Александра дивеевская мельгунова

Преподобная Александра Дивеевская (Мельгунова)

Служба преподобной Александре Дивеевской

Текст службы утвержден
решением Священного Синода
от 9 июля 2019 года (журнал № 82)

Месяца иуния в 13-й день

Преподобныя Александры Дивеевския

На малей вечерни

На Господи, воззвах: стихиры, глас 2:

Кая духовная пения/ принесем ти, преподобная Александро?/ Явлением бо тебе Царицы Небесныя/ Дивеево дивно освятися/ и четвертый жребий Ея наречеся./ Сего ради молим тя/ подати нам мир и велию милость.

Киими похвальными венцы/ венчаим тя, преподобная Александро?/ Ты бо, в многотруднем житии/ волю Божию усмотревши,/ в благодарении Господу николиже оскудевала еси./ Темже моли Христа Бога/ подати нам мир и велию милость.

Киими благоговейными усты/ восхвалим преславную матерь нашу Александру?/ Милостивую покровительницу и скорую помощницу,/ любовию своею нас согревающую,/ кротостию и смирением вся удивляющую/ и просящую нам у Христа Бога/ мир и велию милость.

Киими священными похвалами/ прославим Александру богомудрую?/ Обители Дивеевския украшение,/ монашествующих истинную наставницу/ и молитвенницу теплую о душах наших,/ просящую нам у Христа Бога/ мир и велию милость.

Слава, глас 4:

Днесь благодарственная воспоим/ дивному во святых Христу Богу нашему,/ даровавшему нам матерь преподобную,/ мудрую и чадолюбивую наставницу,/ церковных уставов твердую хранительницу,/ непорочное житие совершившую,/ ныне же в лице жен святых сияющую.

И ныне, Богородичен, глас тойже: Иже Тебе ради:

На стиховне стихиры, глас 1:

Велия твоя подвиги и труды,/ преподобная Александро блаженная,/ како прославим, недостойнии?/ Ты бо, обитель Дивеевскую основавши,/ иноческое житие в ней устроила еси.

Стих: Дивен Бог во святых Своих,/ Бог Израилев.

Великий ангельский образ восприемши/ и послушание Царицы Небесныя исполнивши,/ душу в руце Божии вверила еси./ И ныне с лики жен преподобных/ чисте зриши Святую Троицу.

Стих: Честна пред Господем/ смерть преподобных Его.

Велию благодать и дар исцелений,/ еще живей ти сущи, стяжавши,/ Александро преподобная,/ ныне наша прошения исполняеши/ к раце святых мощей твоих/ с любовию притекающих.

Слава, глас 8:

О, преславнаго чудесе!/ Днесь радуется обитель Дивеевская,/ исполнению проречения преподобнаго Серафима дивящися:/ се бо мощи преподобныя Александры,/ яко многоценное сокровище,/ в храме Рождества Богородицы почивают/ и, яко крин присноцветущий,/ благоуханием чудес всех притекающих исполняют.

И ныне, Богородичен, глас тойже: Безневестная Дево:

Тропарь зри на велицей вечерни. Слава и ныне, Богородичен: Радуйся, двере Господня:

На велицей вечерни

На Господи, воззвах: стихиры, глас 6:

Приидите, вернии людие,/ во святую обитель Дивеевскую,/ яже четвертый жребий Божия Матере нарицается,/ ублажим верную рабу Пресвятыя Богородицы/ Александру богомудрую,/ первоначальницу святаго места сего,/ и, припадающе к ея честным и многоцелебным мощем,/ усердно помолимся:/ помяни нас, преподобная мати наша,/ во Царствии Небеснем.

Приидите, вернии людие,/ во святую обитель Дивеевскую/ прославим чудную собеседницу ангелов/ и нуждающимся помощницу скорую,/ всечестную матерь Александру,/ первоначальницу святаго места сего:/ та бо, Христа всем сердцем возлюбивши,/ многотрудное житие избра,/ ныне во славе невечерней Ему предстоит/ и молится о спасении душ наших.

О, преподобная мати наша Александро,/ Божественною просветившися благодатию/ и мятеж мира отвергши,/ евангельски Христу последовала еси/ и молитвами Пречистей Богородице неустанно послужила еси./ Темже, и обители Ея первоначальница сущи,/ богомудрая наставница явилася еси./ Помяни нас во Царствии Небеснем.

Александро всеблаженная,/ ангельский образ восприемши,/ на земли добродетельне пожила еси/ и, храмы многия воздвигши,/ сирыя, нищия и в бедах сущия николиже оставляла еси,/ ныне же, на Небесех водворившися,/ чисте зриши Святую Троицу./ Испроси нам, преподобная мати, велию милость,/ да и мы всегда с Господем будем.

Многия подвиги, труды и болезни,/ блаженная Александро, явила еси,/ егда в тесней келии пред распятием Христовым,/ на камень главу полагающи,/ со слезами нощию усердно молилася еси./ Помози и нам в покаянии истиннем житие скончати/ и Царствия Небеснаго сподобитися.

Глас 7:

Надеющиися на Господа разумеют истину/ и вернии в любви пребудут Ему./ Тако и ты, богомудрая Александро,/ светом Евангелия тьму неразумия просветивши,/ истины веры Православныя людем уясняла еси/ и живоносныя воды любве верным источила еси./ Укрепи и нас во благочестии и чистоте пребывати/ и моли Христа Бога/ да спасет души наша.

Глас 8:

Ублажаем тя, Александро досточудная,/ ты бо, о ближних попечение творящи,/ алчущих милостивая питательница,/ невест неимущих благоукрасительница/ и скорбных теплая утешительница явилася еси./ Темже, припадающе к раце мощей твоих,/ со умилением просим тя:/ приими молитвы наша/ и предвари на помощь/ верою память твою почитающим.

Слава, глас 6:

О, Александро блаженная,/ преподобный Серафим свидетельствова о тебе,/ яко ты еси велия раба Божия,/ смирения высото и любве сокровище,/ и о всех теплая молитвенница./ Ныне зрим тя, яко щит крепок обители нашея/ противу стрел вражиих,/ заступлением бо твоим искушения побеждаются/ и души наша очищаются.

И ныне, Богородичен, глас 6: Кто Тебе не ублажит:

Вход. Прокимен дне. И чтения преподобническая.

На литии стихира собору Дивеевских святых, глас 1:

Блаженна еси, чудная обитель Дивеевская,/ славни вси пределы твои,/ стопы Пресвятыя Богородицы освященнии/ и подвиги святых прославленнии,/ ихже всехвальную память совершающе,/ славословим Христа Бога нашего, дивнаго во святых Своих,/ Емуже молимся спастися душам нашим.

Слава, и ныне, глас 4:

Воспоим неусыпающую в молитвах Богородицу/ и, притекающе к Ней с верою сердечною,/ потщимся стяжати милосердие и кротость,/ да обрящем Ея заступлением/ у Христа Бога велию милость.

На стиховне стихиры, глас 2.

