Чайлдфри, кто это?

Почему быть чайлдфри — это нормально

Каких-то сто лет назад качество контрацепции было на таком уровне, что работало правило «если у тебя есть секс, у тебя есть дети». Половозрелый человек без детей был либо больным, либо абсолютно непривлекательным как сексуальный партнёр или супруг.

Конечно, такого человека надо пожалеть, посоветовать ему какое-нибудь средство и втайне порадоваться, что тебя миновала чаша сия.

Относительно недавно мы научились контролировать свою репродуктивную систему без вреда для здоровья. И тут же появились чайлдфри, которые сломали многовековой шаблон.

Оказывается, так можно! Жить без детей, причём ничуть не хуже, а то и лучше, чем с ними.

Кто такие чайлдфри

Childfree — это свободные от детей. В русском языке даже нет полного аналога этого слова. Бездетные — это все люди без детей. Например, те, которые не смогли стать родителями по разным причинам, но хотели бы.

А чайлдфри — это те, кто не желает и не страдает от этого.

Чайлдфри ничем не похожи друг на друга, хотя их и пытаются как-то классифицировать. Самый известный (потому что первый) исследователь Джин Виверс делила чайлдфри на две группы Почему чайлдфри отказываются от детей. :

  • реджекторы — это те, которые детей не любят;
  • аффексьонадо — это те, которым просто хорошо без детей.

Сейчас больше делят на чайлдфри и чайлдхейт (ненавидящие детей).

Сколько их — никто не знает. В целом бездетных от 5 до 30% в зависимости от страны Voluntary childlessness and being Childfree. . Но посчитать отдельно именно идейных чайлдфри нереально, потому что надо отделить их от тех, кому обстоятельства не дали завести ребёнка. Да и позиция человека может измениться: в одном из исследований опрашивали людей с перерывом в 6 лет. И четверть опрошенных кардинально поменяли свои взгляды Persistence and Change in Decisions to Remain Childless. .

Зачем они это делают

Главная причина — они не хотят. Почему именно, решает каждый для себя. Вариантов много.

Свобода. Родительские обязанности нужно нести, пока ребёнку не исполнилось 18. Это в теории, на практике — всю жизнь. От ребёнка нельзя отмахнуться, сбежать на пару дней. Даже если оставить чадо родителям и укатить на необитаемый остров без связи, у вас будет ребёнок.

Ответственность. Не все хотят следить и за собой, и за ребёнком. Кто-то не уверен в своих силах, кто-то просто не любит ответственности ни в каком виде. И это правильный подход: если человек не хочет брать обязательства, не умеет и не собирается их выполнять, то не надо тащить непосильную ношу. Не уверен — не обгоняй.

Деньги. Дети стоят дорого, иногда очень дорого. Рассказы семей, в которых дети рождены вопреки скудным финансам, — лучшее противозачаточное средство и наглядная агитация за чайлдфри. Кто-то не может позволить себе содержание ребёнка, а кто-то любит свой уровень жизни больше, чем детей.

Карьера. Особенно для женщин. Уход за ребёнком по-прежнему женское дело: от 13 до 47% мам не работают из-за того, что нужно следить за детьми Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе. . Женщина вообще воспринимается всерьёз, только если она родила.

Ориентированных на карьеру женщин становится всё больше Childfree And Feminine. . Но даже при устройстве на работу HR интересуется, когда девушка собирается рожать. Это в порядке вещей. Лично меня не спрашивали только на одном собеседовании — в Лайфхакере. Все остальные интервью проходили с обязательными «когда в декрет?» или «когда за вторым?». Те, кто планирует строить карьеру, всё чаще решают, что никогда. Бесспорно, есть чудесные женщины, которые могут успевать всё на свете. А есть и такие, которые не могут и выбирают работу.

Отсутствие карьеры. Дети подразумевают стабильный растущий доход, потому что с их взрослением увеличиваются и расходы. Человек без детей может позволить себе фриланс, случайные или небольшие заработки, работу за еду в лагере волонтёров.

Качества, несовместимые с детьми. От детского крика болит голова. Из-за трудного характера не получается договариваться. Из-за агрессии так и тянет затеять драку. Нерешённые психологические проблемы не дают спать спокойно. Список причин «почему не надо становиться родителями» насчитывает десятки пунктов. Как сказал один мой знакомый, либо дети, либо алкоголь, и каждый свой выбор сделал.

Страх. Страхов много: роды, беременность, изменение статуса, перемены в отношениях, финансовые трудности и сотни мифов, окружающих деторождение. Попробуйте задать в женском коллективе вопрос, как это — побывать в роддоме. Рассказы будут такими, что Стивен Кинг покажется доброй сказкой на ночь.

Зачем чайлдфри объединяются

Люди без детей формируют разношёрстные сообщества с 70-х годов XX века, потому что им приходится обороняться. Общественные установки не успевают перемениться, для многих «без ребёнка» — это всё ещё больной и негодный.

Если бы планирование семьи оставалось личной темой, не было бы потребности найти единомышленников и поделиться наболевшим. Но детские дела личными не считаются.

Абсолютно всех моих друзей спрашивают о детях (девушек — в разы чаще). Вопрос «когда родишь?» многие вообще воспринимают так же, как «который час?». Бестактно, но это реальность.

Активно настроенные чайлдфри уверены, что их притесняют, поскольку они живут в «детоцентричном» обществе, где детям и их родителям позволено всё и за счёт бездетных, конечно. Например, налоговый вычет на ребёнка считают аналогом несправедливого налога на бездетность. Для таких чайлдфри объединение — способ продвинуть свои взгляды и добиться изменений в законах.

