Берлинская операция

Последняя операция Великой Отечественной войны — Пражская наступательная операция


Последней стратегической операцией, которую провела Красная Армия в Великую отечественную войну, стала Пражская наступательная операция (5-12 мая 1945 года), в ходе неё была освобождена столица Чехословакии — древний город Прага и была разгромлена последняя крупная группировка вермахта – группа армий «Центр».
После разгрома врага на Берлинском направлении и капитуляции 2 мая Берлинского гарнизона единственной силой вермахта, которая ещё могла оказывать сопротивление Красной Армии, осталась группа армий «Центр» (командующий генерал-фельдмаршал Фердинанд Шёрнер) в Чехословакии и часть группы армий «Австрия» (командующий Лотар Рендулич). Шёрнер, после окружения Берлина, получил приказ Гитлера отвести войска в район столицы Чехословакии и превратить Прагу во «второй Берлин». Рендулич также отказался капитулировать и отводил войска на запад. У Шёрнера было до миллиона человек, около 10 тыс. орудий, примерно 1900 танков и 1000 самолетов.
Против этой группировки воевали части 2-го Украинского фронта (Маршал Р. Я. Малиновский), 4-го Украинского фронта (генерал армии А. И. Еременко), они, завершив освобождение Словакии, освобождали территорию Чехии. С севера находились части 1-го Украинского фронта, большая часть его войск в начале мая находилась в районе Берлина, оставшиеся части занимали оборону на фронте в 400 км в предгорьях Рудных гор и Судет. С запада к границе Чехии двигалась 3-я американская армия (генерал Д. Паттон), она имела задачу занять заранее согласованный с советским командованием рубеж Ческе-Будеёвице, Пльзень, Карловы Вары.

Рендулич, Лотар.

Шёрнер, Фердинанд.
Начало операции в Чехословакии
По мере поражения Германии в Чехословакии активизировалось местное сопротивление, до этого весьма незаметное. В апреле уже действовало примерно 120 отрядов партизан, правда их общая численность была небольшой – 7,5 тыс. человек. Не было единого руководящего центра, постоянной связи с советским командованием, деятельность была оборонительного характера. В конце апреля смогли создать Чешский национальный совет (ЧНС), он состоял из представителей разных политических сил, возглавил его профессор Пражского университета А. Пражак. ЧНС не собирался немедленно начинать восстание, так как не было серьёзных сил для этого.
Но 5-го мая в Праге началось народное восстание, его подготовили бывшие военные чехословацкой армии во главе с генералом К. Кутявашром (организация «Бартош»). В начале мая они вступили в контакт с Русской освободительной армией (РОА), с командиром 1-й дивизии генералом С. К. Буняченко. РОА шла на запад, надеясь сдаться американцам, Буняченко и его командиры понадеялись на политическое убежище в Чехословакии и 4-го согласились поддержать восстание. Власов в успех не верил, но и не мешал. Но уже в ночь на 8-е большая часть власовцев стала уходить из Праги, так и не получив гарантий на счёт своего союзнического статуса. Шёрнер был вынужден отводить войска к Праге, чтобы подавить восстание.


Буняченко Сергей Кузьмич.
Советские силы, план операции
1-го мая И. С. Конев получил приказ до 4-го мая передать рубеж по реке Эльбе 1-му Белорусскому фронту, а высвобожденные силы перебросить на Пражское направление. Началась перегруппировка сил и подготовка к удару. С воздуха фронт поддерживала 2-я воздушная армия, 6-я армия (генерал-лейтенант В. А. Глуздовский) окружила гарнизон Бреслау. Его поддерживали 4-й Украинский и 2-й Украинский фронты.
К началу операции у 3-х Украинских фронтов было: 20 общевойсковых армии (включая две румынские и одну польскую армию), 3 танковые армии и 3 воздушные армии, одна конно-механизированная группа, 5 танковых, 1-й механизированный и один кавалерийский отдельные корпуса. Их общая численность составляла более 2 млн. человек с примерно 30,5 тыс. орудий и минометов, до 2 тыс. танков и самоходных артустановок, 3 тыс. самолетов. Наши силы превосходили противника в живой силе почти вдвое, в авиации и артиллерии в трое, в бронетехнике силы были почти равны.
Планировали нанести несколько ударов по флангам врага, главные удары наносили 1-й Украинский, он бил из района северо-западнее Дрездена, и 2-й Украинский, он бил из района южнее Брно. Силы вермахта хотели расчленить, окружить и разгромить.

Иван Степанович Конев.

Ерёменко, Андрей Иванович.

