Макарий митрополит

В нынешних условиях особо остро стоит вопрос, без ответа на который власть просто изнемогает. Нет, она типа как бы всё знает. И вроде бы обо всём осведомлена и ресурс имеет немереный. Но это знание какое-то не то. Не освящённое и слишком приземлённое. Нет в нём сакральности. И власть чувствует это. И понимает, что какие возможности перед ней бы ни открывались, освятить себя она не может без пастырей.
А пастыри они такие. Непокорные. У них другой судья. И другие возможности. Они пророчествуют и благословляют.
Таким пастырем Земли Русской был Сергий Радонежский. И сказавший о Третьем Риме старец Филофей. Или воззвавший к освободительной борьбе против польской интервенции эпохи Смуты патриарх Гермоген.
Почему же острота восприятия данного вопроса столь сильная? А потому, что чем масштабней исторические Вызовы, тем важней мировоззренческий Ответ. А его могут дать только пастыри. Как сделал когда-то митрополит Макарий, освятивший начало царской власти на Руси в эпоху Ивана Грозного.
Иван Грозный принадлежал к тем редким правителям, которые не только внедряют новую политическую практику, но и приносят на престол новые политические идеи. Об одном из таких идеологических новшеств, изменивших лицо московского самодержавия, и пойдет речь.
Дело касалось царского титула московских государей. Первый из великих московских князей, который стал именовать себя царем, был дед Ивана Грозного, Иван III. Он же впервые в российской истории венчал на царство своего внука Дмитрия, которого, впрочем, вскоре отстранил от престолонаследия в пользу своего сына Василия III, отца Грозного. Однако ни Иван III, ни Василий III еще не дерзали называться царями перед иноземными государями. Их царский титул предназначался только для внутреннего, домашнего обихода: его упоминали в правительственных актах, имевших хождение исключительно внутри Московского государства.
16-летний Иван Васильевич смело отбросил эту ложную скромность.
Юному государю повезло, что при дворе был человек, в котором воплотились лучшие черты образованности и морали того времени, — митрополит Макарий. Современники единодушно признают за его незаурядной личностью поистине всенародный пастырский авторитет. Уже в Новгороде, во времена своего архиепископства, Макарий был необыкновенно популярен — его почитали «учительным» и «святым» человеком. Он обладал даром простого, проникновенного слова и замечательным талантом проповедника, — «беседовал с народом повестями многими» так доступно и понятно, что все «удивлялись, какая от Бога дана ему была дана мудрость в Божественном писании — просто всем разъяснять (Слово Божие)». Красноречие и образованность сочетались в нем с житейским умом и практической сноровкой.
Переехав из Новгорода в Москву на митрополию, Макарий с сердечным сокрушением обнаружил здесь не только государственные неурядицы, но и отрока-гocyдaря, одичалого и замкнутого, всеми покинутого и всецело предоставленного самому себе. Вероятно, он был первый, кто попытался серьезно восполнить недостатки в образовании и воспитании Ивана. Появление рядом с Иваном Макария, знакомого со всем кругом тогдашнего чтения, не могло не pасширить литературные интересы юноши, одаренного от природы умом и любознательностью. Иван с жадностью набросился на книги, читая все без разбора — Библию и церковную историю, русские летописи и византийские хронографы — тогдашние учебники истории.

