Монашеская община одного монастыря

БРАТИЯ

Смотреть что такое «БРАТИЯ» в других словарях:

  • братия — См. общество… Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений. под. ред. Н. Абрамова, М.: Русские словари, 1999. братия братство, общество, компания, гопкомпания, бражка, команда, черное духовенство, шатия братия, шатия, теплая компания … Словарь синонимов

  • братия — (9) 1. Обращение к читателям или слушателям: Не лѣпо ли ны бяшетъ, братіе, начяти старыми словесы трудныхъ повѣстіи о пълку Игоревѣ, Игоря Святъславлича! 1. Боянъ же, братіе, не і̃ соколовь на стадо лебедѣи пущаше, нъ своя вѣщіа пръсты на живая… … Словарь-справочник «Слово о полку Игореве»

  • БРАТИЯ — БРАТИЯ, и, жен., собир. 1. Монахи одной общины, одного монастыря. 2. Компания, содружество (разг. шутл.). Вся наша б. Актёрская б. Пишущая б. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 … Толковый словарь Ожегова

  • БРАТИЯ — Ходить по нищей братии. Смол. Просить милостыню, побираться. ССГ 11, 64. Наша братия. Перм. То же, что наш брат. Сл. Акчим.1, 87. Подзаборная братия. Волог. Бездомные люди. СРНГ 28, 12 … Большой словарь русских поговорок

  • братия — и; ж., собир. 1) Монахи одной общины, монастыря. Монастырская, святая бра/тия. 2) шутл. Люди, связанные общим делом, условиями существования и т.п.; люди одного круга, одной компании и т.п. Учёная, актёрская, пишущая бра/тия. Музыку любит вся… … Словарь многих выражений

  • Братия — термин, обозначающий совокупность всех живущих в одном монастыре монахов. По смыслу нашего законодательства Б. вместе с своим настоятелем является юридическим лицом, которому во всей его совокупности поручается заведовать некоторыми монастырскими … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Братия — I ж. разг. Люди, братья , объединенные общим делом, профессией, принадлежащие к одной общественной среде. II ж. Братья , монахи одной общины, одного монастыря. Толковый словарь Ефремовой. Т. Ф. Ефремова. 2000 … Современный толковый словарь русского языка Ефремовой

  • братия — братия, братии, братии, братий, братии, братиям, братию, братии, братией, братиею, братиями, братии, братиях (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А. Зализняку») … Формы слов

  • Братия — монахи, населяющие монастырь … Православный энциклопедический словарь

  • братия — бр атия, и … Русский орфографический словарь

«Монастырское детство»

Продолжаем разговор с насельниками Сретенского монастыря, отмечающего в этом году 20-летие возобновления монашеского общежития. Наш собеседник – один из старейших насельников обители нового времени иеромонах Клеопа (Данелян). Сегодня мы узнаем об истории монастырского сада, экономских послушаниях и «монастырском детстве».

***

На горе Фавор. Паломничество на Святую землю. Иером. Иов (Гумеров) и иером. Клеопа (Данелян). Фото: иером. Игнатий (Шестаков)

– Отец Клеопа, расскажите, пожалуйста, как вы избрали монашеский путь.

– Читая Евангелие, я встретил слова Спасителя о том, кто такие монахи, – хотя собственно о монашестве там ничего не говорилось. Слова эти следующие: «Есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного» (Мф. 19: 12). И у меня в голове возник образ монашества. Я сразу понял, что это мое.

Сначала я читал только Евангелие, больше никакой духовной литературы не читал. Оно открыло для меня духовную жизнь. Какое-то время я просто жил Евангелием; как говорил преподобный Серафим: плавал в Евангелии. И потом мне просто опостылел этот мир, мир товарно-денежных отношений, я уже не знал, куда девать себя, – и в конечном итоге поступил в Сретенский монастырь.

– Но почему именно в Сретенский? Каким был монастырь, когда вы только пришли сюда?