Ход операции
Удар планировали на 7-е, но события в Праге заставили ударить раньше, не закончив перегруппировку сил. Восставшие смогли захватить большую часть города, захватив скалы с вооружениями, разоружив несколько мелких частей противника. Генерал-фельдмаршал приказал подавить восстание, так как восставшие перекрывали пути отхода на запад. 6-го вермахт захватил большую часть города, применяя артиллерию, авиацию и танки, в этот же день на стороне чехов выступила дивизия Буняченко. Русские солдаты РОА выбили вермахт из западной части города. 7-го части РОА переправились через реку Влтава и рассекли позиции вермахта на две части. Но ЧНС после определённых колебаний поблагодарил власовцев и отказался от помощи. Буняченко был готов остаться, если чехи хотя бы передадут по радио сообщение о причинах вступления в части вермахта, о их действиях в настоящее время, о готовности и дальше воевать с гитлеровцами, но чехи отказали. Вечером 7-го части РОА стали отходить на запад, только часть бойцов осталась с чехами. После ухода дивизии РОА вермахт опять стал хозяином положения в городе.
Поэтому маршал Конев отдал приказ выступить утром 6-го. Через Рудные горы наступали 13-я, 3-я гвардейские армии вместе с 25-м и 4-м гвардейскими танковыми корпусами, а также подразделения 3-й и 4-й гвардейских танковых армий. К вечеру к ним подключилась и 5-я гвардейская армия. Это была особенность Пражской наступательной операции – одновременный ввод в полосе наступления общевойсковых и танковых армий. В этот же день капитулировала немецкая группировка в Бреслау. 7-го мая наиболее успешно наступавшие 4-я гвардейская танковая и 13-я армии вышли к северным склонам гор, части 3-й гвардейской танковой и 5-й гвардейской общевойсковой армий начали бои за Дрезден.
7-го мая ударил и 4-й Украинский фронт, 7-я гвардейская армия с ходу прорвала оборону врага, 8-го в прорыв ввели 6-ю гвардейскую танковую армию, которая наступала на Прагу.
Положение же восставших в Праге ухудшилось, вермахт беспощадно подавлял сопротивление, продвинулся к центру города, часть восставших, запаниковав, бросила оборонительные сооружения. Восставшие испытывали нехватку оружия и боеприпасов. Во второй половине дня 7-го мая Шёрнер получил приказ Кейтеля о капитуляции, но до войск его не довёл, наоборот приказал ужесточить сопротивление. В этот же день в штаб восставших прибыли американские офицеры. Они сообщили о капитуляции Германии и посоветовали прекратить бой в Праге. Начались переговоры с начальником немецкого гарнизона — Р. Туссэном, он согласился сдать тяжелое оружие при выходе из города, если немцам не будут мешать выводить войска.

8-го части 4-го Украинского фронта захватили город Оломоуц и начали наступление на Прагу; 1й Украинский вступил на территорию Чехословакии, подразделения 4-й гвардейской танковой армии уничтожили штаб Шёрнера, лишив группу армий «Центр» координации. 5-я гвардейская армия к концу 8-го мая захватила Дрезден, в этот же день были освобождены ещё несколько городов.
Чехи с радостью встречали советских воинов, многие украшали дома, площади красными знаменами, приглашали в свои дома, дарили цветы, всячески выражали свою радость.
Вечером 8-го советское командование предложило вермахту капитулировать, но ответа не было. Немцы хотели сдаться американцам и ускорили отступление. В ночь на 9-е советские танковые части (4-я и 3-я гвардейские танковые армии) совершили 90-км бросок, и утром первые танки вступили в Прагу. За ними вступили в город и другие части — 302-я стрелковая дивизия (полковник А. Я. Клименко) на автотранспорте, 1-я чехословацкая танковая бригада из 60-й армии и передовой отряд подвижной группы 38-й армии генерал-полковника К. С. Москаленко. В обед с юга в город вошли части 2-го Украинского фронта: 6-я гвардейская танковая армия и посаженная на автотранспорт пехота 24-го стрелкового корпуса, позднее 7-й механизированный корпус. При поддержке жителей Праги советские части «зачистили» город от гитлеровцев. Пути отступления Группы армий «Центр» на запад и на юг были перерезаны, вне окружения оказались лишь несколько дивизий, большая часть немецких сил оказались в «котле» восточнее Праги. 10-го наши части встретились с американцами, 10-11 мая немцы капитулировали, так закончила войну последняя сильная группировка вермахта. Стрельба продолжалась в окрестностях Праги до 12 числа.
Итоги
— В плен было взято примерно 860 тыс. человек, около 40 тыс. пало в боях и ранено. Захвачено большое количество техники и вооружений: 9,5 тыс. орудий и минометов, 1,8 тыс. танков и штурмовых орудий и так далее. Наши потери: примерно 12 тыс. убитых и пропавших без вести, раненных и заболевших около 40 тыс. При освобождении самого города погибло около тысячи бойцов Красной Армии.
— Всего за освобождение всей Чехословакии Красная Армия заплатила «цену» в 140 тыс. бойцов погибшими.

— Пражская наступательная операция ещё раз продемонстрировала всему миру высокое мастерство Красной Армии и её полководцев, в кратчайшие сроки была сломлена оборона, окружены и пленены значительные силы врага. В Великой Отечественной войне была поставлена победная точка. Медалью «За освобождение Праги» было награждено 390 тыс. человек.
— Власовцев американцы в свою зону не пустили, часть из них, узнав об этом, застрелилась. Большинство сдались советским частям. Власова и других руководителей РОА ждал в Москве суд.