За что не любят чайлдфри

Люди с детьми воюют с людьми без детей, битвы эти словесные и в основном проходят в интернете. По содержанию они больше похожи на столкновения фанатов iPhone и Android-смартфонов. Бесполезно убеждать человека, который не хочет детей, в том, как здорово завести «масика». Но войну не остановить.

Скажем честно, чайлдфри есть за что не любить.

  • За демонизацию детей и родителей. В сообществах обсуждают отвратительное поведение детей, пап и мам. Причём причиной хамства считаются именно дети. Как будто ребёнок — это волшебная палочка, превращающая нормального человека в свинью, для которой мир крутится вокруг малыша. Это абсолютно не так. Но многие верят, что дети — разносчики глупости.
  • За сленг: все эти «личинки» и «овуляторы», среди которых разрешается существовать «адекватным детным», действительно оскорбляют чувства кого угодно.
  • За ярлыки: вроде как все детные — несчастные люди, которые еле сводят концы с концами, жалеют о принятом решении и мучаются от несвободы.

Не выносили бы чайлдфри сор из избы, негатива было бы меньше. Но это скучно, и войны кипят на разных ресурсах. То есть чайлдфри не любят именно за то, в чём они упрекают остальных: за попытку влезть не в своё дело и научить всех жить правильно.

Как нельзя разговаривать с чайлдфри

Если ваш друг, родственник, коллега или сосед не собирается заводить детей и вы об этом внезапно узнали, не старайтесь перетянуть его в другой лагерь. Большинство аргументов в споре бессмысленны. Ниже — список запретных фраз, которые чайлдфри слышат каждый день.

  • Дети — это счастье. Счастливые родители никогда не поймут, как можно не хотеть детей. Счастливые чайлдфри не поймут, зачем дети вообще нужны. Счастье достигается не количеством детей, для этого есть другие способы.
  • Потом пожалеешь. Собственно, какая вам разница, кто и о чём потом пожалеет? Отсутствие детей — выбор каждого человека, а желать ему мук раскаяния как минимум невежливо.
  • А как же продолжение рода? Чайлдфри наплевать на продолжение рода, это очевидно. А вам должно быть вдвойне наплевать на чужой род.
  • Родишь — полюбишь. А если нет? Терпеть всю жизнь или обратно убирать?
  • Мы вымрем, как мамонты. С учётом перенаселённости планеты — нет.
  • Дети — это естественно. Естественно, но не обязательно. Агитировать за рождение нелюбимых и нежеланных детей — это особо извращённая форма фашизма и детоненавистничества. Сирот в России больше 70 тысяч, неблагополучных семей — 180 тысяч. Не надо увеличивать эти цифры.
  • Все чайлдфри ненормальные. Ну и славно, разве нет? Ненормальные гены не передадутся последующим поколениям.
  • А кто же поднесёт стакан воды в старости? Социальные службы, сиделки, друзья. Да и не факт, что пить захочется.
  • Дал Бог зайку — даст и лужайку; Бог накажет; Бог велел. В светском государстве, в котором конституция гарантирует свободу вероисповедания, это не аргумент.
  • Все чайлдфри — эгоисты. Как будто в здоровом эгоизме есть что-то плохое.

Быть чайлдфри — это хорошо?

Быть чайлдфри — это нормально. Это не хорошо и не плохо, это индивидуальное решение, которое касается личной и интимной жизни.

Плохо — обсуждать чужую личную жизнь и лезть в чужую постель. Это касается как противников чайлдфри, так и самих свободных от детей.

Я не чайлдфри, я из другого лагеря. Но я их понимаю. А вы?

Социологи узнали, сколько в России «чайлдфри»

Всероссийский центр изучения общественного мнения спросил у 1200 россиян, что они думают о последних мерах правительства по повышению рождаемости, а также об их планах иметь в будущем детей. Выяснилось, что подавляющее большинство опрошенных (87%) отмечает важность предложенных мер, но мнения насчет их эффективности разошлись: 38% полагают, что они реально помогут увеличить естественный прирост населения, 49% — что их будет недостаточно.

Читайте также: В 2017 году в Петербурге родились на 6 тысяч детей меньше, чем годом ранее

В целом в России по-прежнему склонны к двухдетной модели семьи — 40% опрошенных считают ее идеальным вариантом. Также оказалось, что 6% сегодня относят себя к «чайлдфри» (в переводе с англ. языка «свободный от детей») — в 2005 году, согласно результатам опроса, таких не было. Между тем, за это же время выросло число и тех, кто хотел бы иметь троих (с 23% в 2005 году до 28% — в 2017 году), четырех и более (с 7% до 14%) детей. Но на практике большинство респондентов (79%), уже имеющих детей, сейчас не готовы к рождению еще одного ребенка.

«За прошедшее десятилетие репродуктивная стратегия россиян претерпела важные изменения, — комментирует итоги опроса руководитель департамента исследований ВЦИОМ Степан Львов. — Во-первых, мы зафиксировали появление в России «чайлдфри» — людей, сознательно отказывающихся от потомства. В 2005 году их в России еще практически не было, а сегодня их доля составляет уже 6%. Кого больше среди них – организованных или стихийных, предстоит еще выяснить. Во-вторых, существенно выросла доля тех, кто хотел бы завести трех-четырех и даже более детей. Таким образом, вырисовывается тенденция к тому, что воспроизводство населения будет происходить не за счет большого количества малодетных (1-2 ребенка) семей, а за счет большего числа детей в многодетных семьях. Государственная программа поддержки рождаемости востребована прежде всего теми, кто уже ориентирован на то, чтобы заводить детей, но слабее мотивирует тех, кто по каким-то причинам не планирует этого делать в ближайшее время».