Конец 1990-х

– Только одно могу сказать: Десница Божия меня привела в нашу обитель.

Я пришел сюда в 1996 году, в марте, Великим постом. В целом, конечно, монастырь был таким же, как сейчас. В то же время люди, которые приходили тогда в обитель, – это были еще «советские граждане», много было незаурядных личностей, из которых кто-то уже отошел в мир иной, кто-то ушел в мир.

Когда я впервые увидел отца Тихона, он мне почему-то тут же показался похожим на какого-то католического кардинала. Конечно, это представление впоследствии развеялось – но первое впечатление было именно таким.

Мы, пришедшие в монастырь в 1990-е годы, как-то не задумывались над тем, исполнять послушание или нет. Сказано сделать – значит, надо сделать. И неважно, большое послушание или нет, грязное или нет, сложное или легкое, ночью или днем, – это послушание, и его надо выполнить. По нынешним молодым насельникам этого как-то не замечаешь. У людей, пришедших в те годы, было больше искренней ревности. Послушаний тогда было больше, но больше было и душевной работы.

– Каким было ваше первое послушание?

– Когда я только пришел в обитель, я послушался в саду, под начальством инока Аркадия. Я отдаю должное этому человеку: он самоотверженно трудился над благоустройством территории. Он и ко мне, и ко всем был довольно строг, и я с ним долго не находил общего языка. И вот как-то раз нам пришлось поехать за рассадой. И я ему купил килограмм бананов. После этого отношения у нас наладились, он стал называть меня «сыночка».

Вскоре после диаконской хиротонии

Больше всего мне запомнилось просеивание старой земли на территории монастыря. Десятки людей, просто зашедших в храм, были буквально схвачены Аркадием по дороге туда или оттуда: кто бы они ни были, он хватал их и настоятельно просил, вернее сказать – заставлял помогать просеивать эту землю. Был даже такой случай: один человек шел на какие-то бандитские разборки, решил перед этим зайти в храм – но тут его поймал отец Аркадий и посадил просеивать землю. Тот человек принял это как действие Промысла Божиего, оказал послушание отцу Аркадию, не пошел на эти разборки и таким образом, быть может, спасся от смерти.

Инок Аркадий

При работе над садом постоянно находили большое количество костей – тех людей, которые раньше были погребены на монастырском кладбище, разоренном в советское время. Мы все их собирали и потом погребли возле поклонного креста при входе в монастырь.

Отец Аркадий, конечно, родоначальник нашего монастырского сада. Он очень трепетно относился к саду, мог даже грубовато остановить человека, который покушался сорвать или даже понюхать его розу.

Дорогу от входа в монастырь к храму он называл «дорожка Царских мучеников», он посадил там розы и каждую розу назвал именем кого-то из Царственных страстотерпцев: царица Александра, царевич Алексий и так далее.

Такого отношения к послушанию я больше не видел, он мог костьми лечь за него. В чем-то можно было его осуждать, но такая любовь к послушанию – это просто удивительно. Он договаривался с питомниками, кто-то ему приносил эти розы – благоустраивал территорию. Даже когда он уже ходить не мог, его привозили в сад на инвалидной коляске, и он там что-то пытался сделать для своих розочек.

Помню, воплощением ада на земле ему почему-то представлялась Польша – он сам долгое время прожил на Западной Украине и, наверное, натерпелся там от униатов. Поэтому когда кто-то каким-то образом покушался на его сад, отец Аркадий посылал всех в Польшу. «Убирайтесь в свою Польшу!» – это было самое страшное ругательство.

Иеродиакон Клеопа (Данелян)

В самом начале я где-то полгода прожил с ним в одной келье. Характер у него был, мягко говоря, непростой – поэтому сейчас я сам удивляюсь, как я мог с ним жить. Наверное, это потому, что тогда у нас было очень много послушаний, и, приходя в келью, мы просто падали. Работать до ночи – это было нормально.

