Джордано паоло

За державу обидно

Весьма тревожное известие появилось на днях в сообщениях ряда иностранных СМИ: бактерия Xylella fastidiosa угрожает уничтожить вековые оливковые деревья в Италии. По сообщению газеты The Daily Mail, микроб, который ранее распространялся только в Америке, уже инфицировал 800 тысяч оливковых деревьев только в коммуне Саленто, расположенной в итальянском регионе Апулия.
Этот итальянский регион производит более трети объема общенационального урожая маслин, т.е. около 11 миллионов тонн маслин в год. Производимые в Апулии сорта оливкового масла считаются одними из лучших в мире. Эпидемия уже обошлась производителям почти в 250 млн. евро, и ожидается, что потери будут только расти. Как отметил Анджело Корсетти (Angelo Corsetti), представитель итальянской сельскохозяйственной организации Coldiretti, итальянским производителям оливкового масла остается теперь только создать «санитарный кордон» на площади в 8000 гектаров, где необходимо будет уничтожить оливковые деревья.
Свою обеспокоенность возможностью распространения эпидемии Xylella fastidiosa выражают производители оливкового масла и в других странах Средиземноморья: как на Юге Европы (в особенности в Греции, Испании, Франции), так и на Севере Африки (в частности, в Тунисе, Марокко), на Ближнем Востоке, где выращивание оливковых деревьев является многовековой традицией и основой сельскохозяйственного производства.
Как отмечают эксперты, бактерия Xylella fastidiosa класса Gammaproteobacteria является важным патогеном растений и ранее в Средиземноморском бассейне не имела распространение, попав сюда из Америки. Так, в США она распространена в 30 штатах, в частности, в Алабаме, Аризоне, Арканзасе, Калифорнии, Делавэр, Флориде, Индиане, Техасе, Вирджинии и ряде других.
Как определили эксперты из США, к указанному возбудителю чувствительны не только оливковые деревья, но также и ряд сортов виноградника, в особенности Шардоне и Пино нуар. А это обстоятельство, в свою очередь, стало вызывать повышенную озабоченность производителей винной продукции всего Средиземноморского бассейна опасностью распространения эпидемии на их виноградники.
Кроме того, весьма опасная ситуация с распространением бактерии Xylella fastidiosa сложилась и на рынке бананов. Эпидемия бананового грибка уже погубила плантации в Юго-Восточной Азии, сейчас распространяется на Ближний Восток и Африку, угрожает мировому рынку бананов. В частности, поражается корневая система банановых деревьев сорта Кавендиш, который занимает до 95% объемов мирового экспорта. Следы этого заболевания уже обнаружены в Латинской Америке, Иордании и Мозамбике.
По данным Европейской и Средиземноморской организации по карантину и защите растений (the European and Mediterranean Plant Protection Organization — EPPO), сигналы об опасности заражения оливковых деревьев в Южной Италии появились в середине октября 2013 г., когда один из представителей общественности опубликовал такое сообщение на своей странице в Facebook.
В частности, было отмечено, что, по отдельным сведениям, бактерии Xylella fastidiosa попали в Европу с ввезенными из США виноградными лозами, и германская корпорация BAYER даже создала компьютерный код для нее: XYLEFA.
В этих условиях европейские сельхозпроизводители задаются вопросом: почему власти ЕС не приняли своевременных мер по предотвращению и своевременной локализации эпидемии Xylella fastidiosa? Почему они, увлекшись в последний период политическими играми, не озаботились внутренними проблемами европейских сельхозпроизводителей и не занялись совместно с США усилением карантинной политики в отношении сельскохозяйственной продукции, зараженной бактериями Xylella fastidiosa, финансовые потери от которой только увеличиваются в мире? У европейских наблюдателей создается впечатление, что никто не занимается тщательным расследованием, как началось в ЕС заражение сельскохозяйственных продуктов бактерией Xylella fastidiosa и кто должен ответить за допущенные просчеты. Лишь спекулянты пищевой продукции в этих условиях повышают цены и потирают руки.
Эксперты и сельхозпроизводители Средиземноморского бассейна задаются также естественным вопросом: почему США, активно развивая свою биологическую систему обороны (БСО) как на территории своей страны, так и за ее пределами, не только не смогли своевременно локализовать распространение этой эпидемии, но и в определенной степени сами стали виновниками распространения за пределами их страны этой бактерии, ранее присутствовавшей только на американском континенте?
Так, постоянно расширяя зону покрытия БСО, США активно подключают к ней все новые государства, потратив на эти цели только в 2012 году более 60 млн.долларов. В последние годы к этой программе, в которой задействовано несколько сотен созданных Пентагоном за рубежом «биологических лабораторий», Белый дом подключил такие страны, как Афганистан, Пакистан, Бурунди, Кению, Уганду, Индию, Ирак, Танзанию, ЮАР, а также Украину, Азербайджан, Армению, Грузию, Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан. Население стран, сотрудничающих с США по программам БСО, не информируется о существе секретных проектов Пентагона на этом направлении. Указанная работа по БСО ведется при активном участии Пентагона и американских спецслужб (ru.journal-neo.org).

