Подростки детского дома

«Жизнь в детском доме — взгляд изнутри»

/по материалам статьи Людмилы Петрановской — психолога, автора книги «К нам пришел приёмный ребенок»/

Есть такие обывательские представления, что детям в детском учреждении одиноко, грустно и не хватает общения. И вот стоит нам начать ходить туда, мы устроим детям общение, и их жизнь станет более радостной. Когда же люди действительно начинают посещать детский дом, они видят, что проблемы у детей гораздо более глубокие и порой даже пугающие. Кто-то перестает ходить, кто-то продолжает, пытаясь изменить ситуацию, кто-то понимает, что для него единственно возможный выход – хотя бы одного ребенка забрать из этой системы.

В регионах еще можно встретить детские дома, где дети не ухожены, не лечены и так далее. В Москве подобного учреждения не найдешь. Но если мы посмотрим на детей из детских домов, благополучных в материальном плане, то увидим, что они отличаются от «домашних» по восприятию, по реакции на ситуации и так далее.

Понятно, что и детские учреждения могут быть разными: детский дом на 30 детей, откуда дети ходят в обычную школу, отличается от «монстров» на 300 человек.

У детей, попавших в детские дома, есть прошлые травмы, непростой собственный опыт. И вот с этими травмами они попадают не в реабилитирующие, а наоборот, стрессовые условия. Некоторые из этих стрессовых условий:

1. «Диктат безопасности»

За последнее время многое изменилось, детские дома стали более оборудованными, но вместе с тем идет наступление «занормированности», диктат безопасности, «власть санэпидемстанции». «Вредными» объявляются мягкие игрушки, цветы на окнах и так далее. Но все-таки жить по-человечески хочется, и вот у ребенка появляется плюшевый мишка, с которым он спит, окна начинают украшать цветы. Перед проверками все эти запретные вещи прячутся в некоторых детских домах.

Очень сильно сократились у детей возможности заниматься чем-либо хозяйственно-полезным (опять же под лозунгом безопасности). Уже почти нет в детских домах мастерских, приусадебных участков, детям не разрешается участвовать в приготовлении пищи и так далее. То есть намечается тенденция «обматывания детей ватой» со всех сторон. Понятно, что в «большую жизнь» они выйдут полностью к этой жизни не готовые.

2. «Режимная жизнь»

Дети в детском учреждении находятся в постоянной стрессовой ситуации. Вот если нас, взрослых, отправить в санаторий советского типа, где в палате – 6 человек, где в 7 часов утра – обязательный подъем, в 7.30 – зарядка, в 8 часов – обязательный завтрак и сказать, что это не на 21 день, а навсегда – мы же с ума сойдем. Из любых, даже самых хороших условий мы хотим попасть домой, где едим, когда хотим, отдыхаем, как хотим.

А дети в таких стрессово–режимных условиях находятся всегда. Вся жизнь подчинена режиму. Ребенок не может подстроить свой день под свое самочувствие, настроение. У него невеселые мысли? Все равно следует пойти на общее развлекательное мероприятие. Он не может прилечь днем, потому что в спальню чаще всего не пускают.

Он не может «пожевать» что-то между приемами пищи, как это делают дети дома, потому что во многих учреждениях еду из столовой выносить нельзя. Отсюда – «психологический голод» — когда дети даже из самых благополучный детских домов со сбалансированным пятиразовым питанием, попадая в семью, начинают беспрерывно и жадно есть.

Кстати, в некоторых учреждениях пытаются решить это вопрос так: сушат сухарики и позволяют детям их брать с собой из столовой. Мелочь? Но ребенку важно поесть в тот момент, когда он захочет…

3. Ребенок не может распоряжаться собой в этом жестком распорядке. Он чувствует, что находится в резервации, «за забором».

4. Отсутствие личного пространства и нарушение личных границ.

Отсутствие дверей в туалетах, в душевых. Менять белье, совершать гигиенически процедуры даже подросткам приходится в присутствии других. Это стресс. Но жить, постоянно ощущая его, невозможно. И ребенок начинает отключать чувства. Дети постепенно учатся не испытывать стыда, стеснения.

Даже если в детском доме спальни на несколько человек, никому не придет в голову, что надо войти, постучавшись.

Понятие о личных границах у ребенка могут появиться, только если он видит, как эти границы соблюдаются. В семье это происходит постепенно.

Фото: www.bigpicture.ru

Сейчас сиротам в обществе уделяют много внимания. Но чаще помощь, которую люди стремятся оказать детским домам, пользы не приносит, а наоборот – нередко развращает. Внешне получается – лоск в детских домах, а внутри – все то же отсутствие личного пространства.

Нет смысла покупать в учреждение ковры и телевизоры, пока там нет туалетов с кабинками.