– Какие еще послушания вы проходили за время жизни в монастыре?

– Самые разные, чуть ли не все монастырские дела через меня прошли. Послушался в трапезной, на книжном складе. В ризнице был – это тоже такое тяжелое послушание, особенно перед архиерейскими службами. Перед приездом архиерея мы работали до 4–5 утра и потом еще приходили на службу.

Во время послушания в ризнице. Иеродиакон Макарий(Лободюк) (1972 — 2010) и отец Клеопа

Вместе с отцом Киприаном мы создавали просфорню. Сначала у нас всё было совсем безвидно, первые просфоры пекли ночью на кухне. А сейчас наша просфорня – просто образцовая, к нам приезжают учиться из самых разных мест и даже из-за границы.

Какое-то время был скитоначальником. Мы жили в скиту с отцом Зосимой, каждый день в 5 утра служили литургию: я служил, а отец Зосима, который тогда еще не был священником, пел.

Раньше в монастыре был хороший братский хор. Пели отец Серафим, отец Зосима, отец Лука и я. И нам нравилось петь, и наши прихожане были очень довольны. По воскресным и праздничным дням мы пели на ранней литургии, а потом служили на поздней. И воспринимали это совершенно нормально, даже с радостью. Сил, может быть, и не хватало, но духовно было очень хорошо.

– Повлияло ли на монастырскую жизнь появление семинарии?

– Пожалуй, да. С появлением семинарии как-то стало меньше общения между братией, мы немного разобщились. Возможно, мы просто выросли. Но то «монастырское детство», когда мы были все вместе, мне вспоминается как самое радостное время в моей жизни.

Освящение новой звонницы. Фото: иером.Игнатий (Шестаков)

Хотя я очень хотел учиться в семинарии, и как только она появилась, я тут же туда пошел. Мне очень нравилось учиться. Экзамены сдавать не нравилось, а учиться, узнавать новое – очень здорово.

– Отец Клеопа, вы являетесь экономом монастыря. В чем заключается это послушание, и какую роль оно играет в монастырской жизни?

– Эконом отвечает за всю хозяйственную жизнь монастыря – стройки в обители, рабочее состояние монастырских зданий, монастырской техники, благоустройство и чистоту территории. Сейчас у нас в связи с увеличением объема работ это послушание распределено по нескольким нашим насельникам; за стройки, например, отвечает отец Амвросий. А раньше, конечно, было труднее. Работа по монастырю, закупки, строительные моменты – это еще куда ни шло, но вот общаться с городскими властями мне было особенно тяжело. Кто-то умеет строить отношения с властями предержащими, но мне было очень непросто.

Иером. Клеопа (Данелян). Фото: архим. Тихон (Шевкунов)

Особенность экономского послушания в том, что у него нет ни начала, ни конца. Всё, что связано с экономской, пронизывает монастырь со всех сторон. Поэтому работы – непочатый край, и она никогда не может закончиться. Раньше я работал в просфорне – вот там ты конкретно видишь свои задачи, выполняешь их и, выполнив, получаешь какое-то удовлетворение от своего труда. А здесь никогда ничего не заканчивается, постоянно открываются всё новые и новые дела.

– Не мешает ли такая постоянная забота о земных нуждах монашеской жизни?

– Послушание в принципе не может мешать монашеской жизни. Как пишет святитель Игнатий (Брянчанинов): «Занятие полезное, в особенности занятие служебное, сопряженное с ответственностью, не препятствует к сохранению внимания к себе – оно руководствует к такому вниманию. Тем более руководствуют ко вниманию монастырские послушания, когда они исполняются должным образом». Мешает монашеской жизни – больше всего мешает – развлечение. Фильм посмотреть, музыку послушать – вот это отвлекает от монашеской жизни. Ропот отвлекает, но никак не послушание.