«Не новые микробы нападают на нас, а мы их сгоняем с насиженных мест». Почему в мире началась пандемия

Вирусы — не единственные беженцы из мира, пострадавшего от разрушения природной среды. В том же ряду — бактерии, грибы, простейшие. Если нам удастся избавиться хотя бы от части своего эгоцентризма, мы обнаружим, что это не новые микробы нападают на нас — это скорее мы сгоняем их с насиженных мест.

Элементарный голод вынуждает миллионы людей употреблять в пищу животных, к которым лучше было бы не прикасаться. Например, в Восточной Африке многие едят потенциально опасных летучих мышей, хотя известно, что они — настоящие склады вируса Эбола.

Контакты летучих мышей с гориллами, — через которых Эбола легко передается человеку, — облегчило обилие спелых фруктов на деревьях, появившееся благодаря все более резкому чередованию ливней и засухи, в свою очередь являющемуся одним из последствий изменения климата…

От всего этого голова идет кругом. Какая-то смертоносная цепь причин и следствий. Но цепочки подобного рода, имя коим легион, требуют нашего срочного осмысления с участием все большего числа людей. Потому что не исключено, что, справившись с нынешней пандемией, мы вскоре столкнемся с другой, еще более страшной. А еще потому, что настоящей ее причиной являемся мы и наше поведение.

Рассуждая объективно, то, что произошло с COVID-19, будет происходить все чаще и чаще. Потому что зараза — это только симптом. Источник инфекции — в нашей экосистеме.

Дождь в солнечный день

В 1980-х в моде были пышные прически. Каждый день в воздух распыляли гектолитры лака. Потом выяснилось, что из-за фторхлоруглеродов в озоновом слое образуются дыры, и мы, если не примем мер, рискуем изжариться на солнце. Все быстро сменили прически, и человечество было спасено.

В тот раз мы действовали солидарно и эффективно. Но вообразить себе дыру в озоновом слое легко. Дыра — это дыра, и каждый из нас отчетливо представляет себе, как она выглядит.

То, что нам предстоит осознать сегодня, намного более смутно и неопределенно. Вот парадокс нашего времени: чем сложнее становится окружающая реальность, тем упорнее мы сопротивляемся этой сложности. Возьмем для примера изменение климата. Повышение температуры на Земле связано с политикой цен на нефть и нашими планами на отпуск, необходимостью выключать за собой свет и экономическим соперничеством между Китаем и США; оно также связано с мясом, которое мы покупаем на рынке, и со сведéнием девственных лесов. Личное и глобальное сплетаются в такой загадочный клубок, что мы в бессилии опускаем руки, даже не пытаясь выпутать из него хотя бы одну ниточку.

Если мы перейдем от причин глобального потепления к его последствиям, картина станет еще неопределеннее. С одной стороны, пожары в Амазонии, с другой — наводнения в Индонезии; с одной стороны — самое жаркое в нынешнем веке лето, с другой — самая суровая зима. Ученые предупреждают, что под угрозой само наше выживание, а потом говорят, что напрасно мы беспокоимся из-за жары, у них слишком мало статистического материала, чтобы делать какие-то выводы, а жалобы отдельных индивидов вообще не стоят внимания.

Единственное, в чем мы можем быть уверены, так это в том, что наш мозг явно не слишком приспособлен к ответу на нынешние вызовы. Значит, нам надо поскорее обзаводиться подходящим инструментарием. В числе болезней, которым на руку изменение климата, помимо вируса Эбола, такие напасти, как малярия, лихорадка Денге, холера, болезнь Лайма, вирус лихорадки Западного Нила и даже диарея, которая лично нам, возможно, не страшна, но для людей, живущих в других странах, представляет самую серьезную угрозу. Мир готов обделаться по-крупному.

Вот почему зараза — это повод задуматься, тем более что мы все равно сидим на карантине. О чем мы должны поразмыслить? О том, что мы принадлежим не только к человеческому сообществу. Мы — самый агрессивный вид в прекрасной и хрупкой экосистеме.