5. Изоляция детей от социума

Когда говорят, что детей из детских домов нужно вводить в социум, речь чаще идет об одностороннем порядке: сделать так, чтобы дети ходили в обычную школу, в обычные кружки и так далее. Но не только детям нужно выходить, важно, чтоб и социум приходил к ним. Чтобы они могли пригласить в гости одноклассников, чтобы в кружки, которые есть в детском доме могли приходить «домашние» дети из соседних домов, чтобы жители этих домов приглашались на концерты, которые проходят в детском доме.

Да, все это требует от сотрудников лишней ответственности. Но здесь важно расставить приоритеты: ради кого вы работаете – ради детей или начальства?

6. Неумение общаться с деньгами

Многие дети в детских домах до 15 — 16 лет не держали в руках денег и потому не умеют ими распоряжаться. Они не понимают, как устроен бюджет детского дома, с ними не принято это обсуждать. А ведь в семье со старшими детьми подобные вопросы обязательно обсуждаются.

Фото: www.vospitaj.com

7. Отсутствие свободы выбора и понятия ответственности

В семье ребенок всему этому учится постепенно. Сначала ему предлагают на выбор молоко или чай, потом спрашивают, какую выбрать в футболку. Потом родители дают ему денег, и он может пойти и купить понравившуюся футболку. В 16 лет он уже спокойно один ездит по городу, а иногда и дальше.

Ребенок в детском доме с этой точки зрения одинаков и в три года, и в 16 лет: система отвечает за него. И в 3 года, и в 16 лет он одинаково должен ложиться спать в 21.00, не может пойти купить себе одежду и так далее.

Всем, кто работает с детьми в детских домах важно понять, что они имеют в виду: дети – это люди, которые потом вырастут и начнут жить жизнью нормальных взрослых; или дети – просто сфера ответственности до 18 лет, а что будет потом – уже не важно?

Странно ожидать, что у людей, у которых до 18 лет было 100% гарантий и 0% процентов свободы, вдруг в 18 лет вдруг, словно по мановению волшебной палочки, узнают, что значит отвечать за себя и за других, как распоряжаться собой, как делать выбор… Не готовя ребенка к жизни и ответственности, мы обрекаем его на гибель. Или намекаем, что во взрослом мире для него есть только одно место – «зона», где нет свободы, и нет ответственности.

8. Неверные представления о внешнем мире

Не вводим ли мы сами детей в заблуждение, делая так, что каждый выход в мир для них – праздник? Когда все носятся с ними, заняты ими. А еще по телевизору показываю этот мир, где как будто у каждого встречного – сумки дорогих марок, дорогие авто и мало забот…

Однажды психологи провели эксперимент и предложили детям из детских домов нарисовать свое будущее. Почти все нарисовали большой дом, в котором они будут жить, множество слуг, которые за ними ухаживают. А сами дети – ничего не делают, а только путешествуют.

Психологи сначала удивились, а потом поняли, что ведь дети так и живут: в большом доме, за ними ухаживает много людей, а сами они не заботятся о других, не знают, откуда берутся средства к существованию и так далее.

Поэтому, если вы берете ребенка домой на «гостевой режим», важно стараться вовлекать его в вашу повседневную жизнь, рассказывать о ней. Полезнее не в кафе ребенка сводить или в цирк, а к себе на работу. Можно обсуждать при нем семейные заботы: кредит, то, что соседи залили и так далее. Чтобы жизнь внешняя не представлялась ему сплошным цирком и Макдоналдсом.

Людмила Петрановская также отмечает, что волонтерам важно изменить тактику в отношениях с руководством детских домов и из таких просителей: «А можно мы поможем детям?» — стать партнерами, общаться на равных. Нужно говорить с ними не только о детях, но и о них самих, о возможных вариантах развития. И умные руководители будут прислушиваться, ведь им важно сохранить учреждение (рабочие места) на фоне того, что детские дома в том виде, в котором они существуют сейчас, обречены – может быть через 10 лет, может быть – через пятнадцать… Но сохранить можно, только реорганизовав, не пытаясь цепляться за старое.

Наставник для детдомовца: как это работает

В каких ситуациях детям в детских домах нужна поддержка значимого взрослого, кто может стать наставником и как это работает — рассказывают руководители наставнических проектов

«Как правильно делать покупки»

Тебе 18, теперь ты один

Ты живешь в детском доме. Вокруг полно народа: воспитатели, дети, волонтеры, гости. О тебе заботятся, тебя обслуживают, развлекают. И вот пришел день, о котором ты мечтал: «Буду, наконец, самостоятельный, буду жить в своей квартире!». Тебе исполняется 18 лет, и тебе говорят: «Все, ты переезжаешь».