– Часто задают вопрос: «Как может быть монашеская жизнь в центре Москвы, в мегаполисе, где вокруг столько соблазнов?» Как бы вы могли ответить на этот вопрос?

– Честно говоря, я всех этих соблазнов не замечаю. В монастырь суета не проникает – если ты сам себе ее не добавишь.

На Святой земле, 2005. Фото: иером. Игнатий (Шестаков)

– Расскажите, пожалуйста, с какими проблемами сейчас обычно приходят люди на исповедь, что наиболее препятствует духовной жизни в наше время.

– Самая главная проблема в наше время, как мне кажется, – это осуждение, перекладывание ответственности с себя на ближних. Когда человек не хочет признать, что он сам виноват в своих грехах, – это самое опасное в духовной жизни.

Истинная монашеская община — это прежде всего семья

Правмир продолжает обсуждение документов Межсоборного присутствия. Проект «Положения о монастырях и монашествующих» был разработан комиссией Межсоборного присутствия по вопросам организации жизни монастырей и монашества и в конце мая опубликован в Интернете с целью широкого обсуждения.

Ситуацию по актуальным проблемам современного монашества, поднятым в проекте, порталу «Православие и мир» комментирует иеромонах Клеопа, насельник монастыря Петрас Катафагиу, Греция.

Иеромонах Клеопа

В настоящем виде проект «Положения о монашестве» очень сырой и может рассматриваться только как основа для дальнейшего обсуждения будущего Положения. В тексте лишь фиксируется современная система монашества Русской Православной Церкви и закрепляются многие опасные формы церковной жизни, привнесённые извне, из мира или из неправославной среды, и сохранившиеся со времён Синодального периода.

Господствующий в проекте подход к монастырю как к организации, выстраиваемой сверху, с назначаемыми «сверху» игуменами и духовниками, необходимо сменить на понимание монастыря как духовной общины, семьи.

Что мы видим сейчас? Епископ присылает игумена, тот начинает собирать братию. Потом епископ может поменять игумена, забрать монахов из монастыря, потом прислать новых, поменять им устав и так далее… Всё это крайне разрушительно действует на монашескую общину, способствует господству административного подхода, внешнего делания и благоприятствует лишь тем монахам, кто стремится к карьерному росту в Церкви.

Истинная монашеская община — это прежде всего семья. Она строится, так сказать, снизу, собирается годами, часто выстраиваясь вокруг духовника. Игумен (игумения) должны выбираться насельниками из своих, из тех, кого они видят именно как духовного руководителя общины, как отца и мать в одном лице, кому они готовы довериться полностью.

Игумен — это тот, кто прожил рядом с братией многие годы, такой же хранитель предания монастыря, как и они. Невозможно забрать из семьи отца, привести в нее незнакомого человека и сказать детям: «Вот этот человек — ваш новый папа». Так и в семье духовной: братия монастыря выбирают себе отца, рождают его о Господе. Сёстры выбирают себе мать. И никто, даже Вселенский собор, не сможет заставить их воспринимать постороннего, присланного со стороны человека как мать и отца.

Фото: kcenia.belova, orthphoto.net

С учётом всего этого особенно опасным мне видится пункт о том, что служащими священниками и духовниками женских монастырей могут быть только назначенные со стороны семейные священники. Я, будучи монахом, стараюсь никогда не давать духовные советы относительно семейной жизни, потому что для меня тайна брака во многом недоступна, я не пережил её опытно.

Назначение же духовником белого священника, который окажется человеком немонашеского склада, не понимающим сути монашества, монашеской практики, — так сказать, не монахофилом, а монахофобом, — приведёт в очень короткое время к полному развалу духовной жизни в монастыре. Да просто все монахи разбегутся, или возникнет модная нынче, но разрушительная для монастыря практика: сколько сестёр, столько и духовников на стороне.