— Ура! Ура! — отозвалось в рядах.
Суворов ликовал — в его жизни совершился перелом.
ПОБЕДА
Корф приготовил Салтыкову пышную встречу. Главнокомандующий отклонил все торжества, отказался от большого, пышного парадного обеда и бала в замке. В три дня, в сопровождении Дубасова, Суворова и своего адъютанта, Салтыков обошел город и всему дивился:
— Ай-ай! Такой город — и ни одной церкви!
— Вот же кирка, — указывал Суворов.
— Да что это за церковь? Наверху петух вместо креста! А богато живут!..
Никем не замеченный, Салтыков покинул Кенигсберг и направился к армии.
Место сбора всех русских сил назначалось в Познани. Здесь Салтыков произвел смотр, и в тот же день пробили генерал-марш. Армия в составе шестидесяти тысяч человек направилась к границам Бранденбурга. На соединение с русскими шел Лаудон с двадцатитысячным австрийским корпусом, в котором преобладала конница.
Фридрих послал молодого генерала, своего любимца Веделя, помешать соединению русских с австрийцами. Пылкий и решительный Ведель не задумался со своими небольшими силами кинуться на русскую армию при Пальците, разбился о массу русских войск и отступил в беспорядке, оставив в руках победителей знамена, штандарты, пушки, пленных. Соединение русских и австрийцев произошло после этого беспрепятственно.
Заняв Франкфурт-на-Одере, армия Салтыкова готовилась к переправе. Можно было ждать, что король сам явится с войском, чтобы остановить угрожающее Берлину движение русских.
Суворов и Фермор встретились во Франкфурте, как старые знакомые.
— Я возьму его к себе дежурным майором, если только он согласен, сказал в присутствии Салтыкова Фермор.
Суворов молча поклонился.
Ожидание, что король явится сам во главе сильной армии, чтобы помериться силами с русской армией, оправдалось. Разведка определила силы, с которыми идет король, в пятьдесят — шестьдесят тысяч.
Фермор и Суворов объехали на конях окрестности Франкфурта и предложили главнокомандующему Салтыкову встретить Фридриха на высоком берегу Одера, у деревни Куннерсдорф.
По диспозиции, русские войска располагались в две линии в таком порядке: на правом фланге высоты над обрывом занимал испытанный в боях корпус Фермора; ниже, посредине, предполагали поставить обстрелянные полки Румянцева, а на левом фланге, под обрывом глубокого оврага, — новый корпус Голицына, образованный из тех самых батальонов, которые формировал и обучал по-своему в Курляндии Суворов, чтобы придать им хотя бы «видимость» солдат.
Здесь, над гребнем буерака, Фермор показал место ретраншемента: рва и вала для батареи из восьмидесяти орудий и окопов для пехоты.
Начерченное на бумаге расположение русской армии, усиленной австрийской конницей под командой Лаудона, очень походило на большую косую букву «Т». В старинной русской азбуке букву «Т» называли словом «твердо».
— Мы стоим твердо, — говорил Суворов. — Пусть король попробует атаковать нашу позицию.
Буква «твердо» на чертеже пересекала своей вертикальной чертой селение Куннерсдорф. Плечи буквы лежали на прибрежных высотах. Стрела острием вправо указывала течение реки. Слева от «Т» простиралась большая топь с болотистой речонкой посредине, сбегающей к Одеру. Через топь шла гатью дорога с переброшенным через нее мостом. Справа от буквы «Т» находились труднопроходимые, пересеченные места, высоты и лесистые холмы перемежались долами. Нижним своим концом буква «Т» опиралась на гребень обрывистого оврага, укрепленный 80-пушечной батареей. Противоположный берег оврага, покатый, исчезал в густом лесу.
Приготовление поля сражения к бою закончилось. К ночи на 1 августа русская армия стала в боевом порядке по намеченной диспозиции.
Суворова волновали неизъяснимые чувства. До сих пор он читал описания или слушал рассказы о сражениях, некогда бывших, теперь он воображал себе битву предстоящую, и то, что совершалось на его глазах, мало походило на все описания. Ни на одной картине прошлых боев армии не стояли так, как русская армия стояла тут, но выбранное им с Фермором место предписывало ставить войска так, а не иначе.
Наступила ночь. Загорелись костры. Русская армия стояла открытым биваком, не маскируя своего расположения. С вершины холма Шпицбергена, увенчанной короной звездообразного редута, где посредине поставили шатер Салтыкову, ясно вырисовывалась линиями огней кривая буква «твердо». Здесь стояли новые, так называемые шуваловские, гаубицы.
Ночь прошла спокойно.
На рассвете казаки донесли, что прусская армия, совершив обход по левому берегу Одера, переправилась на правый берег, не выше Куннерсдорфа, как ждал Фермор, а значительно ниже Франкфурта — у Кюстрина, и без отдыха двинулась усиленным маршем вверх по реке. Фридрих шел, по обыкновению, без обозов. Пруссакам пришлось идти то в гору, то под гору, обходя встречаемые на пути озера.
— Так он потеряет половину людей в пути, — сказал Салтыков. Задумается.
— Он будет атаковать нас с чем пришел, — ответил Суворов.
День настал безветренный и жаркий. Солдаты короля шли в облаке пыли, изнемогая от жары и жажды. Только к полудню армия прусского короля достигла окрестностей Куннерсдорфа.
Фридрих с вершины холма увидел открытый бивак русской армии и не мог скрыть смущения и гнева.
— Это как шахматная доска, — сказал он любимцу своему Веделю.
— Но фигуры стоят неправильно. Я вижу в их построении новизну. Это совсем не то, что при Цорндорфе.
Фридрих убедился, что первоначальный план его, простой и ясный, невыполним. Он предполагал атаковать русскую армию с трех сторон разом, чтобы прижать ее к реке и уничтожить. Но по самой численности своей соединенные силы русских и австрийцев (их вместе было более восьмидесяти тысяч) занимали настолько обширную площадь, что для охвата и трехсторонней атаки не могло быть достаточно сорока тысяч солдат, которыми располагал бы король, если бы он мог ждать отставших.
Оставалось найти в позиции русской армии слабое место, чтобы, ударив по нему, проникнуть на пространство, занятое русскими.
Боевой порядок русских показывал, что они согласны принять сражение. Фридрих пришел, чтобы дать битву. Ретироваться без боя — значило подвергать прусскую армию, утомленную длинным маршем в знойный день, опасности разгрома, потому что русская и австрийская конницы превосходили прусскую числом.
Решение требовалось быстрое. Фридрих заметил, что левый фланг русских прикрыт со стороны оврага батареей; но этот овраг позволял пруссакам накопить силы для атаки.