Поучения Макария не срослись, однако, с духовной сущностью Ивана, кроме тех бесед, в которых митрополит мог касаться исключительности религиозно-политического положения московской державы, как наследницы Византии (эти идеи созрели прежде всего в образованной церковной среде), и священного, мистического значения самодержавной власти. Ибо вокруг этих двух вопросов и кружилась неотступно мысль Ивана, завороженная и поглощенная их величием. Он нашел свой собственный метод прочтения Священного Писания, ища в священных текстах тайнопись своей судьбы и толкуя слово Божие под диктовку раздраженного чувства.
Книга была для него предметом напряженных размышлений и острых переживаний. В древних текстах Иван искал и находил примеры, поучения, предсказания и пророчества, касающиеся своего времени и себя лично. «Несть власти, аще не от Бога»; «всяка душа властям предержащим да повинуется»; «горе граду, которым многие обладают» — Иван понимал эти библейские афоризмы и поучения по-своему, примеривал их к себе, прилагал к своему положению. Они давали ему освященное Божиим именем подтверждение его собственных наблюдений и выводов, вынесенных им из придворных мятежей, позволяли найти нравственное оправдание переполнявшей его ненависти к людям, похитившим у него достоинство человека и государя. Величественные образы ветхозаветных избранников и помазанников Божиих — Моисея, Саула, Давида, Соломона — завораживали его воображение; всматриваясь в них, как в зеркало, он видел на своем лице отблеск их славы и величия. С детства создав себе свой идеал государя, Царя Царей, наследника всемирной государственно-религиозной традиции — римского цезаризма и греческого православия, он почерпнул в книгах уверенность в том, что прежде было только догадкой: этот государь — он сам.
В этом мнении его могло укрепить и чтение русских летописей, где говорилось о множестве предзнаменований, отметивших его рождение. Он мог прочитать о себе, что еще «когда отрок во чреве матери возрастал, то печаль от сердца человекам отступала»; что один юродивый, по имени Дементий, на вопрос беременной Елены, кого она родит, отвечал: «Родится сын Тит, то есть широкий ум»; наконец, что 25 августа 1530 года по всей русской земле внезапно прокатился страшный гром, блеснула молния и земля поколебалась! После узнали, что в этот час родился государь Иван Васильевич. Ни одному княжескому рождению летописцы не придавали такого значения. Было от чего закружиться голове!..
И вот, постепенно, из чтения самых разнообразных источников, у Ивана возникло и окрепло сознание своего высокого избранничества. Он первый из московских государей почувствовал в себе царя в настоящем библейском смысле, помазанника Божия. Это политическое откровение о себе самом оказалось для него роковым. Земной прах возомнил себя Богом в своих владениях.
14 января 1547 года, после молебна в Успенском соборе, духовенство и все бояре были приглашены к великому князю, который заявил им о своем намерении «поискать прародительских чинов, как наши прародители, цари и великие князья, на царство и великое княжение садились, — и я также этот чин хочу исполнить и на царство и великое княжение сесть».
Венчание на царство состоялось спустя два дня, в воскресенье. В Успенском соборе митрополит Макарий благословил его и возложил на великого князя крест, бармы и венец. Весь этот обряд, с некоторыми вариациями, был повторением церемонии венчания великого князя Дмитрия, внука Ивана III, состоявшейся полвека назад. Однако именно 16 января 1547 года можно считать подлинным днем рождения царской власти в России. Иван Грозный стал первым русским царем не потому, что над ним исполнили те или иные обряды, а потому, что он первый понял все политическое и мистическое значение царской власти. Его венчанию на царство было придано значение вселенского церковного деяния. В соборном постановлении 1561 года, изданном по этому случаю, Грозный был назван «государем всех христиан от Востока до Запада». Иными словами, отныне московский царь открыто заявлял всему свету, что он является вселенским царем православия, хранителем истинной веры и защитником всех православных христиан. Именно такое сакральное значение царская власть имела в Византии, которая послужила для Ивана Грозного политическим образцом.
Русские книжники и вообще все образованные русские люди того времени придавали огромное значение венчанию Ивана царским венцом — в его сиянии они видели отблеск возросшей мощи и славы России. Всеобщее воодушевление было неподдельным. Даже новгородская летопись, которую не заподозришь в избытке симпатий к Москве, отозвалась на это событие восторженным панегириком: «И нарекся царь и великий князь, всея великия России caмодержец великий… И держал в страхе все языческие страны… Прежде же его никого из прадедов его царем не славили в России, никто из них не смел поставиться цaрем и зваться тем новым именем, опасаясь зависти и восстания на них поганых царей».
Вот так, в непомерном самомнении 16-летнего юноши Россия обрела национальную идею и впервые осознала величественную исключительность своего государственного бытия. Своим венчанием на царство Иван Грозный превратил Россию в мировую державу с той «особенной статью», о которой говорится в известном тютчевском четверостишии. И эта держава очень скоро заставила считаться с собой как азиатский Восток, так и европейский Запад.