Сначала выпускник московского детского дома переезжает в центр постинтернатного сопровождения, в квартиру с минимумом мебели и посуды. Здесь он живет, пока не получит собственное жилье.

Воспитатель тебя привез с вещами и ушел. Все! Ты один! Не знаешь ни соседей, ни кого-то еще вокруг. Некому позвонить. Нет друга, который бы пришел и отметил с тобой новоселье. Это колоссальное одиночество. В этот момент особенно нужен наставник, взрослый друг.

Тебя не взяли в семью, теперь ты один

Подросткам нужна помощь и забота

Будем честны: не все мы можем разобрать детей из детских домов в свои семьи, да и психологи говорят, что не все дети к этому готовы. За последние годы изменился состав детей в детских домах, большой процент составляют сиблинги. По закону, братьев и сестер нельзя разделять, но не каждая семья готова взять сразу троих или даже пятерых детей. Еще в детдомах много подростков – 14-17 лет, а также дети с заболеваниями и инвалидностью. Наставник важен для ребенка, остающегося жить в детском доме.

Детям, которые попадают в детский дом, не хватает очень многих знаний и умений для выхода в самостоятельную жизнь – от бытовых навыков до уверенности в собственных силах и мотивации жить самостоятельно. У них нет опыта выстраивания человеческих связей, а потом и семейных отношений. Обратиться за советом часто не к кому. Таким другом и советчиком может стать наставник.

Жертвы доброй феи

Помощь в освоении школьных предметов

Детдомовцы-подростки, с одной стороны, уже сложившиеся личности, а с другой – предельно инфантильны. «Когда спрашиваешь их: «Как ты думаешь, как ты будешь жить? Откуда брать деньги?», они могут ответить: «Фея мне поможет или государство». Это на полном серьезе, почему-то они верят в каких-то волшебников, хотя уже большие дети, — рассказывает Анастасия Сорокина, руководитель программ «Компас» и «Наставники» фонда «Арифметика добра». — У них нет привычки трудиться и отвечать за последствия своих действий. Они знают, что их оденут, покормят, напоят, за ними уберут. Даже если ребенок чего-то добился – ему скажут «молодец», и забудут. Потому что рядом стоит еще десяток таких же «молодцов» и всем надо что-то сказать. В итоге ценность достижения пропадает. «Все равно получу свою «тройку», окончу школу, как все. Никуда не денусь». Да еще есть пособие, потом будет стипендия — а навыка бороться нет.

При этом выпускники боятся внешнего мира: они знают, что детей из детских домов не любят, и заранее готовятся к неприятию. Выход за пределы детского дома для них окрашен тревожностью.

На практике у наставника — флориста

Еще больше трудностей у тех, кто воспитывается в коррекционных учреждениях. Порой внешне их особенности могут быть не заметны. Но при тесном общении выясняется, что подросток не знает цифр, не умеет считать деньги, может плохо писать, наивен во многих вопросах. Такие дети подвержены манипуляции, легко попадают в зависимость, могут стать жертвами мошенников.

Дети в детском доме виктимны – им важно к кому-то прислониться. Так они часто попадают в криминал. Вот почему нужен надежный наставник, прошедший отбор и специальную подготовку.

Взрослый друг – это круто

Как только у воспитанника детского дома появляется человек, готовый стать ему другом, взрослым советником, ребенок начинает меняться. По данным международных исследований, эмоциональное состояние ребенка, у которого есть наставник, улучшается в 84% случаев, в 79% случаев ребенок становится более уверенным в себе. 74% становятся общительнее, более 50% начинают активно проявлять инициативу.

Наличие «своего» взрослого поднимает статус ребенка. Благодаря этому, рассказывает Александра Телицына, руководитель наставнического проекта «Старшие Братья Старшие Сестры» дети даже начинают лучше учиться в школе, хотя наставник с ним и не занимается академической учебой: просто появляется уверенность в своих силах, подросток ощущает себя «крутым».

Проект «Старшие Братья Старшие Сестры» работает с детьми не только из детских домов, но и из приемных семей. В проекте уже приняло участие более 1500 детей, и сейчас здесь на сопровождении 250 действующих пар. Проект работает в Москве и Московской области, Санкт-Петербурге, Туле, Свердловской области.

Кстати, это взаимный процесс – наставник много черпает из этой дружбы и для себя тоже.

Обучить учителя жизни

Анастасия Сорокина

Стать наставником может любой человек старше 25 лет, в этом возрасте люди уже, как правило, имеют образование и жизненный опыт. Но надо пройти обязательное обучение. «Мы рассказываем об особенностях детей, воспитывающихся в детских учреждениях, о том, как устанавливать границы в общении, как обезопасить себя и не навредить подростку, — говорит Анастасия Сорокина. — Как решать конфликты – ведь они будут в любом случае».