Читайте также: Влияет ли на рождаемость развитие педиатрической службы

В целом, более половины опрошенных (54%) считают недостаточными шаги властей по повышению рождаемости. По мнению 63% респондентов увеличить рождаемость поможет улучшение материального благосостояния семей, 27% — изменение установок и образа жизни людей, а 5% вообще не видят необходимости в повышении рождаемости.

Читайте также: Какие новые выплаты полагаются с начала 2018 года молодым петербурженкам за рождение первенца

Напомним, с этого года в России начали действовать несколько новых демографических мер. Появились ежемесячные выплаты в связи с рождением (усыновлением) первенца для семей с низким доходом, продлили до 2021 года и расширили возможности использования средств материнского капитала (сняли возрастное ограничение по использованию средств на дошкольное образование детей), ввели специальную программу ипотечного кредитования для семей с двумя и тремя детьми.

Кто такие чайлдфри и почему они не хотят иметь детей?

Чайлдфри (англ childfree — свободный от детей) — субкультура и идеология, характеризующаяся сознательным нежеланием иметь детей (с) Википедия

Многие путают чайлдфри с бесплодными людьми или с теми, кто откладывает рождение детей на неопределённый срок, но это неверно. Бесплодные люди зачастую хотели бы иметь детей, а те, кто откладывают деторождение не вписываются в саму концепцию идеологии чайлдфри о свободе от детей.

Не стоит путать чайлдфри с детоненавистниками. Зачастую они не испытывают ненависти к детям, просто по определённым причинам не хотят заводить своих. Чайлдфри могут быть как мужчины, так и женщины.

В настоящий момент чайлдфри делят на два вида:

1. Реджекторы — люди, которым неприятен процесс деторождения и грудного вскармливания. Следовательно — неприятны мысли о собственных возможных детях.

2. Аффексьонадо — люди, которые не имеют ничего против детей и деторождения, но не испытывают потребности иметь детей. Им хорошо и так.

Ситуация с чайлдфри лично мне напоминает ситуацию с верующими и атеистами. Объясню. В принципе, люди, которые не хотят иметь детей никого не трогают. Они живут своей жизнью, ходят на работу, женятся и выходят замуж. Но общество всё время называет чайлдфри эгоистами и детоненавистниками из-за чего возникает непонятное противостояние между людьми, которые выступают за традиционную модель семьи с детьми и чайлдфри.

Создаётся впечатление, что если бы тех, кто не желает рожать детей никто не трогал, то и конфликтов бы не было. Чайлдфри приходится создавать сообщества и поддерживать друг-друга, но даже там их умудряются доставать «счастливые мамочки троих ребятишек», а церковь вообще отзывается о них, как о «посланниках дьявола».

Причин для неимения детей может быть великое множество. Среди них можно выделить следующие:

  • Нежелание жертвовать личным пространством (карьерой, здоровьем) в угоду рождения ребёнка
  • Достаточное количество детей у близких родственников
  • Комфортность проживания с домашними животными

Также можно выделить вынужденные причины:

  • Финансовая несостоятельность (невозможность содержать ребёнка)
  • Боязнь за будущее ребёнка в данном конкретном месте
  • Невозможность уделить время и достаточное внимание будущему ребёнку

Это далеко не полный список и у каждого они могут быть сугубо индивидуальны, но основной упор в данном случае идёт на осознанность. Чайлдфри предпочитают слушать себя, а не рожать «просто потому что так надо». Как правило это образованные люди, состоявшиеся в профессиональной среде, либо представители молодёжи, осознавшие, что им прекрасно живётся и без детей.

Некоторые чайлдфри прибегают к стерилизации, так как не уверены, что контрацепция может обеспечить 100% безопасность. Людям 20-30 лет часто отказывают в процедуре, таким образом давая возможность передумать.

Не могу сказать, что это этично, ведь каждый человек сам в праве решать, как ему поступать со своим телом и своей жизнью. Наверняка с желающим быть стерилизованным должен беседовать психолог, чтобы выяснить причину столь серьёзного решения и уже после этого нужно делать вывод о том, проводить процедуру стерилизации или нет.

Как относиться к чайлдфри? Конечно же, без осуждения. Это их взгляды, их жизнь и их будущее. Никто не вправе диктовать людям, как им жить и рожать ли детей. Причины для отказа от детей могут быть различны, а фразы «Ничего, ещё передумаешь» или «Молодые, глупые, инстинкт ещё не проснулся» только обесценивают чужой образ жизни.

Примерно каждая пятая москвичка в возрасте 30-40 лет заявляет, что не собирается иметь детей. По России показатель ниже — примерно каждая пятнадцатая. Это результат соцопросов, опубликованный на неделе. И это — здоровые и молодые, принявшие сознательное решение стать, как это называют в Европе, «чайлдфри».

При этом европейские психологи тоже бьют тревогу. От детей чаще всего отказываются не просто молодые и здоровые, а образованные, обеспеченные, амбициозные — то есть, те, кто вполне мог воспитать полноценное потомство, но ради карьеры или привычного комфорта отказался. И отказываются. Вместе с супругами, закрепляя решение в кабинете у врача.

Если дом не наполняется детским смехом, он наполняется кошмарами. Чем же хотят наполнить свой дом те, кто решил детей не заводить никогда? И есть ли путь обратно?

Детская площадка. Повсюду смеются и плачут, пробуют осень на ощупь и жизнь изучают в бинокль. В компании тех, кому от нуля до пяти, Маше, мягко говоря, не комфортно. Умиляться чепчикам и погремушкам — это все не по ней. За 28 лет поняла — дети хороши там, где ее нет.

«Я всегда к детям равнодушна была, с детства, когда все девочки с этими пупсами играют. Никогда передо мной такой задачи не стояло — вот, в 23 пора. Я думала — когда-нибудь, а там наверное, может быть, а теперь понимаю, что никогда», — говорит она.

