Генерал от инфантерии дохтуров

Первые Московские князья

Наверное, в жизни любого города есть свои мистические, то есть выходящие за рамки чисто научного материалистического кругозора, тайны. Но если говорить о городе, который поначалу был малозначительной деревенькой, о которой никто не упоминал ни в каких записях до 1147 года, когда это место посетил по своим политическим делам киевский великий князь Юрий Долгорукий. Да и после о ней не особенно помнили до 1263 года, когда Московским князем стал двухлетний самый младший сын Александра Невского Даниил.

Город, который менее чем через сто лет после этого стал столицей огромной страны и является ею до сих пор, то здесь просто необходимо разглядеть те подспудные таинственные процессы и события, на которых, по сути, это все и держится.

Даниил Александрович — Первый князь Московский

Князь Даниил Александрович

В 1262 году монгольский хан Ногай, один из чингисидов, идет походом на Константинополь, свергает с трона последнего императора Латинской Империи Балдуина V, а Михаила Палеолога возводит на Константинопольский престол. Затем он возвращается в Орду и там празднует свою свадьбу с дочерью императора Византии. На торжествах по этому поводу присутствуют: Александр Невский, митрополит всея Руси Кирилл, магистры Тевтонского и Ливонского Духовно-Рыцарских Орденов и Магистр Ордена Тамплиеров. После Ногаевой свадьбы, все ее гости отправляются во Владимир на крестины только что родившегося четвертого сына Александра Невского – Даниила – будущего князя Даниила Московского.

После смерти Великого князя Александра Невского осталось четыре сына, младшему из них – Даниилу исполнилось только 2 года, но он унаследовал сельцо, которое до этого никто не называл даже удельным княжеством – Москву. Так появилось московское княжество, которое первый князь московский Даниил Александрович начал постепенно обустраивать и расширять. Естественно, что первые десять лет городком управлял дядя Даниила Великий Князь Владимирский Ярослав Ярославич. После смерти дяди Даниил в возрасте 9 лет начал править сам. В первый же год своего правления он строит церковь Спаса на Бору на Боровицком холме.

Собор Спаса на Бору в Кремле

Будучи младшим сыном Александра Невского, Даниил прекрасно понимал, что великокняжеский престол, на который претендовали его старшие братья Дмитрий и Андрей, ему, что называется, не светит. Поэтому молодой князь сосредоточился на укреплении маленького московского княжества и на привлечении в него людей – мастеровых, купцов, бояр и дружинников, а так же монахов и священников. Удивительно, но этот совсем юный князь всячески старался оградить Москву от междоусобных распрей и от чрезмерного давления Орды. Москва постепенно начала расти и укрепляться.

Конечно, князь Даниил не мог избежать участия в споре двух старших братьев Дмитрия и Андрея в их споре за Владимирский великокняжеский престол, но он при этом делал все, чтобы происходило это с наименьшим кровопролитием. Поначалу он выступил совместно с князем Андреем Александровичем (Городецким) против князя Дмитрия Александровича. Войска сошлись, но, во многом благодаря дипломатии Даниила, сражения так и не произошло – братья договорились и разошлись по своим вотчинам.

Князь Андрей Александрович в Орде

Вернувшийся после этого в Москву 19-летний Даниил начал строить Данилов монастырь в честь святого Даниила Столпника – самого его тоже назвали в честь этого святого. Примечательно, что этот монастырь стал последним монастырем, закрытым в 1930-х Советской властью, и первым открытым монастырем в 1980-х. Сейчас в нем расположена резиденция Московского Патриарха.

Данилов монастырь в Москве

Князь Даниил совершенно выбивался из ряда своих воинственных собратьев, которые, не считаясь с бедами и проблемами своих подопечных, страдавших от ордынской зависимости. В манере русских князей того времени было вполне обыденным плести интриги у ханского престола, а зачастую приводить войска Орды на Русь для выяснения отношений со своими соперниками. Даниил никогда к этому не прибегал, да и вообще в Орду не ездил. Когда его брат князь Андрей Городецкий привел на Русь ордынскую Дюденеву рать, то Даниил Александрович сам вышел из ворот Кремля, чтобы мирно встретить ордынское воинство, чем спас Москву от очередного уничтожения.

Впрочем, князь Даниил не забывал и о задаче увеличения своего княжества – так он хитростью (т.е. бескровно) пленил предавшего его рязанского князя, но затем отпустил его, взявши с него слово, а заодно присоединил к Москве Коломну. Мог бы ведь и все Рязанское княжество присоединить, но… Даниил понимал, что если слишком торопиться с расширением земель, то можно навлечь на себя нежелательное внимание со стороны более сильных князей-хищников и потерять все.

О возросшем политическом влиянии Москвы свидетельствовало то, что князь Даниил был приглашен княжить в Великом Новгороде в 1296 году. Однако он отказался, поскольку взял на себя обязательства по защите Переславль Залесского княжества, союзником которого он был. Эту миссию он исполнил – опять же без крови предотвратив междоусобные сражения. Плоды этого поступка пришли через несколько лет — после смерти князя Ивана Дмитриевича Переяславского в 1302 году Даниил, по завещанию, присоединил к Московскому княжеству Переславль. Кстати, он же отказался переехать из Москвы в Переславль, который в то время был намного значительнее Москвы.