Разница в возрасте между подростком и наставником должна быть не менее 10 лет, чтобы общение было плодотворным и уважительным. Важны общие интересы, поэтому сильная разница в возрасте, когда это уже разные поколения, может помешать.

Кандидаты в наставники должны быть психически здоровыми и не иметь судимости.Наставник должен отдавать себе отчет, что предполагается регулярное общение с ребенком не менее года, а встречи не должны носить формальный характер. От взрослого нужно эмоциональное тепло.Наставник должен быть настроен позитивно и обладать большим внутренним ресурсом.

Наставник может помочь в подготовке к будущей профессии

Важно, чтобы наставник умел уважать личность подростка, проявлял к нему искренний интерес. Есть люди, которым лучше, скажем, быть волонтером, чем наставником – таких видно сразу. Но занятий на понимание себя очень много, и будущие наставники делают много открытий, проясняя свои собственные чувства и реакции.

«Говорят, например: я в ходе занятий понял, что при воспитании собственных детей делал некоторые вещи неправильно. Это возможность разобраться в себе, по-другому посмотреть на воспитание, на взаимоотношения в семье», — отмечает Анастасия Сорокина.

В программе «Старшие Братья Старшие Сестры» быть наставником непросто. Для волонтеров часто становится откровением, что надо ходить к ребенку не реже раз в неделю: потому что людям хочется помогать не всегда, а когда хочется. Наставник подписывает соглашение, что он общается с ребенком не реже раза в неделю и как минимум в течение года. Это героизм, на самом деле: представьте, что вы лишаете себя на год всех суббот. Разумеется, наставник может заболеть или уехать в командировку, но он не может просто «пропасть», не предупредив.

Анна Кочинева

Анна Кочинева, директор Фонда поддержки семьи и детей «Хранители детства»: «Самое главное, чтобы человек не пришел решать свои проблемы. Если у человека был травмирующий опыт, важно, чтобы человек прожил уже этот опыт и справился с ним. Бывает, что люди приходят, желая сотворить «быстрое чудо»: «Сейчас мы выучим иностранный язык, поступим в университет»… У таких наступает разочарование. Мы настраиваем наставников на то, что действовать надо осторожно. Кто-то уходит, поняв, что быстрого результата не будет. Но другие остаются».

Фонд «Хранители детства» с 2014 года использует наставнические программы международной организации Kidsave, работает с детскими домами Москвы и Московской области, Санкт-Петербурга и Нижнего Новгорода. За эти годы через программы наставничества прошло уже около 3700 детей, а в парах с наставниками работали 350 подростков.

Есть наставники, у которых уже сменилось 3-4 подопечных: один вырос, стал взрослым, появился следующий. Они выпускают их в жизнь и берут новых.

«У нас была одна сложная девочка, она убежала из детского дома и категорически не хотела общаться ни с одним из сотрудников. А с наставницей согласилась. Для самой женщины-наставника это был сложный опыт. Но она справилась. Сейчас эта наставница взяла новую девочку-подростка под свое крыло», — приводит пример Анна Кочинева.

Третья шестеренка — куратор

Александра Телицына

Наставнические программы сложные, не всем НКО стоит за это браться, подчеркивает Александра Телицына. Наставники действуют не сами по себе, им помогают кураторы-психологи.

«Если представить шестеренки, то их должно быть три – наставник, ребенок и куратор, иначе схема не работает. Дети с непростыми судьбами, часто глубоко травмированные, многие не сразу идут на контакт. Есть самые разные проблемы. Допустим, как себя вести, если ребенок соврал наставнику? Или – если наставник любит читать, а ребенок совсем не читает? Здесь нужен совет и поддержка куратора, — рассказывает Александра Телицына. — Или бывает, что наставник ходит каждую неделю, а ребенок на вид равнодушен и не радуется встречам. Если бы не было куратора, то наставник мог бы демотивироваться и уйти: мол, я не нужен, я ребенку не понравился…

Куратор объяснит, что на самом деле ребенок скорее всего рад, просто не готов сразу раскрыться, он в своей жизни пережил уже очень много предательства. «Дай время, он пока к тебе присматривается, боится потерять». Потом все обычно действительно происходит так, как и говорил психолог».

Наставник-приятель или наставник-бабушка?

Программа «Молодая мама»

В подборе наставника есть тонкости. «Мы подбираем наставника для ребенка, а не наоборот. Наши кураторы сначала знакомятся с детьми и их опекунами, — рассказывает Александра Телицына. — Ребенок заполняет анкету со своими пожеланиями к наставнику, и психологи понимают, какие потребности подростка может закрыть наставник.