Тяжелые пушки пруссаков, взятые Фридрихом из Кюстрина, начали бить по ретраншементу над гребнем оврага, на левом фланге русского расположения. Намерение Фридриха стало ясно. Под прикрытием артиллерийского огня прусские гренадеры вышли из леса и двинулись через пологий скат оврага в атаку…
Прусские гренадеры под картечным огнем русской батареи перебегали овраг. Многие из них пали мертвыми. Но за первым рядом последовал второй и третий. Из леса выбегали всё новые солдаты, и в полчаса под защитой крутого яра, где их не могла достичь картечь, накопилась большая сила. Фридрих, находясь в лесу за оврагом с конницей, послал гренадерам приказ идти в атаку. Яростно кинулись пруссаки вверх по крутому склону. Их встретили в упор картечью, а потом из окопов — ружейным огнем. Но пруссаки овладели ретраншементом и отбросили в поле два голицынских полка.
Голицын находился в первых линиях и с хладнокровием, которого от него не ожидали, отдавал приказания, развертывая первую линию своих полков вправо, вторую — влево.
В этот решающий момент к нему подскакал Суворов. Именем главнокомандующего Суворов приказал увозить полковую артиллерию и ставить ее по холмам.
Буква «твердо» опрокидывалась. Там, где был раньше ее слабый нижний конец, вырастали могучие плечи.
Пруссаки теснили голицынские полки. Вскоре корпус Голицына был оттеснен почти до деревни Куннерсдорф, и у короля явилась возможность вывести на поле битвы всю наличную свою пехоту и часть конницы. Но высоты над рекой и Шпицберген оставались в руках русских. Румянцевский корпус только вступил в бой. Корпус Фермора еще не двинулся.
Фридрих тем не менее считал битву решенной. Прижатой к реке русской армии оставалось, по мнению короля, отступать через болото, где единственный мост уничтожили сами русские. Тесный понтонный мост, наведенный ими на левом берегу Одера, не мог серьезно помочь переправе. Отступление в сторону Франкфурта тоже представлялось невозможным. Отступать к Франкфурту — значило подвергнуть армию губительному удару во фланг…
День клонился к вечеру. Фридрих появился на поле битвы в сопровождении своих генералов. Среди дня в штаб короля явился курьер от Фердинанда, герцога Брауншвейгского, с известием о том, что им разбиты французы при Миндене.
— Оставайтесь здесь, чтобы отвезти герцогу в ответный комплимент известие о нашей нынешней победе, — сказал король посланцу герцога.
В нетерпеливом ожидании, что вскоре с русской стороны явится трубач с парламентером для переговоров о сдаче, Фридрих поторопился отослать герцогу Брауншвейгскому его курьера с известием о полном разгроме русской армии.
Трубач не явился. Бой затихал. И понятно: первыми Фридрих ввел в битву гренадеров, которые раньше пришли к месту боя, сделав пятнадцатичасовой марш. То были самые выносливые люди. Они овладели левофланговым русским укреплением. Но лучшая часть их пала, исколотая штыками молодых суворовских учеников. К Фридриху подходили отставшие, менее стойкие части пехоты. Он их немедля, без передышки, посылал в атаку. Конница в боях Фридриха обычно следовала за первой атакой пехоты. Сегодня пришлось изменить этому тактическому приему: большую часть кавалерии, из-за усталости коней неспособную к бою, Фридрих послал вправо и влево в охват русского расположения, думая этим убедить русских, что им нет отступления вдоль реки. При себе король оставил только лучшие гусарские эскадроны. Между тем у русских легкие войска Тотлебена и Лаудона сохранили свежими коней. А на высотах стояли вне огня прусских орудий несокрушимые, хотя и стесненные силы Румянцева и Фермора.
Король не хотел и не мог удовлетвориться полупобедой.
— Русские сжимаются пружиной, — сказал Фридрих. — Если эта пружина сорвется, то ударит больно. Что вы думаете, Зейдлиц? — обратился Фридрих к своему старому генералу.
— Ваше величество, ваши солдаты истощены маршем, зноем и боем. Продолжать сражение опасно.
— Что ж, я должен отойти? Одержав победу? А что ты скажешь, Ведель?
— Атаковать, государь! Мы их всех загоним в реку и в болото! ответил Ведель, видя, что Фридрих желает продолжать битву.
— Итак, марш вперед! — воскликнул Фридрих.
Он сам повел полки в атаку. Первой целью он назначил покинутую русскими батарею на еврейском кладбище. Овладев этой высотой, можно было снова начать артиллерийский обстрел противника. Но здесь на пруссаков обрушилась конница Тотлебена и Лаудона. Русская пехота двинулась за ней.
Заговорили шуваловские гаубицы, поражая пруссаков навесным огнем. Огонь тяжелой русской артиллерии явился для Фридриха полной неожиданностью. Пруссаки дрогнули и смешались.
Под Фридрихом снарядом убило лошадь. Ружейная пуля ударила в грудь короля, и только готовальня в золотом футляре спасла его от смерти: пуля расплющилась о футляр.
Фридрих в бессильной ярости воткнул шпагу в землю. Он в первый раз за всю свою боевую жизнь видел, что его войска постыдно бегут. Да, не отступают, а бегут.
— Неужели для меня не найдется ядра? — воскликнул Фридрих.
Ему подали нового коня. Он медлил садиться. Налетели австрийские гусары. Королю грозил плен. Встречная атака эскадрона прусских гусар спасла короля от постыдного плена. Австрийцы целиком изрубили гусар, но схватка эта все же дала королю время ускакать с поля битвы. Ему осталось одно: спасаться в потоке перемешанных, бегущих прусских полков, преследуемых конницей противника.
Смеркалось, когда Салтыков со своими генералами направился верхом обозревать поле битвы. Барабаны и горны звали рассыпанные русские полки под знамена. Местами солдаты кидали вверх шапки и кричали генералам «ура». Множество солдат бродило по боевому полю, опознавая убитых, поднимая раненых. Казаки сгоняли пленных в одно место.
Объехав поле битвы, Салтыков вернулся в свой шатер на Шпицбергене. Его поздравляли с блестящей победой.
— Да, да, победа! — отмахивался Салтыков. — Вы скажите лучше, что нам теперь делать?
— Я пошел бы тотчас на Берлин, — пылко воскликнул Суворов, — и войне конец!
— «На Берлин, на Берлин»! — передразнил Суворова Салтыков. — Тебя, молодой человек, не спрашивают. Поеду-ка я лучше в Питер да спрошу самое царицу.
В то время, когда шел этот разговор в ставке Салтыкова, в Берлин уже скакал курьер с письмом от короля.
«Уезжайте из Берлина с семейством, — писал Фридрих своей жене. Архивы следует перевести в Потсдам: возможно, что столица будет занята врагом».