Сердцу не прикажешь, и сёстры в любом случае будут стремиться обращаться за духовным окормлением к тем, кто понимает их жизнь, их искушения. В конце концов, история монашества показывает, что наиболее известные женские монашеские общины основывались или при помощи мужских монастырей, или под руководством духовников-монахов, — например, первый женский монастырь, основанный Пахомием Великим, Шамордино, Дивеево и другие. А из новых: Ново-Тихвинский в России, 20 женских монастырей под духовным руководством старца Филофея Зервакоса, монастыри под духовным управлением старца Ефрема Филофейского, монастырь Ормилия, самый большой женский монастырь Греции, административно и духовно находящийся в подчинении афонского монастыря Симонопетра. Случаи, когда монастырь основан женской общиной, окормляемой белым священником (Пюхтицы, например), более редки.

Вообще сама возможность обсуждения проекта Положения имеет большое значение, потому что даёт возможность вносить предложения снизу со стороны тех, кому жить согласно этому документу. А дальше всё в наших руках. Надо выдвигать предложения, грамотно их обосновывать и тогда есть надежда, что все будет очень хорошо.

Всё, о чём я говорю, давным давно успешно воплощено в жизнь в других Православных Поместных Церквах, а значит может быть воплощено и в Русской Церкви.

Святыни Греции на карте Google

Обитель расположенна на месте древнего подворья Ватопедского Афонского монастыря обитель эта является ныне подворьем Афонского монастыря Симонапетра, как бы его «дочерней» обителью. В обители — 108 монахинь, многие из которых являются духовными дочерьми известного греческого старца архимандрита Емилиана. В конце 60-х — начале в 70-х годов он был одним из тех людей, благодаря которым в Греции началось возрождение монашества. Начал он свой монашеский путь в одном из монастырей Метеор. Старец в последнее время очень болен, живет в Ормилии на покое и посетителей принимает редко.

Жен. монашеская община сформировалась к 1971 г. в небольшом мон-ре святых Феодоров в Метеорах. После перевода ее духовника архим. Емилиана, игум. мон-ря Б. Метеоры, в мон-рь Симонопетра на Афоне встал вопрос о перемещении жен. общины (ок. 40 чел.) ближе к Афону. Решением властей в 1974 г. подворье Ватопедского мон-ря в Ормилии было передано Симонопетрскому мон-рю, архим. Емилианом составлен очень строгий устав. На подворье провели реставрацию старых обветшавших зданий (1977), построили новые корпуса для келий, соборный храм (1979), трапезную на 250 чел. (1983), устроили мастерские, дома для игумена и паломников (1986) и др. Собор, построенный в 1842 г., представляет собой крестово-купольный храм афонского типа с 2 приделами и баптистерием. Престолы освящены в честь Благовещения Пресв. Богородицы (25 марта), во имя равноап. Марии Магдалины (22 июля) и ап. Иоанна Богослова (26 сент.).

В наст. время это один из наиболее крупных духовных центров Греции. Насельницы мон-ря занимаются иконописанием, золотым шитьем, издательской деятельностью. Они также окормляют духовный центр для больных онкологическими заболеваниями, СПИДом, страдающих психическими расстройствами, основанный в 1982 г. на пожертвования семьи Хадзипатера. В обители 108 монахинь, игумения — Никодима.

Старец Эмилиан (Вафидис) о роли старца в монашеской жизни.