К примеру, есть агрессивный мальчик. Воспитатели в детском доме говорят – не ищите ему наставника, он – очень злой. С ним никто не справится, пожалейте волонтера. Но ребенок просит, хочет присоединиться к программе. Тогда мы понимаем, что наставником такого ребенка может стать, например, спортивная активная девушка, которая вовлечет его в активный спорт, где он сможет выплеснуть свою агрессию безопасно для окружающих».

«Иногда мы слышим от взятого в семью подростка, что в приемной семье ему скучно, общения не хватает. Такое бывает, когда, скажем, ребенка в подростковом возрасте берет в семью одинокая женщина пенсионного или предпенсионного возраста.

Сначала ребенок рад заботе, они оба стараются друг другу понравиться, но потом конфетно-букетный период заканчивается, появляются требования, раздражение. Транслируемые немолодой приемной мамой ценности ребенок не воспринимает, — объясняет Александра Телицына. — А если наставник с рюкзачком, в кедах и на скейтборде приезжает, и транслирует те же ценности – из его рук подросток готов их брать, потому что у них схожие интересы, близкий возраст. Они смотрят одни и те же фильмы, у них общие шутки – они говорят на одном языке. А когда, к примеру, ребенок узнает, что этот человек упоенно работает, самореализуется и ликует от удач в своей профессии, он вдруг понимает, как можно интересно жить».

А вот фонд «Хранители детства» развивает наставничество в в помощи молодым мамам. Нередко юные воспитанницы детских домов рожают, будучи сами еще несовершеннолетними. «Особый подход к этим девушкам нашли взрослые женщины, которые уже вырастали своих детей, отчасти они выполняют роль бабушки, становясь близким человеком и для маленькой мамы, и для ее малыша, — поясняет Анна Кочинева.- Например, в Санкт-Петербурге есть молодая мама-сирота, которая родила ребенка в 16 лет. Наставник-бабушка продолжает помогать ей уже несколько лет и стала по-настоящему близким человеком для всей семьи. Девушка уже вышла замуж, родила второго ребенка, но «бабушка» продолжает их навещать.

Стать подмастерьем: чем хороши корпоративные наставники?

Освоение профессии будущим архитектором с помощью дизайнера из Икеи

Чаще всего наставниками детей в проекте фонда «Хранители детства» становятся сотрудники компаний-партнеров фонда («Мэри Кей», «Нестле Россия», «Ситибанк», магазин «ИКЕЯ Теплый стан» и другие) — корпоративное волонтерство в детских домах перешло в индивидуальную работу.

«Это взаимовыгодно. Компания реализует долгосрочный проект в рамках КСО, а у нас есть постоянные участники проекта. Важно, что это уже состоявшиеся люди, успешные в своей карьере, к тому же прошедшие некий фильтр безопасности. Если что — с помощью HR можно поднять личное дело, посмотреть, что за человек, — рассказывает Анна Кочинева. — А кого-то приводят уже действующие наставники — работает сарафанное радио».

Корпоративное наставничество удобно еще и в смысле профориентации.

У детдомовцев ведь нет понимания, что нужно работать. Им кажется, что работа это каторга, этого нужно избегать, можно же просто сдать квартиру, в конце концов. Наставники помогают им понять, как этот мир устроен.

Например, компания «Бургер Кинг» дала подросткам из детских домов, которые хотят стать поварами, оплачиваемую работу летом. Ребенок, который учится в архитектурном колледже, проходил практику у помощника дизайнера в ИКЕЕ. Другой подросток прошел практику помощником звукорежиссера на ВГТРК. В салоне цветов «Это еще цветочки» прошла стажировку девочка, которая учится на флориста.

Наставничество работает.

«Это дети, которых в свое время никто не взял». Чем подростку из детского дома может помочь наставник

Просто зашла в детдом и сказала, что хочу помогать

Профессия Юлии Фатхуллиной к благотворительности не имела никакого отношения. Она закончила юридический факультет Тюменского государственного университета и работала в Коллегии адвокатов.

– Я любила свою работу, у меня все получалось, – рассказывает Юлия. – Но где-то в глубине души понимала, что я человек социальной профессии. Поэтому сильно погружалась в проблемы своих клиентов, чересчур переживала за выигранные и проигранные дела, а это не очень хорошо для юриста. Через шесть лет интенсивной работы я устала, захотелось делать что-то такое, где был бы виден результат. Как-то я ехала по делам – и вдруг резко затормозила около детского дома №66 на улице Холодильной. Зашла внутрь, постучалась в кабинет к директору, сказала, что хочу помогать детям. И ни секунды не сомневалась в своем выборе.