Паразиты

Лето я обычно провожу в Саленто, на юго-западе Апулии. Стоит мне вспомнить об этих местах — что случается часто — как в памяти тотчас всплывают оливы. Вдоль шоссе, ведущего из Остуни к побережью, встречаются такие древние и величественные экземпляры, что к ним трудно относиться как к обыкновенным деревьям. У них потрясающие, словно живые стволы. Иногда, поддавшись соблазну, я подходил и обнимал такой ствол в надежде, что он передаст мне часть своей волшебной силы.

Бактерия Xylella fastidiosa появилась в коммуне Галлиполи в 2010 году. Отсюда она неторопливо, километр за километром, двинулась на север, поражая по дороге оливы. Вначале казалось, что их листья просто обожжены солнцем, но постепенно деревья превратились в скелеты. Прошлым летом, проезжая по автомагистрали из Бриндизи в Лечче, я своими глазами видел целые кладбища серых деревьев.

Между тем споры о том, что именно погубило оливы, не утихают уже десять лет.

Xylella существует.

Нет, никакой Xylella нет.

От Xylella погибнут все оливковые рощи.

Нет, Xylella поражает только больные деревья.

Появление Xylella вызвано использованием гербицидов.

Нет, Xylella занесена к нам из Китая (это они во всем виноваты).

Надо выкорчевать все деревья в радиусе 100 метров вокруг зараженного дерева.

Достаточно побелить стволы известкой, как делали наши предки.

Руки прочь от наших олив!

Эпидемия — это проблема региона.

Это государственная проблема.

Это общеевропейская проблема.

А паразит тем временем продолжает свое победное шествие. Сегодня он замечен в Антибе, на Корсике и на Майорке. Xylella любит курорты.

Паоло Джордано. Фото: Кинопоиск

Эксперты

4 марта. Правительство только что объявило, что по всей Италии закрываются школы. Я успел поссориться с двумя-тремя знакомыми. Споры в основном ведутся по поводу различий между COVID-19 и сезонным гриппом. Еще спорят о мерах по самоизоляции: одни считают их недостаточными, другие — чрезмерными.

Ничего нового в этом нет. С самого начала были те, кто настаивал на тяжести протекания COVID-19, утверждая, что каждый заболевший должен быть госпитализирован, и те, кто считал, что болезнь, что бы о ней ни говорили, не страшнее обычного насморка. Те, кто верил, что достаточно будет немножко чаще, чем всегда, мыть руки, и те, кто требовал введения строжайшего карантина. «По мнению экспертов», «послушаем экспертов», «эксперты полагают, что…»

«Священное в науке — это истина», — писала Симона Вейль. Но о какой истине можно рассуждать, если ученые, анализируя одни и те же факты с помощью одних и тех же моделей, приходят к прямо противоположным выводам?

На фоне заразы наука нас разочаровала. Мы хотели получить точные ответы, а услышали только разноречивые мнения. Но мы забыли, что это всегда происходит именно так, точнее говоря, это и не может происходить никак иначе, а если в науке и есть нечто священное, то это не истина, а сомнение. Но сегодня это все нас не интересует. Мы наблюдаем за схватками специалистов, как дети наблюдают за ссорой родителей, глядя снизу вверх. А потом начинаем ссориться сами.

Транснациональные корпорации

Там, где отсутствует порядок, начинают расти сорняки. Они способны пролезть в любую щель. Научные сорняки — это конъюнктурные домыслы, полуправда и откровенное вранье.

Никто не мешает нам верить, что CoV-2 начал распространяться среди китайского населения после того, как из секретной лаборатории, экспериментировавшей с новыми видами биологического оружия, украли пробирку. Возможно, эта гипотеза выглядит привлекательней, чем передача вируса от летучих мышей. Но в отличие от задокументированного факта она требует гораздо большего количества ни на чем не основанных предположений и допущений, таких как существование секретной лаборатории, военного проекта, пробирки и плана операции по ее похищению.

Наука в подобных случаях прибегает к принципу бритвы Оккама: не следует множить сущности сверх необходимости. Иными словами, самая простая версия, опирающаяся на наименьшее количество воображаемых доказательств, по всей вероятности и есть верная. А что касается секретной лаборатории, то про нее, возможно, когда-нибудь снимут кино.

Считаем дни

В эти дни мне часто вспоминается 89-й псалом: «Научи нас так счислять дни наши, чтобы нам приобрести сердце мудрое».