Подобен: Егда от Древа:

Егда Божественный глас/ достиже тя, преподобная мати Александро,/ тогда, богатство и славу,/ и род твой оставивши,/ во обитель Флоровскую вселилася еси,/ идеже, житие жестоко поживши,/ в молитвах и трудех Господеви угодила еси./ Темже молися Христу Богу/ спасти и просветити души наша.

Стих: Дивен Бог во святых Своих,/ Бог Израилев.

Егда благодать Божественная/ исполни сердце твое, преподобная мати,/ тогда явися ти Пресвятая Дева,/ Царица Небесе и земли,/ повелевающи град Киев оставити/ и обитель новую/ во инем месте устроити,/ да славится в ней имя Христа Бога,/ Егоже моли спасти и просветити души наша.

Стих: Честна пред Господем/ смерть преподобных Его.

Егда Матерь Божия явися ти, преподобная Александро,/ на пути в пустынь Саровскую/ и повеле устроити в Дивееве обитель чудную,/ тогда, преславныя глаголы Ея/ в сердце своем слагающи/ и повеление исполняющи,/ многими труды и подвиги/ обители доброе начало положила еси./ Темже молися тепле ко Господу/ спасти и просветити души наша.

Слава, глас 4:

В честнем прославлении твоем,/ преподобная мати Александро,/ верныя благодатно озаряеши/ и недуги безмездно врачуеши./ Темже, с любовию припадающе к раце мощей твоих,/ умильно глаголем:/ настави ны ходити путем подвигов твоих/ и помози нам благоугождати Христу Богу,/ да причастницы Небеснаго Царствия сподобимся быти.

И ныне, Богородичен, глас тойже: Призри на моления Твоих раб, Всенепорочная:

Тропарь, глас 5:

Преподобная мати Александро,/ благословение Царицы Небесныя исполнивши,/ обитель Дивеевскую основала еси,/ в нейже, многотрудное житие совершивши,/ образ Христова смирения явила еси./ Темже помяни нас во Царствии Небеснем.

На утрени

По 1-м стихословии седален, глас 4:

Всем сердцем твоим, всею душею и мыслию Бога возлюбивши,/ дар благодатных слез, мати Александро, стяжала еси/ и пред Крестом Христовым усердно молилася еси,/ непрестанно в созерцании Господа пребывающи./ Темже, искусная делательница молитвы умныя сущи,/ научи и нас присно глаголати:/ Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас, грешных.

Слава, и ныне, Богородичен:

Удивишася, Чистая, лицы ангельстии,/ како, Богородица сущи,/ во юдоль скорбей человеческих нисходиши,/ и всякий вопль молитвенный слышиши,/ и утешение милостивно подаеши,/ больных исцеляеши и немощных заступаеши,/ Дево Мати Господня,/ Сокровище неисчерпаемое благодати Божественныя.

По 2-м стихословии седален, глас 8:

Страстотерпец царь Николай благоговейно почиташе память твою,/ мати Александро./ Сего ради вопием ти, мати преподобная:/ моли с Царственными страстотерпцы Христа Бога, о еже спастися нам.

Слава, и ныне, Богородичен:

О Тебе радуется и Тя прославляет всякая тварь, Дево Пречистая,/ яко Невместимаго вместила еси,/ Егоже присно моли о спасении нашем.

Величание:

Ублажаем тя,/ преподобная мати наша Александро,/ и чтим святую память твою,/ ты бо молиши о нас/ Христа Бога нашего.

По полиелеи седален, глас 1:

Егда приближися время преставления твоего, Александро преподобная,/ тогда духом отшествие твое ко Господу уразумела еси/ и, молитву сугубую со слезами о обители твоей и сестрах ея вознесши,/ попечение о них на преподобнаго Серафима возложила еси.

Слава, и ныне, Богородичен:

Притецем вси, вернии,/ к Небесней Царице и Матери всех,/ прославляюще Ея снисхождение к роду человеческому,/ и источим слезы умиления,/ любовию зовуще:/ радуйся, Обрадованная,/ верных Твоих рабов не оставляющая.

Прокимен, глас 4: Дивен Бог во святых Своих,/ Бог Израилев. Стих: В церквах благословите Бога, Господа от источник Израилевых. Всякое дыхание: Евангелие от Матфеа, зачало 104.

По 50-м псалме стихира, глас 6:

Пред отшестием от жития сего временнаго/ в схиму великую, преподобная Александро, облеклася еси/ и, Святых Таин Христовых приобщившися,/ Казанскую икону Пресвятыя Богородицы на перси возложила еси,/ молитву же непрестанную во устех имущи,/ душу святую в руце Христа Бога предала еси./ Тому молися не лишенным и нам быти/ кончины благия и наследия Небеснаго.

Канон, глас 8.

Песнь 1

Ирмос: Поим Господеви,/ проведшему люди Своя сквозе Чермное море,/ яко Един славно прославися.

Преподобную угодницу и матерь нашу Александру,/ первоначальницу обители Дивеевския,/ Божия Матере рабу избранную,/ ныне за ны на Небесех молящуюся,/ Господи, сподоби воспети разумно.

Обители Дивеевския первоначальница явилася еси, Александро славная,/ и, достойно послушание Пресвятыя Богородицы исполнивши,/ Небесное Царствие унаследовала еси./ Помози и нам добродетель послушания стяжати.

Воздержанием дивным и покаянием слезным душу твою очистивши/ и ангельскому житию поревновавши,/ храм Святаго Духа явилася еси, преподобная Александро.

Богородичен: Пречистая Богородице Дево,/ паче естества неизреченно рождшая Присносущное и Пребожественное Слово,/ достойно в песнех величаем Тя.

Песнь 3

Ирмос: Утверждей словом Небеса/ и землю основавый на водах многих,/ утверди мя к пению славословия Твоего, Господи.

Мирская и тленная возненавидевши,/ плоть свою изнурила еси, мати Александро,/ темже и, молитву к Богу присно возносящи,/ Того Единаго возлюбила еси.

Просвещение Духа в сердце твоем приемши, преподобная мати,/ лучами добродетелей страстей мглу яве отгнала еси./ Помози и нам от омрачения страстей избавитися.

Твоя молитвы и труды,/ яко кадило благовонное, Владыце и Богоматери принесла еси, преподобная,/ таже и многи храмы Божия твоим рачением и подвиги воздвигла еси./ Ныне же вознеси моление о благостоянии Церкве Русския.

Богородичен: Утверждение, покров и прибежище/ буди с верою к Тебе прибегающим, Дево Богородительнице,/ и Божию Матерь Тя исповедающим.

Седален, глас 3.

Подобен: Красоте девства:

Богатство тленное и славу мимотекущую в младых летех оставивши,/ Небесное богатство и славу вечную восприяла еси, преподобная Александро./ Темже блажим святое твое преставление и умильно вопием:/ помяни нас у Престола Божия, мати честная.

Слава, и ныне, Богородичен:

Яже радости приемшая исполнение,/ приими от нас, рабов Твоих, целование Архангелово:/ радуйся, Радость миру рождшая,/ радуйся, Манно Небесная, Хлебом жизни нас напитавшая,/ радуйся, Царице, в женах Благословенная.

Песнь 4

Ирмос: Тайно пророк предзря от Девы Тя, Слове, Воплощаема,/ песенно вопияше:/ слава силе Твоей, Господи.