Вообще, в действиях князя Даниила все время сквозила некая предначертанность. Создается впечатление, что он выполнял некое задание – вывести Москву в ряд первых русских городов, чтобы затем она превратилась в столицу Всея Руси. А то, какими средствами он эту задачу выполнял, заставляет задуматься, что вряд ли он был просто князем, воином, готовым биться направо и налево, и с теми, и с этими. Нет это был воин-миротворец, воин-политик, действовавший как маг. Может быть недаром на его крестинах присутствовал магистр тамплиеров, вместе с другими магистрами. Москва задумывалась как одно из главных комтурств ордена. И, действительно, буквально сразу после смерти Даниила, произошло крушение ордена в Европе, а сыновья князя вдруг получили невероятную поддержку человеческими ресурсами и капиталами.

Москва в начале 14 века

Территория Московского княжества к концу правления Даниила увеличилась более чем вдвое. Помимо территории, сюда переехали многие именитые боярские и купеческие семьи. Например, приехали бояре Бяконты – из этого семейства выйдет потом митрополит Алексий Московский. Но еще до этого в 1296 году князь Даниил основал ещё один монастырь в Москве — Богоявленский, а в 1300 году на Крутицах по его повелению был построен архиерейский дом и храм во имя святых апостолов Петра и Павла.

Перед смертью в 1303 году князь Даниил постригся в монахи (принял великую схиму) и был похоронен в Даниловом монастыре. Ему было 42 года, из которых 40 лет он был московским князем.

После смерти Даниила прошло 200 лет, когда он неожиданным образом напомнил о себе своему прямому потомку в седьмом колене – Великому Князю Московскому, Государю всея Руси Ивану III (1462–1505). Тогда одному юноше, из свиты Великого князя Иоанна, явился какой-то незнакомый человек, который сообщил о том, что он христианин и господин этому месту, имя его Великий князь Даниил Московский. И просил передать князю Иоанну: «Скажи от меня великому князю Иоанну: сам ты утешаешь себя, а меня забыл, но не забыл меня Бог». Иоанн III нисколько в этом не усомнился и приказал совершать соборные панихиды и божественные службы в честь своих предков – Великого князя Даниила и всех сродников.

Явление князя Даниила Шуйскому

Второе явление святого князя Даниила случилось при сыне Иоанна III, Великом князе Василии. Тогда, проезжая в свите мимо церкви святого Даниила, князь Шуйский захотел сесть на своего коня с одного из могильных камней. Но, вдруг, ему явился незнакомец, который сообщил: “Не дерзай с камня сего садиться на коня своего. Знай, что здесь лежит Великий князь Даниил”. На что Шуйский произнес: “Мало ли лежит здесь князей”. После этой дерзости конь вздыбился, упал на землю, придавил Шуйского и издох, а сам князь только чудом остался жить. Шуйский раскаялся о своих словах и повелел петь молебен о своем прегрешении. После панихиды по Великому князю Даниилу, князь получил здравие и потом всю жизнь почитал князя Даниила, как святого.

Третье напоминание о святом Данииле Московском было при Иоанне Грозном, который был его потомком в девятом колене. Один купец, вместе с больным сыном, на лодке плыли в Москву и проплывали как раз мимо Даниловской церкви. Сын уже был при смерти, тогда купец отнес его на могилу святого Даниила и положил на надгробный камень, а «сам же с великою верою и со многими слезами» молился Богу, призывая в помощь святого угодника князя Даниила. Внезапно сын, как от сна проснувшись, открыл глаза и встал совершенно здоровым.

Святые мощи святого князя Даниила находились в земле 350 лет, с 1303 по 1652 год и он сам охранял место почивания своих мощей, не единожды являясь людям и указывая это место. Эти явления, и многочисленные их подтверждения, побудили царя Иоанна Грозного отдать указ о восстановлении в 1547-1560 годах Данилова монастыря на ее прежнем месте.

А 30 августа 1652 года царь Алексей Михайлович, со священным собором во главе с Патриархом Никоном, прибыли в Даниловский монастырь для раскрытия могилы святого. Когда тело подняли, все увидели, что оно сохранилось целым и неповрежденным, а среди людей произошло немало исцелений. Тогда же князь Даниил был прославлен в лике святых.

Святому князю Даниилу Московскому молятся о защите родной державы. В жизни, будучи миролюбивым, он помогает в защите от всяких ссор, от нападений. Московский Данилов монастырь хранит многочисленные свидетельства о помощи святого князя Даниила в исцелении от многих болезней, в том числе и от онкологических, о рождении ребенка, о помощи в поиске работы, при несправедливых обвинениях, о решении жилищных проблем.