«Итак, монастырь является неким образом самой Церкви, это вся Церковь, это есть собрание самой Церкви. Вследствие этого, старец, игумен, является образом Бога, стоит на месте Христа и все остальные, живые и усопшие, представляют собой собрание святых. Т.е. монастырь является неким таинством.
Старец же является зримым элементом таинства, который прячет невидимый его элемент, Бога, и всё что существует в Церкви и незримо, но подразумеваемо. Так что раз уж если жизнь старца настолько таинственна и важна, понимаете ли, то он является и руководителем, творцом сих людей, которые должны будут влиться в жизнь Церкви, в жизнь Христа.
Итак, задача старца состоит не в том, чтобы заботиться о пище и о повседневных нуждах братства или о чём-либо материальном, но прежде всего он есть тот, кто вводит души в таинства до тех пор, пока не приведёт их к совершенству мистического соединения с Богом.
Потому что, как Вы понимаете, монастырь является неким образом жизни, общиной истинной, общиной Рая, общиной Царствия Небесного, обществом всех святых, в котором каждый верный, а в данном случае – монах, имеет все права на Христа.
Но и Христос имеет все права на каждую душу — дабы, шаг за шагом, подъять монаха, восставить его, дать ему благодать (потому что всё в мистической жизни совершает благодать). Чтобы Христос стал бы для него не просто Чаемым, но и Призываемым им. Чтобы он, монах, научился обращаться к нему как к Учителю, как к Господу. Чтобы он имел с Ним те же близость и дружбу, какие имел круг апостолов. И чтобы, в конечном итоге, через весь его повседневный труд и через снисхождение с небес Пресвятой Троицы на монастырь было достигнуто следующее — ощущение Бога как Бога Живого, как сосуществующего, который идёт вместе с ним , стоит вместе с ним, вместе смотрит, вместе с учениками, монахами, ложится спать, встаёт, прогуливается — чтобы была достигнута полнота общения человека с Богом.
И, таким образом, старец в действительности есть тот, кто руками своими поставляет ученика, монаха, пред Господом. Он тот, кто снизводит Христа и соединяет разделённое, соединяет небесное и земное, и делает так, что они становятся истинным единством.
Такова есть настоящая цель и таково есть то ощущение старца, которые имеют монахи. Поэтому и существуют послушание, повиновение, которые Вы видите, существует та самая любовь, та самая самоотдача, то самое доверие, которое проявляется не к человеку, но именно к самому Христу. Они, монахи, имеют полное понимание тайны и таинства, которое совершается между ними, потому что старец есть не просто тот, кто живёт каждый день рядом с ними в монастыре, но он является тем, кто выходит из реки православного Предания, кто проистекает из потока Пресвятого Духа. Насколько бы он ни был человеком, упраздняется чувство его человечности в монастыре. Он живёт, конечно же, по-настоящему, он полноценный, живой человек! Но одновременно он есть тот, кто приобщается Богу. И, вследствие этого, он не живёт уже жизнью нынешнего мира, а хоть и ходит по земле, неким образом умом касается неба, живёт небом, живёт Богом.»

Мать Дометиана

Монахиня Дометиана несла в обители кроме клиросного еще и другие послушания, была крепкого телосложения, надежная в работе на всяком месте. Она почти никогда не болела. Однажды отец Емилиан задал сестрам неожиданный вопрос: не испугаются ли они, если в обители внезапно умрет одна из монахинь, когда он вместе с игуменией будет в отъезде. Никто и подумать не мог, что этим вопросом старец прозорливо указывал на судьбу Дометианы. Точнее сказать, на особенный промысел Божий об этой сестре.

Как-то вскоре случилось, что мать Дометиана во время мытья пола почувствовала острую боль в боку. Вскоре боль так усилилась, что пришлось ей даже оставить послушание и пойти прилечь. Ранее такого с ней никогда не бывало: все послушания она доделывала до конца, независимо от их трудности. Но и отдых не помогал. Боль не утихала. Призвали сестру-врача, и та сразу определила, что случай очень серьезный, необходимы скорая помощь и доставка в больницу.

В ближайшей областной больнице, куда вечером доставили сестру Дометиану, врачи сразу назначили полостную операцию, во время которой хирург был поражен состоянием печени больной. Она почти разваливалась на части — рак последней степени. Неужели раньше ее не беспокоили никакие боли? Тем не менее, по словам сестер, до сих пор мать Дометиана ни на что не жаловалась. Врач был бессилен чем-либо помочь и, только слегка скрепив печень, зашил живот.