Огнем любве Божия терние страстей попаливши,/ глаголы дивныя Пресвятыя Богородицы о четвертом Ея жребии во вселенней услышати сподобилася еси./ Темже и обитель Дивеевскую воздвигла еси.

Насаждена в дому Божия Матере бывши,/ яко цветы красныя, многия добродетели израстила еси/ и, во основание обители камень веры положивши,/ многим инокинем путь во обители Небесныя указала еси.

Жезлом добродетельныя твоея жизни/ многия души в Царствие Небесное управила еси, мати Александро,/ помози и нам добродетели евангельския стяжати/ и жизни блаженныя вкупе со всеми святыми достигнути.

Богородичен: Ты еси, Благая, верным утверждение,/ от лютых избавление и просвещение душ наших,/ и обители Дивеевской стена и ограждение.

Песнь 5

Ирмос: Утренююще, вопием Ти:/ Господи, спаси ны,/ Ты бо еси Бог наш,/ разве Тебе, иного не вемы.

Тесный путь паче пространнаго предпочла еси/ и, радующися, многия труды и болезни претерпела еси, преподобная Александро./ Укрепи и ны во обстояниих житейских молитвами твоими.

В пениих и пощениих, молитвах же и бдениих поживши, преподобная,/ Христу уневестилася еси/ и образ иноческаго жития/ сестрам обители Дивеевския явила еси.

Житие твое праведно и преподобно бысть, Александро блаженная,/ темже, сугубаго подвига взыскующи,/ великую схиму пред кончиною прияти сподобилася еси.

Богородичен: От всякаго прилога противна и скорби,/ и от враг лютых рабы Твоя свободи, Всенепорочная,/ Тя бо державное Предстательство стяжахом.

Песнь 6

Ирмос: Ризу мне подаждь светлу,/ одеяйся светом, яко ризою,/ Многомилостиве Христе Боже наш.

Славу рода твоего презревши/ и заповеди евангельския ревностне исполнивши, преподобная,/ Христа ради обнищала еси/ и многими добродетельми обогатилася еси.

Великаго подвижника Саровскаго/ в юнем иеродиаконе Серафиме предузрела еси, Александро мудрая,/ и попечение о обители Дивеевской на него возложила еси./ Помозите и нам, святии угодницы, наследники Царствия Небеснаго быти.

По вся дни и нощи Богу благоугождающи,/ в час кончины твоея Святыя Тайны Христовы восприяла еси./ Вознеси, преподобная мати, теплыя молитвы и о нас ко Господу,/ да христианскую кончину улучити сподобимся.

Богородичен: Палата Царя Славы и Престол огнезрачный была еси, Дево,/ Херувим превышши и Серафим славнейши,/ темже всякое дыхание славит Тя,/ яко Матерь Христа, Бога нашего.

Кондак, глас 3:

Воспоим днесь, вернии,/ преподобную матерь нашу Александру,/ дивнаго удела Пресвятыя Богородицы первоначальницу,/ да ея молитвами и предстательством Пречистыя Девы/ Господь подаст нам грехов прощение и велию милость.

Икос:

Кто доволен достойно воспети труды и болезни,/ подвиги и пощения твоя, преподобная мати Александро?/ Обаче благоприятными твоими к Богу молитвами/ подаждь нам ныне благодать Святаго Духа,/ да прославим терпение и смирение твоя/ и любовь нелицемерную воспоим,/ имиже врага всезлобнаго посрамила еси./ Темже молися ко Господу/ даровати нам грехов прощение и велию милость.

Песнь 7

Ирмос: В начале землю основавый/ и Небеса Словом утвердивый,/ благословен еси во веки, Господи Боже отец наших.

Путем шествующи, вводящим в Божественный покой,/ уклонилася еси сетей демонских, блаженная./ Темже, Божественною благодатию покрываема, вопияла еси:/ благословен еси, Боже отец наших.

Повеление Царицы Небесныя исполняющи/ и чудную обитель Ея созидающи,/ выну в молитве пребывала еси, вопиющи:/ благословен еси, Боже отец наших.

Камень под главу твою полагающи и слез токи проливающи,/ жестокое житие провождала еси, преподобная,/ и в радости духовней воспевала еси:/ благословен еси, Господи Боже отец наших.

Богородичен: Вся светоносна еси, Дево, Свет незаходимый приемши,/ и просвещаеши, Чистая, верою Тебе вопиющих:/ благословен, Пречистая, Плод чрева Твоего.

Песнь 8

Ирмос: Безначальнаго Царя славы,/ Егоже трепещут Небесныя силы,/ пойте, священницы,/ людие, превозносите во вся веки.

Мученице царице Александре поревновала еси, богомудрая,/ и жизнь твою в руце Божии предала еси,/ точию Единаго Христа ведущи и Сего распята,/ поющи Его во вся веки.

Дар молитвы чистыя, смирение и любовь совершенную имела еси, богоблаженная./ Молися и нам в добродетели сия облещися/ и Господа воспевати во вся веки.

Заповедем Христовым поревновавши,/ нищия, сирыя и младенцы николиже в беде оставляла еси, досточудная,/ темже вселилася еси во обители Небесныя,/ идеже с лики жен честных Господа прославляеши во вся веки.

Богородичен: Все упование мое на Тя возложих, Владычице,/ не имам бо иныя помощи разве Тебе./ Темже подаждь ми богатую Твою милость.

Песнь 9

Ирмос: Невидимаго зраком Божественным приемшая,/ Неискусобрачная Дево и Мати,/ песньми Рождество Твое величаем.

Яко велию в женах и избранницу Матере Божия,/ откры тя Бог преподобному Серафиму,/ иже и яви сугубое попечение о обители Дивеевской./ Темже купно с ним молися о чадех твоих, блаженная.

Пред кончиною твоею, мати преподобная,/ образ Казанския иконы Пресвятыя Богородицы на перси твоя возложила еси/ и тако с миром душу твою Богу предала еси.

Моли милостиваго Бога, преподобная мати наша Александро,/ яко дерзновение к Нему имущая,/ да и мы с тобою сподобимся славити Его во Царствии Небеснем.

Богородичен: Спаси, Пречистая Владычице, к Тебе прибегающия от беды и напастей,/ от греха и бури страстей плотских,/ от волнений и обстояний житейских,/ и будущаго осуждения.

Светилен:

Егда убо честныя мощи твоя, преподобная мати Александро, обретошася,/ тогда благоухание из гроба твоего изыде и благодать велия явися,/ недуги исцеляющи и духи лукавыя отгоняющи.

Слава, и ныне, Богородичен:

Славо вселенныя, Преславная Дево,/ Бога Преславнаго славно рождшая,/ славы сподоби Божественныя,/ яко Богородицу присно Тя славящия.

На хвалитех стихиры, глас 5.

Подобен: Радуйся, Живоносный Кресте:

Радуйся, мати Александро,/ звездо пресветлая от Дивеева возсиявшая/ и Российскую страну благодатно озарившая!/ Радуйся, славная подвижнице,/ древним богоносным отцем уподобившаяся,/ душу твою дом Духа Святаго соделавшая,/ храмы Божия и обитель инокинем воздвигшая!/ Молися мир мирови даровати/ и душам нашим велию милость.

