Исцеление дочери иаира

Толкования Священного Писания

И вот, женщина, двенадцать лет страдавшая кровотечением, подойдя сзади, прикоснулась к краю одежды Его

<…> как кровоточивая жена, истинно уверовав и прикоснувшись воскрилию ризы Господней, тотчас получила исцеление, и иссох поток нечистого источника кровей: так всякая душа, имея неисцелимую язву греха, источник нечистых и лукавых помыслов, если придет ко Христу, и истинно веруя, будет просить, то получит спасительное исцеление от неисцельного тока страстей, и силою единого Иисуса иссякнет, оскудев, оный источник, источающий нечистые помыслы; но никому другому невозможно исцелить сию язву. Ибо того и домогался враг, чтобы Адамовым преступлением уязвить и омрачить внутреннего человека, владычественный ум, зрящий Бога. И очи его, когда недоступны им стали небесные блага, прозрели уже для пороков и страстей.

Посему, человек так уязвлен, что никому невозможно исцелить его, кроме единого Господа. Ему единому возможно сие. Ибо Он пришел и взял грех мира, то есть, иссушил нечистый источник душевных помышлений. Как оная кровоточивая, расточив все имущество тем, которые бы могли уврачевать ее, ни от кого из них не получила пользы, пока не приблизилась ко Господу, истинно в Него уверовав, и не прикоснулась к воскрилию риз Его, при чем тотчас почувствовала исцеление и остановилось течение крови: так и душу, в начале уязвленную неисцельною язвою вредоносных страстей, никто не мог исцелить ни из праведных, ни из Отцов, ни из Пророков, ни из Патриархов.

Приходил Моисей, но не мог подать совершенного исцеления. Были священники, дары, десятины, субботствования, новомесячия, омовения, жертвы, всесожжения, и всякая прочая правда совершалась по Закону; а душа не могла исцелиться и очиститься от нечистого течения злых помыслов, и вся правда ее не в состоянии была уврачевать человека, пока не пришел Спаситель, истинный врач, туне врачующий, и Себя дающий в искупительную цену за род человеческий. Он один совершил великое и спасительное искупление и уврачевание души; Он освободил ее от рабства, и извел ее из тьмы, прославив ее собственным светом Своим; Он иссушил в ней источник нечистых помыслов. Ибо сказано: «се Агнец Божий, вземляй грехи мира» (Ин. 1, 29).

Собственные от земли взятые врачевства, то есть свои только дела правды, не могли уврачевать и исцелить душу от такой невидимой язвы; только силою небесного и Божеского естества, даром Духа Святого — сим одним врачевством мог человек получить исцеление и достигнуть жизни, по очищении сердца Духом Святым. Но как там жена, хотя не могла исцелиться, и оставалась язвенною, однако же имела ноги, чтобы прийти ко Господу и пришедши получить исцеление.

Собрание рукописей типа II. Беседа 20.

Воскрешение дочери Иаира

В издательстве Сретенского монастыря вышла третья книга шеститомной серии под общим названием «Иисус Христос. Жизнь и учение» митрополита Илариона (Алфеева). Основным центром этого уникального труда является личность Иисуса Христа. Полемизируя с разными течениями западной новозаветной науки, автор возвращает нас к евангельскому тексту – единственному достоверному источнику, свидетельствующему о Господе Иисусе Христе. Третий том посвящен чудесам Иисуса Христа, описанным в четырех Евангелиях.

Рассказ о воскрешении дочери Иаира имеется у трех евангелистов-синоптиков. Как и во многих других случаях, наиболее полную и подробную версию рассказа мы находим у Марка. У него рассказ следует сразу же за историей изгнания беса из гадаринского бесноватого:

Когда Иисус опять переправился в лодке на другой берег, собралось к Нему множество народа. Он был у моря. И вот, приходит один из начальников синагоги, по имени Иаир, и, увидев Его, падает к ногам Его и усильно просит Его, говоря: дочь моя при смерти; приди и возложи на нее руки, чтобы она выздоровела и осталась жива. Иисус пошел с ним. За Ним следовало множество народа, и теснили Его (Мк. 5:21–24).

Здесь рассказ, как и у двух других синоптиков, прерывается эпизодом исцеления кровоточивой женщины. Эпизод заканчивается словами Иисуса, обращенными к женщине: Дщерь! вера твоя спасла тебя; иди в мире и будь здорова от болезни твоей (Мк. 5:25–34). После этого евангелист возвращается к рассказу об исцелении Иисусом дочери Иаира:

Когда Он еще говорил сие, приходят от начальника синагоги и говорят: дочь твоя умерла; что еще утруждаешь Учителя? Но Иисус, услышав сии слова, тотчас говорит начальнику синагоги: не бойся, только веруй. И не позволил никому следовать за Собою, кроме Петра, Иакова и Иоанна, брата Иакова. Приходит в дом начальника синагоги и видит смятение и плачущих и вопиющих громко. И, войдя, говорит им: что смущаетесь и плачете? девица не умерла, но спит. И смеялись над Ним. Но Он, выслав всех, берет с Собою отца и мать девицы и бывших с Ним и входит туда, где девица лежала. И, взяв девицу за руку, говорит ей: «талифа́ куми́», что значит: девица, тебе говорю, встань. И девица тотчас встала и начала ходить, ибо была лет двенадцати. Видевшие пришли в великое изумление. И Он строго приказал им, чтобы никто об этом не знал, и сказал, чтобы дали ей есть (Мк. 5:35–43).