Этому «никогда», казалось бы, нет никаких причин. Стабильная работа — Маша специалист по недвижимости — отдельная квартира, любящие родители, постоянный молодой человек, да и со здоровьем никаких проблем. Подруги с детьми только и сетуют — когда рожать, если не сейчас. Но девушка лишь пожимает плечами. Отказ от вечеринок и спонтанных поездок за границу — слишком высокая плата за материнство.

«У меня сейчас, например, щенок маленький, я жду, пока он поскорее вырастет, потому что мне приходится вставать рано, мне по пять раз приходится с ним гулять, приучать его к чему-то. И я думаю — господи, поскорее бы он вырос, а с ребенком это же минимум 20 лет своей жизни придется потратить», — говорит Маша.

Таких, как Маша, принято называть «чайлдфри», то есть «свободные от детей». Разумеется, людей, выбравших бездетный образ жизни, хватало во все времена, но в сообщество они объединились только в начале 70-х, в США. С тех пор идеология «неродителей» начала свое шествие по миру и лучше всего приживалась в городах-миллионниках. Жизненную программу «построить дом, посадить дерево, вырастить сына» там все чаще считали выполненной и без последнего пункта.

Бурлящий мегаполис с его вечными стрессами, цейтнотом и пробками. Социологи доказали, именно в больших городах люди сознательно отказываются иметь детей в три раза чаще, чем в провинции. Два года назад стратегию «чайлдфри» выбирали тринадцать процентов жителей столицы, сейчас — уже семнадцать. По прогнозам специалистов, этот показатель будет только расти. А значит, добровольная бездетность в скором времени может стать социальной нормой.

Чайлдфри по-русски — еще несколько лет назад всего-то страничка в Живом Журнале. Сегодня — десятки групп в социальных сетях, форумы и даже свое интернет-телевидение. Подписчиков — несколько тысяч. В видеоролике подробно рассказывают, почему жизнь без потомства — лучше, а чувства в паре — крепче, чем в обычной.

«Бездетных людей удерживает только взаимная любовь и заинтересованность друг в друге, а когда мужчине и женщине хорошо вместе, им не нужен кто-то третий», — уверены авторы ролика.

Олег и Виктория тоже уверены — третий, то есть ребенок, для них был бы лишним. Бесконечно влюбленные друг в друга без пяти минут молодожены, они попросту не хотят тратить время и силы на кого-то, кроме себя. А на все вопросы о том, кто же принесет в старости стакан воды, отвечают фразой из анекдота — «А пить-то и не хочется».

«Инвестиции в старость — это деньги, которые мы копим в течение всей жизни, и, поскольку нам их на детей тратить не нужно, соответственно, у нас деньги скапливаются больше, чем у тех, кто детей имеет. Но когда мы дойдем до золотых лет, мы будем иметь возможность нанять сиделку», — говорит Олег.

Что это — эгоизм, нежелание взрослеть или банальная жадность? Изучив феномен «чайлдфри», социологи пришли к выводу — к бездетному образу жизни больше склонны люди с высоким уровнем образования и престижной работой. Алена Долецкая — известный журналист, главный редактор журнала Interview, а в прошлом преподаватель, уверяет — коллег или учеников женщина-босс зачастую воспринимает как своих детей. Но материнство карьера, конечно, заменить не может.

«Мои ученики вокруг — мои ученики университетские и журналистские, если так можно выразиться — они и рядом, и далеко, и я знаю, что в них переселилась большая часть моего опыта, моего профессионального мастерства. Это мне доставляет истинное наслаждение и в каком-то смысле балансирует потерю 5, 7, 12 детей, которых я бы с удовольствием бы имела», — говорит она.

Немаловажно и то, что на бездетную бизнес-леди в современном обществе косо уже не посмотрят. Ведущий научный сотрудник Института социального анализа и прогнозирования Алла Тындик в этом убедилась, когда вместе с коллегами провела исследование «Москва и москвичи».

«Многие говорили, что они на себе практически не чувствуют давления. Иногда пристают с вопросами, почему вы не хотите иметь детей, но в целом 10-15 лет назад это было гораздо сильнее, и там, когда они приезжают в свой родной городок, они чувствуют это давление намного сильнее — общество стало более лояльно относиться к бездетным», — говорит социолог.

Да и зачем отказываться от жизни в свое удовольствие, о которой так заманчиво рассказывают с экрана? А вот, наоборот, суровая правда из родительских будней. Рекламу контрацептивов, кстати, запрещенную для показа на телевидении в некоторых странах, сторонники «чайлдфри» назвали чуть ли не своим видеоманифестом. Вы еще не завели детей? Тогда взгляните, чем может закончиться обычный поход в магазин с малолетним сыном.

В семейном альбоме Светлана быстро пролистывает свои детские снимки. Говорит, о том, как с ней нянчились, не любит вспоминать. Да и о семье ей, кажется, рассказывать нелегко — мама умерла, когда Светлана была подростком, брат — инвалид. О собственных детях 27-летняя девушка не мечтает. О том, чтобы найти любимого человека — тоже.

«Я, в принципе, даже считаю, что можно и одному и жизнь прожить. Любимый человек рядом — это такая идеалистическая сказка, но немножко мир у нас изменился», — уверена Светлана.

Чего в этом рассказе больше — стремления к независимости или горечи, смешанной и желанием убежать от себя? Зритель, конечно, решит сам. Но для профессионала ответ очевиден.