Радуйся, предстательнице наша,/ преподобная мати Александро!/ Ускори на помощь нам, немощным и сирым,/ и вознеси святыя молитвы твоя ко Господу,/ данною же ти от Него благодатию/ недуги наша душевныя и телесныя исцели,/ мирови мир даровати испроси/ и душам нашим велию милость.

Радуйся, преподобная мати Александро!/ Первоначальнице обители Дивеевския,/ сосуде благодати Божия/ и избраннице Царицы Небесныя./ Радуйся, болящих исцеление,/ малодушных укрепление,/ заблуждших путеводительнице,/ монашествующих богомудрая наставнице!/ Помяни и нас в молитвах твоих ко Господу,/ просящи душам нашим велию милость.

Радуйся, богомудрая мати Александро,/ велия в женах и преподобных красото!/ Восхваляем смирение твое/ и любовь ко всем нелицемерную,/ имиже благодать Святаго Духа стяжала еси./ Темже честную память твою совершающим/ подаждь дары целебныя/ и моли Христа Бога/ мир мирови даровати/ и душам нашим велию милость.

Слава, глас 3:

Преподобная мати Александро,/ кто исповесть подвиги многотруднаго жития твоего/ и милости Божия, чрез тя явленныя, кто исчислит?/ Мы же, избранницу тя Пречистыя Богородицы ведуще/ и на дерзновение твое пред Богом уповающе,/ во умилении сердечнем зовем ти:/ о, преподобная мати наша!/ Помолися за ны/ и помяни нас во Царствии Небеснем.

И ныне, Богородичен, глас тойже:

Без семене зачала еси от Духа Святаго/ и родила еси Сына Божия,/ сего ради, славословяще, воспеваем Ти:/ радуйся, Пресвятая Дево.

Славословие великое и отпуст.

На Литургии

Блаженны от канона песни 3-я и 6-я. Прокимен, глас 4: Дивен Бог во святых Своих,/ Бог Израилев. Стих: В церквах благословите Бога, Господа от источник Израилевых. Апостол к Галатом, зачало 208. Аллилуиа, глас 1: Терпя потерпех Господа, и внят ми, и услыша молитву мою. Евангелие Матфеа, зачало 104. Причастен: В память вечную будет праведник, от слуха зла не убоится.

Молитва

О, святая угоднице Божия, преподобная мати Александро! Приими недостойныя молитвы наша, с верою и любовию к тебе возносимыя, и помози нам христианския добродетели стяжати, веру крепкую и любовь к Богу и ближним имети, крест скорбей и болезней с терпением носити. О, блаженная мати наша! Многими труды и подвиги благодать у Бога обретши, помяни нас во Царствии Небеснем, помолися за нас, да твоими молитвами спасаеми в нынешнем веце, и в будущем удостоимся хвалити и воспевати всесвятое Имя Отца и Сына и Святаго Духа во веки веков. Аминь.

Преподобная Александра (Мельгунова) Дивеевская

13 / 26 Июня 14 / 27 Июня Приблизительно около 1760 года прибыла в Киев со своей трехлетней дочерью вдова Агафия Семеновна Мельгунова, богатая помещица Ярославской, Владимирской и Рязанской (Переяславской) губерний. Она владела семьюстами душ крестьян, имела капитал и громадные поместья. Известны имена ее благочестивых родителей — Симеон и Параскева. Сведения о ее жизни были переданы дивеевским священником Василием Дертевым, у которого Мельгунова жила, а также сестрами ее общины и протоиереем Василием Садовским. Но и эти свидетельства весьма отрывочны, так как матушка Александра по смирению своему очень мало о себе рассказывала.

Монашество она приняла во Флоровском монастыре под именем Александры. Подвижническая жизнь ее во Флоровском монастыре продолжалась не очень долго. «Достоверно одно, — свидетельствуют священники Дертев и Садовский, а также Н. А. Мотовилов, — что мать Александра однажды после долгого полунощного молитвенного бдения, будучи то ли в легкой дремоте, то ли в ясном видении, Бог весть, сподобилась видеть Пресвятую Богородицу и слышать от Нее следующее: „Это Я, Госпожа и Владычица твоя, Которой ты всегда молишься. Я пришла возвестить тебе волю Мою: не здесь хочу Я, чтобы ты окончила жизнь твою, но как Я раба Моего Антония вывела из Афонского жребия Моего, святой горы Моей, чтобы он здесь, в Киеве, основал новый жребий Мой — Лавру Киево-Печерскую, так тебе ныне глаголю: изыди отсюда и иди в землю, которую Я покажу тебе. Иди на север России и обходи все великорусския места святых обителей Моих, и будет место, где Я укажу тебе окончить богоугодную жизнь твою, и прославлю Имя Мое там, ибо в месте жительства твоего Я осную такую обитель великую Мою, на которую низведу Я все благословения Божий и Мои, со всех трех жребиев Моих на земле: Иверии, Афона и Киева. Иди же, раба Моя, в путь твой, и благодать Божия, и сила Моя, и благодать Моя, и милость Моя, и щедроты Мои, и дарования святых всех жребиев Моих выну да будут с тобою!“ И преста видение».

Мать Александра хотя и восхитилась духом, но не сразу решилась предаться вере во все слышанное и виденною ею. Слагая все в своем сердце, она сперва сообщила о видении своему духовному отцу, затем другим великим и богодуховенным отцам Киево-Печерской Лавры и старицам, одновременно подвизавшимся с нею в Киеве. Мать Александра просила их разобрать, рассудить и решить, что за видения удостоилась она, и не есть ли это мечта, игра воображения и прелесть. Но святые старцы и старицы после молитв и долгих размышления единогласно решили, что видение Царицы Небесной было истинное и что мать Александра — ввиду того, что удостоилась быть избранницею, первоначальницею и первоосновательницею Четвертого жребия Божией Матери во вселенной, — блаженна и преблаженна.

Сведения о том, где и сколько времени странствовала мать Александра, утратились с годами и нигде в записках и рассказах не значатся. По показаниям старожилов, она в 1760 году шла из Мурома в Саровскую пустынь. Не доходя двенадцать верст, мать Александра остановилась на отдых в селе Дивеево. Она выбрала себе для отдыха лужайку у западной стены небольшой деревянной церкви, где и уселась на стопе лежавших бревен. Усталая, уснула сидя, и в легкой дремоте снова удостоилась увидеть Божию Матерь, Которая сказала: «Вот то самое место, которое Я повелела тебе искать на севере России, когда еще в первый раз являлась Я тебе в Киеве; и вот здесь предел, который божественным промыслом положен тебе: живи и угождай здесь Господу Богу до конца дней твоих, и Я всегда буду с тобою и всегда буду посещать место это, и в пределе твоего жительства Я осную здесь такую обитель Мою, равной которой не было, нет и не будет никогда во всем свете: это Четвертый жребий Мой во вселенной. И как звезды небесныя, и как песок морской, умножу Я тут служащих Господу Богу, и Меня, Приснодеву Матерь Света, и Сына Моего Иисуса Христа величающих: и благодать Всесвятаго Духа Божия и обилие всех благ земных и небесных с малыми трудами человеческими не оскудеют от этого места Моего возлюбленнаго!»