Юлия Фатхуллина

Юлия Фатхуллина стала постоянно общаться с воспитанниками детского дома. Сначала сама, лично, потом организовывала небольшие проекты с психологом, проводила тренинги. Детский дом закрыли, детей перевели в Дом социальной реабилитации семей и детей «Борки», и дружба продолжилась там. А затем родилась идея проекта «Наставничество», которая заключалась в том, что у каждого подростка должен быть наставник – взрослый человек, поддерживающий своего подопечного во всем, друг, которому воспитанник детдома мог бы довериться и в любое время суток рассказать о своих проблемах.

– Детдомовские дети живут по установленному взрослыми распорядку – за них решают, когда вставать и ложиться спать, что есть на завтрак, обед и ужин, как проводить свободное время, – говорит Юлия. – Они обеспечены материально, могут учиться, посещать развлекательные мероприятия, но при этом не умеют организовать быт, расходовать деньги, выбрать профессию, строить взаимоотношения и многого боятся.

Юля считает, что в идеале подопечный из детского дома становится частью жизни наставника, на которого ему хочется равняться.

Взрослый и воспитанник детского дома просто общаются, ходят на выставки и в походы, катаются на коньках и лыжах, учатся готовить и экономно расходовать деньги. А на самом деле детдомовец получает то, что никогда не имел – семью.

Юлю часто спрашивают: «А почему именно подростки из детдома?» Можно же было обратить внимание на малышей из дома малютки, пожилых людей или бездомных животных.

– Важна трансформация, изменения, – говорит Юля. – Дети-сироты могут раскрывать свои лучшие стороны, а я лишь буду рядом помогать, верить, поддерживать ребенка, в которого до этого, возможно, никто и не верил. Даже дети из полных семей, окруженные заботой и лаской, могут не ценить того, что их окружает. А все наши подопечные по-своему очень чуткие и благодарные! Мне важен контакт от сердца к сердцу. Это то, что меня волнует, будоражит и заставляет двигаться вперед.

Как найти ребенку наставника

За пять лет «Наставничество» из одного проекта разветвилось в несколько. Есть направление профориентации для подростков, отдельный проект курирует мальчиков, которых воспитывает только мама, проходят специальные мероприятия для сирот-выпускников, ставших студентами, которым, однако, еще нужна поддержка.

– Например, в проекте «Шаг в будущее» дети вместе с наставником проходят стажировки по своей специальности в ресторанах, лечебном центре, «Академии холода». Они понимают, что наш проект – это отличная возможность для роста и стараются брать по максимуму. Посещают все тренинги, мастер-классы, учатся строить отношения на стажировке, даже переводятся на индивидуальную форму обучения, чтобы оттачивать мастерство. В этот момент, я считаю, они учатся быть ответственными за свою жизнь. Многие ребята говорят, что растут не только в профессии, но и меняются внутренне. Конечно, так понимают и действуют не все. Кто-то предпочитает привычный образ жизни потребителя, не думая о будущем. Это тоже выбор.

Чтобы найти наставников, Юлия Фатхуллина стала рассказывать о своем проекте в социальных сетях, приглашала принять участие всех желающих. Отозвались многие. Сначала они прошли обучение на семинарах, где им рассказывали о тонкостях общения с подростками. А потом был праздник, на котором составлялись пары из наставника и подопечного.

– Часто приходили очень травмированные люди, которых надо было отлюбить. Но мы-то их приглашали, чтобы любили они! У них столько было внутренней боли, что работать становилось тяжело – обижались на каждое замечание, все воспринимали как упрек.

Сейчас я осознаю, что те, первые, наставники были не совсем готовы для такой работы, оказалось, что их тоже нужно опекать, – объясняет Юлия. – Теперь мы взяли взрослых и подготовленных наставников из центра «Семья», из тех, кто прошел школу приемных родителей. Это, как правило, семейные люди, прошедшие обучение, чтобы взять ребенка в семью. Мы их тщательно отбирали, а нам помогали психологи из центра «Семья». Сейчас в проекте девять наставников, один уже в начале проекта оформил для ребенка гостевой режим, остальные – в процессе.

Иногда, замечает Юлия, контакта подростка с наставником не происходит, и труднее это переносится именно наставником, потому что подросток пока не замотивирован на общение. Иногда общение долго не складывается, но через несколько лет наставник становится самым лучшим человеком для подопечного.

Это дети, которых в свое время никто не взял

Сегодня первые подопечные Юлии Фатхуллиной уже выросли, у каждого жизнь складывается по-разному.

Антону Чану уже 21 год. Он хорошо учился в школе, поступил в Тюменский индустриальный университет на линейного трубопроводчика, сейчас заканчивает бакалавриат, стремится поступить в магистратуру. Недавно купил машину – поставил такую цель перед собой и добился. Хочет найти хорошую работу и обеспечить себе нормальный достаток.