У Матфея эпизод рассказан гораздо короче. К Иисусу подходит некоторый начальник, говорящий Ему: Дочь моя теперь умирает; но приди, возложи на нее руку Твою, и она будет жива. Иисус, встав, идет за ним вместе с учениками. Далее, после рассказа о кровоточивой женщине, Матфей опускает все, что говорят посланные от начальника, включая известие о смерти его дочери. Мы можем догадаться о ее смерти из того, что, придя в дом, Иисус видит свирельщиков и народ в смятении. Он говорит им: Выйдите вон, ибо девица не умерла, но спит; над Ним смеются. Когда народ выслан, Он входит в комнату, где лежит девочка, берет ее за руку, и она встает. Слух об этом разносится по всей земле той (Мф. 9:18–19, 23–26).

Версия Луки (Лк. 8:41–42, 49–56) почти ничем не отличается от версии Марка, кроме того, что он уточняет: у Иаира была одна дочь, лет двенадцати, и та была при смерти. Мы можем вспомнить, что, рассказывая об изгнании беса из отрока, только Лука приводил слова его отца: он один у меня (Лк. 9:38). Другие евангелисты об этом обстоятельстве умалчивали, как и в данном случае они не упоминают о том, что речь идет о единственной дочери. Между тем для эпохи, когда большинство семей были многодетными, такие детали немаловажны: единственный сын или единственная дочь — предмет особой заботы родителей. Отметим, что никто из евангелистов, кроме Луки, не рассказывает о воскрешении сына вдовы наинской, а там тоже говорится о единственном сыне у матери (Лк. 7:12).

Иаир — один из немногих персонажей евангельской истории, который у двух евангелистов (Марка и Луки) назван по имени. Вряд ли имеет смысл искать причину этого в предполагаемом значении его еврейского имени. Скорее, он мог быть назван по имени потому, что был известен раннехристианской общине: возможно, после воскрешения дочери он примкнул к ученикам Иисуса.

Выражение один из начальников синагоги (Мк. 5:22) означает, что Иаир не был ни священником, ни левитом. Он был одним из мирян, которым поручалось ведение молитвенного собрания в местной синагоге: таких мирян в каждой синагоге было несколько. Поскольку синагогальное богослужение не было связано с левитским священством и представляло собой собрание мирян, то и возглавлял его мирянин.

У Матфея и Луки Иаир называет свою дочь словом θυγάτηρ («дочь»), а у Марка — уменьшительным θυγάτριον («дочка», «доченька»). В тот момент, когда он обращается к Иисусу с просьбой, девочка еще жива, хотя и находится при смерти. Выражение Марка ἐσχάτως ἔχει трудно перевести буквально; наиболее близкий перевод: «находится при последнем издыхании». Матфей употребляет выражение ἄρτι ἐτελεύτῃσεν — теперь умирает (от τελευτάω — «кончаться»), у Луки девочка ἀπέθνησκεν — была при смерти (от ἀποθνήσκω — «умирать»). Отец девочки, следовательно, надеется не просто на исцеление, а на возвращение ее к жизни.

Иаир просит Иисуса возложить на девочку руки. Как мы уже говорили, комментируя рассказ об исцелении согбенной женщины, возложение рук нередко использовалось Иисусом при исцелениях. Начальник синагоги надеялся, что и в данном случае Иисус совершит чудо, возложив руки на его дочь, и вернет ей жизнь.

Между тем, пока Иисус беседовал с кровоточивой женщиной, приходят посланные от начальника синагоги и возвещают о смерти девочки. С их точки зрения, утруждать Учителя больше незачем: произошло непоправимое. Иисуса знали как целителя, но до настоящего момента Он еще никого не возвратил к жизни, потому посланным и казалось очевидным, что ничего более сделать уже невозможно.

Евангелисты не передают нам реакцию отца девочки на новость о ее смерти. О том, насколько новость потрясла его, можно только догадываться по обращенным к нему словам Иисуса: Не бойся, только веруй.

Иисус не берет с Собой никого, кроме трех ближайших учеников. Об этой детали умалчивает Матфей, но она присутствует у Марка и Луки. Петр, Иаков и Иоанн составляют круг самых близких к Иисусу лиц, которых Он выделяет даже из числа двенадцати: только их Он берет с Собой на гору, где во время молитвы преображается (Мф. 17:6; Мк. 9:2; Лк. 9:28); только они окажутся рядом с Ним в Гефсиманскому саду (Мф. 26:37; Мк. 14:33), где Он будет молиться Отцу до кровавого пота (Лк. 22:44). В данном случае то, что Иисус берет с Собой только этих трех учеников, указывает на важность, придаваемую Им предстоящему событию.

К тому моменту, когда Иисус приходит к дому Иаира, там уже началась первая часть погребальной церемонии. Под плачущими у Марка понимаются профессиональные плакальщицы, которых нанимали для участия в похоронных обрядах. Именно о таких плакальщицах говорил Экклезиаст в приведенном выше тексте (Еккл. 12:5). Задача плакальщиц заключалась в том, чтобы при помощи песен и громких причитаний, сопровождавшихся определенными телодвижениями и иногда хлопанием в ладоши, создать атмосферу скорби и вызвать слезы у окружающих. О мастерстве плакальщиц и их профессиональной подготовке говорится у пророка Иеремии, где с их образом неразрывно связан образ смерти:

Так говорит Господь Саваоф: подумайте, и позовите плакальщиц, чтобы они пришли; пошлите за искусницами в этом деле, чтобы они пришли. Пусть они поспешат и поднимут плач о нас, чтобы из глаз наших лились слезы, и с ресниц наших текла вода. Ибо голос плача слышен с Сиона: «как мы ограблены! мы жестоко посрамлены, ибо оставляем землю, потому что разрушили жилища наши». Итак, слушайте, женщины, слово Господа, и да внимает ухо ваше слову уст Его; и учите дочерей ваших плачу, и одна другую — плачевным песням. Ибо смерть входит в наши окна, вторгается в чертоги наши, чтобы истребить детей с улицы, юношей с площадей (Иер. 9:17–21).