Иван Калита и митрополит Петр

Иван Данилович по прозвищу Калита (кошелек) прославился тем, что твердой рукой и с помощью тугого кошелька продолжил дело собирания русских земель вокруг Москвы. В отличие от своего отца, Даниила Александровича, это был воин-купец, который не только хорошо знал, что и зачем, но что и почем. Одна из главных черт характера Ивана — гибкость в отношениях с людьми и настойчивость. Он часто ездил к хану в Орду и вскоре заслужил расположение и доверие Узбек-хана. В то время как другие русские земли страдали от ордынских вторжений, владения князя Московского оставались спокойными, их население и благосостояние неуклонно росли. В течение 40 мирных лет с 1328 по 1368 год в пределах Московского княжества не было никаких ордынских набегов или войн с другими противниками.

При этом он собирал с русских земель дань для Орды. Беспощадно пресекал народное недовольство, вызывавшееся тяжёлыми поборами, расправлялся с политическими противниками — другими русскими князьями. Он накопил большие богатства (отсюда его прозвище «Калита» — «кошель», «денежная сумка»), которые использовал для покупки земель в чужих княжествах и владениях. Иван Калита купил (на самом деле, присоединил путём браков своих дочерей с тамошними князьями, «купля» в значении не «покупка», а «брачный договор») Углич, Галич Мерский и Белоозеро. Кроме того, он покупал и выменивал села в разных местах: около Костромы, Владимира, Ростова, вдоль рек Мста, Киржач и даже в Новгородской земле, вопреки новгородским законам, запрещавшим князьям покупать там земли. Он заводил в Новгородской земле слободы, населял их своими людьми, распространяя таким образом свою власть. То есть это был настоящий правитель-самодержец. И не случайно, всего через 6 лет Московского княжения Иван I становится Великим князем Владимирским.

Князь Иван Калита раздает милостыню

Надо сказать, что сыновья Даниила Московского буквально купались в деньгах с юности. И связано это было по всей видимости все с теми же тамплиерами. В 1307 году князь Юрий Данилович Московский находился в Новгороде и вместе с новгородским архиепископом и всеми людьми встретил заморских странников — пилигримов, прибывших на 18 судах. При этом стоит отметить, что, согласно орденским летописцам, тамплиеры, увезшие орденскую казну из Франции в том же 1307 году, за несколько дней до начала королевских репрессий, так же отплыли на 18 судах. Далее летописцы сообщают, что калики привезли «несметное многое множество золотой казны, жемчуга и камения драгоценные», чем поклонились князю Юрью, владыке и всем людям; затем мореходные странники пожаловались встречавшим на «всю неправду князя галлов и папы».

Князь Юрий Данилович Московский

Так что финансовый задел у братьев Даниловичей, вернее, у старшего – Юрия, унаследовавшего к тому времени Московское княжество, был очень неплохой. Однако князя Юрия деньги и погубили. Произошло вот что. В 1321 году князь Дмитрий Тверской признал власть Юрия Даниловича, как Великого князя Владимирского, и передал ему ордынскую дань со всего Тверского княжества. Но Юрий вместо того, чтобы отвезти тверскую дань в Орду, отвёз её в Новгород и через купцов-посредников пустил её в оборот, желая получить проценты. Действия Юрия с ордынской данью разгневали Узбек-хана, и он передал ярлык на великое княжение князю Дмитрию Тверскому. При попытке вернуть ярлык Юрий был зарублен Дмитрием в Сарай-Берке в 1325 году. После этого на Московский престол взошел Иван Данилович Калита, естественно унаследовавший все богатства погибшего брата.

Князь Дмитрий Тверской убивает князя Юрия Даниловича в Орде

Из летописей так же известно, что с 1305 по 1314 гг. включительно произошел массовый приезд в Москву служилых людей – титулованной и не титулованной военной знати. Эти рыцари – «на коне в доспехе полном» приезжали с трех направлений: из Орды, из Литвы и «от немец». Поэтому братья Даниловичи кроме денег получили еще и немалые людские ресурсы. Естественно, что необходимо помнить и о ресурсах – духовных, людских и материальных, оставленных им отцом князем Даниилом Александровичем. Все это безусловно создало хорошую основу для их наступательной деятельности, итоги которой по состоянию на 30 марта 1341 г. – время смерти Иоанна Калиты составили 96 городов и укрепленных поселений, не считая сел и деревень. И кроме того, великокняжеский Владимирский престол, фактически, стал наследственным для Московских князей, а через 50 лет после смерти Ивана Калиты статус Великого престола получило уже само Московское княжество.

Князь Иван Данилович Калита

Но был еще один аспект московской политики, который умело разыграл Иван Данилович и без которого столь быстрое возвеличивание Москвы либо вообще не состоялось, либо стало возможным с большим трудом и временем – резиденция Митрополита Киевского и Всея Руси Петра.

Митрополит Петр

Кто такой был св. Петр — родился он на Волыни во второй половине XIII в. Еще до рождения сына в сонном видении его матери Евпраксии открылась «благодатная предызбранность ее сына». Повествуют, что он с малолетства был косноязычен и весьма непонятен, но, благодаря чудесному явлению некоего святого мужа, отверзлись уста его и озарились мысли светом. В 12 лет юный Петр поступил в монастырь! К тому времени он успешно изучил книжные науки и с особой ревностью стал исполнять монастырские послушания. Будущий святитель внимательно изучал Священное Писание, а так же обучился иконописанию. Свои иконы инок Петр раздавал братии и посещавшим монастырь христианам.