Своему брату в Берлин Фридрих написал:
«Из сорокавосьмитысячной армии я в настоящее время не имею и трех тысяч. Все бегут, а я теряю мужество. Стряслось ужасное несчастье. Я не вижу выхода из положения и, чтобы не солгать, считаю все потерянным. Прощай навеки!»
Ночь прекратила преследование пруссаков русской конницей. Сделав распоряжение, чтобы утром обломки разбитой армии переправились обратно за Одер, Фридрих устроился на ночь в пустой, разоренной халупе с выбитыми окнами. Он заснул не раздеваясь, закрыв лицо шляпой, с обнаженной шпагой под рукой. В ногах его на голой земле устроились на ночлег два королевских адъютанта.
Г Л А В А Д Е В Я Т А Я
СУЗДАЛЬСКИЙ ПОЛК
В следующем, 1760 году в конце кампании, ознаменованной несколькими победами русской армии, Салтыков заболел и сдал командование Фермору. Предложение Суворова о походе на Берлин теперь могло осуществиться: на его стороне были Фермор, Румянцев, Чернышев и Тотлебен. Фермор собрал военный совет в Каролате. Совет решил предпринять поход на Берлин, пользуясь тем, что французы отвлекли Фридриха на западную границу Пруссии. Корпус генерала Чернышева двинулся на Берлин. Впереди шел авангард из русских легких войск под командой Тотлебена, который раньше жил в Берлине и хорошо знал тамошние порядки. В авангарде Тотлебена находился подполковник Суворов.
В полдень 22 сентября (3 октября) Суворов во главе драгунского эскадрона появился на высотах перед Галльскими воротами прусской столицы. На склоне дня пришел и весь отряд Тотлебена.
Трубач с требованием о добровольной сдаче столицы поскакал к городским воротам. Пруссаки ответили отказом. Хотя берлинский гарнизон насчитывал едва тысячу человек, но ему на помощь спешил принц Евгений с пятью тысячами человек померанских войск и восьмитысячный отряд генерала Гильзена. Тотлебен начал бомбардировать Берлин и послал гренадеров штурмовать окопы перед воротами столицы. Бой продолжался до ночи. Принц Евгений подоспел к Берлину и на следующее утро оттеснил гренадеров Тотлебена. К русским войскам подошел корпус Чернышева. Пруссаки усилились отрядом генерала Гильзена. Мог завязаться большой бой.
Берлинские бюргеры уговорили своих генералов, во избежание гибели столицы, прекратить сопротивление и сдать город русским. Королевские войска покинули столицу. Магистрат Берлина принял условия сдачи, продиктованные русскими, ворота города растворились, и глава магистрата коленопреклоненно поднес на блюде ключи Берлина русскому генералу.
Русская конница с развернутыми знаменами появилась на улицах немецкой столицы.
Наложив на Берлин дань в полтора миллиона талеров, уничтожив пороховые мельницы, королевские амуничные фабрики и военные запасы, союзники покинули Берлин.
Салтыкова на посту главнокомандующего сменил Бутурлин, один из последних денщиков Петра I. Назначение Бутурлина приписывали жене Петра Федоровича, великой княгине Екатерине Алексеевне. Оно удивило армию еще больше, чем назначение Салтыкова. Прусские отряды старались затруднить снабжение неприятеля: нападали на русские обозы, делали налеты на места, где находились склады продовольствия и амуниции. Австрийцы и русские отвечали тем же: налетами и набегами.
В эту пору войны Суворов покинул штаб армии, перешел в кавалерию, получил драгунский полк и вскоре сделался в войсках более известен, чем многие генералы. Бутурлин хорошо знал Суворова-отца, благоволил и к сыну. Не раз Бутурлин писал Василию Ивановичу, хваля подполковника Суворова. С небольшими силами конницы и пехоты Суворов совершал отчаянно смелые набеги, не задумываясь нападать внезапно на более сильного противника. «Удивить — победить», — говорил он. Удача неизменно сопутствовала Суворову в его отважных предприятиях.
Василий Иванович в конце войны тоже находился в действующей армии. Сначала он заведовал продовольствием, а затем получил назначение на место Корфа — генерал-губернатором Пруссии в Кенигсберг. Но умерла давно хворавшая Елизавета Петровна, русским царем сделался Петр Федорович, принц Гольштейн-Готторпский. Новый царь преклонялся перед Фридрихом Прусским, видя в нем и великого полководца и образец государя. Петр III не только отказался продолжать войну, но даже заключил с Фридрихом военный союз. Армия русская еще оставалась в пределах Пруссии, и русским генералам и солдатам было трудно усвоить такой крутой поворот.
Старика Суворова вызвали в Петербург. Он получил назначение в Сибирь тобольским губернатором, что равнялось ссылке. Гвардейцы роптали: Петр III круто принялся вводить в гвардии строевые прусские порядки. Против нового царя образовался военный заговор. В нем участвовал и Василий Иванович Суворов, задержавшийся в столице и не уехавший в ссылку. В июле 1762 года произошел переворот. Василию Ивановичу поручили обезоружить голштинцев, личную охрану Петра.
Василий Иванович явился в Ораниенбаум с отрядом гусар, арестовал голштинских генералов и офицеров и отправил их в Петропавловскую крепость, а рядовых перевез в Кронштадт. Лишенный своей единственной защиты, Петр хотел бежать, но был схвачен и убит. Гвардия посадила на престол его жену, Екатерину: она участвовала в заговоре против мужа. Чтобы не раздражать армию, Екатерина отказалась от союза с Фридрихом, но не захотела продолжать войну. Без России союзники не могли бороться с прусским королем. Семилетняя война кончилась.
Екатерина отменила почетную ссылку Василия Ивановича Суворова. Он остался в Петербурге членом Военной коллегии. Александр Суворов находился в это время при армии в Пруссии. После переворота его послали курьером с депешами в Петербург, где его ласково приняла новая царица. Собственноручным приказом Екатерины 26 августа 1762 года Суворов, произведенный в полковники, назначался временно командиром Астраханского полка. А весной следующего года полковник Суворов получил в командование Суздальский пехотный полк, стоявший в Новой Ладоге.