Митрополит Макарий

Митрополит Макарий

Митрополит Макарий

Митрополит Московский и всея Руси

1542 — 1563

Интронизация:

19 марта 1542 год

Церковь:

Русская православная церковь

Предшественник:

Иоасаф

Преемник:

Афанасий

Рождение:

Смерть:

31 декабря 1563

Похоронен:

Успенский собор Московского Кремля

Епископская хиротония:

4 марта 1526 год

Митрополит Мака́рий (ок. 1482— 31 декабря 1563) — митрополит Московский и всея Руси (с 1542 года), в 1526—1542 годах — архиепископ Новгородский. Сторонник иосифлянства, ученик Иосифа Волоцкого. Канонизирован Русской церковью в лике святителей, память совершается 30 декабря (по юлианскому календарю).

Жизнеописание

В юности святой принял монашество в Рождества Богородицы Пафнутиевом Боровском монастыре, а в 1506 году стал игуменом Лужецкого Богородицкого монастыря в Можайске. В 1526 году Макарий был рукоположен во архиепископа Новгородского и Псковского. Святитель предпринял создание свода «всех чтимых книг на Руси» — Великих Четьих-Миней, которые вошли в историю под названием Макариевских. Немало усилий свт. Макарий приложил по организации на Руси книгопечатного дела. При нем была открыта в Москве первая типография для печатания священных и богослужебных книг.

Возведён на митрополичий престол 19 марта 1542 года боярской группировкой князей Шуйских, которая тогда правила при малолетнем Иоанне Грозном. В этом сане Макарий сменил низложенного Шуйскими митрополита Иоасафа. Однако вскоре он, как и прежде Иоасаф, стал выступать против Шуйских. Обладая большим могуществом и влиянием, он способствовал отстранению Шуйских от власти, которое произошло в декабре 1543 год. После этого Макарий оказывал большое влияние на политику Иоанна Грозного, входя в так называемую «Избранную Раду». Он венчал Иоанна на царство (1547 год), способствовал его браку с Анастасией Захарьиной, провёл секуляризацию монастырских земель, составил знаменитые «Великие четьи-минеи», осуществил канонизацию многих русских святых (см. Макарьевские соборы). При нём в 1551 году состоялся Стоглавый Поместный Собор Русской православной церкви. После уничтожения Избранной Рады (1560 год) Макарий, единственный из её членов, не был подвергнут преследованиям и умер своей смертью в 1563 году.

Ссылки

  • Жизнеописание митрополита Макария на сайте ИРЛИ РАН
  • Святитель Макарий на сайте Русское православие
Предшественник:
Иоасаф
Митрополит Московский и всея Руси
(1542—1563)
Преемник:
Афанасий