Мать Александра дошла до Саровской пустыни в великой радости. И так как этот монастырь процветал тогда святостью жизни многих великих и дивных подвижников, то они могли ей помочь советами и наставлениями. Познакомившись с ними, Агафия Семеновна открыла им душу и попросила от них совета и вразумления, как поступить ей в столь удивительных обстоятельствах. Саровские старцы подтвердили ей слова и пояснения киево-печерских иноков и также посоветовали всецело предаться воле Божией и исполнять все ей указанное Царицей Небесной. Вскоре заболела и скончалась ее девяти- или десятилетняя дочь. Мать Александра увидела в смерти своей единственной дочери еще указание Божие и подтверждение всего возвещенного ей Царицей Небесной.

Агафия Семеновна по благословению саровских старцев решила отрешиться от всего своего имущества. Немало времени потребовалось ей для устройства дел: отпустив своих крестьян на волю за небольшую плату, а тех, которые не желали воли, распродав за сходную и недорогую цену тем добрым помещикам, которых они сами себе выбрали, она совершенно освободилась от всяких земных забот и значительно увеличила свой и без того большой капитал. Часть капитала она положила вкладами в монастыри и церкви для поминовения родителей, дочери и родных, а, главное, поспешила на помощь туда, где надо было построить или возобновить храмы Божии. Современники указывают двенадцать церквей, построенных и возобновленных Агафией Семеновной. Среди них Успенский собор Саровской пустыни, достроить который матушка помогла значительным капиталом.

По возвращении в Дивеево Агафия Семеновна выстроила себе келию на дворе священника отца Василия Дертева и прожила в ней двадцать лет, совершенно забыв свое происхождение и нежное воспитание. По своему смирению, она упражнялась в самых трудных и черных работах, очищая хлев отца Василия, ходя за его скотиной, стирая белье. Кроме этого мать Александра хаживала в крестьянское поле и там сжинала и связывала в снопы хлеб одиноких крестьян, а в страдную пору, когда в бедных семьях все, даже хозяйки, проводили дни на работе, топила в избах печи, месила хлебы, готовила обед, обмывала детей, стирала их грязное белье и надевала на них чистое к приходу их усталых матерей. Все это она делала потихоньку, дабы никто не знал и не видал. Однако, несмотря на все старания и укрывательства, крестьяне стали мало-помалу признавать благодетельницу. Дети указывали на мать Александру, а она с удивлением смотрела на благодаривших ее и отказывалась от своих поступков и действий. Бедным невестам Агафия Семеновна вышивала головные уборы — сороки и красивые полотенца.

Внешность матушки Александры известна со слов ее послушницы, Евдокии Мартыновны: «Одежда Агафии Семеновны была не только простая и бедная, но и многошвейная, и при том зимою и летом одна и та же; на голове она носила холодную черную, кругленькую шерстяную шапочку, опушенную заячьим мехом, потому что она часто страдала головною болью; платочки носила бумажные. На полевые работы ходила в лаптях, а под конец своей жизни хаживала уже в холодных сапожках. Матушка Агафия Семеновна носила власяницу, была среднего роста, вида веселого; лицо у нее было круглое, белое, глаза серые, нос короткий луковичкою, ротик небольшой, волосы в молодости были светло-русые, лицо и ручки полные».

В начале 70-х годов XVIII века мать Александра приступила к постройке каменного храма в Дивееве во имя иконы Казанской Божией Матери взамен старого деревянного на том самом месте, где явилась ей Царица Небесная. Когда была освящена Казанская церковь, помещица Жданова пожертвовала небольшой клочок земли с северной стороны храма. И здесь матушка первоначальница построила первые три келии — для себя, четырех послушниц и странников, которые направлялись на богомолье в Саровскую пустынь. Внутренний вид келий соответствовал трудному и скорбному житию этой великой избранницы Царицы Небесной. В доме были две комнатки и две каморки. В одной каморке находилась около печки небольшая лежанка, сложенная из кирпичей, около лежанки оставалось место только для того, чтобы в свое время там, у умиравшей матушки, мог встать настоятель Пахомий, и на коленях перед матушкой иеродиакон Серафим, получивший от нее благословение заботиться о дивеевских сестрах. Тут же была дверь в темную каморку — молельню матушкину, где уже могла поместиться на молитве лишь одна она перед большим Распятием с затепленной перед ним лампадкой. Окна в этой молельне не было. Это молитвенное созерцание матушкино перед Распятием положило отпечаток на весь дух жизни дивеевских сестер. Молитва на мысленной Голгофе, сострадание Распятому Христу — самая глубокая из молитв. На этих молитвенных подвигах матушки Александры создавался благословенный Дивеев.

В течение двенадцати лет в праздники и воскресные дни Агафия Семеновна никогда не уходила из церкви прямо домой, но по окончании литургии всегда останавливалась на церковной площади и поучала крестьян, говоря им о христианских обязанностях и о достойном почитании праздничных и воскресных дней. Эти духовные беседы Агафии Семеновны вспоминались с благодарностью прихожанами села Дивеева даже много лет спустя после ее смерти. К ней стекались со всех сторон не только одни простые люди, но и высокопоставленные лица, купечество и даже духовенство, чтобы послушать ее наставления: получить благословение, совет и удостоиться ее привета. В семейных делах, спорах и ссорах к ней обращались как к праведному судии и, конечно, беспрекословно подчинялись ее решениям. Милостыня матери Александры была всегда тайная; она служила всем, чем только умела и насколько могла. Многообразные подвиги ее настолько умягчили сердце ее и так угодили Господу Богу, что она удостоилась высокого дара благодатных слез, об этом часто вспоминал отец Серафим.

Так жила мать Александра до конца своих дней, ведя жизнь богоугодную, подвижническую, крайне суровую, в постоянном труде и молитве. Строго исполняя все трудности Саровского устава, она во всем руководствовалась советами отца Пахомия. Она и сестры, кроме того, шили свитки, вязали чулки и работали все нужное из рукоделья для саровской братии. Отец Пахомий в свою очередь выдавал малой общине все необходимое для их земного существования, даже пищу привозили сестрам раз в сутки с саровской трапезы. Общинка матери Александры была плоть от плоти Саровской пустыни. Жизнь матери Александры и ее сестер вполне соответствовала идее нищенства, работы на насущное пропитание.

В июне 1788 года, предчувствуя приближение своей кончины, мать Александра восприяла на себя великий ангельский образ. Она просила отцов-подвижников, ради любви Христовой, не оставлять и не покидать неопытных ее послушниц, а также попещись в свое время об обители, обетованной ей Царицею Небесною. На это старец отец Пахомий ответил: «Матушка! Послужить по силе моей и по твоему завещанию Царице Небесной попечением о твоих послушницах не отрекаюсь, также и молиться за тебя не только я до смерти моей буду, но и обитель вся наша никогда благодеяний твоих не забудет. Впрочем, не даю тебе слово, ибо я стар и слаб, но как же браться за то, не зная, доживу ли до этого времени. А вот иеродиакон Серафим, — духовность его тебе известна, и он молод, — доживет до этого; ему и поручи это великое дело». Матушка Агафия Семеновна начала просить отца Серафима не оставлять ее обители, как Царица Небесная Сама тогда наставить его на то изволит.