Матфей упоминает свирельщиков — еще одну непременную категорию участников похорон. Слово αὐλιτής («свирельщик», «флейтист») происходит от слова «авлос» (αὔλος), означающего древнегреческий музыкальный инструмент, скорее напоминающий современный гобой, чем флейту: музыкант держал авлос вертикально (в отличие от флейты, располагающейся горизонтально). Как правило, авлос представлял собой деревянную (иногда костяную) трубку с просверленными в ней отверстиями: при нажатии на то или иное отверстие высота звука изменялась. Авлосы использовались для исполнения простых мелодий, которыми сопровождалось пение. Аналогичные авлосам духовые инструменты — халил (Ис. 5:12; 1 Цар. 10:5), угаб (Быт. 4:21; Иов 21:12), машрокита (Дан. 3:5, 7, 15) — использовались у евреев как в храмовом богослужении, так и в других случаях, в частности на похоронах (в русском переводе все эти инструменты обозначаются словом «свирель»).

Слова Иисуса передаются каждым из евангелистов с незначительными различиями, но смысл у всех одинаков: девочка не умерла, но спит. Именно эти слова позволяют толкователям из стана рационалистов говорить о том, что речь идет не о воскрешении, а о выведении из комы. Между тем целый ряд деталей противоречит такому пониманию. Во-первых, тот факт, что ко времени прихода Иисуса уже начались похоронные обряды. Во-вторых, то, что Иисус произносит эти слова еще до того, как вошел в комнату и увидел девочку. В-третьих, тот факт, что девочка уже в течение некоторого времени до этого находилась при смерти (о чем, используя разные термины, но вполне единогласно, говорят все три евангелиста). В-четвертых, наконец, реакция окружающих на слова Иисуса.

Картина, нарисованная евангелистами, призвана подчеркнуть, что речь идет не о сне или коме, а именно о смерти. Слова Иисуса можно понимать двояко: либо Он хочет приуменьшить значимость чуда, чтобы его не разглашали слишком широко (чудо относится к тому периоду Его деятельности, когда Он еще прилагал некоторые усилия к тому, чтобы избежать известности); либо Он переосмысливает само понятие смерти, которая должна восприниматься как сон, успение. Так понимают рассматриваемое место христианские толкователи. Иоанн Златоуст считает, что этими словами Иисус «научает не страшиться смерти, потому что смерть уже не есть более смерть, но стала сном. Поскольку Ему и Самому надлежало умереть, то, воскрешая других, заранее приготовляет учеников Своих к мужеству и спокойному перенесению смерти, так как после Его пришествия смерть сделалась сном».

Реакция окружающих может показаться неожиданной: как они могли начать смеяться, когда только что плакали? Ответ достаточно прост: профессиональные плакальщики так же легко способны перейти от плача к смеху, как они переходят от обычной жизни к плачу. К тому же глагол καταγελάω, употребленный Марком для обозначения смеха, указывает не на смех как веселье, а на смех над кем-нибудь, то есть издевательские насмешки. Смерть девочки была для всех настолько очевидной, что слова, сказанные Иисусом, казались нелепостью, абсурдом.

Профессиональные плакальщицы и прочие собравшиеся на похороны по чувству долга не смогут адекватно воспринять то, что произойдет далее. Возможно, именно поэтому Иисус отсылает их, оставляя рядом с Собой только трех учеников и родителей девочки. Войдя в комнату, Он берет ее за руку. Мы помним, что, когда Он взял за руку тещу Петра, она встала с постели (Мк. 1:31); когда Он взял за руку бесноватого отрока, упавшего замертво после изгнания из него беса и лежавшего неподвижно, мальчик встал (Мк. 9:27). В данном случае происходит то же самое: девочка оживает и встает.

Слова, которые произнес Иисус, возвращая девочку к жизни, переданы Марком в их оригинальном арамейском звучании талифа куми ( טליתא קומי , реконструируемое произношение — ṭalīṯā qūmī) и снабжены греческим переводом. Почему Марк посчитал нужным привести их именно так, как они прозвучали? Скорее всего, потому, что именно в таком виде их донес до него апостол Петр, в чью память эти слова врезались и с чьих слов Марк записывал рассказ. О том, что Марк был учеником апостола Петра, известно и из Нового Завета (1 Пет. 5:13), и из предания, восходящего к Папию Иерапольскому (II век). Рассматриваемый эпизод, в котором Петр упоминается в качестве одного из немногих участников и свидетелей чуда, подтверждает это предание.