«Когда человек отрицает детей, он отрицает, по большому счету, собственное детство. Я не хочу, чтобы это детство повторилось у меня. Там какая-то травма была в детстве и, как защитный механизм, у каждого он проявляется по-разному. На самом деле, мы знаем свои корни и хотим передать их дальше, потому что тема детей — это немножко глубже, это тема бессмертия. Потому что я не умру, я останусь в своих детях, а поскольку страх смерти — превалирующий, то продолжение рода — это убегание от страха смерти», — объясняет семейный психолог Ирина Обухова.

То, что продолжение рода для современной женщины — дело вовсе не первостепенное, подтверждает статистика. Если 30 лет назад на рождение первого ребенка решались в районе двадцати лет, то сегодня — в 25. У москвичек первенцы появляются в основном не раньше 27 лет. А через пару-тройку лет, говорят исследователи, рожать в столице станут еще позже — в 29 лет, почти как в Европе. Впрочем, демографов и социологов больше тревожат другие данные. В нашей стране из ста женщин в возрасте от 35 до 39 лет примерно 17 не стали мамами и не собираются. А на все вопросы об одиночестве они чаще всего отвечают цитатой из классики — «Спокойствие все-таки лучше всего на свете».

В России все больше чайлдфри — почему?

Как люди принимают решение не рожать детей, что получает от государства и общества женщина, которая стала матерью, был ли когда-нибудь «золотой век, в котором все рожали», какие бывают чайлдфри и можно ли как-то повлиять на это решение, рассказывает доцент Института демографии, социолог, преподаватель ВШЭ Ольга Исупова.

— Давно ли феномен чайлдфри попал в поле зрения социологов?

Ольга Исупова

— Впервые о нем заговорили в начале 70-х годов. В 1978 году канадский социолог Джин Виверс опубликовала книгу «Childless by choice» («Бездетные по выбору»), проведя исследование большого числа молодых супружеских пар. Феномен чайлдфри, по ее мнению, стал следствием самых разных молодежных движений шестидесятых, в том числе интеллектуальных. Их объединяла идея выбора, включая выбор в вещах, которые никогда ранее человек просто не определял: например, иметь или не иметь детей.

— В Канаде случился демографический кризис, поэтому именно там социологи заинтересовались чайлдфри?

— Вовсе нет. Чайлдфри с шестидесятых годов было большой и мощной волной в Европе и Америке, так же, как «новое родительство», которое подразумевало осознанность этого выбора, или феминистское движение, рассматривающее материнство в качестве формы эксплуатации женщины.

Радикалистка Суламифь Файерстоун была страшно популярна в те годы. Она призывала женщин воздерживаться от деторождения и совершить революцию, но не в средствах производства, а в средствах воспроизводства.

Файерстоун была убеждена: деторождение — форма порабощения женщины, в результате чего вся ее жизнь подчинена ребенку, а она сама лишена возможности заниматься чем-то еще. Тогда же стало популярно отношение к беременности и родам как во всех смыслах слишком тяжкой ноше, которая также лишает женщину выбора. Ребенка придется растить, женщина неизбежно будет ущемлять себя в удовольствиях, заработке, карьере. В таком контексте идеи чайлдфри и расцветали.

Думаю, социологи обратили внимание на чайлдфри из-за большой популярности этой философии у широкого круга людей, которые были увлечены и вовлечены в движение. В 80-е годы, правда, многие из этих людей вернулись к мысли, что материнство все-таки может быть выбором женщины. Но организовывать его необходимо иначе. Никто не должен заставлять становиться матерью, говорить о долге, обязанности, судьбе и предназначении от природы.

— Последние требования возникали не на пустом месте?

— Социально материнство было устроено так, что требовало от женщины слишком многого. В некоторых культурах предполагало тотальный отказ от всего остального и полное вложение в материнство. Логика сторонников чайлдфри исходила из того, что, раз можно отказаться от благ и радостей мира, ради материнства или чего-то еще, значит, и от материнства женщина имеет право отказаться.

Виверс была человеком, который решил социологически исследовать конкретный случай и всесторонне изучить позицию тех, кто сознательно отказывается от родительства.

С солидарностью проблемы — растет бездетность

— Среди чайлдфри больше мужчин или женщин? Можно ли как-то классифицировать чайлдфри?

— Идеи чаще исходят от женщин, а не от мужчин. Репродуктивные решения — когда и сколько рожать — все-таки в современных обществах тоже принимают женщины. Мужчинам это не так важно, их никто не спрашивает, да и детьми мужчины занимаются в меньшей степени. Не нужно думать, что явление пришло к нам с Запада. Это было широко распространено в СССР и до последних времен в современной российской культуре.

Существенная мужская роль в вопросе чайлдфри заново возникает в неотрадиционализме (как когда-то она существовала и в традиционализме, где женщины должны были рожать под страхом разного рода репрессий, брак был принудительным, в какие-то периоды существовала «охота на ведьм» в разных формах, существовало огромное количество препятствий репродуктивному контролю). По моим наблюдениям, даже в православной среде уже звучат неравнодушные и не всегда позитивные разговоры о многодетности. Особенно они актуальны в случае вдовства мужчин, на руках которых остаются дети, с которыми приходится справляться самостоятельно, без жены.

Первой классифицировать чайлдфри стала все-таки Виверс. Позже классификации совершенствовались, но основа сохранилась.

Обычно выделяют небольшую группу тех, кто испытывает физиологическое отвращение к беременности, процессу родов, вскармливанию и даже самим маленьким детям. Их Виверс назвала «реджекторами». Это несущественный процент в популяции, не больше 2-5%, обусловленный биологией. Если угодно, это форма фобии и закон биологии.