– На проекте мне было не так уж легко, – говорит Антон, – но я считаю, что взял от Юлии одно из ее самых сильных качеств – целеустремленность. Один из ее девизов: «Иди к своей цели! Есть мечта? Иди к ней. Нет мечты? Так поставь цель и иди, всегда иди и никогда не останавливайся».

Дима Алференко в прошлом году ушел в армию, в июле возвращается, уже думает, куда поступать. Пишет Юле письма, высылает фотографии. «Хорошо там откормился», – смеется она.

Другой подопечный Вася Волков, 19 лет, заканчивает строительный колледж, пытается подать документы в университет МЧС в Екатеринбурге. Этот вуз один из немногих, где принимают сирот вне конкурса, но необходимо получить приписное удостоверение в военкомате с категорией пригодности А1 (годен к военной службе без ограничения по роду войск) и пройти тест в МЧС.

– Результаты теста у Васи оказались не самыми лучшими, – рассказывает Юлия. – Я решила позвонить психологам тюменского МЧС и услышала весьма странное напутствие – зачем ему пытаться что-то сдавать, не сможет он, пусть лучше в армию идет, да и мотивация у него слабая. Система приема очень однобока, психологи ведь знают про особенности детей-сирот, поэтому им дают льготы при поступлении, но у нас учебные заведения действуют только в рамках устава. При этом в университет МЧС ни один ребенок-сирота из Тюменской области не подал документы. Да, я не спорю, что наши сироты не блещут знаниями, но из них до вузов доходит один процент, остальные либо вообще не учатся, либо их отчисляют с первого курса. Попросила дать шанс парню поступить в вуз, где он в окружении умных людей раскроет свои лучшие качества, поверит в себя.

Вася прошел комиссию, но из-за незначительных проблем со зрением ему присвоили категорию пригодности Б3 (пригоден к военной службе с некоторыми несущественными ограничениями), из-за которой в МЧС могли не взять. И все-таки Юлия добилась, чтобы парню дали право подать документы в университет, а он отказался, сказал, что желание поступать пропало.

– Я не воспользовался шансом, который мне дала Юлия, решил дальше учиться по своей профессии и пока не загадывать на будущее. Сожалею, что так получилось, но понял – МЧС не для меня, – объяснил Василий.

– Как бы наставник ни поддерживал, ни верил, выбор человек делает сам, – считает Юлия. – Я верю, что придет время и Василий найдет свой путь, будет заниматься тем, что его радует и вдохновляет.

Важно понимать, что воспитанники детского дома выросли в атмосфере, где было много травмирующих факторов. У нас малышей разбирают, на них очереди, а наши подопечные – это те дети, которых в свое время никто не взял.

Поэтому у них высокая степень закрытости, низкая эмоциональность, низкий уровень знаний – последствия депривации. Но я беру в проект тех ребят, которые проявляют изначально уважение к старшим, прислушиваются. Мы делаем презентацию проекта, участники прошлых лет рассказывают о себе, выступают наставниками, а затем, если возникает желание, просим заполнить анкету. В общем, не навязываем никому ничего.

Бывают, по словам Юлии, в проекте и более серьезные неудачи:

– С одним подопечным мы много нянчились. А в конце 11-го класса он стал папой – его девушка забеременела, бросил учебу – вообще не поступил никуда после школы, начал жить с ней, потом его, видимо, выгнали родители девушки. Сейчас кочует по разным домам, подрабатывает то тут, то там. Другой парень стал спиваться. Можно многое вкладывать в человека, но если он не готов, не желает, не способен принимать изменения, то ничего не будет происходить.

Если бы чиновники повернулись к нам

В марте 2019 года проект «Наставничество» вошел в число лучших проектов Тюменской области за период 2016-2017 гг. по версии япосещаю.рф. Сегодня он признан успешной моделью, стабильной и хорошо налаженной и уже получил два президентских гранта. И только на эти деньги проект существует.

– Нам предлагают на примере нашей работы создать региональную модель наставничества и транслировать свой опыт на территории Тюменской области. Хочется предложить наработки, нас приглашают в бывшие союзные республики – Узбекистан, Армению, Киргизию. Активисты и органы власти там хотят заниматься этим, а мы готовы рассказать о технологии и помочь. И было бы замечательно, если бы чиновники повернулись к нам, и их отношения были бы партнерскими, а не на уровне указаний сверху. Всегда воодушевляет обратная связь от детей, от жителей города Тюмени. Пять лет прошло, и мне очень приятно видеть, какими хорошими людьми они стали сегодня. Это именно то, ради чего мы и создали «Наставничество».