Дивная старица Агафия Семеновна скончалась 13 июня, в день святой мученицы Акилины. При кончине матушка говорила своей келейнице: «А ты, Евдокиюшка, как я буду отходить, возьми образ Пресвятой Богородицы Казанской, да и положи его мне на грудь, чтобы Царица Небесная была при мне во время отхода моего, а пред образом свечку затепли»

Тропарь, глас 4

Явилися есте земли Российския украшение, начальницы обители Дивеевския преподобныя матери наша Александро, Марфо и Елено, благословение Царицы Небесныя исполнившия и дерзновение ко господу стяжавшия, молите у престола Пресвятыя Троицы о спасении душ наших.

Кондак, глас 8

Дивеевския светильницы всесветлыя, преподобныя матери наша Александро, Марфо и Елено, в пощении, бдении, молитве и трудех добре подвизалися есте и по смерти нас освещаете чудес источеньми и исцеляете недугующих души; молите Христа Бога грехов оставление даровати любовию чтущим святую память вашу.

Величание

Ублажаем вас, преподобныя матери наша Александро, Марфо и Елено, и чтим святую память вашу, вы бо молите о нас Христа Бога нашего.

Сайт Серафимо — Дивеевского монастыря

Не так много в наше время осталось хранителей истории. Тех, кто в доброй памяти, тех, кто делится сохраненными в глубине сердца фрагментами своей жизни, а через ее призму – всего народа. Одна из таких – героиня нового выпуска приходских «Личных историй» матушка Александра. Монахиня уже который год регулярно приходит на богослужения в храм Ярославских Чудотворцев на Арском кладбище. Матушке 85 лет, за плечами труд с раннего детства, травма, разные события, но с первого взгляда и не догадаешься об этих испытаниях — так наша героиня добра, радушна и бодра.

Большое интервью с матушкой Александрой мы представим вам в друх частях. В первой части предлагаем познакомиться с ней самой, ее семьей и жизнью до монашества.

Мария Дмитриевна Гришина родилась 30 июня 1934 года в селе Константиновка под Казанью. Жили семьей – папа, мама, две сестры и один брат. Когда началась война, родился еще один ребенок — мальчик. Папу сразу вызвали на фронт, как вспоминает матушка Александра, мама даже провожать пойти не могла, не восстановилась еще после родов, а его все равно взяли. Ни дедушек, ни бабушек у семьи не оставалось.

Провожали отца с призывного пункта в Октябрьском городке. Юная Маша с папиной сестрой Натальей ходила к городку провожать.

«И вот он нам пилоткой машет, а сам ею слезы вытирает… Проводили. Было одно письмо с дороги, а потом их сразу под Смоленском взяли в окружение, всех первых солдат. И там ему говорили: «Дмитрий, есть место, давай бежать из плена». А он был сильно слаб и сказал, что если из этого плена сбежит, то в другой попадет. И потом, когда уже вернулись бойцы с фронта, они рассказали, что этот плен сожгли и папа наш сгорел…»

Семья получила только известие «Без вести пропавший». Всех растила мама. Растила всех мама в страхе Божием. Каждый православный большой праздник почитался, в этот день не работали. Из Константиновки мама ходила в церковь в Царицыно, не закрытую в те годы.

Старшая сестра моя Татьяна тем временем пошла учиться. А я 4 класса проучилась и сказала маме, что буду ей помогать, что не брошу ее. Стала, как бабушка, дома хозяйничать – это сделаю, то сделаю…».

За домом по мере своих сил стала следить маленькая Маша. «Мама с утра, бывало, уедет в Пановку за селом Чебакса – там лес разрешали пилить, а в свои константиновские леса жителей не пускали. Вечером возвращалась, везла на салазках то бревно, а то одну лишь веточку». «Потом, в 1943 году, купили телочку. Господь нам из всей деревни дал такую хорошую коровку – красивую, высокую, доилась она много! И корову доить я научилась еще совсем маленькой. Я ручками своими маленькими дою, а она ест что-то да на меня глядит…».

«Один раз мама велела самовар вскипятить, чтобы горячий обед сварить, когда она с колхозной работы придет. А я пробегала и забыла про самовар, хватилась, поставила, баклашки, угли положила, зажгла, а воды не налила… Он гудит… Потом холодной воды налила, и он потёк», — сейчас уже со смехом вспоминает матушка Александра.

«Конечно, ругали меня. Вот так и жили. Все время я была, как бабушка, все по дому делала. А потом мама поступила в школу работать, и я за нее работала: парты протирала, полы мыла, научили еще «звонки» давать с урока. Я часов-то не знала, мне только показали «стрелка здесь одна, вторая – там, вот и давай звонок». А через 4 года как-то на работах одна мне говорит: «Маш, айда в 5-й класс!» И вот я пошла, писать не умела тогда… А как училась-то, ох! Делов дома много, еще мама захворала, с молоком в Казань надо идти, мы его профессорам одним носили… Так мне подружки и говорили: «Мы решим задачи, а ты спиши»… Так сегодня «спиши», завтра, так ничего и не поняла. Как выучилась 7 классов – непонятно, наверное, учителя жалели меня».

«Тяжелое время было – и голод, и лишения… А как радовались, как бодрились?»

«Вы знаете, мы не чувствовали каких-то сильных бед. Не завидовали никому. Весной, бывало, наберем картошки, а она мягкая, вся течет, мама ее хорошенько вымоет, очистит, истолчет и лепешек напечет. Мне еще девчонки говорили: «Маш, у вас хоть лепешки не с землей, не хрустят!» А у нас мама очень чистоплотная была. Так весной картошкой и питались. Однажды очень картофель у нас уродился. Вот мама мне сказала после школы намыть мочалкой два ведра, сполоснуть водой и натереть два ведра. В это она потом добавляла муку и пекла хлеб, а из крахмала, что оставался в воде, кисель варила. А когда ели, говорила: «С каждой ложкой хлеб не носите, через одну!» Так мы долго жили…»

«В колхоз мы ходили помогать пропалывать, а я маме выговаривала, что колхозные девчонки ничего не хотят делать, а мы, единоличники, должны еще и там работать. Но велели, ведь по колхозной земле ходим. Где сейчас пятиэтажные дома в Константиновке, там поля были, грядки. Вот мы и пололи…

Помню, со мной маленькой никто не садился вместе работать, только одна больная тетя Настя, Царство ей Небесное… «Давай с тобой уж сядем», — говорила».

«Дом наш, конечно, был очень старым. В 1947 году тот, кому мы носили молоко, сказал маме: «Настя, надо тебе дом перестроить, я привезу бревна». А после этого события маму вызывают в Казань, в Кремль, выяснять, откуда взяла она бревна. Мама пошла к благодетелю, он велел всю правду говорить… Идет она в Кремль, плачет, всю дорогу «Живый в помощи» читает. Там ее допрашивают, она все рассказывает честно, а после совещания, как же поступить, говорят: «Ладно, хозяйка, строй ребятишкам дом» и отпускают».