Вторую группу Виверс назвала «аффексьонадо», обозначив людей, которые становятся чайлдфри под влиянием общественных представлений. По наблюдениям исследователей, для большинства людей в социуме характерна средняя степень желания иметь детей. Не то чтобы дети им не нужны совсем, но бездетный образ жизни кажется ничуть не менее привлекательным. Если по взглядам такие люди оказываются ближе к тем, кто детей не хочет категорически, под влиянием моды и общественных движений, они принимают идеи чайлдфри. «Дети мне не нужны, — рассуждают аффексьонадо, — они мешают поддерживать красоту в доме, путешествовать, делать карьеру. Все эти сопли, подгузники, обучение. Однажды дети уйдут из дома, а я останусь ни с чем. Взращивая их, потеряю на этом собственную жизнь».

На рациональном уровне этому трудно что-то противопоставить. Если в обществе сильно нормативное давление — детей должны иметь все — аффексьонадо рожают детей. Нельзя сказать, что испытывают восторг при этом, но и не безумно несчастны.

С «реджекторами» ничего сделать нельзя. Если их заставить иметь детей, не исключено, они покалечат и детей, и себя. Увы, такие случаи происходят. Тут можно говорить о большой психиатрии. На вторую группу, для которых родительство вступает в противоречие со взглядами и дорогой их сердцу социальной стороной жизни, повлиять можно. Но стоит ли?

— У кого-то получалось из чайлдфри делать матерей?

— Я не из тех, кто ностальгирует по СССР, но в Советском Союзе материнство было просто одной из сторон жизни. Конечно, для детей все было не очень хорошо, зато почти идеально для женщин, которые задумывались о материнстве. Женщина могла родить, сдать младенца в ясли и бежать дальше заниматься своими делами. Сегодняшнее старшее поколение, родив в молодости, могло детей отдать бабушкам и продолжать учиться, делать карьеру, заниматься личной жизнью. Материнство почти никак им не мешало.

Если рожаешь сейчас, тебе надо стать ма-те-рью, которая безвылазно будет сидеть дома, пока ребенка, годам к трем, удастся устроить в сад. В глазах современной женщины — это отрицательный образ.

В ситуации отсутствия доступных яслей и садов, бабушек, денег на нянь такие женщины, перспективные мамы, очень вероятно, станут осознанными чайлдфри. Никакими насильственными методами многодетными их не сделать.

Да и с солидарностью в нашей стране плохо. То есть они понимают, что в случае проблем за ребенка будут отвечать только они, и никто не обязан им помогать ни в чем. Когда в современных обществах с солидарностью проблемы, растет бездетность (в традиционных в этом случае росла детская смертность).

— Где связь между родительством, чайлдфри и солидарностью?

— Есть старая поговорка: «Чтобы вырастить одного ребенка, нужна целая деревня». Если женщина знает — «рожу, дальше мне помогут» — это одна история. Совершенно другая, если рожу, а дальше только и буду слышать: «Сама виновата, кто тебя просил? Родила — отвечай». Когда оказывается, что рассчитывать можешь только на себя, неизбежно выгораешь.

Большинство пар в нашей стране все еще рожают спонтанно. Не очень понимая, что их ждет, какая помощь потребуется. Но представьте рациональную женщину. Она видит подругу, которую отговорили от аборта, «потому что убивать грешно», а «материнство свято» и вообще «ты молодая, справишься». Видит, как подруга мучается, бьется головой о стену, потому что помощи нет и вся жизнь под откос, а еще и муж ушел…

Что подумает эта умная женщина? Становиться родителем не буду. Аборт делать не буду, лучше предохраняться, еще лучше перестать общаться с мужчинами. Мне не нравится жизнь подруги, когда с ней случилось материнство.

В «золотом веке, когда все рожали», люди были суровы

— Люди, которым неприятны дети, пугают роды, наверняка были во все времена. Как же они существовали до эпохи сексуальной революции?

— Окончательно бездетных женщин, которые к пятидесяти годам, то есть концу репродуктивного периода, не родили детей, еще недавно было не больше 4-6%. Причин бездетности было три: из-за здоровья, вследствие диспропорции полов (в послевоенный период), из-за осуждения обществом одинокого материнства.

Сейчас число бездетных в России, в более молодых поколениях, достигает 12-14%. Бездетные — не только люди, физически не способные родить, или те, у кого не сложилась супружеская жизнь, а быть матерями-одиночками они не хотят. Число бездетных пополнили именно чайлдфри, принципиально отказывающиеся от материнства.

А вот подсчитать, сколько чайлдфри было даже столетие назад, довольно трудно. Может быть, и раньше люди не хотели рожать, но какие у них были средства? Крайние. Можно было уйти в монастырь, например. Можно было остаться старой девой, но и это не каждая могла себе позволить. Во-первых, решение выходить замуж принимала не сама женщина. Во-вторых, большая часть страны была крестьянской, а значит, жить без мужчины было практически нельзя, физически невозможно.

Экономист Александр Чаянов считал, что для нормального функционирования крестьянской семьи нужны были всего два-четыре ребенка. Дети в дореволюционной России часто рождались, но и умирали не только из-за плохой медицины. Увы, их фактически убивали собственные матери или родители. По оценкам демографов, был велик процент детской смертности из-за недосмотра. Например, часто у дворян были любовницы-крестьянки, которые рожали от них детей. Байстрюки во многих случаях никому не были нужны, за ними не смотрели, их недостаточно кормили, и они гибли.

Все эти истории с «недосмотрела», «заспала» и так далее прекрасно описаны в классической литературе у Ивана Бунина, Глеба Успенского, Льва Толстого. Российский демограф Вишневский собирал подобные сюжеты. История детоубийства в России серьезно изучена исследователями. Говорить о золотом веке, в котором рожали столько, сколько Бог даст, всех растили и выводили в люди — большое преувеличение. Нужно понимать, не только времена были суровые, люди были суровы.