Икона жития митрополита Петра

После многолетних подвигов в монастыре иеромонах Петр, оставил обитель в поисках уединенного места. На реке Рата он поставил келию и стал подвизаться в безмолвии. Впоследствии на месте подвигов образовался монастырь, названный Новодворским. Однажды обитель посетил митрополит Всея Руси Максим. Игумен Петр принес ему в дар написанный им образ Успения Пресвятой Богородицы, перед которым святитель Максим молился до конца своей жизни.

В 1305 году великий князь Киевский Юрий Львович отправил Петра в Константинополь для посвящения в митрополиты Киевские и Всея Руси. В то же время великий князь Владимирский Михаил Ярославич Тверской, направил к патриарху своего кандидата игумена Геронтия. Плывшему Черным морем Геронтию ночью, во время бури, явилась Божия Матерь и сказала: «Напрасно трудишься, сан святительский не достанется тебе. Тот, кто написал Меня, Ратский игумен Петр, возведен будет на престол Русской митрополии». И когда святитель Афанасий Константинопольский возвел Петра на Русскую митрополию, он передал ему святительские облачения, жезл и икону, привезенные Геронтием.

По возвращении в Россию в 1308 году митрополит Петр в течение года пребывал в Киеве, но беспокойства, угрожавшие этому городу, заставили его, по примеру предшественника его, Максима, жить во Владимире на Клязьме, куда он и переехал в 1309 году.

Митрополит Петр — икона

В 1313 г., когда ханом Орды сделался Узбек, первый из ханов принявший ислам, митрополит Петр отправился в Орду. Его приняли там с честью и отпустили с новым ярлыком. Все прежние льготы духовенства были подтверждены и прибавлена новая: все церковные люди по всем делам, не исключая и уголовных, были подчинены суду митрополита.

Когда после смерти Юрия Московского тверской князь получил от хана ярлык на великое княжение и вступил в борьбу с Иваном Даниловичем (Калитой) Московским, митрополит Петр принял сторону последнего. В 1325 году святитель Петр по просьбе великого князя Иоанна Даниловича Калиты перенес митрополичью кафедру из Владимира в Москву. Это событие имело важное значение для всей Русской земли. Причем сделал он это не по каким-то материальным причинам, а потому что сам предсказал в будущем освобождение от татарского ига и возвышение Москвы как центра всей Руси.

По желанию и совету митрополита Петра Иоанн Данилович заложил в 1326 г. в Москве на площади первую церковь каменную во имя Успения Пресвятой Богородицы – Успенский Собор. «Если ты», — сказал святитель великому князю, — «успокоишь старость мою и возведешь здесь храм Богоматери, то будешь славнее всех иных князей, и род твой возвеличится, кости мои останутся в сем граде, святители захотят обитать в оном, и руки его взыдут на плещи врагов наших.»

Успенский собор в Москве

Митрополит Петр собственными руками построил себе каменный гроб в стене этого храма. 21 декабря 1326 года святитель Петр отошел к Богу и его тело было погребено в Успенском соборе в каменном гробу, который он сам приготовил.

Множество чудес совершилось по его молитвам. Многие исцеления совершались. Уже на Владимирском Соборе в 1327 году многие заговорили о канонизации владыки Петра. В 1339 году прославление совершилось. Первое перенесение его мощей было 1 июля 1472 года, тогда же установлено празднование. Второе перенесение мощей святителя Петра было после освящения вновь построенного Успенского собора.

Митрополит Петр-икона

Еще один примечательный произошел с супругой Иоанна Грозного царицей Анастасией. Святитель Петр явился царице Анастасии и не разрешил никому раскрывать свой гроб. Он повелел запечатать гроб печатью и установить праздник.

Митрополичий посох митрополита Петра

Когда в 1812 году французы вошли в Москву, они вскрыли гробницу митрополита Петра, и других московских святителей – после этого в Москве начался пожар, изгнавший и истощивший армию захватчиков.

Донесение М.И. Кутузова Александру I о сражении при Бородине

Голенищев-Кутузов М.И.
Гравюра Г.Робинсона. 1810-е годы. Резец, пунктир. Англия.

Августа 24-го числа пополудни в 4 часа ариергард наш был атакован при Колоцком монастыре французами. Превосходные силы неприятеля принудили отступить оной к позиции, близ Бородина находящейся, где войска были уже устроены в боевой порядок. В сей день ариергард наш имел дело с неприятельской кавалерией и одержал поверхность. Изюмской гусарской полк с некоторым числом казаков атаковал сильно французскую кавалерию, где три зскадрона оной были истреблены.