Лука описывает чудо воскрешения девочки в следующих выражениях: И возвратился дух ее; она тотчас встала, и Он велел дать ей есть. И удивились родители ее. Он же повелел им не сказывать никому о происшедшем (Лк. 8:55–56). Выражение и возвратился дух ее, отсутствующее у других евангелистов, может указывать на то, что девочка начала дышать (термин πνεῦμα означает и «дух», и «дыхание»), и свидетельствует о желании Луки с максимальной медицинской точностью передать процесс возвращения умершей к жизни. В то же время более вероятно, что под возвращением духа в тело евангелист понимал возвращение умершей к жизни:

Видите — смерть есть сон! Возвратился дух ее. Дух расстался с телом и отошел туда, куда уходят духи умерших. Своим прикосновением и словами Господь здесь сотворил два чуда: во-первых, исцелил тело; во-вторых, возвратил дух из духовного мира в здоровое тело. Ибо если бы Он не исцелил тела, что пользы было бы девице, когда в нее, больную, вернулся бы ее дух? Она бы ожила только для того, чтобы снова болеть и снова умирать! Такое неполное воскрешение было бы не воскрешением, а мучением. Но Господь не дает неполных даров — лишь полные; и не дает несовершенных — лишь совершенные. Он возвращал слепцам не одно око, но оба, глухих делал слышащими не одним ухом, но обоими; и расслабленным исцелял не одну ногу, но две. Так и здесь. Он возвращает дух в здоровое тело, а не в больное, чтобы весь человек был жив и здоров.

Информация о том, что Иисус повелел дать девочке есть, присутствует также у Марка: она свидетельствует о внимании Иисуса к физическим нуждам ребенка. Потрясенные родители (Лука говорит об их удивлении, Марк о великом изумлении всех свидетелей чуда) могли вполне забыть о такой простой, но важной детали: двенадцатилетняя девочка, долгое время находившаяся в тяжелом состоянии и пережившая смерть, нуждалась в пище.

В современном иудаизме во главе синагоги, как правило, стоит раввин. Вопреки распространенному мнению, раввин не является священнослужителем: это ученое звание, дающее право возглавлять общину и проводить богослужебные собрания в синагоге (в этом смысле раввин по своим функциям подобен наставникам в общинах старообрядцев-беспоповцев). Потомственных священников обозначают словом «коэн», но после разрушения Иерусалимского храма коэны утратили основную часть своих функций и в современном иудаизме никакой специальной роли не играют.

См.: Коляда Е. Библейские музыкальные инструменты. С. 28.

Иоанн Златоуст. Толкование на святого Матфея-евангелиста. 31, 2 (PG 57, 373). Рус. пер.: Т. 7. Кн. 1. С. 343.

См.: Евсевий Кесарийский. Церковная история. 3, 39, 15. С. 119.

Николай (Велимирович), свт. Творения. Кн. 2. С. 381.

«Офелия», «Видок» и другие кинопремьеры недели

«Бойцовский клуб» в повторном прокате, Офелии дали слово, Видок спасает Париж, важный фильм про кибербуллинг выходит онлайн. Кинокритик Егор Москвитин – о том, что смотреть на этой неделе.

«Офелия»

Фото: Capella Film

Фильм, вдохновенный одной великой картиной и одной занимательной книгой. «Офелия» Джона Эверетта Милле – завораживающий портрет шекспировской героини, застывшей между жизнью и смертью. Поклонники прерафаэлитов от фильма вообще должны быть в восторге: он не только приглашает английскую живопись XIX века на большие экраны и преданно восстанавливает все ее узоры и обряды, но и следует главной идее – жажде спорить с классикой. В данном случае – с «Гамлетом». А в этом ему помогает уже литературный источник – роман 2006 года «Мое имя Офелия» Лизы Кляйн. Повествование в нем строится на гипотезе, что если помешательство Гамлета было поддельным, то таким же могло быть и безумие Офелии. А раз девушка притворялась, то наивно полагать ее безвольным второстепенным персонажем, зависимым от действий Гамлета, Полония и Лаэрта. Офелия имеет право на свой собственный нарратив – решает Кляйн. И делает ее главной героиней, ведущей свою игру, – хуже, чем леди Макбет, но уж получше, чем Гертруда. Кстати, в «Гамлете» мы не видим момент смерти Офелии, а лишь слышим о ней из уст Гертруды. Так вдруг и похороны были подделкой?

Роман 2006 года – в известной степени романтический фанфик: в нем, например, есть отсутствовавшая у Шекспира сцена тайного венчания Офелии и Гамлета в духе «Храброго сердца». Но фильм, производство которого началось в 2016 году, а премьера состоялась на фестивале «Санденс-2018», на волне #MeToo взял из книги совсем другой лейтмотив – идею освобождения женщины от нарратива мужчин.

Фото: Capella Film

Потенциал Офелии как угнетенной героини, за которую современная культура должна сообща отомстить, давно известен. Марина Цветаева в одном из своих стихотворений от лица Офелии обращалась к Гамлету со словами «Девственник! Женоненавистник!». А Мэри Пайфер в книге «Воскрешая Офелию» (забавно, что она вышла в 1994 году – аккурат когда Disney воскресил Гамлета в «Короле Льве») описывает шекспировскую героиню как архетип, который нужно разрушить. Потому что и Шекспир, и идущие по его стопам художники, режиссеры и актрисы не только поют гимн непорочной красоте Офелии, но и культивируют среди девочек-подростков (и не только девочек) ее болезненный паттерн поведения. Которое якобы заключается в поиске другой личности, лишь существование рядом с которой делает твою собственную личность полноценной. Офелия тотально зависима от воли возлюбленного, отца и брата – и сходит с ума, когда эти воли вступают в конфликт друг с другом.