«Два ряда новых бревен, сверху новые, а остальное старье. Так мы в этом домике гнилом и жили. Конечно, холодно, утром окошки доверху! Дров не было, а сучки что натопят? Потом стали дрова к нам привозить, мы покупали немного. В 1952 году я окончила 7 классов, корову продали, а на эти деньги мы избу покрыли, а то совсем крыша протекала. Да и некому уже было в семье сено запасать, ухаживать за коровой. Однажды поехали мы с мамой в Кощаково на салазках, говорят, там сено продают, а там отправили нас в Чебаксу, и мы опять по полю зимой идем… В одном из бараков мама нашла сено. Так и кормились, и жили».

Марию Гришину не приняли на завод, так как ростом маленькая, решили, что и сил у нее мало. Устроилась она на швейную фабрику на улице Тукая в Казани. На работу нужно было приходить к 6 часам. 19-летняя Мария из Константиновки ходила с подругой до Варваринской церкви пешком, а там был трамвайный парк.

«Трамвай старый, с деревянными дверями, на ходу прыгали и ничё. Подружка замуж вышла, в декрет ушла, а я одна ходила. Который раз плачу: «Господи, в окошках огня уже нет в домах, а я все иду, страшно». Мама сказала, «Живый в помощи» выучить». Там матушка Александра проработала 10 лет – до 1963 года. А потом поступила в электрофизический институт смесеприготовителем по керамике. До 1984 года трудилась в этом учреждении на разных участках. Там и написала заявление, что отец погиб на фронте, мама пенсию не получает, живет семья на зарплату Марии. И стала она просить о квартире. Предложили кооперативное жилье по улице Гвардейской, а денег было 200 рублей страховки. Старшая сестра предложила помощь, в итоге квартиру купили, дом в Константиновке продали и со всеми расплатились.

«Мама радовалась все: в 1971 году дали квартиру, а умерла она в 1989. Как она радовалась, что живем в тепле, нигде не дует, светло… Знакомые ремонт нам сделали. Вот так и я осталась жить тут в радости и спокойствии». На одну зарплату жить было трудно, весной мама с дочкой ходили в пестречинские леса собирать щавель, душицу, а потом мама продавала их пучочками.

«Как-то я иду во вторую смену на работу, а она стоит и щавель на блюдечке продает. Я прямо плакала…. «Мама, ты нас четверых вырастила и стоишь с блюдечками!»

А дети не помогали. Старшая сестра с мужем жили в Отарах. Муж иногда у нее выпивал. Однажды газовый баллон привезли, сестра мужу сказала не включать его, а он включил. Все сразу заполыхало, сгорело хозяйство… А он всегда, помню, говорил: «Опять монашенка приходила, ты что ей давала?» А сестра ему: «Что давала – не твое дело». Сами они в том пожаре выжили, только все сгорело — дом, хозяйство… Но мы им всегда говорили, что Господь их не оставит!

А потом, в 1994 году, в администрации сказали им прийти в одно место в определенное время за деньгами на кирпич для нового дома.

В это время у дочки моей сестры поспела редиска, Таня собралась к ней ехать, села на велосипед, и ее насмерть сбила машина». Брат матушки Александры тоже купил с семьей кооперативную квартиру, третья сестра также вышла замуж, причем, очень интересно.

«Наша мама была у папы второй женой, первая умерла при родах. Через 40 дней решили маму сватать ему, работящая девчонка она была. А Мишу – сына – дедушка с бабушкой решили растить сами. Он вырос, стал работать в химико-технологическом институте, и там один парень попросился с ним в Константиновку съездить. Так этот гость увидел нашу Раю, и стали они дружить, потом поженились и жили в Клину. Умерла она рано, в 39 лет».

Сама матушка Александра о семейной жизни не задумывалась, была при маме и искренне этому радовалась. «Я маму ни на кого не брошу, потому что она у меня хорошая».

Про Веру

«Помню, работала на фабрике, на заводе, в то время где помолюсь, а где нет… Книжек нет…И мама мне говорила: «Машка, ты перекрести свою рожу перед едой-то!» А я ей говорила, что посты не соблюдаю, больно не молюсь, в церковь хожу только по большим праздникам. Но дома иконы были. И вот мамина молитва меня привела…А еще сильнее — смерть младшей сестры. После ее ухода у меня были только слезы, молитва и церковь. Больше ничего не осталось. Я так ее жалела!» — со слезами вспоминает наша героиня.

«Стала ходить в церковь в Царицыно. «Мама, а вот эти молитвы всегда поют, вечерние?» «Конечно, всегда», — отвечала мама. А я так плакала, приду и плачу: люди всё знают, а я ничего не знаю! Когда заходишь в церковь, там есть образ Спаса Нерукотворного, а он мне доской казался, я не видела лика Божьего! Я горько плакала, говорила: «Господи, я такая грешница, Ты мне лик Свой не показываешь!» Выучила тропарь Образу и все наладилось». Так и ходили мама и дочь в царицынскую церковь – и из Константиновки, и из Казани. Была как-то у матушки Александры на работе неприятность, и ей посоветовали сходить в Царицыно, отслужить молебен Архангелу Михаилу. Таким образом она познакомилась с Шурой – будущей матушкой Серафимой.

«Стою в церкви, смотрю, они пошли просфоры печь… Плачу, а сама думаю, какие они счастливые – и в церкви постояли, и просвирки пошли печь, а я живу, не знай как».

Потом наша героиня вместе с матушкой Серафимой стала помогать убираться в храме, это было уже в 80-е годы. Утром помогает в церкви, а потом бежит на работу в институт во вторую смену. А в 90-м году открыли Петропавловский собор, и Марию и Александру благословил печь там просфоры Владыка Анастасий (Меткин), тогда архиепископ Казанский и Татарстанский.

С этого момента в жизни Марии Гришиной началась новая история.

Часть 2. О церковной жизни матушки, об
удивительных знакомствах и наблюдениях.

В первой части большого интервью с монахиней Александрой (Гришиной), прихожанкой храма Ярославских чудотворцев, мы рассказали о ее детстве, отрочестве, юности и перипетиях взрослой жизни. Папа погиб в самом начале Великой Отечественной войны, верующая мама поднимала 4-х детей, жили тяжело, но огонек веры, тепла и радости внутри не угасал. В 50-е годы начала работать на фабрике, через 10 лет устроилась в электрофизический институт, в 70-е переехала из старенького домика в Константиновке вместе с мамой, которую никогда не оставляла, в квартиру в Казани.