Как рожать детей, если я не знаю, что завтра есть

— Социум ждет от супружеской пары детей. Обычно близкие намекают: «Пора бы родить», а детей все нет. Является ли чайлдфри формой самооправдания бесплодия в паре? Насколько этот феномен вообще связан с медицинской проблемой в обществе?

— Никак. Больше скажу, это вещи противоположные. Те, кто осознанно позиционирует себя как чайлдфри, и бесплодные — по разные стороны баррикад. Им трудно понять друг друга. Одни очень не хотят детей, другие изо всех сил мечтают о детях.

Однако в вашем вопросе есть рациональное зерно. Оно лежит в поле репрессивной культуры, в которой нормы давят на человека, он боится общественного осуждения. Людям страшно признаваться как в отказе от родительства, так и в бесплодии. Первые уверены, что их считают неадекватными, жалкими фриками. Вторые — что им следует отправиться на помойку, ведь они негодные, «поломанные», испорченные люди.

Поэтому подчас бесплодные предпочитают сказать, что осознанно отказались от детей, лишь бы не признаваться в нездоровье. Чайлдфри, которые по разным причинам сильно не хотят детей, поступают ровно наоборот. «Лучше скажу, что у меня не получается, чем буду пускаться в долгие объяснения». Оба примера касаются только тех, кто боится общества. Таких немало. С теми же, кто устраивает каминг-аут, открыто говорит о себе как чайлдфри, все иначе.

— Портал «Зарплата.ру» летом опубликовал опрос. 70% россиян предпочитают семье карьеру, 6% ради карьеры готовы отказаться от семьи. Для чайлдфри экономический фактор значим?

— Экономический фактор, конечно, играет роль. У детей до первой половины XX века была инструментальная ценность: рабочие руки в хозяйстве, наследники. В крестьянском хозяйстве дети приносили выгоду, они были родительским успехом. Любовь к детям вопреки всему возникала не у каждой женщины. Матери-одиночки «рожу и плевать на весь мир» — были крайней редкостью.

Сейчас дети — статья расходов. А хватит ли денег вырастить? Родителям приходится содержать детей до 25-30 лет, искать средства на образование. Глядя со стороны, кто-то делает вывод: зачем мне это? Пока женщина, мужчина вникнут, что дети — это не только расход, но и радость, пока откроют для себя родительскую любовь, сколько времени пройдет? Хотя всю историю человечества материнство имело не только эмоциональные преимущества, теперь, увы, остались только они.

В России сейчас сложное экономическое положение: бедность, низкие зарплаты, закредитованность, банковский кризис не за горами.

Как в такое время рожать детей, если экономически они ничем семье не помогут? Дети — это трата.

Можно рассчитывать на детское пособие, конечно. Его по этой причине и платят. Но кругом только и раздаются голоса, мол, выгода развращает. Простите, кто и когда смотрел на детей иначе, чем с точки зрения, в том числе, экономической выгоды? Как рожать детей, если я сам не знаю, что завтра кушать и чем платить за квартиру?

Согласно исследованиям, у современных молодых супругов в России одна из зарплат идет на ипотеку и обслуживание других обязательных платежей, вторая — на жизнь. Как в этот бюджет может уместиться ребенок? Если пара и родит ребенка по эмоциональным или нормативным причинам, во-первых, родит не сразу, во-вторых, не больше одного. Рожающие больше одного просто плохо считают.

В России умный и рациональный человек вынужден быть чайлдфри. Те, кто рожают — альтруисты. Дети в современной семье — вообще чистый альтруизм. Не стоит забывать об индивидуализации жизненного пути. Не всякая женщина может отказаться от карьеры. Можно быть «профессиональной» матерью, но тогда кто-то должен тебя содержать. Содержание — это путь определенного рода зависимости. Выходит, материнство превратилось в рудимент рабства? Если не зарабатываешь, отдаешься на милость дающего. Все больше женщин не готовы себя на это обрекать.

— Чайлдфри — эгоисты, которым неинтересно заботиться о ком-то еще?

— Отчасти да, потому что это рациональные люди. Но противопоставляя эгоизм и альтруизм, нужно понимать: можно быть волонтером в хосписе, заботиться о сиротах, помогать старикам и не иметь собственных детей. Собственные дети — это специфический альтруизм, как я сказала.

Виверс обнаружила, например, что среди чайлдфри много единственных детей в семье и старших в многодетных семьях. У первых отказ от материнства — чистой воды эгоизм, который взращивается родителями, ведь «ты уникальный». С одной стороны, такие люди привыкли, что все о них заботятся и «с какой стати мне заботиться о других». С другой стороны, по отношению к детям у них есть страх: «Я же никогда не видел детскую попу и не вытирал с блузки младенческую отрыжку».

В свою очередь первые дети из многодетных семей просто не имеют иллюзий относительно родительства. Они побыли родителями своим младшим братьям и сестрам и знают, насколько это тяжело и насколько мало вознаграждается.

Австрийский демограф Лутц ввел в науку понятие «ловушка низкой фертильности». Чем меньше детей в обществе, чем меньше подрастающие дети видят младенцев, тем нормальнее им кажется ситуация отсутствия детей в семье вообще. Это явление будет порождать новых чайлдфри. Иными словами, не столько личностный эгоизм, сколько социально-психологические факторы влияют на распространение феномена чайлдфри.

Отсутствие детей в окружении, отсутствие «деревни», способной помочь вырастить детей, тот факт, что семья и дети стали личным делом каждого и вопросом выбора, раздуваемая обществом гиперответственность родителей ведут к росту числа чайлдфри. Не в эгоизме дело. «Зачем мне это надо, если это так тяжело и при этом со всех сторон мне говорят, что это моя личная прихоть и мои дети не нужны никому, кроме меня?»