Елена Сидорова

Фото из личного архива Юлии Фатхуллиной

Подростки из интерната в День защитника Отечества переспали с уборщицей

  • 17:39Троих детей обнаружили в квартире с двумя трупами в Москве
  • 17:30Историк Даниил Коцюбинский рассказал, как путем жестокой расправы над младенцем-императором Елизавета I взошла на престол
  • 17:26Собянин: Москва смогла избежать жесткого сценария с COVID-19
  • 17:04Ростовскому блогеру, снимавшему нарушения силовиков, дали реальный срок
  • 17:00Собянин сообщил о снижении случаев госпитализации тяжело больных коронавирусом
  • 16:58Предполагаемые убийцы бизнесменов и ребенка задержаны в Оренбурге
  • 16:51Минздрав: В РФ разработан тест на специфический иммунитет к COVID-19
  • 16:51Борисов нашел способ помочь малому бизнесу
  • 16:40Собянин доложил Путину о готовности Москвы к параду Победы
  • 16:27В России обрушились продажи смартфонов
  • 16:18Путин поручил направить в неблагополучные по коронавирусу регионы бригады московских врачей
  • 16:18В Псковской области возбудили дело об убийстве после исчезновения ребенка
  • 16:18Собянин предложил разрешить прогулки москвичам с 1 июня
  • 16:15Доктор Мясников признает, что смертность больных с коронавирусом фиксируется только там, где ее нельзя записать иначе
  • 16:14Петербургские онкологи создали вакцину от меланомы и рака почки
  • 16:12ЕСПЧ присудил нижегородской пенсионерке 5 тыс. евро компенсации за жестокое обращение полицейских
  • 16:08Собянин предложил запустить в Москве с 1 июня непродовольственную торговлю
  • 16:01Мосгорсуд оставил под арестом создателя паблика «Омбудсмен полиции»
  • 15:46В Псковской области с 15 июня откроют гостиницы, отели и базы отдыха
  • 15:41В «коронавирусной» больнице Петербурга священники без масок провели богослужение (фото)
  • 15:39Банк России слегка опустил официальный курс доллара и поднял евро
  • 15:35Посол Украины в Германии назвал «пощечиной» призывы снять санкции с РФ
  • 15:34СМИ: Богатые россияне покидают Россию, чтобы переждать карантин на Западе
  • 15:33Доктор Мясников оправдал убийство людей за оскорбления
  • 15:29Госдума разрешила блокировать пиратские приложения
  • 15:18Стали известны жуткие подробности убийства мужчины, останки которого нашли в двух сумках
  • 15:14Жириновский предложил прекратить выезд за границу и коллекционирование бабочек
  • 15:14Стало известно, кто должен перезапускать экономику России
  • 15:05В Улан-Удэ устроили протестный митинг уборщицы завода «Ростеха» (видео)
  • 15:02Доктор Мясников рассказал о предстоящей «настоящей эпидемии» опасного вируса
  • 15:01ФСБ изъяла у подпольных оружейников новейшие образцы автомата Калашникова
  • 14:53В Кремле пока не определились с форматом представления Путину плана спасения экономики
  • 14:49Петербургские родители собирают подписи под петицией с требованием отменить дистанционное обучение после пандемии
  • 14:49Эксперт: Из-за коронавируса россияне стали переходить на недорогие продукты
  • 14:49Диетолог развеяла миф о пользе кефира для желающих похудеть
  • 14:47Песков все еще не выяснил, что происходит с Кадыровым
  • 14:41Песков: Никаких решений по дате голосования по Конституции не принималось
  • 14:41Россиян хотят застраховать от безработицы новым «налогом» на зарплаты
  • 14:37В Кремле заявили, что день парада Победы «с большой долей вероятности» станет выходным
  • 14:37Суд в Элисте прекратил гражданское дело против вдовы Лужкова
  • 14:26Установщик пластиковых окон зверски убил пожилую клиентку в Удмуртии
  • 14:20В Москве, несмотря на самоизоляцию, открыли Покровский монастырь, где хранятся мощи святой Матроны
  • 13:55Врач пояснил инцидент с заразившейся коронавирусом кошкой в Москве
  • 13:47Клиент «Сбербанка» пожаловался на кражу средств с карты
  • 13:41Эксперт рассказал, как избавиться от привычки курения
  • 13:38Роспотребнадзор утвердил «коронавирусные» правила до конца 2020 года
  • 13:35В Петербурге побили мировой рекорд по самой массовой одновременной игре на барабанах онлайн
  • 13:32Все москвичи с 27 мая могут сдать бесплатный тест на антитела к коронавирусу
  • 13:29СМИ: Голосование по поправкам в Конституцию будут проводить в палатках на улице