Матушка Александра все время ходила в церковь в Царицыно, сначала редко, затем, в 80-е, чаще и чаще, начала помогать в разных делах… В храм Ярославских чудотворцев на Арском кладбище наша героиня хотела начать ходить давно, так как он достаточно близок к дому, да и мама уговаривала, но ей было привычнее и роднее молиться в царицынской церкви. «А я вот стала ходить сюда, поближе, где матушка Серафима поет. Мне здесь нравилось!» Через несколько лет нашей героине понадобилось восстановление после серьезной травмы. «В 1984 году я . сильно упала в Никольском храме, когда мы убирались на хорах. Протирала что-то, рука сорвалась, и я упала на сундук. Об край сундука нога-то напрочь обломилась, обе кости: и большая, и малая… Приехала «скорая помощь», я их просила не говорить, что в церкви упала, а то 2 месяца до пенсии оставалось и ее могли не дать. Ничего не сказали. 40 дней лежала на вытяжке, только плакала, читала акафисты. Соседки спрашивают: «Что ты там все читаешь, все плачешь? Я говорю – свое… «.

Наша героиня благодарит Господа и докторов каждый день: ногу восстановили, ходит, живет, активно помогает. После того происшествия вышла на пенсию, старалась помогать в храме, пекла, убирала. «Что тяжело было, не думали, не замечали. Я старалась не завидовать. Как маму схоронила в 1989 году, так вот и мясо есть перестала. Мои подружки уже все не ели. Так и жила потом одна, без мамы…». В 1989 году вновь открыли Петропавловский собор, и туда были нужны просфорницы. И владыка Анастасий (Меткин) (ныне митрополит Симбирский и Новоспаский- прим), благословил идти печь именно двух подруг – Марию и Александру (в монашестве Серафиму). Так и пошла жизнь – печь, помогать в восстановлении.

«Сначала то дрожжей не было, то печи, то мешалки… Потом все постепенно появилось, и мы стали делать просфоры на 11 церквей! Храмы открывались, а печь некому, всех к нам отправляли. Просфоры мешками готовили. Однажды не тех нам дрожжей дали, мы напекли, а просфоры у нас не получились, и вот мы так переживали, как их продавать-то! И вот пришел отец Иоанн (Тимофеев) (ныне митрополит Марийский и Йошкар-Олинский -прим.) и сказал: «Я поел, и очень хорошие эти просфоры! Продавайте».

Спустя время возникли некоторые нестроения, и в 2002 году подруги приняли решение перестать печь просфоры в Петропавловском соборе. Тогда же за Александрой и Марией начали приезжать из Седмиезерной пустыни, привозить их в монастырь, где те пекли просфоры.

«Однажды на службе мы были в храме Ярославских чудотворцев, служил Владыка Анастасий. И велел он нам готовиться к постригу. Я ему ответила: и»Владыченька, я недостойна, я заводской человек», — а он по голове постучал и сказал: «Достойна» А перед этим я спросила отца Германа, настоятеля Седмиезерного монастыря, какое мне «правило» читать? А то я самовольная,
хочу – молюсь… А он ответил, что будет мне скоро уже свое молитвенное правило. Потом вызывают нас в храм, ковры постелили, молитвы читают. У меня внутри все тряслось от страха, даже не чувствовала себя. Страшно! Вот матушка Серафима была уже послушницей, за батюшкой ухаживала, а я-то кто такая…».

Этот день матушка Александра помнит до мелочей. Затем жизнь пошла новым чередом, но с прежними послушаниями: тут помочь, здесь подсказать и, конечно же, печь просфоры. Заниматься этим делом наша героиня перестала буквально в последние 2-3 года: начались проблемы с глазами, сделали операцию, и врачи категорически не рекомендовали находиться у печей, иначе можно ослепнуть.

Сейчас матушка старается не пропускать богослужения, молится по четкам и также стойко, по возможности, помогает всем, кто к ней обратиться, а еще делится ценными воспоминаниями о людях эпохи и временах восстановления. Про каждого священника и архиерея у нее есть своя небольшая памятная заметка.

«Когда у владыки Анастасия умерла мама, мы пекли просфоры в Петропавловском… На 40-й день нас вдруг попросили печь пироги, а он за нас заступился, сказав, что мы только просфоры печем и чтобы нас не трогали! А как-то на Пасху мы так много готовили, так устали, что сидим на амвоне, и к нам диакон подходит, спрашивает, будем ли причащаться, а мы же не готовились. И вот Владыка благословил, чтобы мы Причастились».

Подруга и настоящая сестра по духу монахиня Серафима передала Александре свои свидетельства о молитвах и чудесах исповедника иеросхимонаха Серафима (Кошурина). Его жизнь, исполненная многочисленных скорбей и гонений за веру, представляла собой узкий и тернистый путь. Он сберег и сохранил от поругания чудотворную Седмиозерную икону Божией Матери. И по сей день в Казани немало верующих христиан, которые с любовью вспоминают отца Серафима как своего духовного отца и наставника.

«Она говорила, что он очень большой молитвенник. И я даже на его могилке исцелилась! Когда я за мамой ухаживала, она болела, да и у меня давление было сильное, не могла даже поднять глаз. Вот и лежала прямо головой на его могилке, просила: «Батюшка Серафим, помоги, помолись перед Господом, больше не могу, все кругом идет». И все прошло, как не бывало! Конечно, к нему люди приходили, особенно из Савиново, за советом, за помощью разной: и духовной, и хозяйственной, бывало. К нему как-то приехала племянница в брюках, и он сказал: «Не пущу, нельзя женщинам брюки носить!»

Воспоминания матушки Серафимы монахиня Александра передает нам в простых историях, зарисовках той необыкновенной жизни верующих. Вот хроники об владыке Иове (Кресовиче) — епископе Казанском и Чистопольском (1953 – 1960 годы на казанской кафедре): «Очень он любил проповеди и так сильно всегда особенно говорил их на праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы. «Вот маленькая такая девчушечка, и ее отдали, какая бы мать отдала маленькую свою дочку? А ее отдали на служение Богу!» А сам плачет во время этой проповеди…».

Каждое из имен священнослужителей, верующих советских времен, упоминаемых героиней нашего рассказа, само раскроется, только в отдельном и подробном повествовании.

Поделилась матушка Александра своими воспоминаниями и о ещё одной исторической личности — архиепископе Пантелеимоне, который возглавлял казанскую кафедру с 1975 по 1988 годы.

«Тогда мы еще пекли в Царицыно. Служили праздничную архиерейскую службу в день святых Космы и Дамиана, прохладно было, накрыли его уже старенькой шубой. И нас позвали тогда обедать, и мы стали свидетелями, как владыка Пантелеимон по-доброму, спокойно отпустил уставшего диакона Евгения домой».

Множество наставлений духоносных отцов собрано прихожанками тех времен. Мы продолжим публиковать отрывки из беседы с матушкой Александрой, в которых она рассказывает об архиереях советского периода, о священниках храма на Арском кладбище, об исповедниках.

Пока же попросим у вас молитв о ее здравии и предлагаем наставление нашей дорогой героини – скромное и простое — ко всем читателям:

«Сейчас мне и всем нам нужно молиться об упокоении старейших священнослужителей и о здравии тех, кто еще с нами. Так и обращаюсь к Господу, к Матери Божьей: «Может, услышишь меня, грешную… Да и ленивая с болезнями стала». Дорогие, я наставлять не могу, конечно, но советую просто жить и Бога все время при себе иметь. «Господь моя отрада и Пастырь дорогой, избавь меня от ада и будь всегда со мной». Вот так коротко и ясно. И Господь не оставит нас никогда».