— У многих выдающихся людей творческих профессий, будь то актеры, писатели, ученые, не было детей. Как соотносится карьера и материнство? Карьеристы всегда чайлдфри?

— Не думаю, что клише уместны. Возможно, кто-то предпочитает карьеру детям, а кто-то просто не смог родить. Все-таки о причинах бездетности не принято публично говорить. Булгаков, например, был чайлдфри. Ни одной из трех своих супруг он не подарил ребенка. У Нагибина вообще было пять или шесть женщин, ни одна не смогла родить, потому что писатель этого не хотел. Такие мужчины бывают. «Не хочу пускать в этот ужасный мир своих детей», — говорят они. Другие, как Булгаков, к тому же просто озабочены плохой наследственностью.

По статистике, чем выше должность женщины, тем меньше у нее детей по сравнению с сотрудницами ниже по статусу. Не обязательно она отказалась от материнства ради карьеры. Такая женщина могла заниматься карьерой, а в какой-то момент, когда еще можно было родить, поняла, что в ее жизнь не встраивается ни материнство, ни отношения с мужчинами. Это не сознательный выбор пути чайлдфри. Просто в ее жизни есть призвание (наука, творчество), которое захватило, оказавшись более важным.

На Западе такая ситуация никем не осуждается, считается, что не все рождены быть матерями, а вот в СССР считалось, что женщина должна и может совмещать работу, и даже карьеру, и детей. Государство ей в этом отчасти содействовало. Теперь мир устроен так, что никто не бегает за женщиной, которая озабочена карьерой, со словами: «Ты только роди, вырастим мы сами».

Стоит задуматься о качестве, а не количестве

— Религиозность человека влияет на то, станет ли человек чайлдфри? Чайлдфри в большинстве своем карьеристы и атеисты?

— Сложный вопрос. Можно делать карьеру и иметь детей, потому что это разные оси системы координат: на одной — репродуктивное желание, на другой — карьера. Но ресурсы человека ограничены и часто хватает либо на одно, либо на другое.

Религия влияет, конечно, но даже в религиозной среде есть люди, которые выполняют предписания, будучи при этом несчастны, или не выполняют, но не говорят об этом публично. Знаю немало православных семей, где люди решили, что больше двоих детей иметь не будут. Призыв «плодитесь и размножайтесь» их касается, но они им пренебрегают. Мы не можем их за это осуждать.

Другой пример, когда бесплодной женщине духовник запрещает делать ЭКО, потому что это против природы. Она не пойдет, не сделает ЭКО, оставшись бездетной, но, с определенной точки зрения, пополнит статистику чайлдфри.

С другой стороны, религиозные нормы позволяют человеку, который не хочет семьи и детей, уйти в монастырь, выбрав для себя другую Семью.

— Есть же чадолюбивые нации: итальянцы, испанцы, народы Кавказа… Размывание традиционных и национальных норм играет роль в появлении чайлдфри?

— Пока традиционные нормы есть, они влияют. Как только размываются, детей становится меньше. Италия, Испания относятся к посткатолическим странам, где давно далеко не все верят в Бога. Увы, в этих странах сейчас наблюдается самая низкая в Европе рождаемость. Правительство продумывает новые социальные преференции, чтобы хоть как-то стимулировать демографические изменения.

Если на современных людей с хорошим образованием, статусом, работой вдруг начать насильно накладывать нормы традиционного общества, это просто не будет работать. Иран, казалось бы, фундаменталистское государство, но там сейчас рождается очень мало детей. Женщины лишь делают вид, что соблюдают нормы, носят чадру, а вечером пляшут на дискотеках. Они будут выходить замуж, иметь максимум одного-двоих детей и работать.

Женщины в Иране, кстати, работают за зарплату не реже, чем в любой европейской стране. Во многих фундаменталистских странах люди успели полюбить современную жизнь и не хотят жить в традиционном обществе, накладывающем на них слишком много ограничений.

Согласно законам первого и второго демографического перехода, мир идет именно по этому пути — с уменьшением смертности и развитием медицины уменьшается и рождаемость. Это касается всех стран, включая традиционные общества.

На уровне ценностей, альтруизма, религиозных норм идеи материнства работают и существуют, но лишь для некоторых людей, готовых рожать много детей. Это всегда капля в море и незначительный процент. Остальные, даже в традиционном обществе, всегда найдут оправдание «почему я не имею детей» или почему у меня немного детей. Если на заре чайлдфри от материнства отказывались в основном высокообразованные люди, сейчас это распространено повсеместно, среди всех слоев общества.

— Чайлдфри — это навсегда? Существуют ли лонгитюдные исследования на эту тему?

— Много. Согласно одному из австралийских исследований, многие из тех, кто в двадцать лет был чайлдфри (или наоборот, ратовал за рождение детей), изменили взгляды к тридцати годам. Также активно стать матерями хотят женщины в последние годы перед климаксом.

Тех же, кто по-настоящему ненавидит и не хочет иметь детей до конца своих дней — единицы.

Большинство являются чайлдфри под влиянием общественных установок.

Сегодня родительство перестало быть вещью обязательной. Плохо ли это в мире, в который грядут роботы? Сказать трудно. Может быть, и правда стоит задуматься о качестве, а не количестве? Может быть, пришло время позаботиться о матерях, чтобы им жилось не так плохо, по сравнению с отцами и бездетными женщинами? Может быть, предпринять хоть что-то, чтобы месседж «если ты мать — твоя жизнь кончена» перестал быть актуальным? Повод для оптимизма я вижу, только если развитие пойдет в эту сторону.