История Русской Церкви

Часть 1. История христианства в России до равноапостольного князя Владимира как введение в историю Русской Церкви Предисловие Отдел 1. История христианства в пределах нынешней России до основания Русского Царства (ок. 60–862) Вступление Глава 1. Проповедь святого апостола Андрея в наших странах Глава 2. Церковь Христова в Древней Скифии или нынешнем Новоросийском крае Глава 3. Церковь Христова в Древней Сарматии, или нынешнем Кавказком крае Глава 4. Церковь Христова в Закавказье Отдел 2. История христианства собственно в царстве Русском до происхождения Русской Церкви при равноапостольном князе Владимире (862–992) Введение Глава I. Перевод Священного Писания и богослужебных книг на славянский язык Глава II. Начатки христианства в Царстве Русском со времени основания его до равноапостольной княгини Ольги Глава III. Состояние христианства в царстве Русском при великой княгине Ольге и по смерти её до обращения великого князя Владимира Глава IV. Обращение к христианству великого князя Владимира Часть 2. История Русской Церкви в период совершенной зависимости её от константинопольского патриарха Предисловие Отдел 1. Состояние Русской Церкви от первого её митрополита святого Михаила до избрания митрополита Илариона (988–1051) Глава I. Первоначальные пределы Русской Церкви и её первая иерархия Глава II. Первые храмы в России и состояние богослужения Глава III. Первые училища в России и памятники духовного просвещения и учения Глава IV. Первоначальное церковное законоположение в России и преимущества русского духовенства Глава V. Первые монастыри в России и состояние веры и нравственности Глава VI. Первоначальное отношение Русской Церкви к другим церквам и обществам христианским Отдел 2. Состояние Русской Церкви от митрополита Илариона до избрания митрополита Климента Смолятича (1051–1147) Глава I. Иерархия и папства Глава II. Киево-Печерский монастырь и другие обители Глава III. Духовное просвещение, учение и письменность Глава IV. Состояние богослужения Глава V. Церковное управление и преимущества русского духовенства Глава VI. Состояние веры и нравственности Глава VII. Отношение Русской Церкви к другим церквам и обществам религиозным Отдел 3. Состояние Русской Церкви от митрополита Климента Смолятича до начала второго периода, или до митрополита Кирилла II (1147–1240) Вступление Глава I. Иерархия и папства Глава II. Монастыри Глава III. Богослужение Глава IV. Духовное просвещение, учение и письменность Глава V. Церковное управление и преимущества духовенства Глава VI. Состояние веры и нравственности Глава VII. Отношение Русской Церкви к другим церквам Приложение 2 Часть 3. История Русской Церкви в период постепенного перехода её к самостоятельности (1240–1589). Отдел 1. Состояние Русской Церкви от митрополита Кирилла II до митрополита Святого Ионы, или в период монгольский (1240–1448) Глава I. Иерархия Глава II. Паства Глава III. Монастыри Глава IV. Богослужение Приложения Глава V. Церковное право Глава VI. Духовная литература Глава VII. Состояние веры и нравственности Глава VIII. Отношение Русской Церкви к другим церквам Приложения Приложение 2 Отдел 2. Состояние Русской Церкви от митрополита святого Ионы до патриарха Иова, или период разделения её на две митрополии (1448–1589) Предисловие Глава I. Митрополит Иона; самостоятельность Русской Церкви и разделение ее на две митрополии Глава II. Митрополия Восточнорусская, или Московская: её первосвятители и ход главнейших в ней событий Глава III. Расширение Московской митрополии и ее епархии Глава IV. Монастыри Глава V. Духовная литература Глава VI. Богослужение Глава VII. Церковное право Глава VIII. Вера и нравственность Глава IX. Отношение Восточнорусской Церкви к другим Церквам и исповеданиям Часть 4. Период разделения Русской Церкви на две митрополии. История западнорусской, или Литовской, митрополии (1458–1596) Предисловие Глава I. Борьба православия с латинством и неудачные попытки к унии (1458–1503) Глава II. Спокойное состояние православия, лишь изредка нарушавшееся борьбою с латинством, без попыток к унии (1503–1555) Глава III. Борьба православия с протестантством и иезуитами и новые усиленные попытки к унии (1555–1589) Глава IV. Уния (1589–1596) Часть 5. История Русской Церкви в период её самостоятельности (1589–1881). Патриаршество в России (1589–1720) Отдел 1. Патриаршество Московское и всея Великой России и Западнорусская митрополия (1589–1654) Глава I. Три первые патриарха в Москве и междупатриаршество Глава II. Западнорусская митрополия в борьбе с униею, под гнетом униатских митрополитов Глава III. Патриарх Московский Филарет и два его преемника Глава IV. Западнорусская митрополия в борьбе с униею, под управлением православных митрополитов Отдел 2. Патриаршество Московское и всея Великия, и Малыя, и Белыя России – воссоединение Западнорусской Церкви с Восточнорусской Глава I. Патриарх Никон до оставления им кафедры: время управления его Церковию Глава II. Патриарх Никон до его низложения и время междупатриаршества Глава III. Большой Собор В Москве, низложение патриарха Никона и новый патриарх Иоасаф II