Приближались светлые майские ночи. В Суздальском полку ожидали приезда нового полковника, молва о котором далеко обогнала его самого. Старый военный устав еще не отменили, и Суздальскому полку предстояло первому испытать преимущества нового, еще не введенного устава. Новый полковник уже слыл за человека скорого и твердого в своих решениях, смелого и отважного командира, пылкого и основательного критика старых армейских порядков; штапы Суздальского полка и прочие офицеры, привыкнув жить и служить по старинке, надеялись, что новый полковник тем скорее свернет себе шею, чем горячей примется вводить новизну. Так всегда бывает при крупных общественных переменах — люди, враждебные новизне, говорят: «Это ненадолго». Старый полковник готовился к сдаче команды и был озабочен не тем, чтобы показать своему преемнику в блестящем виде людей и хозяйство своей части, — он возложил приготовление к смотру всецело на ротных командиров, сам же с казначеем поспешно приводил в порядок полковую отчетность, стараясь свести концы с концами: не хватало денег и документов, запасов и вещей.
Солдаты, готовясь к смотру, штопали дыры мундиров, чинили сапоги, чистили до блеска амуницию, чтобы ее сиянием на смотру прикрыть убогое состояние, в каком пребывал полк.
В день, когда ожидался приезд в Новую Ладогу Суворова, погода испортилась. Новый полковник утром в назначенный час не приехал. Суздальцы стояли на полковом плацу, выстроенные для смотра. Шквалистый ветер с моря гнал по небу густые облака. Они опускались все ниже. Среди дня сделалось сумрачно. С озера доносился шум прибоя, как гул далекой канонады. Хлынул секущий холодный дождь.
Суворова ждали с часу на час, с минуты на минуту. Он все не приезжал. Офицеры спрятались от непогоды в полковой избе. Солдаты мокли под дождем и роптали. Они просили позволения зажечь костры, чтобы согреться. Старый полковник не разрешал. Приближался вечер. Решили, что с Суворовым на Шлиссельбургском тракте стряслась какая-либо беда: лопнула ось или сломалось колесо. Полковник приказал бить вечернюю зорю. Барабанщики и горнисты вышли перед фронт. Пробили зорю. Унылая окрестность под вой ветра и шум дождя огласилась пением «Отче наш», и роты разошлись по светлицам, чтобы обсушиться, обогреться и поесть.
Настала ночь. В полку перекликались часовые. Угомон погрузил людей в тяжелую дрему, но не успели люди в светлицах и первый сон увидеть, как на полковом дворе снова грянули барабаны — они били генерал-марш, что означало поход. Обер-офицеры с ружьями и фонарями в руках бегали по светлицам и будили сержантов, сержанты — капралов, капралы поднимали унтер-офицеров, унтер-офицеры — рядовых. Поднялась суматоха. Солдаты поспешно одевались, разбирали из стоек мушкеты и выбегали на волю. На полковом дворе сновали с факелами фурьеры. Ветер срывал и уносил с факелов клочья пламени.
Дождь барабанил по крышам. С озера ясней, чем днем, доносилась канонада шторма.
У распахнутых растворов магазинов извозчики грузили, укрывали и увязывали возы. Фыркали кони.
Раздалась команда, полковой обоз пошел и скрылся в темноте.
Полк строился в походные колонны; унтер-офицеры скликали свои отделения… Скомандовали «направо», и солдаты, повернувшись, увидели перед фронтом группу всадников, освещенных беспокойным и смутным мерцанием багровых факельных огней. Тут были штаб-офицеры полка. Впереди них на рослом коне, в офицерской шляпе и плаще виднелся огромного роста человек. Привстав на стременах, великан скомандовал полку громовым голосом:
— Ступай!
Великан поскакал вперед, офицеры за ним. Факелы погасли. Барабаны ударили фельдмарш. Полк вышел за город, провожаемый лаем всполошенных дворовых псов, и вступил дорогою в лес.
Никто из суздальцев не знал, зачем их подняли ночью так экстренно. Переговариваясь, солдаты гадали: что же такое случилось? Уж не новое ли происшествие в столице, вроде летошнего, когда гвардия поставила на место царя Петра его жену Екатерину? Никто не сомневался, что великан на рослом коне и есть новый полковник. Если он приказал обозу идти вперед, значит, поход дальний — наверное, в Петербург. Кому-то из солдат взбрело на мысль, и он сказал товарищам в ряду, что новой царице недолго царствовать: новый полковник ведет суздальцев ставить в цари вместо нее младенца Павла, сына Петра III. Товарищи посмеялись. Однако догадка понравилась солдатам: они передавали ее по рядам из своего взвода в другой, из роты в роту, из батальона в батальон.
— Зря на такие дела не пускаются! Не шутка — полк в поход поднять…
— Так это как бы, братцы, у нас с гвардией сурьез не вышел: ведь гвардия вся за царицу!
— Пожалуй!
Говор в рядах стих. Не оттого, что солдаты призадумались над неизвестной целью внезапного похода, а потому, что дорога лесная была очень трудна: по мокрой глине разъезжались ноги, под сапогами все время хлюпала вода, сверху, с елей, порывы ветра стряхивали целые ушаты воды. Безмолвие в рядах сменилось ропотом. Солдаты бранили и старого полковника, и нового, и царицу Екатерину, и ее сына Павла, и все начальство сверху донизу. Никакой команды больше не подавалось. Обер-офицеры шли молча впереди взводов с мушкетами на плече, не останавливая ни ругани, ни говора солдат. Подняв воротники плащей и нахлобучив шляпы, ехали на конях ротные командиры.
В разрывы облаков глянули бледные звезды. Дождь перестал. Сделалось светлее. Полк на марше растянулся. Солдаты шли вразброд, с подоткнутыми полами плащей, обрызганные по пояс грязью; с плащей струилась вода. В одном месте на полянке суздальцы встретили на коне, обрызганном по пах грязью, солдата в синем намокшем плаще; голова солдата обвязана платком видно, шляпу у него сбило веткой в лесу или снесло ветром. Солдат был чужой.
— Эй, служба! — крикнули ему из рядов. — Не знаешь, куда нас ведут?
— Знаю! — ответил солдат. — Прибавь шагу… Скоро! Скоро! Скоро!
Солдат, оглядывая угрюмые лица суздальцев, пропустил несколько взводов, хлестнул коня нагайкой и ускакал вперед.
Дорога расширилась. Полк вышел на открытое место, подтянулся. Скомандовали:
— Стой!
Солдаты увидели перед собой большую поляну. Вдали, у края леса, старинный монастырь, окруженный белой каменной стеной. На колокольне били в малый колокол к заутрене. Ворота под колокольней заперты.
Перед полком на бугорке стояли кружком на конях штаб-офицеры, сняв шляпы, и старый полковник, сердитый, в шляпе, нахлобученной на глаза; все они смотрели мокрыми курицами. А среди них — встреченный полком в лесу на рассвете солдат в синем плаще, с обвязанной платком головой. Он что-то говорил, рубя левой рукой, а в правой, опущенной, — нагайка. Офицеры в смущении молчали. Поодаль на рослом жеребце сидел ночной великан. Это был Прохор Дубасов. Тот же, кого суздальцы приняли за солдата, оказался новым их полковником.