Возможно, он приходит мне на память потому, что с тех пор, как началась эпидемия, мы только и делаем, что считаем. Считаем, сколько человек заболело, сколько выздоровело и сколько умерло; считаем, сколько пациентов попало в больницы и сколько учебных часов пропало у школьников; считаем, сколько миллиардов потеряли биржи, сколько масок продали аптеки, сколько часов ждать результатов теста; считаем, сколько километров нас отделяет от очередного очага заражения, сколько человек не попадет в заранее оплаченные номера в отелях. Мы считаем друзей и знакомых, с которыми можем поддерживать связь. Считаем вещи, которые стали нам недоступны.

Но главным образом мы считаем дни. Сколько еще дней должно пройти, пока не кончится карантин?

Тем не менее мне кажется, что этот псалом должен натолкнуть нас на еще одну мысль. Может быть, нам стоит поучиться «счислять» свои дни, чтобы понять их ценность? Понять, что ценен каждый день, включая те, которые представляются нам бесконечным ожиданием и пустой тратой времени.

Можно внушить себе, что COVID-19 — это трагическая случайность, или невезуха, или бич Божий. Можно кричать, что во всем виноваты «они». Пожалуйста! Но можно также постараться осмыслить происходящее. Использовать освободившееся время наилучшим образом. Подумать о вещах, которые в нормальной жизни скользят мимо нашего сознания. Например, как мы дошли до всего этого и какой мы хотим увидеть свою жизнь после эпидемии.

О пандемии коронавируса в телеграм-канале «Правмира» @pravmirru: каждое утро — актуальная и достоверная информация из СМИ и блогов. Подписывайтесь!

Что такое пандемия согласно Всемирной организации здравоохранения

ТАСС-ДОСЬЕ. 11 марта 2020 года генеральный директор Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Тедрос Адханом Гебрейесус заявил, что ситуация с распространением болезни, вызванной коронавирусом нового типа (2019-nCoV), «может быть расценена как пандемия».

Согласно Большой российской энциклопедии, эпидемия — это распространение какой-либо инфекционной болезни, значительно превышающее уровень обычной заболеваемости на данной территории. Пандемия — это эпидемия, характеризующаяся распространением инфекционного заболевания на территорию всей страны, территорию сопредельных государств, а иногда и многих стран мира.

В 2005 году ВОЗ разработала Международные медико-санитарные правила (ММСП) и шкалу, включавшую шесть фаз возникновения и развития эпидемий: от фазы 1 (с низким уровнем риска заражения) до фазы 6 — пандемической. В соответствии с этой шкалой в 2009 году пандемией была объявлена вспышка болезни, вызванной вирусом H1N1 («свиной грипп»). Однако это решение подверглось критике, организацию стали обвинять в том, что она создала панику, многие страны закупили вакцины в объемах, намного превышающих реальную необходимость в них.

В связи с этим ВОЗ перестала использовать шестиуровневую шкалу. В случаях резкого ухудшения эпидемиологической обстановки Организация стала объявлять «ситуацию угрозы общественному здоровью на международном уровне» (Public Health Emergency of International Concern, PHEIC). Такими ситуациями считаются «экстраординарные события, которые представляют риск в области здравоохранения другим государствам» и «потенциально требуют скоординированных действий международного сообщества». В классификации ВОЗ чрезвычайная ситуация может иметь минимальные последствия (1-й класс), умеренные (2-й класс) или значительные (3-й класс). Информации о том, сколько стран должны зарегистрировать заболевание, чтобы констатировать чрезвычайную ситуацию международного уровня того или иного класса, нет. Решение принимается Чрезвычайным комитетом ММСП по каждому конкретному случаю на основании географической распространенности вируса, осложнений, которые он вызывает, и его влияния на общество в целом.

В XXI веке пандемией было признано распространение «свиного гриппа» в 2009-2010 годах. По данным ВОЗ, она охватила 214 стран и территорий мира и затронула 30% населения Земли. В 2012 году ученые, в том числе эксперты ВОЗ, пришли к выводу, что в результате этой болезни погибли около 284,5 тыс. человек. Эти оценки, полученные с использованием математической модели, в 15 раз превышают число лабораторно подтвержденных случаев смерти, зарегистрированных ВОЗ (18,4 тыс.).

После 2009 года ВОЗ пять раз объявляла о чрезвычайных ситуациях международного значения — в 2014 году по поводу полиомиелита и вируса Эболы, в 2016 и 2018 годах — вируса Зика, 30 января 2020 года такая ситуация была объявлена в связи с коронавирусом 2019-nCoV.