Неприятель, перейдя реку Колочу выше с. Бородина, направил главные свои силы на устроенный нами пред сим редут, чрезвычайно беспокоивший наступательное его на наш левый фланг движение. Битва против сего редута час от часу делалась упорнее, однако ж все покушения неприятеля, отражаемого несколько раз с большим уроном, соделались тщетными, и наконец, был он совершенно отбит. В сие время кирасирские полки 2-й дивизии — Екатеринославской, Орденской, Глуховской и Малороссийской быстрой атакой довершили его поражение. При сем взято нами 8 пушек, из коих 3, быв подбиты, оставлены на месте сражения.

25-го армия французская находилась в виду нашей построила пред своим фрунтом несколько укреплений, да правом же ее крыле замечены были разные движения, скрытые от нас лесами, почему и можно было предположить, что намерение Наполеона состояло в том, чтоб напасть на левое наше крыло и потом, продолжая движение по Старой Смоленской дороге, совершенно отрезать нас от Можайска.

Дабы предупредить сие намерение, я приказал того же дня генерал-лейтенанту Тучкову с 3-м корпусом идти на левое наше крыло и прикрыть положением своим Смоленскую дорогу. В подкрепление сему корпусу отряжено было 7000 человек Московского ополчения под предводительством генерал-лейтенанта графа Маркова.

Воронцов М.С. Гравюра Г.Доу с оригинала Д.Доу. 1820-е годы Лондон.

От 3-го корпуса до левого крыла 2-й армии, которой командовал генерал от инфантерии князь Багратион, был промежуток, на версту продолжающийся и покрытый кустарниками, в котором для лучшей связи расположены были егерские полки 20-й, 21-й, 11-й и 41-й. Сводные гренадерские батальоны 2-й армии под командой г -м гр Воронцова заняли все укрепления, устроенные пред деревней Семеновской; к сей деревне примыкало левое крыло нашей армии и от оной простиралась линия из полков 7-го корпуса под командой генерал-лейтенанта Раевского в направлении к кургану, в середине армии находящемуся и накануне укрепленному. К правой стороне кургана примыкал 6-й корпус под командой генерала от инфантерии Дохтурова левым своим крылом.

Н.Н.Раевский. Акварель П. Ф. Соколова, 1826 г.

В сем месте линия склонялась вправо к деревне Горкам, и в оном направлении стояли 4-й и 2-й пехотные корпуса, составлявшие правое крыло армии под командой генерала от инфантерии Милорадовича.

М.И. Милорадович.

Все вышепомянутые войски входили в состав главной нашей силы (кор-де-баталь) и расположены были в две линии. За ними находились кавалерийские корпуса следующим образом: 1-й кавалерийской немного правее за 2-м корпусом, 2-й за 4-м, 3-й за 6-м, 4-й за 7-м. Позади кавалерии 5-й пехотной корпус, из гвардейских полков составленный, и 2-я гренадерская дивизия, а за оными обе кирасирские.

В таковом положении армия ожидала наступления дня и неприятельского нападения.

26-го числа в 4 часа пополуночи первое стремление неприятеля было к селу Бородину, которым овладеть искал он! для того, дабы, утвердясь в оном, обеспечить центр своей армии и действия на левое наше крыло, в то же самое время атакованное. Главные его батареи расположены были при дер. Шевардино: 1-я о 60 орудиях вблизи оставленного нами 24-го числа редута имела в действии своем косвенное направление на пехотную нашу линию и батарею, на кургане устроенную, а 2-я о 40 орудиях немного левее первой обращала огонь свой на укрепление левого нашего крыла.

Атака неприятеля на село Бородино произведена была с невероятной быстротой, но мужество лейб-гвардии егерского полка, оживляемое примером начальников оного, остановило стремление 8000 французов. Наикровопролитнейший бой возгорелся, и сии храбрые егери в виду целой армии более часу удерживали . Наконец, подошедшие к нему резервы умножили силы, принудили сей полк, оставя село Бородино, перейти за реку Колочь. Французы, ободренные занятием Бородина, бросились вслед за егерями и почти вместе с ними перешли реку, но гвардейские егери, подкрепленные пришедшими с полковником Манахтиным полками и егерской бригадой 24-й дивизии под командой полковника Вуича, вдруг обратились на неприятеля и соединенно с пришедшими к ним на помощь ударили в штыки, и все находившиеся на нашем берегу французы были жертвою дерзкого их предприятия. Мост на реке Колоче совершенно был истреблен, несмотря на сильной неприятельской огонь, и французы в течение целого дня не осмеливались уже делать покушения к переправе и довольствовались перестрелкою с нашими егерями.

Между тем огонь на левом нашем крыле час от часу усиливался. К сему пункту собрал неприятель главные свои силы, состоящие из корпусов князя Понятовского, маршалов Нея и Давуста, и был несравненно нас многочисленнее. Князь Багратион, видя умножение неприятеля, присоединил к себе 3-ю пехотную дивизию под командой генерал-лейтенанта Коновницына и сверх того вынужден был употребить из резерва 2-ю гренадерскую дивизию под командой генерал-лейтенанта Бороздина, которую он и поставил уступами противу левого крыла за деревнею, а левее от оной три полка 1-й кирасирской дивизии и всю 2-ю кирасирскую дивизию.