Фильм эту устаревшую психологическую матрицу пытается сломать и зовет на помощь всю королевскую рать – опытнейших Наоми Уоттс и Клайва Оуэна, молодых Тома Фелтона из «Гарри Поттера» и Джорджа МакКея из «Капитана Фантастика». Но самый тонкий инструмент в руках австралийского режиссера Клэр Маккарти – это актриса с цветочным именем Дэйзи Ридли, известная благодаря новейшей трилогии «Звездных войн». Увы, живописному и музыкальному фильму не хватает сфокусированного сценария. Но следить за тем, как второстепенные герои Шекспира обретают самосознание, все равно очень интересно. Особенно если удастся найти сеанс на языке оригинала, потому что иначе не уловить остроумный диалог современной драматургии с вечным Шекспиром. А вообще, происходящее очень похоже на сериал «Мир Дикого запада», в котором роботы, помещенные в классические сюжеты (Дикий запад, феодальная Япония), бунтовали против придуманных для них людьми ролей. Любой, кто пойдет на «Офелию» не как зритель, а как исследователь, будет вознагражден.

«Видок: Охотник на призраков»

Фото: «Централ Партнершип»

Фильм, открывавший в этом году ММКФ, – старомодный авантюрный роман про становление Эжена Видока – каторжанина, ставшего сыщиком, и сыщика, ставшего главой первой секретной службы в Европе. Легендарную историческую личность играет не менее легендарный актер Венсан Кассель, а от спасения Парижа его героя нет-нет да и отвлекают героини Ольги Куриленко и юной шотландки Фрейи Мейвор. И глядя на них, понимаешь, что как бы сильно ни дул ветер перемен, французы будут последней кинематографической державой, которая откажется от плотоядного отношения к прекрасным женщинам в кадре. «Видок» вообще здорово напоминает старые французские книги – здесь есть и обжигающая тайна мести в духе «Графа Монте-Кристо», и дух мужского братства, как в «Трех мушкетерах»: очистить город от бандитов герою помогают несколько экстравагантных, но верных друзей. Идеальное кино для тех, кто скучает по зарубежным историческим боевикам советских времен. Отчаянная простота, которая ничем не хуже творящегося вокруг воровства – всех этих ремейков, ироничных переосмыслений и прочей эксплуатации проверенного материала. Кино для стариков, которым тоже время от времени нужно ходить в бой.

«Бойцовский клуб»

Фото: «КиноПоиск»

Юбилейное возвращение в прокат главного фильма 1999 года – истории любви двух людей, которые встретились в трудный период жизни, и дружбы двух людей, которые встретились в одной раскалывающейся от бессонницы голове. За две декады шедевр Дэвида Финчера – сам по себе воинственный и спортивный – оброс колоссальной броней из смыслов и интерпретаций. Есть критики, убедительно доказывающие, что это на самом деле комедия. До сих пор ведутся споры о том, воспевает фильм «токсичную маскулинность» (а ведь 20 лет назад и термина такого не было!) или критикует ее. Хватает теорий заговоров: зря что ли герои в конце смотрят на падающие небоскребы? Но самое главное заключается в том, что, снимая одну за другой пластины этих трактовок, зритель все еще может протиснуться к самому сердцу фильма. А оно и не думало переставать биться.

«Репост»

Фото: IMDb

С 28 июля в «Амедиатеке»

Один из главных фильмов «Санденса-2019» – фестиваля, заслужившего репутацию платформы для смелых и откровенных разговоров о табуированном и деликатном. Главная героиня – обычная американская школьница, которая переборщила с алкоголем на вечеринке. Она не помнит, как оказалась дома, и не знает, что произошло ночью, – но одноклассники, гаджеты и соцсети обязательно ей напомнят. По описанию может показаться, что «Репост» – молодежный треш-ужастик про шантаж. Но на самом деле это искусный психологический триллер о травле (напоминающий разом и датскую «Охоту», и советское «Чучело»), который ближе к финалу превращается в тяжелую социальную драму. Потому что явление, которое он описывает, – кибербуллинг – пришло всерьез и надолго. А традиции, на которых оно стоит, и вовсе не искоренить одним фильмом. Но это не значит, что не надо стараться.

«Материнский инстинкт»

Фото: «ПРОвзгляд»

Бельгийский этический триллер, подражающий саспенсу Хичкока и психологизму Бергмана, а в колористике понимающий не хуже Альмодовара. По соседству живут две идеальные семьи, сплетенные крепкой дружбой матерей и сыновей. Но в одной происходит беда – гибнет маленький мальчик. И на смену дружбе приходят подозрения, страхи и вина. Мать, которой повезло больше, считает, что другая хочет причинить зло ее сыну. А мать, пережившая трагедию, вдруг обнаруживает, что вынуждена согласовывать свое горе с якобы сочувствующим внешним миром. Увы, от психологической драмы фильм в какой-то момент отступает в сторону реалистичного ужастика, но его все равно интересно смотреть.

Егор Москвитин

ИСЦЕЛЕНИЕ КРОВОТОЧИВОЙ ЖЕНЩИНЫ И ВОСКРЕШЕНИЕ ДОЧЕРИ НАЧАЛЬНИКА СИНАГОГИ

(Мф. 9:18–26 Мк. 5:22–43; Лк. 8:41–56)

Эти два чуда рассказаны синоптиками в связи одно-с другим. Начало одного чуда, прерывается повествованием о другом. Связь по времени, возможно, имеет и внутренний смысл, т. к. в обоих случаях – как у Иаира, так и у кровоточивой женщины проявляется исключительная сила веры? следствием которой явились величайшие чудеса. Об этих чудесах, совершенных в Капернауме, позднее Сам Христос с горечью говорил: «И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы силы, явленные в тебе, были явлены в Тире и Сидоне», (т. е. в языческих городах), «то они давно бы во вретеще и пепле покаялись…»

Евангелист Марк дает нам более подробный рассказ об упомянутых чудесах. Он говорит так:

