика, нервный припадок вплоть до кататонии – вот что, возможно, испытает ребенок, которого всю жизнь ограждали от излишне печальных впечатлений.

Увидеть и запомнить

Сомнения, стоит ли так или иначе включать ребенка в печальные события или лучше оставить в стороне от них, конечно, естественны для любящего родительского сердца.

Вспомним картину православного христианина, известного мастера, Заслуженного художника России Ильи Глазунова.

На картине «Прощание» 80-х гг. ХХ века только на первый взгляд происходит стык двух разнополярных миров: советского и патриархально-русского.

Вглядевшись, различаем замысел мастера. На кладбище, перед лицом смерти стираются все различия – временные, идейные, профессиональные. Нет здесь больше и разных возрастов, все – Божьи дети и все – души живые.

На этом полотне в толпе взрослых можно разглядеть не меньше пятерых детишек, приведенных (и принесенных) матерями для прощания с близким человеком. Все они – не в стороне, не в отдалении, они причастны к происходящему. Матери и отцы понимают: детям важно это увидеть и запомнить.

Заметьте на этом полотне ещё одну деталь: фотографа, запечатлевающего момент прощания. Сейчас традиция фотографировать на похоронах ушла в прошлое, а ведь раньше в семейном альбоме обязательно было место для таких фото.

Почему это было важно? Такие фото рассматривали всей семьёй вместе с детьми: вот бабушка маленькая, а вот молодая, замуж выходит, а вот старенькая, а вот она умерла, и мы ее провожали в последний путь…

Жизнь самых дорогих людей в глазах детей не обрывалась на полуслове, но приобретала некую завершенность.

Кто за нас будет молиться?

Воцерковленные родители очень хорошо знают, что говорить с чадами о последнем часе очень непросто, но нужно и что необходимо искать для этого верные слова.Некоторые рассуждают и так: если не покажем молитвенный пример поминовения близких нашим детям, молиться о нас однажды будет некому.

В дни особого церковного поминовения усопших родители берут детей от мала до велика в храм, ведут вместе с собой. Поставить свечечку на канун. Положить пакет с яблоками или пачку муки, объяснив – это благодарность тем, кто помолится о наших усопших близких. Вместе написать поминальные записки, диктуя их детям. Никого не забыть.

Научить самой бескорыстной на свете молитве о тех, кто не скажет за неё «спасибо». Вписать вместе каждое имя, всех тепло вспоминая вместе с ребенком и этим подавая ему пример семейной памяти и нелицемерной любви.

У Церкви есть многовековой опыт разговора с человеческим сердцем о самых непростых вопросах бытия. И детское сердце способно на этот разговор также, как и взрослое.

В воскресных школах, а особенно на приходах при кладбищах ведется очень полезная деятельность. Детям рассказывают на занятиях о тех, кто похоронен на этом погосте. Мастера, купцы, герои обеих мировых войн, репрессированные, местночтимые святые, – все эти достойные люди, приснопоминаемые рабы Божии, своими жизнями и житиями могут подсказать многообразие тем для бесед с детьми на занятиях и дома.

Воспитанники воскресных школ участвуют в панихидах и заупокойных литиях в дни поминовения усопших, на даты, связанные с родной историей. Весной и летом они помогают содержать захоронения в порядке, красят оградки, борются с древесной порослью и травой, сажают цветы.

Зимой чистят дорожки от снега, а на Светлой седмице зажигают теплые лампады и трогательно, искренне, а порой невпопад поют над могилками пасхальные тропари.

Участвуя в этих простых и незамысловатых полезных повседневных делах, они не чувствуют ужаса и тревоги перед смертью, привыкают к мысли, что человек однажды должен совершить этот дальний переход, отправиться в странствие путем всея земли.

И понимают то очень важное, что мы, взрослые, обязательно должны им объяснить – что у Бога нет мертвых, но все живые.

Валентина Киденко
Фото из открытых источников
Илл. – картина Ильи Глазунова «Прощание»