Я нашел нужным сблизить к сему пункту полки: лейб-гвардии Измайловской и Литовской под командою полковника Храповицкого. Неприятель под прикрытием своих батарей показался из лесу и взял направление прямо на наши укрепления, где был встречен цельными выстрелами нашей артиллерии, которой командовал полковник Богуславский, и понес величайший урон. Невзирая на сие, неприятель, построясь в несколько густых колонн, в сопровождении многочисленной кавалерии с бешенством бросился на наши укрепления. Артиллеристы, с мужественным хладнокровием выждав неприятеля на ближайший картечный выстрел, открыли по нем сильный огонь, равномерно и пехота его самым пылким огнем ружейным, их колонн не удержало французов, которые стремились к своей цели и не прежде обратились в бегство, как уже граф Воронцов с сводными гренадерскими батальонами ударил на них в штыки; сильный натиск сих батальонов смешал неприятеля, и он, отступая, в величайшем беспорядке, был повсюду истребляем храбрыми нашими воинами. При сем нападении граф Воронцов, получа жестокую рану, принужден был оставить свою дивизию. В то же самое время другая часть неприятельской пехоты следовала по Старой Смоленской дороге, дабы совершенно обойти наше левое крыло; но 1-я гренадерская дивизия, на сей дороге находившаяся, с твердостию выждав на себя неприятеля, остановила его движения и заставила податься назад. Новые силы подкрепили французов, что и побудило генерал-лейтенанта Тучкова отступить по Смоленской дороге, где занял он на высоте выгодную позицию. Устроенная на сем месте 1-й артиллерийской бригады батарея причиняла значащий вред наступающему неприятелю. Французы, заметив важность сего места, ибо высота сия командовала всею окружностью, и, овладев оной, могли они взять во фланг левое наше крыло и отнять способ держаться на Смоленской дороге, почему, усилясь противу сего пункта, и в сомкнутых колоннах с разных сторон повели атаку на 1-ю гренадерскую дивизию. Храбрые гренадеры, выждав неприятеля, открыли по нем наижесточайший огонь и, не медля нимало, бросились на него в штыки. Неприятель не мог выдержать столь стремительного нападения, оставил с уроном место битвы и скрылся в близлежащие леса. Генерал-лейтенант Тучков при сем ранен пулею в грудь и генерал-лейтенант Алсуфьев принял по нем команду.

В 11 часов пополуночи неприятель, усилясь артиллерией и пехотой против укреплений нашего левого крыла, решился вновь атаковать оные. Многократные его атаки были отбиты, где много содействовал с отличною храбростью генерал-майор Дорохов. Наконец, удалось овладеть ему нашими тремя флешами, с коих мы не успели свести орудий. Но не долго он воспользовался сею выгодою; полки Астраханский, Сибирский и Московский, построясь в сомкнутые колонны под командой генерал-майора Бороздина, с стремлением бросились на неприятеля, который был тотчас сбит и прогнан до самого леса с большим уроном. Таковой удар был с нашей стороны не без потери. Генерал-майор принц Мекленбургский Карл ранен, Ревельского пехотного полка шеф генерал-майор Тучков 4-й был убит, Московского гренадерского полка полковник Шатилов получил жестокую рану, Астраханского гренадерского полка полковник Буксгевден, несмотря на полученные им три тяжкие раны, пошел еще вперед и пал мертв на батарее с многими другими храбрыми офицерами. Потеря французов противу нас несравнительна. После чего неприятель, умножа силы свои, отчаянно бросился опять на батареи наши и вторично уже овладел оными, но генерал-лейтенант Коновницын, подоспев с 3-ю пехотной дивизией и видя батареи наши занятыми, стремительно атаковал неприятеля и в мгновение ока сорвал оные. Все орудия, на оных находившиеся, были опять отбиты нами; поле между батареями и лесом было покрыто их трупами, и в сем случае лишились они лучшего своего кавалерийского генерала Монбрена и начальника главного штаба генерала Ромёфа, находившегося при корпусе маршала Давуста.

После сей неудачи французы, приняв несколькими колоннами как пехотными, и кавалерийскими вправо, решились обойти наши батареи. появились они из лесу, как генерал-лейтенант князь Голицын, командовавший кирасирскими дивизиями, влево от третьей пехотной дивизии находившимися, приказал генерал-майору Бороздину и генерал-майору Дуке ударить на неприятеля. Вмиг был он обращен в бегство и принужден скрыться в лес, откуда хотя несколько раз потом и показывался, по всегда с уроном прогоняем.

Невзирая на сильную потерю, понесенную французами, не переставали они стремиться к овладению вышеупомянутыми тремя флешами; артиллерия их, до 100 орудий умноженная, сосредоточенным огнем своим наносила немалый вред нашим войскам.