Наутро, придя в сознание, мать Дометиана казалась бодрой и принялась благодарить доктора «за исцеление», целуя ему руку. Еще более озадаченный врач, однако, предупредил монахинь, что часы сестры сочтены, и те поспешили за священником. Ближе к вечеру, когда они вернулись с батюшкой и Святыми Дарами, мать Дометиана уже могла только шепотом исповедаться и вскоре после принятия Святых Христовых Таин отошла ко Господу.

Вначале сестры были действительно в сильном смятении и растерянности, так как, по слову отца Емилиана, ни его самого, ни игумении в эти дни в обители не оказалось, и срочно связаться с ними не было никакой возможности. Тем не менее, вскоре все принялись за дело и к приезду духовника и матушки Никодимы приготовили все необходимое для погребения.

Одно из первых необычных знамений по смерти сестры Дометианы было таким: по свидетельству многих сестер, когда ее тело стали укладывать в наскоро сколоченный гроб, то казалось, что мать Дометиана не поместится в него. Но вдруг она сама как бы «устроилась» в гробу, приняв ровное и благообразное положение.

Во время отпевания лицо ее как-то особенно просветлело, казалось, монахиня даже слегка улыбается. А отец Емилиан, обратившись к игумении, сказал: «Не обижайся на меня, матушка, что я даю вам такие строгие посты и каноны! Это все для того, чтобы все сестры стали бы такими же святыми, как наша мать Дометиана».

К удивлению многих, архимандрит Емилиан повесил портрет почившей сестры рядом с портретами известных старцев-подвижников, а на вопросы недоумевающих ответил: «Ее место — здесь».

По истечении сорока дней отец Емилиан собрал всех сестер и задал им вопрос: что бы они могли вспомнить особенного о новопреставленной сестре? С этими словами он показал им письмо от одного старца-афонита, которому было откровение Божие, что монахиня, которая недавно почила в Ормилии, особенно угодила Господу Богу, и душа ее пребывает вблизи Престола Пресвятыя Троицы на небесах.

Сперва никто из сестер не мог вспомнить ничего особенного. Дометиана не получила славы ни особенно строгой постницы, ни молитвенницы, превзошедшей всех усердием (хотя, конечно, были и посты, были и молитвы: этого требовал и строгий устав обители). Возможно, свои подвиги она хранила в тайне. Но главное, с чем все согласились: почившая сестра была всегда очень кроткой, незлобивой и послушной. Сокровенные ее подвиги остались известны одному Богу, да еще духовнику, а вот главный плод, без которого все труды бессмысленны, был в почившей сестре налицо — кротость и смирение, которым нас призывает научиться у Него Сам Христос Спаситель.

В конце разговора две сестры-певчие рассказали, что им обеим в ходе сорока дней приснился один и тот же сон, подтверждающий еще раз святость мать Дометианы. Сестра Дометиана представилась им стоящей на клиросе в необычном облачении — в простом светлом холщевом хитоне, подпоясанная грубым ремнем, и с распущенными волосами. Волосы эти как-то особенно играли в лучах солнца и блестели золотом. На сделанное замечание о странном облачении мать Дометиана по обычаю кротко ответила: «Простите» и стала удаляться к иконостасу, на амвон и далее… к открытым Царским вратам! «Ты что, мать, совсем с ума сошла!» — крикнули ей вдогонку. Мать Дометиана, входя в алтарь Царскими вратами, обернулась и по-детски просто и кротко ответила: «А разве вы не знаете, что мне теперь уже можно?» — и скрылась во Святая Святых.

Так, незаметно для многих, совершила свой земной путь молодая сестра обители Благовещения, что в Ормилии, схимонахиня Дометиана, угодив Господу в сокровенной клети своего преданного Ему сердца. Упокой, Господи, душу приснопамятной схимонахини Дометианы и ее святыми молитвами помилуй нас грешных!

Впервые опубликовано: http://www.pravpiter.ru