Военное оружие и армии Мира.

В течение всей афганской войны одной из главных проблем командования Ограниченного контингента советских войск в Афганистане (OKCBA) была доставка различных грузов в отдаленные гарнизоны.

В Афганистане отсутствуют железные дороги и крупные водные артерии, поэтому основной объем перевозок осуществлялся автомобильным транспортом. А поскольку моджахеды порой контролировали целые провинции, то проводка автомобильных колонн превращалась в настоящую войсковую операцию. Плановые общевойсковые операции по проводке колонн военных и гражданских грузов по маршруту Кундуз-Талукан- Файзабад с целью обеспечения материальными средствами гарнизонов и местного населения в удаленных уездных центрах северо-восточной провинции Бадахшан имели стратегическое значение и проводились приблизительно раз в полгода. Характер данных операций в период присутствия ОКСВА независимо от даты проведения всегда оставался сложным. Наиболее масштабная операция, получившая название «Маневр», была проведена в июне — июле 1986 года.

ЗАМЫСЕЛ ОПЕРАЦИИ И СИЛЫ СТОРОН

Ввиду отсутствия достаточного количества автотранспорта, решено было все необходимое доставить в Файзабад тремя рейсами имевшихся машин. Положение осложнялось тем, что в этом районе действовали многочисленные, достаточно сильные отряды непримиримой оппозиции, подчиненные главным образом Исламской партии Афганистана. Поэтому операция из чисто конвойной становилась боевой. Ее предполагалось провести в три этапа. Первый и третий этапы предусматривали проводку и сопровождение колонн материальных ресурсов: продовольствия и стройматериалов; специальной, военной, гражданской техники по реверсному маршруту Кундуз — Талукан — Файзабад, а также блокирование прилегающих к трассе Кундуз — Файзабад населенных пунктов. На втором этапе следовало осуществить высадку тактического воздушного десанта в горных массивах Мугулан, Чольбахир, Тали-Гобанг на горном участке уезда Ишкамыш провинции Тахар, овладеть укрепрайоном, ликвидировать перевалочную базу вооруженной афганской оппозиции, захватить склады вооружения и боеприпасов. Для осуществления операции привлекались основные силы 201 -й мотострелковой дивизии (МСД), два полка 108-й МСД, 45-й отдельный инженерно-саперный полк, 66-я отдельная мотострелковая бригада, 56-я отдельная десантно-штурмовая бригада. Авиационную поддержку обеспечивали три вертолетных полка и две отдельные эскадрильи. Афганская армия выделила 18,20 и 55-ю пехотные дивизии. Противостоящие группировки Ахмад Шаха Масуда насчитывали примерно 9 тыс. боевиков.

ХОД ОПЕРАЦИИ

На первом этапе операции (9-15 июня) была создана необходимая группировка войск, собраны и подготовлены советские и афганские транспортные колонны. В этот же период проведены боевые действия по очистке зеленой зоны между Кундузом и Ханабадом от диверсионных групп и мелких отрядов противника, которые могли помешать движению колонн. На втором этапе (16-22 июня) для исключения выхода противника к дороге из районов Ишкамыш и Хост-О-Ференг в эти районы выдвинуты (высажены) советские и афганские подразделения, которые атаковали противника и разгромили вскрытые разведкой базы и склады. Эти действия имели и дезинформирующее значение — руководство оппозиции приняло их за основное содержание деятельности советского и афганского командования и ослабило внимание к сбору транспорта, приняв его за отвлекающий маневр.

С 24 июня начался третий, главный этап — собственно проводка транспортных колонн. Советские и афганские боевые подразделения блокировали всю дорогу и выставили временные сторожевые заставы. Под их охраной начался завоз материальных средств, который продолжался до 10 июля. Все это время боевые подразделения охраняли дорогу, не допуская к ней диверсионные группы противника.