Я, заметя, что неприятель с левого крыла переводит войски, дабы усилить центр и правое свое крыло, немедленно приказал двинуться всему нашему правому крылу, вследствие чего генерал от инфантерии Милорадович отрядил генерал-лейтенанта Багговута со 2-м корпусом к левому крылу, а сам с 4-м корпусом пошел на подкрепление центра, над коим и принял начальство. Генерал же от инфантерии Дохтуров взял пред сим в командование левый фланг после князя Багратиона, получившего к крайнему сожалению всей армии тяжкую рану и вынужденного чрез то оставить место сражения. Сей несчастный случай весьма расстроил удачное действие левого нашего крыла, доселе имевшего поверхность над неприятелем, и конечно бы имел самые пагубные следствия, если бы до прибытия генерала от инфантерии Дохтурова не вступил в командование генерал-лейтенант Коновницын. Не менее того в самое сие время неприятель напал на наши укрепления, и войски, несколько часов кряду с мужеством оные защищавшие, должны были, уступя многочисленности неприятеля, отойти к деревне Семеновской и занять высоты, при оной находящиеся, которые, без сомнения, скоро были бы потеряны, если бы генерал-майор граф Ивелич не подоспел с командой 17-й дивизии и не устроил сильные на оных батареи, чрез что восстановил тесную связь между левым крылом армии и 1-й гренадерской дивизией. Генерал-лейтенант Багговут с 4-ю дивизией присоединился в то же время к 1-й гренадерской дивизии и принял оную в свою команду. После сего неприятель хотя и делал несколько покушений на наше левое крыло, но всякий раз был отражен с величайшей потерей.

Полки лейб-гвардии Измайловский и Литовский, пришедшие на левой фланг 3-й пехотной дивизии, с непоколебимою храбростью выдерживали наисильнейший огонь неприятельских орудий и, невзирая на понесенную потерю, пребывали в наилучшем устройстве. Полки лейб-гвардии Измайловский и Литовский в сем сражении покрыли себя славой в виду всей армии, быв атакованы три раза неприятельскими кирасирами и конными гренадерами, стояли твердо и, отразив их стремление, множество из оных истребили. Генерал-майор Кретов с кирасирскими полками Екатеринославским и Орденским подоспел к ним на помощь, опрокинул неприятельскую кавалерию, большую часть истребил оной и сам при сем случае был ранен.

Наполеон, видя неудачные покушения войск правого крыла своей армии и что они были отбиты на всех пунктах, скрыл оные в леса и, заняв опушку стрелками, потянулся влево к нашему центру. Генерал он инфантерии Барклай-де-Толли, командовавший 1-й армией, заметив движение неприятеля, обратил внимание свое на сей пункт и, чтоб подкрепить оный, приказал 4-му корпусу примкнуть к правому крылу Преображенского полка, которой с Семеновским и Финляндским оставались в резерве. За сими войсками поставил он 2-й и 3-й кавалерийские корпуса, а за оными полки кавалергардской и конной гвардии. В сем положении наш центр и все вышеупомянутые резервы были подвержены сильному неприятельскому огню; все его батареи обратили действие свое на курган, построенный накануне и защищаемый 18-ю батарейными орудиями, подкрепленными всей 26-й дивизией под начальством генерал-лейтенанта Раевского. Избежать сего было невозможно, ибо неприятель усиливался ежеминутно противу сего пункта, важнейшего во всей позиции, и вскоре после того большими силами пошел на центр наш под прикрытием своей артиллерии густыми колоннами, атаковал курганную батарею, успел овладеть оной и опрокинуть 26-ю дивизию, которая не могла противустоять превосходнейшим силам неприятеля.

Начальник главного штаба генерал-майор Ермолов, видя неприятеля, овладевшего батареей, важнейшею во всей позиции, со свойственной ему храбростью и решительностью, вместе с отличным генерал-майором Кутайсовым взял один только Уфимского пехотного полка батальон и, устроя сколько можно скорее бежавших, подавая собой пример, ударил в штыки. Неприятель защищался жестоко, но ничто не устояло противу русского штыка. 3-й батальон Уфимского пехотного полка и 16-й егерский полк бросились прямо на батарею, 19-й и 40-й по левую сторону оной, и в четверть часа батарея была во власти нашей с 18-ю орудиями, на ней бывшими. Генерал-майор Паскевич с полками ударил в штыки на неприятеля, за батареей находящегося; генерал-адъютант Васильчиков учинил то же с правой стороны, и неприятель был совершенно истреблен; вся высота и поле оной покрыто неприятельскими телами, и бригадной командир французской генерал Бонами, взятый на батарее, был один из неприятелей, снискавший пощаду. Подоспевшая на сей случай кавалерия под командой генерал-адъютанта Корфа много способствовала к отбитию батареи нашей; при сем случае к большому всех сожалению лишились мы достойного генерала от артиллерии Кутайсова, которой при взятии батареи был убит. Генерал-майор Ермолов переменил большую часть артиллерии, офицеры и услуга при орудиях были перебиты и, наконец, употребляя Уфимского пехотного полка людей, удержал неприятеля сильные покушения во время полутора часов, после чего был ранен в шею и сдал батарею г -майору Лихачеву, присланному генералом от инфантерии Барклаем-де-Толли с 24-й дивизией на смену 26-й, которая, имея противу себя во все время превосходные силы неприятеля, была весьма расстроена. Во время сего происшествия неприятельская кавалерия, из кирасир и улан состоящая, атаковала во многих пунктах 4-й корпус, но сия храбрая пехота, выждав неприятеля на ближайший ружейной выстрел, произвела столь жестокой батальной огонь, что неприятель был совершенно опрокинут и с большой потерей бежал в расстройстве; при сем случае особенно отличились Перновский пехотный и 34-й егерский полки. Несколько полков 2-го кавалерийского корпуса, преследовав бегущего неприятеля, гнали до самой пехоты. Псковский драгунский полк под командой полковника Засса врубился в неприятельскую пехоту; адъютант его высочества полковник князь Кудашев довершил истребление другой неприятельской колонны, подскакав с 4-мя орудиями гвардейской конной артиллерии, из коих, действовав ближайшим картечным выстрелом, нанес ужасной вред неприятелю.