«И вот приходит один из начальников синагоги, по имени Иаир, и, увидев Его, падает к ногам Его и усиленно просит Его, говоря: дочь моя при смерти; приди и возложи на нее руки, чтобы выздоровела и осталась жива. Иисус пошел с ним…»

Иаир нисколько не сомневался, что Христос, возложением Своих рук, может предупредить смерть умирающей дочери, тем более, что он, конечно, знал об недавно происшедшем здесь же, в Капернауме, исцелении Христом смертельной болезни сына царедворца. Но там Христос сказал лишь слово, – заочно исцелил, а здесь Христос лично пошел в дом просителя. Это несомненно успокоило и обрадовало Иаира, но тут случилось неожиданное событие, которое на некоторое время задержало Христа, не вызвав в Иаире, ни тени досады, или нетерпения за промедление.

Во время пути, Иисуса Христа сопровождало «множество народа, и теснили Его». Всем хотелось быть ближе к Чудотворцу и Наставнику. И вот: «Одна женщина, которая страдала кровотечением двенадцать лет, много потерпела, от многих врачей, истощила все, что было у ней, и не получила никакой пользы, но пришла еще в худшее состояние, – услышав о Иисусе, подошла сзади в народе я прикоснулась к одежде Его. Ибо говорила: если хотя к одежде Его прикоснусь, то выздоровею». (Мк. 5:25–28).

Нам не трудно представить себе образ этой несчастной женщины, доведенной до отчаяния безнадежной болезнью и полным разорением. Что это была за болезнь? Возможно, что это была маточная фиброма, которая, в запущенном состоянии, могла бы быть излечена только оперативным путем: но, в те времена, хирургических операций не знали, а по всей вероятности, лечили только природными наркотиками, что в конце концов вело к полному истощению организма и, конечно, к смерти.

Женщине стыдно было показываться на глаза врачам и, тем более, она никогда не решилась бы рассказывать о своей болезни, да еще при народе, такому окруженному славой, всеисцеляющему Врачу, каким был в глазах всех людей Наставник из Капернаума. Но в душе ее родилась, «Богом данная, непоколебимая вера в то, что именно Он, единственно Он, этот Учитель, может исцелить ее от мучительного недуга.’ И поэтому, как только услышала, что́ приближается окруженный толпою людей Иисус, пробралась сзади в народе и… безмолвно коснулась одежды Его… и «тотчас», как свидетельствует Евангелист Марк, «иссяк у ней источник крови; и она ощутила в теле, что исцелена от болезни».

Кто в своей жизни хворал долгие годы, испытывая при этом день и ночь непрекращающиеся боли, щемящие душу и искажающие все представление об окружающей действительности, тот знает, что значит хотя бы на короткое время, освободиться от мучений, вздохнуть полной грудью, почувствовать себя здоровым, хоть одну ночь поспать без болей, без отвращения к своему собственному телу – это такая радость! А если бы совсем выздороветь?! Вот тогда бы началась поистине новая, светлая жизнь. Но где этот врач, который может исцелить безнадежно-больного?!

Кровоточивая женщина нашла своего Врача. Быть может, никогда не видав Его раньше, и увидев теперь, она поняла и уверовала, что сила, исходящая от Него и исцеляющая всех, излечит и ее болезнь. И действительно, одно только прикосновение к Его одежде вернуло ей полное здоровье. Она сразу же «ощутила в теле, что исцелена от болезни».

Далее, Евангелисты свидетельствуют, что «в то же время Иисус, почувствовав Сам в Себе, что вышла из Него сила, обратился в народе и сказал: кто прикоснулся к Моей одежде?» (Мк. 5:30).

При чтении этих слов многие недоумевают и спрашивают: что это за «сила», которая исходила от Христа, что Он Сам чувствовал ее похождение? Магнетизм? Электричество? Или еще какая другая материальная сила? «Ибо от Него исходила сила и исцеляла всех…», – сказано в другом месте Евангелия. Да, может быть это была и материальная «природная» сила, свойственная абсолютно-здоровому телу, каковым было тело Нового, Безгрешного Адама. Вообще говоря, здоровое (хотя всегда, конечно, и не абсолютно-здоровое) тело человека обладает колоссальными силами всех качеств, но эти силы могут быть использованы человеком – по неумелости греховного ума, сердца и духа, – только в самой малой степени. И, в такой же степени, они могут быть и переданы, и восприняты, от одного человека к другому. Отсюда необходимость для исцеления больных – веры исцеляющего и исцеляемого. Исцеляющая сила Христа была как лучи солнца, – возрождающие жизнь земли и убивающие все болезнетворные начала. Но лучи солнца могут проникнуть в дом только в том случае, если все окна открыты, или стекла окон промыты. Так и человек может воспринять исцеляющую силу Христа, только тогда, когда душа его открыта верою и очищена покаянием, т.е. сознанием своих грехов с жаждою перемены своей жизни. Если для этой истины искать параллели в законах природы (а они суть всегда и везде, без исключения, законы Бога-Творца), то можно вспомнить о современных радио и теле-аппаратах, где воспринимающая «станция» только тогда воспримет волны «отправляющей станции», когда она сама исправна и соответственно настроена.

Итак, прикоснувшись с верою к одежде Христа, женщина почувствовала, что «тотчас иссяк у ней источник крови» – т.е. говоря медицинским языком, – кровоточащая опухоль внезапно перешла в стадию инволюции – «рассосалась», как это бывает в начальных фазах этой болезни.