В ходе десантного (горного) этапа войсковой операции «Маневр» осуществлялись действия по ликвидации отрядов моджахедов Бурхануддина Раббани, инфраструктуры их партизанской деятельности: укрепрайонов, опорных пунктов и перевалочных баз. Ранним утром 16 июня в 06:00 авангарды батальонов 201 -й МСД начали высадку тактического воздушного десанта на отроги господствующих высот в исходном районе. Первым был высажен десант 783-го отдельного разведбата.

За ним следовали 149-й МСП и 395-й МСП. Следующим утром 17 июня высадилась 56-я ОДШБр. В горном массиве Мугулан, Чольбахир, Тали-Гобанг, ущельях Джарав и Явур (провинция Тахар) развернулись боевые действия по ликвидации формирований вооруженной оппозиции, захвату базового района и перевалочного пункта (складов вооружения и боеприпасов) полевого командира Кази Кабира (Мохаммад Кабир Марзбон).

Итогом проведения 1-го и 3-го этапов операции «Маневр» стала доставка военных и гражданских грузов в пункт назначения — место постоянной дислокации 860-го отдельного мотострелкового полка г. Файзабад провинции Бадахшан. В ходе 2-го этапа была разгромлена группировка Кази Кабира.

Ха-ха Вау Доволен Печально Злюсь

Презентация на тему » Взятие Рейхстага» презентация к уроку по окружающему миру (подготовительная группа) на тему

Слайд 1

Департамент образования г. Москвы Восточного округа ГБОУ СОШ № 364 Взятие Рейхстага Москва, 2015 Подготовили: воспитатель группы №6 Кочаровская Е.В.,

Слайд 2

Фашисты хотели разрушить всю нашу стану. Но Красная Армия выгнала неприятеля с нашей территории и очистила от немцев Украину, Белоруссию, Крым, Кавказ. Освобождение Симферополя.

Слайд 3

Война длилась долгих четыре года и в ней пострадали не только люди нашей страны. Фашисты захватили чужие земли, и многие народы мечтали об освобождении. И оно наступило! Наши смелые воины прогнали ненавистных врагов со всей земли и стали гнать фашистов и дальше. Так и пролегла нашей армии дорога на Берлин!

Слайд 4

Взятием Берлина победоносно завершилась Великая Отечественная Война. Эта операция продолжалась целых 23 дня. Город брали с боем, враги сопротивлялись, хотя уже было понятно, что победа близка.

Слайд 5

Гитлер и его генералы скрывались в главном здании Берлина – Рейхстаг. Красная Армия обрушила на город 500 тысяч снарядов и мин. Пехоту с воздуха поддерживали бомбардировщики.

Слайд 6

30 апреля 1945 года начался штурм Рейхстага.

Слайд 7

В здании Рейхстага жестокая битва шла за каждый метр .

Слайд 8

Вечером 30 апреля над рейхстагом взвился красный флаг, как знак окончательной победы Красной Армии

Слайд 9

Флаг водрузили два бойца М.А.Егоров и М. В. Кантария .

Слайд 10

Тысяча воинов расписались на колоннах и стенах здания, отмечая боевой путь пройденный до Берлина.

Слайд 11

2 мая 1945 года наши войска полностью овладели городом. Враг был разбит!

Слайд 12

Начиналась мирная жизнь!

Слайд 14

В день взятия Берлина состоялся салют на Красной площади в Москве.

Слайд 15

9 мая 1945 года мы празднуем День Победы над фашисткой Германией. Парад на Красной площади в Москве!

Слайд 16

«Во́ин-освободи́тель» является символом победы советского народа в Великой Отечественной войне, и освобождения народов Европы от фашизма

Взятие Берлина

Битва за Берлин началась 16 апреля, и закончилась 8 мая 1945 года. По приказу Вермахта Берлин стал настоящим городом – крепостью. Каждая улица города была готова к длительным и кровопролитным боям. Немцы снимали войска с западного фронта и направляли их против Советских войск подходящих к Берлину.

Союзники СССР хотели взять Берлин первыми, для них это была принципиальная задача. Укрепления Берлинского района составляли 900 квадратных километров, укрепления соединяли сети подземных ходов. Разведка доставила командованию план укреплений города. В соответствии с этим планом, была разработана операция по взятию Берлина.

Советские генералы придумали новацию, ночную атаку на город с применением прожекторов. Немцы бросили на оборону Берлина все свои силы. В боях за город, принимали участие даже немецкие ополченцы. Для защиты было создано три рубежа обороны. На улицах устраивали баррикады, делали завалы, окна домов служили бойницами. Немцы хотели взять измором наши войска, и заставить их остановиться.

Для штурма Берлина было привезено 7милионнов снарядов, мин и бомб. За два дня до полномасштабного наступления, наши войска пошли в разведку боем. Немцы подумали, что началось наступление и двинули вперед резервы. Когда разведка зарылась, немцы решили, что русский штурм захлебнулся.

В 5 часов утра началась артиллерийская подготовка. На оборону немцев обрушилось огромное количество снарядов, стоял сильный гул, вокруг все тряслось, было, впечатление, что в городе началось землетрясение. После обстрела, немцев стали слепить прожекторами.

К утру была взята первая линия немецкой обороны. К 3-м часам дня была прорвана вторая линия обороны. Наступление нашей армии чуть поостыло, ибо наступавшие встретили сильное сопротивление Зееловских высот, которые были своеобразным замком к Берлину. Наши войска стали обходить Берлин с юга и севера. Зееловские высоты были взяты и танки ринулись в образовавшийся оперативный простор.

На пятый день наступления на Берлин, артиллерия вела огонь уже по самому городу. Через 10 дней ожесточенных боев город был полностью окружен. Активно действовали штурмовые группы разрывавшие оборону города. 11 тысяч орудий обеспечивали пехотинцам поддержку в боях. Вскоре Берлин был взят Советскими войсками.