После сего неприятель большими силами потянулся на левой наш фланг. Чтобы оттянуть его стремление, я приказал генерал-адъютанту Уварову с 1-м кавалерийским корпусом, перейдя речку Колочу, атаковать неприятеля в левый его фланг. Хотя положение места было не весьма выгодное, но атака была сделана довольно удачно, неприятель был опрокинут; при сем случае Елисаветградской гусарской полк отбил два орудия, но не мог вывести за дурной дорогою; в сие самое время неприятельская пехота покусилась было перейти чрез реку Колочу, дабы напасть на пехоту нашу, на правом фланге находящуюся, по генерал-адъютант Уваров, атаками на оную произведенными, предупредил ее намерение и воспрепятствовал исполнению оного.

Наполеон, видя неудачу всех своих предприятий и все покушения его на левой наш фланг уничтоженными, обратил все свое внимание на центр наш, противу коего, собрав большие силы во множестве колонн пехоты и кавалерии, атаковал Курганную батарею; битва была наикровопролитнейшая, несколько колонн неприятельских были жертвой столь дерзкого предприятия, но, невзирая на сие, умножив силы свои, овладел он батареей, с коей однако ж генерал-лейтенант Раевской успел свести несколько орудий. В сем случае генерал-майор Лихачев был ранен тяжело и взят в плен. Кавалерия неприятельская, овладев курганом, в больших силах бросилась отчаянно на пехоту 4-го корпуса и 7-й дивизии, но была встречена кавалергардским и конногвардейским полками под командою генерал-майора Шевича; полки сии, имея против себя несоразмерность сил неприятельской кавалерии, с необыкновенным мужеством остановили предприятие ее и, быв подкреплены некоторыми полками 2-го и 3-го кавалерийских корпусов, атаковали тотчас неприятельскую кавалерию и, опрокинув ее совершенно, гнали до самой пехоты.

Правый и левый фланги нашей армии сохраняли прежнюю позицию; войски, в центре находящиеся под командой генерала от инфантерии Милорадовича, заняли высоту, близ кургана лежащую, где, поставя сильные батареи, открыли ужасный огонь на неприятеля. Жестокая канонада с обеих сторон продолжалась до глубокой ночи. Артиллерия наша, нанося ужасный вред неприятелю цельными выстрелами своими, принудила неприятельские батареи замолчать, после чего вся неприятельская пехота и кавалерия отступила. Генерал-адъютант Васильчиков с 12-й пехотной дивизией до темноты ночи был сам со стрелками и действовал с особенным благоразумием и храбростью.

Таким образом, войски наши, удержав почти все свои места, оставались на оных.

Я, заметя большую убыль и расстройство в батальонах после столь кровопролитного сражения и превосходства сил неприятеля, для соединения армии оттянул войски на высоту, близ Можайска лежащую.

По вернейшим известиям, к нам дошедшим, и по показанию пленных, неприятель потерял убитыми и ранеными 42 генерала, множество штаб- и обер-офицеров и за 40 тыс. рядовых; с нашей стороны потеря состоит до 25 тыс. человек, в числе коих 13 генералов убитых и раненых.

Сей день пребудет вечным памятником мужества и отличной храбрости российских воинов, где вся пехота, кавалерия и артиллерия дрались отчаянно. Желание всякого было умереть на месте и не уступить неприятелю. Французская армия под предводительством самого Наполеона, будучи в превосходнейших силах, не превозмогла твердость духа российского солдата, жертвовавшего с бодростью жизни за свое отечество.

Примечания

Настоящий документ представляет собой черновую рукопись без подписи, озаглавленную «Описание сражения при селе Бородино, происходившего 26 августа 1812 года». Однако по форме изложения это не описание, а донесение, сделанное от лица главнокомандующего, то есть М.И.Кутузова. Донесение это было, по-видимому, подготовлено исполняющим должность генерал-квартирмейстера армий К.Ф.Толем для представления М.И.Кутузовым Александру I. По содержанию оно сходно с описанием Бородинского сражения, составленным К.Ф.Толем и изданным в С.-Петербурге в 1839 г. на русском, французском и немецком языках.

Документ не датирован, датируется по содержанию.

Рапорты русских военачальников о бородинском сражении

Электронную публикацию документов подготовили Елена Боброва и Олег Поляков при участии Натальи Гутиной и Максима Гончарова.

Библиотека интернет-проекта «1812 год».