Женщина хотела сохранить в тайне свое излечение, но Христос искал ее в толпе, и тогда она, «в страхе и трепете, зная, что с нею произошло, подошла, пала пред Ним и сказала всю истину». И здесь Господь успокоил ее, т. к. в душе женщины было смятение и страх перед Христом и перед толпой: таившись от всех, она теперь внезапно стала центром внимания множества людей, в ней были – и радость выздоровления, и боязнь за свою вину самовольства и т. д. Но Христос – ободрил ее, дал мир и благословение на дальнейшую жизнь: «Он сказал ей: дщерь! вера твоя спасла тебя; иди в мире и будь здорова от болезни твоей» (Мк. 5:34).

И когда Господь давал Свое благословение женщине, а Иаир, полный тревоги и надежды стоял возле, приходят к нему и говорят: «дочь твоя умерла; что еще утруждаешь Учителя?»

Но не успел Иаир вымолвить слова, как «Иисус, услышав сии слова», – свидетельствует Марк, – «тотчас говорит начальнику синагоги: не бойся, только веруй», и уже не медля, пошел к нему в дом. Вся толпа ринулась за ними, – но Христос «не позволил никому следовать за Собою, кроме Петра, Иакова и Иоанна, брата Иакова».

Далее мы являемся незримыми свидетелями необычайного чуда, подобного которому Христос еще не совершал ни разу. Он воскресил только что умершую двенадцатилетнюю девушку – дочь Иаира. Как это произошло?

Мертвая девушка лежала во внутренних комнатах, а снаружи царило смятение, плач и жалобное завывание свирелей. Проходя сквозь группу плакальщиков, Христос сказал им: «что смущаетесь и плачете? девица не умерла, по спит». (Мк. 5:39).

Эти слова вызвали смех окружающих, они почли их нелепостью – «зная, что она умерла» (Лк. 8:53). Но Христос, выслав всех, взял с Собою отца и мать девицы, а также трех учеников и вошел туда, где девица лежала, и взяв ее за руку, сказал: «Талифа куми», что значит: «девица, тебе говорю, встань. И девица тотчас встала», – как свидетельствует Евангелист Марк, – «и начала ходить; ибо была лет двенадцати». Евангелист Лука добавляет: «И возвратился дух ее»… «и Он велел дать ей есть». «Видевшие это», – говорит Марк, – «пришли в великое изумление».

Разумеется, нельзя было не изумиться этому невероятному чуду, которое Христос сотворил как знамение Своей власти над смертью, как проявление Своей любви и жалости к великому человеческому горю и как силу, утверждающую и венчающую непоколебимость веры отца девицы. Но оно не было совершено Христом для доказательства Своего Бого-Сыновства и для «популярности» в народе – ибо «Он строго приказал им, чтобы никто об этом не знал».

Приводимые Ев. Лукой точные арамейские слова «талифа куми» дают возможность человечеству, во все века, как бы слышать своими ушами и повторять звуки голоса, произносимые Самим Господом нашим Иисусом Христом.

Самый факт смерти дочери начальника синагоги, как он описан Евангелистами, казалось бы не подлежал сомнению, однако, иногда слышны голоса, что настоящей смерти здесь, собственно, не было – девица впала в бессознательное состояние, или уснула глубоким летаргическим сном, о чем как бы и Сам Христос сказал плачущим: «девица не умерла, но спит». – Но ведь Христос и про умершего, четверодневного в гробу, Лазаря, сказал: «Лазарь друг наш уснул», хотя Лазарь несомненно был мертв. А здесь Евангелист Лука (он-же и врач) прямо говорит: «и возвратился дух ее»; значит дух отходил от тела, т.е. была смерть.

Не разбирая здесь вопроса о «видах смерти», которые бывают многообразны, отметим только, что вообще говоря «смерть» есть явление сложное, и не всегда все тело, во всех его составах и частях, прекращает свою деятельность сразу. Например, человек может лишиться сознания и никогда уже не вернуться к нему, хотя тело его может продолжать еще долго свою жизнедеятельность. Но, в сущности, это уже смерть. Или: человек может заживо постепенно разлагаться, омертвевать по частям, сохраняя при этом сознание. Это тоже смерть. Или: человек может лишиться духа – отлетает дух. С ним вместе прекращается сознание, а тело еще продолжает некоторое время жить. По существу же – это есть самая настоящая смерть, или предверие смерти… Если дух не «вернется», то тело и душа (сознание, интеллект, чувство) никогда уже не восстановят своих функций. Но кто может «возвратить дух»? Только Тот, Кто властвует над ним: – один Бог. Это и совершил над умершею девицей, в Капернауме, Всемогущий Владыка над всеми силами природы и духа – Богочеловек Иисус Христос.

Толкование Евангелия на каждый день года.Понедельник 15-й седмицы по Пятидесятнице

Мк., 21 зач., 5, 24–34

Тогда за Иисусом следовало множество народа, и теснили Его. Одна женщина, которая страдала кровотечением двенадцать лет, много потерпела от многих врачей, истощила все, что было у ней, и не получила никакой пользы, но пришла еще в худшее состояние, – услышав об Иисусе, подошла сзади в народе и прикоснулась к одежде Его, ибо говорила: если хотя к одежде Его прикоснусь, то выздоровею. И тотчас иссяк у ней источник крови, и она ощутила в теле, что исцелена от болезни. В то же время Иисус, почувствовав Сам в Себе, что вышла из Него сила, обратился в народе и сказал: кто прикоснулся к Моей одежде? Ученики сказали Ему: Ты видишь, что народ теснит Тебя, и говоришь: кто прикоснулся ко Мне? Но Он смотрел вокруг, чтобы видеть ту, которая сделала это. Женщина в страхе и трепете, зная, что с нею произошло, подошла, пала пред Ним и сказала Ему всю истину. Он же сказал ей: дщерь! вера твоя спасла тебя; иди в мире и будь здорова от болезни твоей.

Эта женщина, которая страдала кровотечением двенадцать лет, «много потерпела от многих врачей». Однако ей не стало лучше. Напротив, ее состояние только ухудшилось. Господь показывает, что речь идет об очень серьезной болезни, поражающей сами токи жизни. Она подошла ко Христу сзади в толпе и прикоснулась к Его одежде. Она сказала себе: «Если хотя к одежде Его прикоснусь, то выздоровею». У этой женщины бесконечное дерзновение. Можно сказать – тройное дерзновение. Она верит, что достаточно прикоснуться к одежде Христа, чтобы исцелиться, – даже если Он не заметит. Она подходит ко Господу как чистая, хотя, согласно Закону, она нечиста. И она верит, что если Христос заметит, то не обличит ее перед толпой, которая сразу же изгонит ее из-за ее нечистоты. Почему столь многие боятся приблизиться ко Христу только потому, что сознают себя грешными? На самом деле прикоснуться ко Господу, тронуть Его может только подлинное смирение и вера. И нам показана радость исповеди. Со страхом и трепетом бросается эта женщина к ногам Спасителя и говорит всю истину. Так трудно было для нее сделать это! Но никогда не трудно исповедаться перед Тем, Кто весь только свет и любовь.

Евангелие об исцелении кровоточивой женщины очень точно обозначает мир страданий и смерти, в котором мы существуем. Господь идет к Своему Кресту. Это относится буквально ко всем событиям, которые происходят с Ним с начала Его служения, потому что Сын Божий очевидным, видимым образом начинает брать на Себя грех мира. Речь всегда идет о нужде, всегда человек духовно или телесно болен, или совершенно сокрушен. Благодаря чуду любви, эта нужда становится нуждою Самого Господа, она возложена на Него, Он несет за нее ответственность, Он исцеляет эту больную жизнь.

«Иисус, почувствовав Сам в Себе, что вышла из Него сила, обратился в народе и сказал: кто прикоснулся к Моей одежде?» Всякий раз, когда Господь исцеляет кого-то, это требует Его Самого. И это есть непреложный закон жизни. Никто не может совершить ничего великого, пока не отдаст что-то от самого себя, от своей жизни, от своей души. Другим можно помочь, лишь тратя себя.

Сейчас, когда Христос воскрес из мертвых и вознесся на небо, мы должны отправиться в путь к Нему. И Господь говорит, где и как можно Его найти. «Кто прикоснулся ко Мне?» – с изумлением спрашивает Он, хотя все человечество, миллионы, миллиарды людей, не только эта толпа, так или иначе, теснится вокруг Него. Как мог Он избежать, чтобы никто Его не коснулся? Никто, ни один человек, не может потеряться в любой толпе, среди всех веков и народов, среди всех смертей и страданий. Сила исходит от Него, потому что человеческая природа Христа неотделима от Его Божества. И это сила, в которой присутствие с Сыном Божиим Отца и Святого Духа. И это также сила Его любви к нам, благодаря которой на Кресте Он будет лишен всякой силы.

Он так прикоснулся к нашим страданиям и смерти, чтобы каждый из нас мог исцелеть и воскреснуть. Чтобы каждый мог узнать, что исцеление, в котором мы нуждаемся, – глубоко, и Господь дарует его нам, чтобы подготовить нас к более тяжелой болезни и к смерти. И через это – даровать ничем не сокрушимое здоровье и приобщить Своему Воскресению. Что ж ты плачешь: «Сколько Церковь ни молилась, я не выздоровела, и дочь моя не воскресла»? Надо прикоснуться ко Господу так, чтобы открылся смысл страданий и смерти. Лишенные тайны, они лишаются смысла. Превращение болезни и смерти, так сказать, в биомедицинский факт, превращает все человеческое существова­ние в ужас и тупую бессмыслицу. Жить – это значит терять. Нельзя ничего удержать, сохранить, но всегда рядом Господь. Церковь дает, в конце концов, не отсутствие болезни, тревоги, смерти, но силу, которая исходит от Христа – жить в этом.

Мы прикасаемся ко Господу только тогда, когда узнаём, что, «живем мы или умираем, – как говорит Апостол, – мы Господни» (Рим. 14, 8). Вместе мы содержимся в той любви Бога, от которой ничто не может отделить нас. Оттого, что Господь сокрушил медные врата смерти, открывается нам реальность любви, которую «последний враг» не может победить. Господь совершает чудеса, чтобы привлечь к жизни всех людей, не только этого чудесно облагодатствованного Им человека. Каждое новое чудо приводит к Нему новых людей или укрепляет веру уже обратившихся. Но надо, чтобы был хотя бы один человек, который бы прикоснулся к Нему всею кровью своею, всем покаянием своим.

От чуда апостольской проповеди Церкви рождается вера и открывается зрение. Но пусть никто, ни один человек не посетует, что обделил его дарами или служением Господь, глядя на эту женщину, которая страшной своею болезнью и терпением ее, с упованием на Бога стала равноапостольной благовестницей для всех, кто там был. Если скорби, которые выпали нам сегодня, мы сумеем принести ко Христу – может быть, совершится большее чудо, и кровоточивая наша Россия прикоснется к краю одежды Христа и исцелится.